Глава 7

Я почти бежала, даже не замечая, как глубоко и шумно втягиваю морозный воздух, выпуская клубы пара. Желание оказаться сейчас как можно дальше от этого места было настолько сильным, что я даже согласна идти остаток ночи пешком.

— Я могу отвезти её. … Всё равно нужно пока чем-то отвлечься, — мрачный, хрипловатый голос возникшего рядом со мной Кайла лишь усиливал штрихи этой жуткой ночи. — Только что заправил снегоход.

— Не очень удачная идея, — насторожился Эрик. Оказывается, всё это время он бежал за мной следом. — Особенно, если учесть, что ты любишь выкидывать фокусы в самые неожиданные моменты. Нам сейчас проблемы не нужны, Кайл. В таком состоянии лучше оставаться дома.

— Ты позволил ей позаботиться о Леде, так почему я не могу позаботиться о ней? — вдруг подтянув меня к себе словно тряпичную куклу, Кайл проворно застегнул на мне куртку, вырвал из рук шапку, нахлобучив мне её на голову. — Даю слово, она будет в безопасности. …А ты держись крепче, чтобы я не шнырял за тобой по сугробам! — бросил он в мою сторону, усевшись на мотосани.

Чёрт с ним как ехать, главное, что подальше, подумала было я, даже не оглядываясь. Кайл рванул с места, как только я обхватила его руками.

Но посреди этой глухомани, где-то примерно на полпути снегоход неожиданно заглох и Кайл зачем-то пересел ко мне лицом:

— А теперь слушай сюда, — пренебрежительный и грубый тон пугал меня куда меньше, чем … его глаза. Сверкнувшие жёлтые глаза … волка, которые в следующий миг вспыхнули синевой, такой неестественной, не присущей этой реальности, из-за чего хотелось зажмуриться и закричать. Но я сдержалась. Просто застыла.

— Это хорошо, что ты боишься, именно на такой эффект я и рассчитывал. Никто не удосужился ничего тебе объяснить, хотя ты заметила много странностей. Так вот — даже не вникай и никогда больше сюда не возвращайся. Это сохранит тебе жизнь. Поверь мне. И это даже не совет, крошка, и не просьба — так я отдаю тебе долг.

— Но ты ничего мне не должен, — я сама еле себя расслышала.

— Ханна, кажется, так тебя зовут? … Скажи мне, Ханна, сколько, по-твоему, людей сегодня было в поселении?

— Дурацкий вопрос! Как я могла всех сосчитать!? — вырывалось у меня чуть громче, но я по-прежнему не могла оторвать загипнотизированного взгляда от его нечеловеческих глаз.

— Вопрос как раз по существу, это ты глупая, — сердито фыркнул Кайл. — Я тут ради неё, видите ли, правила нарушил, чтобы спасти её! Всего два человека. Ты и твоя подруга. Поэтому, как только я доставлю тебя в Форт Юкон — уноси ноги подальше. Поняла меня?

— А что будет с Мишель?

— Ты что ей мать? У неё своя жизнь, а у тебя своя! — рявкнул Кайл, не особо любивший долгие разговоры. — Она сделала свой выбор, я же хочу, чтобы твой выбор был правильным. Просто отстань от неё, нечего лезть со своей опекой, когда тебя не просят!

— Вот именно, — тихо ответила я, отводя взгляд.

Кайл лишь раздосадовано покачал головой, видимо, понимая, что он говорил в пустоту, что я всё ещё недостаточно напугана и всё равно поступлю по-своему.

Остаток пути мотосани лихо перепрыгивали снежные барханы, а я изо всех сил пыталась не свалиться на этой бешеной скорости. Притормозив на окраине города, Кайл снова пристально взглянул мне в глаза:

— А вот тебе ещё один фокус и пища для размышлений. Зажмурься и подумай о своём парне. Просто возьми и мысленно прокричи, позови его по имени. Смелее. Тебе понравится.

Делать нечего, я зажмурилась и не потому, что поверила ему, а скорее затем, чтобы он от меня отстал. Закрыв глаза, мысленно прошептала: «Кристиан». И совершенно точно я не была готова услышать рядом его голос:

— Вали отсюда, парень. Не советую больше показываться мне на глаза! Никому из вас!

В немом ужасе продолжаю таращиться на возникшего Криса, не сопротивляясь его рукам, которые стягивают меня с мотосаней. Вцепившись ему в плечи, заторможенно наблюдаю, как Кайл удаляется в темноту бескрайней северной ночи.

— Пешком пройтись не предлагаю. Сейчас подъедет такси, — сдержанно роняет Крис, вздыхая с таким болезненным видом, словно глядя на меня у него начинают ныть зубы. Но скорее всего у него выкручивает нутро, от того, что теперь ему придётся отвечать на мои вопросы, посвящая меня в некую правду. Правду, которая изменит абсолютно всё.

— Я видела странные вещи, — первое, что я произношу, войдя в номер, пытаясь облегчить ему задачу. Потому что в такси мы сохраняли напряжённое молчание лишь подчёркивая им крах моих прошлых преставлений и надежд. — Мне сказали, что ты знаешь все ответы и что только ты вправе посвятить меня в некую тайну. Я ужасно устала и…

— Тогда давай отложим до завтра. Пожалуйста. Серьёзные разговоры в таком состоянии лишь усугубят ситуацию. Ханна, прошу всей глубиной своих чувств, давай отсрочим раскрытие тайн! Мне показалось, что голос Кристиана задрожал. Никогда его таким раньше не видела. Никогда не видела такого выражения глаз и не слышала такой интонации голоса. По-моему, впервые в жизни мне и самой хотелось разреветься.

Кивнув, кое-как раздевшись, заползаю под одеяло, позволяя ему обнять меня. Мы так и уснули молча в этой трещащей по швам реальности, удерживая друг друга прикосновениями тел.

— Так вот, — стоило мне открыть глаза и потянуться, не вылезая из-под одеяла, спокойно произносит Крис. — Уже два часа не сплю, всё думал с чего начать, любовался твоей безмятежностью, сочинял отговорки, но в итоге решил, что придётся вывалить голую правду без прикрас. Тебя это шокирует, но хотя бы немного остудит твоё рвение спасать тех, кто тебя о своём спасении не просит. Готова встретиться с новым мировосприятием?

— Не знаю готова ли. Но у нас нет другого варианта. Поэтому рассказывай, Крис, — сжалась я в напряжённый глазастый комочек.

— Твоя тётя Анжела состояла в братстве Маргула. Братство объединяющее ведьмовские ковины. Чьё влияние и сила достаточно велики в центральной и северной части этой страны. Твоя тётя не обладала какими-то выдающимися способностями, но мы следили за вашей семьёй, потому что ты особенная, Ханна. Я тоже маргул, по своей сути я ведьмак, и мой род стоит во главе братства, а наш ковин один из сильнейших. Этот мир, населяют не только люди. Люди — это ширма, за который скрываются истинные обитатели, существа, обладающие сверхъестественными способностями, в чьих владениях непознанные человечеством грани. Мы просто не позволяем людям в этом разобраться, чтобы никто не вмешивался в наши вековые устои. Те, кого ты увидела в том поселении — это оборотни. Существа, способные принимать образ волка и человека. Они невероятно сильны физически, их тела способны к регенерации, они умны, быстры и крайне опасны. Их эмпатия на запредельном для человека уровне. Некоторые из них обладают способностями к гипнозу и управлению человеческим сознанием, их называют бетами. Обычно бета правая рука альфы. Оборотни, как и волки, живут стаями. У каждой стаи есть свой вожак, Эрик вожак стаи «северные призраки». Пол века назад, между ведьмаками и оборотнями произошла серьёзная стычка, которая чуть не развязала новую войну. И маргулы, сотворив особое заклятье, прокляли оборотней обрекая их на бездетность. Теперь женщины этого племени не могут выносить здоровых малышей, как бы они не пытались. К слову, снять это заклятье практически невозможно, как говорится, слово не воробей — вылетит, не поймаешь. Но в природе всегда заложено равновесие, как оказалось, у этого заклятья был побочный эффект — среди потомков маргулов стали рождаться девочки с мутировавшим геном, они способны выносить и родить оборотня. Ребёнок рождается крепким, а вот мать выживает не всегда. Таких детей воспитываю их отцы, либо малыша забирает одна из бездетных пар оборотней. Мы стараемся прятать этих особенных девушек — оборотни их неустанно ищут. Понятное дело, что они не хотят вымереть, как динозавры. В нашем мире существуют специальные законы и особые подразделения законников, охотники, которые следят за шатким миром между расами. Всё сложно. Я понимаю…

— Ты … хочешь сказать, что я …какая-то ведьма?

— Да, ты потомок маргула, в тебе может и есть способности, но они скрыты, и в таком возрасте уже вряд ли проснутся. Не все люди в курсе своего происхождения. Как, например, твоя подруга Мишель, которая угодила к ним в лапы.

— Она говорит, что любит… — в ужасе качаю головой. Чтобы это осознать мне придётся потратить не один день.

— Возможно и любит, кто ж её знает. Но тебя я им не отдам!!!

— Мишель сказала … её беременность протекает тяжело… — продолжаю рассуждать я, пытаясь мысленно защититься от этого кошмара, но у меня ни черта не получается. — Она погибнет?

— Я же сказал, что такое случается. Но мы не можем её забрать. Закон на их стороне. Твоя подруга сделала свой выбор сознательно. Тут уже ничего не попишешь…

— Значит, — не дала я ему договорить, — Все эти годы ты отирался рядом со мной, чтобы не дать меня заграбастать какому-то оборотню? Даже не попытавшись мне ничего рассказать???

— Не нужно поднимать голос, Ханна. Я понимаю, ты на эмоциях. А ты бы мне поверила? Сомневаюсь. Я был рядом совершенно по другой причине. Я люблю тебя! И все эти годы я ждал, что твоё каменное сердце дрогнет и ты осчастливишь меня ответным чувством. И я всё ещё надеюсь, что ты примешь моё предложение, учитывая раскрывшиеся факты.

— У меня на раздумья есть ещё три месяца. …А теперь уходи, Крис. Прошу. …Оставь меня одну. Хочу всё переварить и …смириться с реальностью, — он знает, что ему меня не переубедить. Я столько раз отталкивала его от себя, что он уже привык, выработав иммунитет. Правда всякий раз при этом у него каменеет и бледнеет лицо.

— Пришлю тебе кое-какую литературу и мои дневники. Почитаешь на досуге о своих корнях и о тех шавках. Так и знал, что не стоило тебя туда отпускать!!! — процедил Крис, играя желваками. Прощаясь со мной угасающим взглядом. Каждый раз, когда мы вот так расставались, он смотрел на меня словно в последний раз.

***

За эти три месяца мы ни разу не виделись. И даже не созванивались. Это была наша самая долгая разлука за четыре года, но я была уверена, что Крис в курсе всего, что со мной происходит. Особенно после прочитанной мною литературы, которой он так старательно меня снабдил. …Эти маргулы были способны на страшные вещи. Нет, за это время я уже смирилась с этой невероятной правдой и этой новой реальностью, но я всё ещё не могла принять того факта, что я тоже отношусь к этому жуткому братству фанатиков, обладающих сверхсилами, не ценящими жизни других и людей, в частности. Я всё никак не могла почувствовать себя причастной, услышать зов крови своих предков и всё такое. Вместо этого мне до жути было жаль оборотней. У меня перед глазами постоянно стояла та волчица и её мертвые малыши. Это самое жестокое наказание — лишить возможности испытать радость материнства. Поэтому в моей душе рос протест, мне никоим образом не хотелось даже близко находиться к этим маргулам. А раз Крис был одним из них, значит, и к нему тоже. Таким образом я приняла решение. Я решила, что нам пора расстаться окончательно и навсегда. Что я ему и озвучила, когда Кристиан подошёл ко мне после вручения диплома. Но мне кажется, он ещё издали всё понял по моим глазам.

— Рад за тебя. Профессия мечты, — процедил он мрачно, скривив своё красивое лицо. — Лечить кошек, собак и овец. Сердобольная доктор Ханна. …Значит, нет? Рванешь на Аляску, небось?

— Единственный плюс от того, что в моих жилах течёт кровь этих твоих маргулов — так это то, что на меня нельзя повлиять никакой вашей магией, внушением и тому прочее. Это мой выбор, Крис. Все эти три месяца мне снилась моя тётка, которая умоляла меня идти за зовом сердца. И вот я чувствую, что моё место там.

— Странно, что у тебя это сердце имеется в наличии. А вот я всегда знал, что моё сердце будет разбито и как я ни старался этого избежать, но судьбу не обманешь. …Жутко хреновое чувство. …Жаль. …Прощай, Ханна. Теперь ты сама по себе.

Он даже не прикоснулся ко мне, а последние слова произнёс, не глядя в глаза. И я его за это не виню, ему было больно. Как и мне. Вот только я не сказала ему об этом, что моя особенная привязанность к нему навсегда останется в уголочке моего вовсе не каменного сердца. …Просто у меня посттравматический сидром.

… Ну не могла я поступить иначе. Зная правду, тем более не могу притворяться, что порядок вещей в этом мире всё так же незыблем, подчинён законам природы и психологии человеческих потребностей. Эта правда больше не позволит мне крепко спать по ночам и спокойно смотреть на прохожих. Теперь, когда привычная обыденность рухнула и реальность очертила свои скрытые грани, мне предстоит узнать этот настораживающий мир заново, увидеть его настоящим, без ретуши иллюзий, таким, каким он есть на самом деле. Набравшись смелости я позволила себе последовать за своим предчувствием, даже если в этом на первый взгляд не было никакой логики и здравого смысла. Ощущение, что я ещё понадоблюсь своей подруге и что моё место здесь на Аляске, не оставляло ни на минуту, и чем ближе я была к Форту Юкон — тем сильнее становилась моя уверенность.

Мечта открыть свою собственную клинику или хотя бы для начала кабинет, никоим образом не помешала мне устроиться на работу в местный питомник при заповеднике. С жильём так же не возникло никаких проблем. Перетащив из машины свои нехитрые пожитки и поборов, казалось бы, непреодолимое желание сразу же рвануть к Мишель, я принялась наводить порядок в стареньком сыром коттедже, обветшавшем за несколько лет без хозяев. Нужно было ещё раз подумать, как вести себя при … них. Даже мысленно запинаюсь, будто не решаясь признать их существование. Оборотни.

«Сколько не представляй себе эту встречу, всё равно невозможно спрогнозировать, как отнесётся к моей позиции Мишель и как среагирует Эрик»

Нет, я уже не боялась. Волновалась, правда, немного, но это никак не влияло на мою теперешнюю принципиальность, которую я собиралась им озвучить.

Несмотря на то, что тогда всё было заметено снегом — дорогу я отыскала довольно безошибочно. На первый взгляд этот маленький посёлок казался безлюдным, но на самом деле это было не так. Как мне удалось узнать из записей Криса, на этом своего рода блок посту всегда отираются самые сильные оборотни, охраняющие подступы к настоящему логову стаи.

Пришлось снова положиться на интуицию и толкнуть дверь в один из домов.

Крепкий детина, перепачканный машинным маслом, ковырялся в бензопиле, которая занимала весь кухонный стол.

— Привет, — выдохнула я, как мне показалось, сохраняя спокойствие.

— Здорово! — не оборачиваясь, бормочет он.

— Я ищу Мишель или Эрика на крайний случай. Этой зимой я…

— Я знаю, кто ты, — перебивает меня лесоруб, наконец, взглянув в мою сторону, тут же почему-то сощурившись. — Тебе придется немного погулять, дорогая, и подождать. Хочешь, в холодильнике есть кола и пиво, угощайся. А мне нужно починить эту зубастую сучку, достала она меня, выделывается через день! — проворчав, как ни в чём ни бывало, парень снова взялся за работу.

— Нет, спасибо. Как долго?

— Минут тридцать-сорок. Торопишься? — не отрывая взгляда, спросил он, сунув в зубы отвёртку.

— Не понимаю в чём трудность? Я всего лишь хочу навестить подругу.

— А именно отсюда пляшут и множатся все трудности, — выплюнутая отвёртка покатилась по столу и упала на пол. — Тебе всё объяснят, наберись терпения.