Глава 1

…Последний город, в котором Рагна пыталась временно осесть, чтобы передохнуть от чумной волны, преследовавшей её по пятам, вспыхнул болезнями до прихода в него. Она-то думала войти в пока ещё спокойный, привычно цветущий (как её убеждали странники) торговый город и пару дней пересидеть где-нибудь в маленьком трактире, где никто и не подумает искать её. Но уже в пригороде заметила чёрный дым над несколькими городскими зданиями. В отличие от других поселений, оставленных за спиной, весь город всё ещё не заполнен дымом, но воняло от него всё тем же сладковато-гнилым смрадом сгоравшей на кострах плоти: хоронить горожан всё чаще было некому. А потому городские служители сбрасывали тела умерших в единый костёр.

Обеспокоенная, ведьма уже рассчитывала хотя бы ночь выспаться на постоялом дворе и поесть хорошей еды, благо монеты у неё были. Но едва прошла две улицы, как навстречу потянулись телеги с мертвецами. Правили усталыми лошадьми здешние целители, чёрными сюртуками и своими «клювами» похожие на угрюмых воронов, утомлённых своей и чужими жизнями.

Пришлось обойти город окраиной, чтобы добраться до речного порта.

Здесь бушевала война. Воздух стонал от криков, визга, проклятий и мольбы…

Люди суматошно пытались покинуть город по реке. Они бросались к любым лодкам, лишь бы сбежать от ужасов чёрной смерти, уже не кравшейся, а мчавшейся по их следам… Пробегая по причалу, Рагна со страхом смотрела на драки на мечах и на ножах, а то и с дубинами, да и на кулаках, сторожась попасть в одну из них. Шарахалась от любого, кто кидался в её сторону. Особенно от групп всполошённых людей.

Шарахалась от любых скоплений народа, пока её внимание не привлекла небольшая лодка на воде, близко к берегу. Кийкет — по-здешнему. Одномачтовый. С кормой, поджатой, словно задница испуганной кошки. Но закрытой. В ней юноша в хорошей одежде защищался от отчаявшихся людей двумя мечами, больше пугая их оружием и одновременно стараясь оттолкнуться от причала. «Не больной!» — отметила она важное для себя…

И только хотела пожать плечами: «Меня не возьмёт…», как прямо в ухо голос, подсказывавший последние несколько дней, что ей делать, приказал: «Беги к нему!»

Они наваливались на него толпой, падали в воду, старались влезть в кийкет, раскачивая его, и по изуродованному ужасом лицу юноши ведьма поняла, что и он догадывается: от такого количества невольных грабителей ему не отбиться. Ладно — только не отбиться: лодку сломают да утопят. А отчалить — надо бы снять трос с кнехта. А чтобы снять его — нужны свободные руки. Просто обрубить трос юноша не догадывался.

Стремительно сев на краю причала, она вывалила из сумы почти всё, что там было. И между юношей и обезумевшими людьми внезапно появились странные фигуры: женские — по отчётливо видимым очертаниям тел, прячущихся в призрачно-чёрных саванах, но венчали эти тела сухие черепа. В пустых глазницах даже при солнечном свете горело зловеще голубым огнём нездешнее сияние.

Люди с криком откачнулись от лодки с единственным защитником. А Рагна торопливо сгребла в суму ингредиенты наведённого колдовства и бросилась к судёнышку, на котором стоял, тяжело дыша и не веря глазам, юноша. Вместо того чтобы поторопиться снять трос с кнехта и отогнать лодку от причала, он машинально убирал с лица мокрые пряди длинных, когда-то белокурых волос. Дышал с надрывом и хриплым свистом словно простреленной груди. И таращился на ведьму, которая, стремительно приближаясь к нему, бдительно оглядывалась, нет ли рядом ещё несчастных захватчиков…

Очнулся — бросился к кнехту отвязывать трос, на бегу засовывая один из мечей в перевязь на бедре.

— Я помогла тебе — помоги и ты мне! — без крика, негромко, но звучно проговорила она.

— Это сделала ты?.. — ткнул он мечом в ближайшего призрака, всё ещё качавшегося между причалом и лодкой. Маг?..

— Я…

Перед глазами внезапно — призрачная разноцветная волна.

Прорицание — и как не вовремя!!

Но оглянулась — сначала на истошный крик ребёнка. Сердце обмерло: двое здоровяков тащили за ручонки белокурую девочку в чёрной одежде. Так легко и слишком… широко тащили, да ещё мотаясь в стороны, что девочка порой не успевала коснуться ногами земли — не то чтобы сопротивляться. И кричала не столько оттого, что её вели в неизвестность, сколько оттого, что ей было больно с растянутыми руками. Возможно, ей уже их беспощадно вывихнули.

Волна прорицания плеснула по спине девочки.

— Прыгай! — тем временем нетерпеливо скомандовал юноша.

«Забери девчонку!»

Ведьма резко закинула в лодку свою суму и бросилась к здоровякам. Два шага — и едва не споткнулась о сидевшего на земле, заткнув уши, темноволосого мальчишку лет… чуть старше девчонки. В лохмотьях. Нищий? Волна прорицания вновь призрачно блеснула в воздухе и обрушилась на нищего.

«Мальчик тоже должен быть с тобой!»

— Куда ты⁈ — толкнул в спину панический крик юноши.

Два ножа одним махом вылетели из широких рукавов ведьмы и вошли в спины бандитов. Те рухнули, вскинув руки. Люди, и так обегающие край причала, шарахнулись в стороны. Рагна прыгнула между рухнувшими бандитами, подхватила на себя ребёнка, завопившего от новой напасти.

— Родители где⁈

— Умерли! — по инерции со слезами завизжала девочка.

Ноги вокруг тела спасительницы тем не менее сомкнула, чтобы крепче сидеть на ней. А руки, сжатые вокруг шеи Рагны, заставили выдохнуть: всего лишь растянула?

— С нами! — завизжала и Рагна, хватая нищего мальчишку за плечо и заставляя его встать. Чуть не свалился от рывка вперёд, однако на ногах удержался.

— Зачем⁈ — возмущённо закричал с лодки юноша, сворачивая трос и нагибаясь сесть на скамью, на вёсла.

«Не отступай! Он их возьмёт!»

Юноша всё ещё протестовал. Но Рагна уже оттолкнулась от края причала и вместе с девочкой, инстинктивно обнявшей её за шею, прыгнула к нему. Мальчишка, которого она за руку тащила следом, чуть не споткнулся о борт, но сумел боком свалиться на дно кийкета, разве что сильно ударившись рукой о небольшую мачту. Его болезненный вскрик заглушили вопли тех, кто видел, что лодка вот-вот оттолкнётся от причала, но не видел, что было с теми, кто до них пытался впрыгнуть в кийкет.

Лодка качнулась, и юноша, жёстко сжав губы, наконец взялся за вёсла и принялся быстро уходить по воде, то и дело попервости сталкиваясь с другими лодками. Вёслами работал он уверенно — навык явно есть. Так что вскоре они оказались на спокойной и свободной воде, которая между молчаливыми высокими скалами несла их к морю. Здесь тоже было множество лодок, владельцы которых с опасением поглядывали друг на друга. И так же опасливо старались держаться подальше друг от друга.

Когда, возможно, самое страшное осталось позади — с затихающими криками и мольбами, юноша бесстрастно, несмотря на запаленное дыхание, спросил:

— А если они заражены?

— А если заражены мы? — угрюмо отозвалась Рагна, старательно запихивая выпавшие тёмные косы под лохматую тряпку, скрученную вокруг головы.

— Я и ты — нет.

— Ты маг?

— Да.

— Почему же не осмотришь девочку? Или мальчишку?

— Я выбился из сил, — хмуро откликнулся юноша. — Мне надо успокоиться, отдохнуть.

Она пригляделась. Да, на нём довольно богатое одеяние: под распахнутым бархатным камзолом когда-то белая — сейчас в пятнах крови рубаха-камиза из тончайшего шёлка; мускулистые ноги обтянуты штанами из тонкой шерстяной ткани и высокими мягкими, но крепкими сапогами. Лицо тонкое. Когда-то ухоженные, белокурые волосы сейчас мокрыми серыми космами печально свисали чуть ли не на тёмно-синие глаза.

Теперь, когда юноша немного расслабился, смотрел он устало и высокомерно. А может — и нет. Может, это синева, почти чёрная под впавшими глазами, охмурила его осунувшееся лицо.

— Ты не из гильдии, — решила ведьма, мельком бросив взгляд на свои штаны и короткий плащ с капюшоном.

— Нет. Я из славного рода… — начал было он, упрямо подняв подбородок, и ссутулился. Повторил уже тише: — Из славного рода… Меня зовут Диней.

— Я Рагна, — отозвалась она. — Дети здоровы. Не бойся.

Сидела на тряпках, которые были небрежно брошены чуть ли не под ноги и в которых угадывалась одежда для богатых горожан — или для аристократов. Рагна судила по меховым воротникам нескольких из них. Диней успел собраться в дорогу? Спиной ведьма опиралась о скамейку, а на её ногах, словно в маленьком кресле, сидела девочка, которую ведьма всё держала, прижимая к себе. Мальчишка лежал рядом, с беспокойством и мольбой взглядывая на всех. В руках — какие-то грязные и даже гнилые тряпки — одежда?.. Кажется, он вытащил их из рубахи, когда упал в лодку…

Девчушка уже пришла в себя и диковато поглядывала то на Динея, то на Рагну. Ведьма склонилась к ней, слегка задев подбородком её голову с растрёпанными косами.

— Как зовут тебя, барышня? — чуть иронично спросила она.

— Лунах.

— Ты говорила — твои родители умерли?

— Да. Я из семьи Авонмора, — шмыгнула она носом. — Только… дома никого, — шёпотом выговорила она. — Сначала уснула мама, потом — отец заснул и не проснулся… Когда слуги начали засыпать — прямо на полу, я убежала.

Диней вздрогнул, всмотрелся в неё.

— Семьи Авонмора тоже нет… — будто самому себе прошептал он.

— Ты их знал? — спросила ведьма, пытаясь пальцами разгладить волосы девочки.

— Они тоже были высокородными магами.

«Тоже» — надо полагать, он сам из такой семьи? «Из славного рода…»

— И… куда мы теперь? — не двигаясь с места и не стараясь освободиться от девочки, которая начала всё-таки давить своим небольшим весом ей на ноги, спросила ведьма.

Юноша понурился, продолжая машинально двигать вёслами.

— Не знаю. Чума… везде. Мы постоянно будем убегать от неё, а она… бежать за нами вдогонку…

«На север! Вы поплывёте на северные острова!»

— Нам нужен остров, — без тени сомнений повторила Рагна. — Переждать это время. Ближе к северу есть много островов, на которых мало кто живёт. Если хотим только выжить, безлюдного острова будет достаточно. На какое-то время. Главное — питьевая вода и небольшой лесок, чтобы добыть себе пропитание.

— К северу? — пробормотал юноша, глядя на горизонт. — Говорят, там разбойничают пираты… Да и островитяне не всегда… дружелюбны…

Она не ответила, вздохнув: юный маг (а ему, по её прикидкам, вряд ли есть восемнадцать) не мог предложить и другого.

Мальчишка, так и сидевший на дне кийкета, только было разомкнул обветренные губы (одна лопнула и сочилась кровью) — наверное, что-то сказать, но опустил голову.

Когда они к оранжевому ветреному вечеру вышли в море, Диней приподнялся со скамейки, присматриваясь к другим лодкам. Неуверенно сказал:

— Они направляются на северо-восток?..

Помолчав, ведьма тихо ответила:

— Стремятся к привычному. В той стороне небольшое государство Кадира. Его уклад похож на наш, а жители похожи на жителей нашего государства…

— Тогда, может… — начал юноша и прикусил губу.

— Кадира нас не пустит, — твёрдо сказала Рагна. — Пока я бежала к порту, слышала, как переговаривались те, кто уже сделал попытку попасть туда. Столица обнесена высокой стеной с караульными на ней. Из арбалетов они стреляют во всех, кто пытается влезть по стене. Все ворота закрыты… А беженцев от нас… много. И здоровых, и больных. Под городскими стенами Кадиры уже начинается мор.

Динея передёрнуло. Он взглянул на север.

— Но там ни одной лодки, — почти прошептал он.

— Хочешь проверить Кадиру? — устало спросила ведьма и за ворот рубахи подтащила к себе мальчишку, который крадучись, стараясь быть незаметным, мелкими рывками полз к ней — явно к теплу. Одновременно она поняла, что под плащами, валявшимися на дне кийкета, Диней спрятал оружие. Кажется, он взял не только два меча, с которыми отлично управлялся.

— Но как мы выживем на острове⁈

— Я умею ставить силки на мелкого зверя, — подняла она голову. — И умею плести… — она подняла со дна лодки не трос — скрученную кольцами верёвку, — сеть на морскую рыбу. Если хочешь выжить, плывём на остров! Тем более — ты маг. Я ведьма.

— Но там не будет даже дома… — тоскливо напомнил юноша.

— Если будет лесок, сумеем построить крепкий шалаш для начала, — настаивала ведьма. — Главное — выжить, а уж удобство — потом…

— У нас нет даже еды на первое время…

— На первое время… Если ты думаешь, что у Кадиры нашёл бы что-нибудь…

Не отпуская девочки, которая пригрелась на ней, и стараясь не потревожить мальчишку, притулившегося вдоль её ног, Рагна склонилась вперёд и одной рукой подтянула к себе суму. Вцепившись в неё, перевернула — из той выпали шесть толстых лепёшек. Дети немедленно уставились на хлеб. Диней — тоже.

— Откуда⁈

— Бежала мимо хлебной лавки. Лавку грабили. Эти лепёшки лежали под прилавком. Взяла. Есть соль. А вон тот мешочек — вино. Его, конечно, мало. Но силы оно придаст даже с одного глотка. Доберёмся до острова — сумеем прокормиться.

Диней снова сел на скамью. Какое-то время смотрел на лодки, пропадающие на северо-востоке, а потом развернул кийкет к северу. Лишь раз бросил, не глядя на ведьму:

— Ты запасливая. Давно бродяжничаешь?

— Давно… — Она не стала поправлять, что не бродяжничает, а спасается бегством.

— И всё-таки… Почему ты схватила этих двоих?

— У меня иногда бывают промельки прорицания. В последнем мне указали на этих двоих. — Она помолчала, разглядывая всклокоченные волосы мальчишки и, вцепившись в них, заставила того взглянуть на себя: — Эй, ты… Лохматый! Как звать?

— Ар-рнас-с…

Зубы мальчишки выбивали такую дробь, что его не сразу поняли. А Диней резко отшатнулся от ведьмы с детьми.

— Он не…

— Нет. На нём мокрая одежда. Кажется, его недавно свалили в воду, и он замёрз. Слышь, Арнас, тебя столкнули? Потом ты выбрался?

Мальчишка кивнул, уже смелее обнимая ведьму за талию и прижимаясь к ней, чтобы согреться. Девочка смотрела на него хмуро, даже ревниво: кажется, ей не нравилось, что он тоже жмётся к Рагне.

Диней разглядывал нищего, а потом спросил, бросив взгляд на северо-восток, где на горизонте постепенно пропадали лодки:

— Зачем тебе эти тряпки?

Мальчишка глянул на такие же грязные, как его волосы, отрепья, которые прижимал к себе, и пожал плечами.

— С-с ними было тепло.

— Ладно. Это потом, — решила Рагна. — Диней, что решил?

— Ты знаешь эти острова?

— Читала о них в книжной лавке. Их много. Можно выбрать тот, что будет… уютнее.

— И как ты узнаешь, который из них… уютнее?

— Пристанем к одному-другому — посмотрим. Заодно хоть ночь проведём на берегу спокойно и выспимся. Да и поохотиться можно, если что…

Юноша хмыкнул, но, вглядевшись в северо-восточную даль ещё раз, снова сел за вёсла и направил лодку на север. Пока было светло, поднял парус, но к вечеру убрал его. Рагна предупредила, что собирается небольшой шторм. А они как раз огибали небольшой остров. Выглядел остров… симпатично. Диней неуверенно предложил осмотреть его, как будущий приют, но ведьма покачала головой:

— Нет. Здесь небезопасно. Здесь мы только пересидим шторм — ближе к прибрежному леску, а потом снова на север.

Кийкет втащили на берег. Помогал даже Арнас, который оказался хроменьким: что-то у него было со ступнёй, которую он подволакивал, чуть вывороченную.

Берег тот был не песчаный — каменистый, и они сумели укрыть судёнышко за валунами от высоченных волн. Тут же, перевернув кийкет и спрятавшись под ним, как под «крышей», и пережидали разыгравшийся шторм.

Наутро Диней был вынужден согласиться с Рагной, что остров лишь выглядит безобидно: едва шторм закончился, из леса на берег поползли крупные чёрные змеи с гребнями на спинах, а в каплях, свисавших с их челюстей, юный маг даже издалека разглядел ядовитые испарения.

Сбежали стремительно. Рагна ещё боялась, что Лунах будет кричать со страху. Обошлось. Девчонка вцепилась в борт кийкета, изо всех силёнок помогая стаскивать его в воду, и только с ужасом оглядывалась на сползавшиеся к берегу живые плети. Арнас тоже наваливался на лодку и оглядывался. Но Рагна заметила, что он не столько страшится, сколько всё чаще поглядывает на дно лодки… Думает первым прыгнуть в кийкет, когда тот окажется в воде?

Не прыгнул, и Рагна забыла о его острых взглядах на лодку.

«Следующий остров ваш! Ненадолго».

Прежде чем пристать к следующему острову уже под покровом наступившей ночи, Рагна долго изучала его и, наконец, кивнула магу. Молча — от усталости. Уже привыкший к ней, Диней развернул кийкет к берегу.

Здесь повезло. Сам остров не показался интересным, потому как лесок был редким и поймать в нём хоть что-то похожее на стоящую добычу вряд ли было возможно. Зато среди камней — кажется, от порушенной штормами скалы, опять-таки можно было спрятать лодку так, чтобы её не заметили с моря. И редкий лес спускался к берегу так, что можно запалить костёр на паре стволов упавших деревьев и погреться возле него, не поддерживая огонь всю ночь.

Эту ночь Рагна спала вполуха. И место незнакомое, и сны будоражащие, в которых она бежала изо всех сил, а ноги не слушались и вязли в болоте, которое только что было мощёной городской улицей… Не впервые она видела этот сон. И всегда начиналось с одного и того же. Она входит в городской храм всех стихий, и служка ведёт её по огромному помещению, тихо рассказывая, где что находится. Ему неудивительно, что ведьма старательно пытается запомнить храмовое убранство. Он думает (она тоже думала так, устав в свои двадцать четыре года скитаться по чужим землям) — она пришла учиться, чтобы из необразованной ведьмы стать обученным магом…

А потом он оставил её сидеть на низкой скамеечке и наблюдать за каждодневным обрядом восхваления стихий. Сначала Рагна смотрела и слушала, открыв рот на прекрасное зрелище из пения и ритуальных танцев. А потом что-то случилось. Она стала чувствовать, как в затылок ей смотрят. Не сразу поняла, что именно смотрят. Но затем уловила прямой взгляд и обернулась к смотрящему. Никого. Двое служек высыпали в чаши вокруг статуи — наверное, одной из стихий — благовония. На неё они не смотрели. Может, даже не видели её. Но чужой взгляд она всё ещё чувствовала.

Оглядевшись, ведьма осторожно, не привлекая к себе внимания, встала и, стараясь быть тенью, мягко пошла на ощутимый взгляд, чтобы понять, кто там и кому она понадобилась. А потом сон обрывался… Рагна, бодрствующая, знала, что потом случилось. Но почему-то во сне не видела продолжения.

Зато твёрдо знала, что дар прорицания появился вместе с поневоле украденным предметом. С предметом, который вынудил её украсть его.

…Наутро все четверо смотрели на будущее с надеждой.

Рагна предложила пробежаться по берегу и посмотреть, что можно найти из съестного: ночью донесло до берега рокот далёкого шторма — можно было надеяться хоть на что-то. Увы. На берегу ничего не оказалось, кроме ракушек да всякой живой мелочи, от которой даже ведьма отказалась — настолько та выглядела… подозрительно.

Зато на другом конце каменистого пляжа на согбенной от штормовых ветров скале нашёлся странный лесок. То ли он плохо впивался корнями в эту скалу, то ли ранее на ней было больше плодородной земли, однако сейчас в небо торчали самые настоящие копья. Рагна, увидев это богатство, немедленно побежала к скале. Диней поворчал немного, но оставив детей у лодки, пошёл следом.

— Зачем тебе они? — устало удивился он, когда Рагна принялась одним из мечей, лично ею приспособленным в качестве топора, рубить сухие небольшие деревца.

— Из них получится отличная острога, — заявила ведьма, продолжая рубить деревца. Когда дело доходило до уязвимого на месте рубки, ломала его ногой, видя жалобное и брезгливое выражение лица Динея. Юный маг больше сожалел об оружии — даже сейчас, в голодные часы… Стволы оказались тем, что надо: не жилистыми, а окаменело жёсткими.

— Острога? Что это?

— Ну, скажем — копьё для рыбалки. Спустимся — покажу, как ею пользуются.

Кийкет слишком мал — думала Рагна. А то бы она набрала дерева побольше. А так — взяла семь штук, хватит пока, и посидела немного, обтачивая будущую острогу, а потом ещё и слегка прижгла конец на костре, который развели, чтобы согреться.

Две остроги. Хватит. Пока.

Если Диней смотрел на самодельные, а оттого немного кривые копья чуть ли не пренебрежительно, то Арнас (заметила ведьма) наблюдал за созданием, по сути, охотничьего оружия, напряженно. Не с интересом, а с ожиданием. И, когда ведьма встала от костра и склонилась, чтобы взять оба оружия, мальчишка первым цапнул одно. Цапнул, а потом испугался, прижимая острогу к себе и выжидательно глядя на ведьму, не обозлится ли.

— Идём, — спокойно сказала Рагна и, кивнув — подтверждая разрешение, крупным шагом направилась к ближайшим береговым камням.

Раз оглянулась: Арнас поспевал за нею, хромая сильнее обычного, потому как торопился. Да и бос был — много не побегаешь на мелких камнях.

Зато здесь, среди здоровенных камней, за годы успевших потерять острые края, они поохотились вдоволь. Здесь-то морская охота после отголосков того далёкого шторма оказалась просто великолепной: только успевай бить добычу…

И, кажется, эта охота для глаза была настолько азартной, что неуверенно подошедший к ним юный маг, с двумя «необточенными палками» в руках, не выдержал и бросился к воде, едва не поскользнувшись на камнях, маслянисто замшелых от мелких водорослей… Лунах тоже добежала, но потрогала воду, вздохнула, а потом принялась бегать от камней к костру, перетаскивая к костру пойманную рыбу, а заодно следя за самим огнём, чтобы не потух. Девочка училась новой жизни беспрекословно. И Рагна только радовалась про себя, что Лунах не привыкла быть настоящей барышней из «славного рода», капризной и своевольной. Впрочем, теперешние обстоятельства быть такой и не позволяли. А Лунах явно была девочкой умной.

Рыбу запекли всю. И сейчас поесть, и с собой в запас взять.

И Диней сел на вёсла не просто отдохнувший, но готовый к долгим поискам нужного пристанища.

За этот день они снова убедились, что не зря взяли на борт Арнаса. Тот, хоть и слабее Динея, но с вёслами тоже управлялся неплохо. Так что Диней временами получал более длительную передышку от тяжкой работы, чем тогда, когда его сменяла только Рагна, после чего вновь садился на скамью и брался за вёсла… Пока море было благодатно-спокойным, Рагна учила всех свободных от вёсел, как вязать и крепить узлы из найденной на судёнышке верёвки, чтобы превратить её в небольшие охотничьи силки на мелкого зверя. Эта учёба помогала справиться с глухим чувством отчаяния. Кажется, маленькая Лунах инстинктивно понимала это, потому что вязала так, словно боялась пропустить хотя бы мгновение учёбы. Лишь бы занять руки. Лишь бы занять голову.