Глава 16

— Ты не смотришь оборотням в глаза, — фыркает Габриэль, присаживаясь на пригорке рядом со мной. — Боишься наткнуться на избранного? Думаешь поможет?

— Мы договаривались, что я буду латать волков, а насчёт того, что ты, альфа, будешь набиваться мне в духовники, мы не договаривались, — сосредоточенно оттирая руку от крови, выдавила я. — Меня подбросят до дома или как?

— Или как. До границ территории Эрика. И всё-таки почему злишься? Мы все это чувствуем, жесть как мешает, знаешь ли. В стае Эрика тебя обижают? — прищуренные карие глаза меня внимательно изучают, оборотень считывает и анализирует каждую мою эмоцию, уже начиная забрасывать крючки. Уверена, он знает, что я встречаюсь с маргулом, чувствует запах. Хитрый зараза. Знает и молчит.

— Это личное. Я можно сказать спасла пятерых твоих парней. Теперь я собираюсь выспаться и успокоиться.

— И хорошенько подумать, — словно договаривает мои мысли Габриэль.

— Верно, — меня должно это пугать, цепкость, хитрость этого коварного существа, но я так устала, что мне почти всё равно. Хотя я даже не сомневаюсь, что с Габриэлем мы ещё увидимся.

Всё-таки на земли Эрика волки Габриэля сунуться не рискнули, поэтому еле волоча ноги я прошлась от границы пешком, после поймала попутку и попросила высадить меня в центре. Вид у меня немного жутковатый, но в краю лесорубов и охотников пятнами крови на одежде никого не удивишь и не напугаешь.

Мне вдруг так захотелось чего-то нормального, хоть как-то придать обычность своей жизни, захотелось просто до одури. Может испечь пирог? Это ведь нормально? Тем более, что в гостях у Мишель до пирога мы так и не добрались. Чёрт, как же я зла на Леду! Не придумав ничего лучше, заглядываю в маленький продуктовый магазинчик и уже на кассе обнаруживаю, что не хватает десяти баксов, чтобы расплатиться за весь товар.

— Чёрт, придётся отказаться от молока, консервированных ананасов и забыть про пирог, — бормочу я, смущённо улыбаясь девушке кассиру.

— Будешь должна, — вдруг выдаёт она, доброжелательно мне подмигивая. — Иногда пирог единственное спасение от хандры.

Вот те раз! После такой сумасшедшей ночи обычная человеческая доброта кажется чем-то сверхъестественным, даже круче, чем оборотни и эта жуткая магия маргулов. Я так и застыла с открытым ртом, не находя слов.

— Позже как-нибудь занесёшь. Из-за десяти долларов я не обеднею, — продолжает она болтать, складывая мои покупки в пакет. — Я в этом городке человек новый, вот пытаюсь завести друзей.

— О … спасибо, конечно, огромное. Очень неожиданно, но приятно, — беру пакет, словно потерянная, дохожу до дверей и решительно возвращаюсь обратно. — Ты случайно завтра не выходная?

— Верно, я работаю через день. Но можешь отдать, когда будет удобно.

— Конечно я верну эти несчастные десять баксов. Я не об этом, если у меня пирог всё-таки удастся, приходи завтра ко мне в гости. Я тоже свободна и тоже в этом городе недавно. Где можно чиркнуть адрес? Как тебя зовут?

— Брук, — сунула она мне в руки блокнот.

— А меня Ханна. Приходи обязательно. Хочу отблагодарить за отзывчивость, это теперь такая редкость. Я и номер телефона записала.

— Спасибо, постараюсь не заблудиться и прийти, — улыбается она, открыто, искренне, чуть смущённо. Очень по-человечески. Очень надеюсь, что она обычная девушка и одновременно ловлю себя на мысли, что теперь нехотя я сомневаюсь в каждом, потому что я не совсем умею отличать сверхъестественных созданий от нормальных людей. Даже я, как оказалось, ненормальная.

…Сон. Он спасает, исцеляет, ограждает на время от действительности, давая возможность спрятаться и восстановиться.

Но надолго от реальности не убежишь. Не пойму, от чего я проснулась, то ли от волчьего воя, который мне снова померещился, то ли от прикосновения.

— Крис, — улыбаюсь, и потягиваясь, льну к нему. — Не думала, что тот, кто заявлял мне, что вся его жизнь где-то там, так скоро снова появится в моём доме. Но я безумно рада.

— Тебе бы в душ, — хмыкает он, отстраняясь. Золотой мальчик у нас чистюля ещё тот. А ещё его будто бы снова что-то гнетёт.

Но когда я выхожу из ванны, Крис уже сидит в кресле поглаживая кота.

— Мистер Рок, — кивает Крис. — Ему не нравится жить в квартире и то, что я очень редко бываю дома. Вот решил, что у тебя на свежем воздухе ему понравится больше. Да и в этих тварях ты лучше разбираешься. С него сыплется ужасно много шерсти, про кошачий туалет вообще молчу, короче, домашние животные — это не моё. …А насчёт того, что я к тебе зачастил … после случившегося в логове Эрика я не мог не появиться, Ханна, но вся моя жизнь действительно там. Мы могли бы быть вместе, если бы моя Ханна выбрала меня. Но ты приняла сторону оборотней. До сих пор принимаешь, или у меня есть надежда?

— Ты ведь тогда в прошлый раз в душе … бормотал какое-то заклятье, сказал, что мы почти помолвлены. Я … думала мы вместе, пусть и без возможности часто видеться, — непонимающе качаю головой.

— Типа помолвлены, больше связаны, ведь своим признанием ты подбросила мне идею бороться за тебя. Может, мне начать тебя шантажировать? Что-то типа того, хочешь уберечь волков, поехали со мной в Денвер?

— То есть, Эрик был прав, когда сказал, что ты будешь убивать тех, к кому у меня …пробудится зов? Не верю, что именно ты на это способен!

— Ну знаешь, отчаянье иногда подталкивает к совершению поступков, которые тебе не свойственны. Почему всё должно быть так, как хочешь ты, Ханна? — вскидывается на меня его упрямый взгляд.

— Волки говорят, что важно проявление моей воли, тогда сработает мой дар и предназначение. Я ведь не поддалась этому зову. Из-за тебя, между прочим, моё сердце помнит, что оно привязано к красавчику Кристиану Таффиту. Этому зову возможно сопротивляться, так что не нужно меня шантажировать, избранные волки не проблема. А вот это подарок мне нравится, — забираю у него мистера Рока и начинаю мурлыкать вместо кота. — Теперь я не знаю, кто из вас красивее он или ты.

‍

— Надо же, теперь придётся ревновать к коту. …Со временем проблема с избранным волком обострится, Ханна. Ты не сможешь противиться если будешь к ним в непосредственной близости, это невозможно. Но если ты поедешь со мной, подальше от территории стай, я смогу тебя оградить и твой зов больше не пробудится. …Если ты меня любишь, почему тебе так сложно выбрать?

Сегодня всё явно ведёт к очередной ссоре.

— Почему маргулы продолжают это делать, Крис? Расставляя капканы самым подлым образом. Оборотни умирают в страшных муках. А эта бездетность? Что за чудовище наложило это проклятье? Ты видел искалеченных малышей, которых рожают отчаявшиеся матери, пытаясь обмануть проклятье? А я видела и у меня чуть сердце не разорвалось от боли!

— Как я понял, оно у тебя вообще разделилось на две половины!

— Да! Именно так! — подняла я голос. — А всё из-за этого дара, способного облегчить боль этим существам. Вчера ночью кое-кто из оборотней поцапался с законниками, и мне пришлось доставать пули охотников, потому что оборотни не в силах вытолкать из себя отравленный метал, и делала я это без обезболивающих препаратов, моё прикосновение для них словно местный наркоз. Чувствую себя мутантом, но это чудо. Я не могу забыть об этом и уехать с тобой, хотя моё чувство к тебе очень глубоко. Мы будто в замкнутом круге, — качаю головой, вглядываясь в эти глаза, которые вроде бы и понимают меня и отказываются понимать.

— Тебе случайно не мерещится волчий вой? — заиграл желваками Крис. — Ничего такого не замечала?

— Возможно, что-то такое было.

— Тогда совсем скоро ты уже не будешь так озабочена чувствами ко мне. А втроём у нас жить не получится! …Почему я дурак всё время брежу призрачной надеждой?! — вскочил он на ноги, будто собравшись уходить. — Не стоило тебе мне звонить и признаваться в любви тоже не стоило. Потерпела бы немного и получила свою мега страсть!

— Просто ты борешься за меня не теми способами! Куда ты снова уходишь? — я хочу подойти к нему ближе, прикоснуться, но Крис почему-то начинает пятиться.

— Я заглянул ненадолго, всего лишь, чтобы увидеть тебя и отдать этого обжору. Завтра я должен пройти особый ритуал, мне нужно настроиться, ведь моя семья ждала этой даты пять лет. Секс противопоказан, только пост и попытки очистить мысли. Так что меня не будет пару дней. Где медальон, который я тебе дал?

— В кармане… — запнулась я, глядя как он разочарованно покачал головой. — Хочу тебя поцеловать, но не стану. Позволю себе хотя бы надеяться, то волки будут тщательно охранять своего лекаря, — и не позволив мне приблизиться, Крис решительно вышел за дверь, и я уверена, что там он просто растворился в воздухе, как это умели делать только маргулы.

— Что ж, мистер Рок, а к нам завтра придут гости, поэтому посвятим этот вечер пирогу и тоже попытаемся очистить мысли, — бормочу я сама себе, но вижу, что кот не против, ведь кухня ему понравилась гораздо больше, чем комната, особенно когда он выклянчил у меня сырое яйцо.

И где-то на этапе замеса теста …я почувствовала присутствие кого-то за моей спиной и в этот самый момент мистер Рок дико зашипел, увеличившись в размере раза в два.

— Если никто не ранен, то я не принимаю, — произношу не оборачиваясь, потому что абсолютно уверена, что сзади замер кто-то из волков.

— Я хочу объясниться.

— А тебя тем более! — бросила я, узнав голос Леды. — Такого я от вас не ожидала! Не смей ко мне больше подходить!

— Ханна, ты знаешь, что оборотни умеют любить безусловно? — Леда всё-таки не уходит, а я не оборачиваюсь, продолжая несколько нервно укладывать тесто в форму. — Люди на это не способны. У людей всё время есть какие-то условия: обеспеченность, внешние данные, какие-то договорённости типа ты моешь посуду, а я выношу мусор, и тому подобное. А когда эти договорённости и ожидания не соответствуют, человеческая любовь рушится, потому что её основа слаба. У нас же всё иначе. Наши чувства не зависят от денег и насколько ровные у твоего избранника ноги. Без условий, что ты обязан то, а я это и только тогда мы станем парой. Волки просто любят, преданно и всей душой. Для нас главное преданность души, не тела. И мы всеми силами стремимся, чтобы твой возлюбленный стал ещё счастливее…

— Какая прелесть! Прямо идиллия, сейчас расчувствуюсь и обзавидуюсь, — я всё-таки не выдержала и повернулась к ней лицом. — Не надо загибать, Леда! Да, ты любишь своего Кайла, ты знаешь, что он хотел бы стать отцом поэтому делаешь для этого всё возможное, даже готова уложить рядом со мной своего мужчину, а может быть даже присоединиться и любить меня. Действительно почему бы не заботиться о той, кто может выносить частичку твоего оборотня. Кайл вроде бы тоже любит тебя, только не знаю как эти его чувства совместить с его желание сдохнуть на той арене. Но допустим он любит тебя безусловно и ради возможности иметь малыша, которого вы потом будете вместе растить, он готов разок-другой со мной переспать. Зашибись, какие у вас настоящие чувства, вот только никто не подумал обо мне!!! О моих чувствах! Несмотря на этот дурацкий зов, я не люблю и никогда не полюблю твоего Кайла. И если даже когда-нибудь соберусь стать матерью, то подарю ребёнка мужчине, которого буду безусловно, как ты говоришь, любить всей душой.

— Стоит ли это расценивать как то, что у одного из волков есть шанс? — прищурилась она. — Ведь ваши отношения с маргулом безусловными назвать нельзя. Ты не идёшь за ним, значит, оставляешь надежду волку.

— Проваливай, Леда, иначе я запущу в тебя сковородой. И не показывайся мне на глаза в ближайшее время, — процедила я сквозь зубы в ответ.

А после её ухода зарычала, сжав кулаки, отчаянно и злобно, снова напугав бедного кота. …Что-то было в её словах. В эту минуту мне так хотелось уткнуться Крису в грудь, прижаться к нему. Но его рядом нет. Снова у меня есть только я.

…Зато пирог удался на славу!

— Не сбыться моим мечтам спокойно провести ночь в своей кровати. Не иначе как снова понадобился кому-то доктор Айболит, — ворчу я, топая к разрывающемуся телефону.

— Привет, это Конор. Не спрашивай откуда у меня твой номер, и кто я такой, важно не это. Нужна помощь, — услышала я низкий и сдержанный голос по всей видимости оборотня.

— Что случилось?

— Хочу получить ответ на тот же вопрос. Что случилось с одним из моих парней? Ты доктор, говорят, у тебя дар чувствовать животных, вдруг ты сможешь объяснить и помочь.

— Оборотни не животные, — спокойно отвечаю я, понимая, что снова разговариваю с альфой. Габриэль мой номер что там всем вожакам раздал?!

— Моя ты умница, — его ирония шагает вместе с голосом по острию ножа, дыша безусловной силой и опасностью. — И всё же. Иго зовут Янис, и он не может обратиться. Он изгрыз себе лапы, выдрал себе куски плоти и бился головой до тех пор, пока не потерял сознание. Обезумев, он будто пытался покончить с собой. Мы связали его и периодически вводим транквилизатор. У нас есть выход на посвящённого доктора, и он уверяет, что это мутации дали о себе знать. Но я сильно сомневаюсь, мутации обычно проявляются в детстве. А Янис, которому уже отроду тридцатник, полноценный сильный оборотень. И тут вдруг резко он слетает с катушек. Что-то не так. Нужно докопаться до сути. Не хочу потерять классного парня.

— Что ж, привозите его сюда, посмотрим, — с осторожностью предложила я, догадываясь, что на самом деле не всё так просто.

— А вот с этим проблематично. Яниса не стоит транспортировать. Тем более, Эрику не понравится нарушение границ. Короче, не до стычек сейчас. Тебе лучше навестить нас лично, — о, судя по тону, этот тип никогда никого не упрашивал, но и приказывать в данной ситуации он мне не смеет. Я чувствовала его сжатую в кулаке нервозность. — Не подумай, я не пытаюсь заманить и использовать тебя. Это было бы слишком примитивно для меня. Фишка в воле пробуждённых. Маргулы, сумеречный кодекс и тому прочее, к такой матери это всё. Янис умирает, как альфа я это чувствую и пытаюсь сделать всё возможное, чтобы его спасти. Так каков будет твой ответ, Ханна?

— Ладно, соберу инструменты. Куда ехать?

— Деревня Мэнтли-Хот-Спрингс. Тебя встретят на въезде. Спасибо, Ханна.

— Пока не за что.