Глава 15

На просторной площади перед подъёмным мостом через поток ведущим к воротам в герцогский замок, было тихо и почти пусто. Лишь сидела на небольшом сундучке неподалеку от защищавшего канал парапета женщина в темном плаще с надвинутым на лоб капюшоном. Да чуть поодаль расположились у костерка двое мужчин, что-то неспешно попивая из медных походных фляжек.

– Это Прон и Вашек, – с первого взгляда узнала наемников Ильда и возмутилась, – их что, не пустили?

– Стража приказов не нарушает, – тонко усмехнулся придворный маг, – сказали никого не пускать – значит никого и не пустят.

– А нас? – заинтересовался Бремер.

– А я им не никто, – веско сообщил Анвиез и открыл оконце, – Вашек! Быстро лезьте на козлы!

– Добрый вечер, светлый лэрд, – учтиво поздоровался Вашек, подойдя к дверце, пока Прон торопливо тушил костер и собирал свое имущество. – у нас тут загвоздка… не можем мы оставить лейду одну… её и так все бросили, а ваша стража как озверела.

– А кто это? – поинтересовалась Ильда.

– Лейда Нетанья Диленс. – тихо произнес наемник и вздохнул.

– Как-то я не поняла… а что с ней не так? – оглядела притихших спутников знахарка.

– Эта женщина пыталась стать мачехой наследника, – бесцветным голосом произнес маг, не глядя на окаменевшего Дарвела.

– Но его отца, к несчастью, давно уже нет… – обдумав эти слова, осторожно произнесла Ильда. – И кроме того, я никогда не поверю, что в тот момент за это место не сражались все свободные и не свободные придворные дамы. И не придворные – тоже.

– Все так и было, – бесстрастно подтвердил Анвиез, – но пробраться в спальню герцога удалось только ей.

– Возможно, всё было наоборот, – с сомнением предположила знахарка, покосившись на соседа, сидящего с самым неподкупным видом, – герцог сам выбрал из всех претенденток именно её?

– Вы абсолютно правы, лейда Энильда, – с уважением сообщил повар, – высокородный лэрд Конрад был очень бдителен и осторожен в таких вопросах и выбрал самую безобидную и скромную из девушек, чем очень расстроил и разозлил некоторые знатные семьи, мечтавшие о родстве с герцогом. На неё обрушился град наветов и издёвок, каждый, кому не лень пытался выжить лейду Нетанью из замка. Но пока герцог был жив, он защищал свою женщину и затыкал грязные пасти… а потом его не стало и её совсем зашпыняли. Лишь несколько верных слуг, знавших, как нуждался лэрд Конрад Тайгерд в искренней любви и заботе своей подруги, тайком её поддерживали.

– Ты был в их числе? – догадалась Ильда.

– И не скрываю, – с вызовом смотрел на спутников Бремер.

– Правильно делаешь, – одобрил Вашек, внимательно слушавший этот разговор. – Так как нам быть, лейда целительница?

– Ведите её сюда, – глянув на Ильду, велел маг, – а ты, Бремер, за то, что не рассказал мне всего этого раньше, вылезай из повозки и иди к багажному отделению, там спит кучер, пусть потеснится. На облучке все не поместитесь.

– Весь замок знал, все всё видели, а я должен был рассказывать, – вылезая из кибитки бурчал повар, однако недовольным при этом вовсе не выглядел.

– Извини, Дарвел… – тихо вздохнул маг, поглядывая в оконце, – это действительно некрасиво по отношению к твоему отцу. Он был очень одинок… ты не в счёт.

– Я понимаю, – буркнул наследник, – но должен подумать об этом спокойно… так сразу вверх ногами всё не перевернешь.

– Лэрд Анвиез? – бледная, худая женщина неопределенных лет смотрела растерянно и недоверчиво, – они сказали…

– Садитесь в повозку, лейда Нетанья, – мягко предложил маг, – мы отвезем вас в замок. Зачем вы вообще уходили? И куда, у вас ведь нет ни родни ни дома?

– Дворецкий сказал, мою комнату будут чистить… и я подумала, это хороший повод уйти тихо… – осторожно присев на краешек кресла, горько улыбнулась она, – а идти хотела в монастырь… надеялась нанять какую-нибудь телегу… но не успела.

– Где же вам было обогнать эту стаю, – усмехнулся Анвиез, – а о комнатах для вас я позабочусь сам.

Где-то впереди заскрипели ворота, кибитка легонько дернулась и покатилась по выложенной плиткой дорожке, сулившей путникам отдых от дорог и мягких, но успевших надоесть кресел.

– Хорошо бы найти для лейды Нетаньи покои поближе к моей башне, – заметила Ильда, – мне как раз не хватает соседки, с которой можно спокойно выпить чаю.

– Найдем, – пообещал ей Дарвел, снимая амулет личины, – там сейчас пустует несколько комнат… после ухода знахарки слуги постепенно перебрались поближе к кухне.

– Нужно немедленно запереть в том крыле все спальни, – тотчас принял решение маг – и никому не позволять туда вселяться без моего особого разрешения.

– И без моего, – не смогла смолчать Ильда, хотя и понимала, что это излишняя предосторожность. Наставник и сам не подпустит к ней никого подозрительного. Но очень уж не хотелось оказаться заложницей непонятных ей придворных интриг.

– Конечно, – не обиделся он, глянул в оконце и сообщил, – приехали. Герс подвез нас к одному из «черных» входов, которыми пользуются только слуги и стража. Тут коридоры поуже и гобеленами не украшены… зато идти к башне намного ближе.

Выйдя из кибитки Ильда невольно огляделась, стараясь рассмотреть в свете угасающего дня высокие стены ущелья и башни дворца. Хотя давно знала историю этого замка и его описания из книг и рассказов. Учителей папенька своим дочерям нанимал хороших, стараясь возместить образованием отсутствие знатных предков.

Но одно дело читать, и совсем другое – увидеть воочию знаменитое место, история которого началась несколько веков назад, когда правящий в то время король даровал своему кузену эту долину в придачу к герцогскому титулу.

Разумеется, неспроста он отсылал лучшего друга в самый глухой и дикий уголок своей страны, за густые леса и непроходимые горы. Ярая ревность рвала королевское сердце и туманила разум, ему казалось, что молодая жена слишком любезно поглядывает на его красавца кузена. И, испытывая подсознательную вину за свое жестокое решение, король не пожалел для изгнанника ни золота, ни отборного полка егерей, ни десятки магов, отправленных с заданием помочь новому герцогу обустроиться. Лишь двое из них были магистрами, остальные юными мастерами и подмастерьями.

Никто из них не протестовал, отправляясь в трудный поход. А может, юные искатели приключений даже желали попасть в долину, хотя в те времена она была далеко не так богата и благоустроена, как сейчас. Здесь тогда правили самозваные бароны, ведущие нескончаемую и непримиримую борьбу за обладание добычей самоцветов. Конечно, рыбы и орехов и тогда было не меньше, чем теперь, но никто из хозяев долины не желал тратить силы и золото на постройку дороги через нижнее ущелье. А по неверной тропе через северный перевал много товара увезти не получалось.

Вот и торговали лишь самоцветами, собирая в дорогу мощную охрану, отряды купцов поджидали не только пропасти и голодные волки, но и шайки неуловимых разбойников.

Герцог Антуан Тайгерд въехал в долину по пробитой магами и егерями нижней дороге, и сразу поделил свои силы. Первый отряд, отправившийся вокруг озера по южной стороне, вел командир егерей, получивший от нового правителя чин генерала. Второй, двинувшийся им навстречу по северному берегу, бесстрашно возглавил сам Тайгерд. Они смерчем прошлись по долине, вылавливая всех недовольных и казня посмевших поднять оружие. Во всех посёлках и деревнях герцог назначал старост и нанимал им в помощь гарнизоны, а на больших перекрестках маги возводили заставы, в которых оставались небольшие пикеты егерей.

Местные жители недоверчиво ухмылялись, не веря, что жалким кучкам воинов под силу выстоять против притаившихся баронов и их воинов, но, как оказалось, зря. У егерей были почтовые пирамидки, большая редкость в те времена, и они сыграли важную роль в борьбе за долину. Едва дозорные замечали врагов – моментально запирали ворота и посылали тревожного вестника.

Не успевали самоуверенные баронские наемники приступить к осаде, как на них налетали невесть откуда взявшиеся всадники и маги и нападавшим оставалось лишь бесславно погибнуть, или так же бесславно сдаться. Все почему-то предпочитали второе.

Вот в то непростое время молодой герцог, привезший в долину кроме прочего имущества, юную жену и кучку ее запуганных фрейлин, задумался о постройке жилища, которое станет надежной крепостью для него самого и всех внуков и правнуков.

Он ездил по предгорьям лично, посылал верных людей, советовался с магами и наконец выбрал верхнюю часть довольно широкого ущелья в восточной части долины. Начиналось оно с небольшого водопадика, и это было одним из доводов в пользу постройки здесь крепости.

Но сразу возник вопрос, где разместить дворец, если неглубокий поток занимал почти всю центральную часть ущелья и по весне становился еще шире и бурнее? Строить дом слишком близко к скалам, с которых могли сорваться камни или лавины герцог никогда бы не стал.

Выход подсказали маги. Они предложили пробить вдоль склонов по каналу, разделив таким образом поток пополам. И для безопасности домочадцев огородить их внутренние берега каменными парапетами и решетками. Вдоль каналов пройдут подъездные дороги и прогулочные набережные, и тогда в центре, на получившемся довольно просторном острове, свободно разместятся дворец, сад и все необходимые герцогу постройки.

План герцогу понравился, но в первый год они успели только закончить каналы и закрыть их гранитными стенами. А зимовали в наскоро построенных деревянных домах, и именно в таком доме и родился первый наследник. Зима принесла переселенцам приятные сюрпризы, они с изумлением выяснили, что вода в пресном озере Берсно теплая не только летом, но и круглый год. И потому в морозы над ним стоят туманы, оседающие на окрестных горах и в нижнем сквозном ущелье обильными, влажными снегопадами. Одновременно эти туманы позволяют жителям прибрежных селений спокойно купаться и ловить рыбу, а огородникам – круглый год выращивать зелень и душистые травы на политых теплой водой грядках.

Следующей весной стройка продолжилась с небывалым для этих мест размахом и скоростью. Жители, наконец-то поверившие в избавление от ига драчливых и жадных баронов, и впечатленные размерами оплаты, толпами стекались к ущелью и всем нашлось дело. Кто-то возил гальку и песок, выравнивая будущие площади, кто-то насыпал грунт на место намечающихся садов. Маги смерчами тесали и укладывали в стены дворца неподъемные блоки, укрепляли фундаменты и возводили своды.

А затем поднимали замковую стену, перегородившую вход в ущелье и прокладывали вдоль нее канал, куда пустили воду правого потока, в конце стены вновь объединив его с левым. Этот канал и поднимающийся мост стали дополнительной преградой для возможных врагов, но их больше не было. Простые жители, вкусив свободной и спокойной жизни бдительно следили за всеми подозрительными путниками и бестрепетно сдавали их егерям.

К зиме герцог переехал в вознесенный на высокий фундамент новый просторный дворец. Здание было ниже королевского собрата, всего два этажа, зато с расходящимися веером ступенями широкого мраморного крыльца. Долгое время потомки Антуана жили в этом дворце счастливо, украшая свое жилье все новыми барельефами, картинами, люстрами и гобеленами. Но постепенно он становился им тесен, и появились пристроенные рукава, башни и галереи.

Каждый, кто теперь сумел бы взглянуть на дворец сверху, сразу сказал бы, что замок похож на краба шестью короткими лапами, заканчивающимися вместо клешней основательными башнями. И одна из них на ближайшие годы должна стать Ильде домом.

– Заходи, не стесняйся, – проходя мимо девушки, пригласил Анвиез.

Легко взбежал на крыльцо, распахнул порывом ветра дверь и зашагал по коридору, освещенному шарами с ведьминским мохом. За плечом мага плыли в воздухе чемодан знахарки и её баулы.

Ильда позвала настороженно оглядывающихся барсов и направилась следом за учителем. Позади шёл наследник, несущий в руках три саквояжа и какую-то корзинку.

За ним, прижимая к груди шляпную коробку и боязливо оглядываясь неуверенно брела Нетанья. Её небольшой сундук тащил Прон, вместе со своими дорожными сумами, последними вошли Вашек и Бремер.

– Из этого коридора, – уверенно и громко объяснял наемникам повар, – можно попасть на второй этаж, вон лестница в самом конце, рядом с окном. Арка слева от лестницы, если смотреть отсюда, открывает проход в пристройку, где расположены спальни для горничных. В самом конце широкого коридора вход в башню знахарки. А правая от нас арка ведет в старое здание, в проход к галереям и малым столовым. Между ними можно пройти в пристроенное крыло, где расположены столовые для прислуги и мелких служащих и кухонная башня. Там тоже есть лестница на второй этаж, где живут повара и старшие слуги.

– Нужно поставить в арке дверь, – уверенно заявил Вашек, – нечего тут гулять всем подряд. Больным будем открывать сами, можно дежурить по очереди. И жить будет спокойнее и охранять проще.

Ильда довольно усмехалась, слушая его планы. Как приятно, когда рядом есть мужчины, которые без сомнений берут на свои плечи решение подобных вопросов.

– Вот эту дверь, – отвлек ее маг, уже миновавший боковые двери в спальни и дошедший до башни, – можешь открыть и запереть только ты сама, приложив ладонь вот к этой пластинке. Так было всегда, но теперь я усилил защиту, а завтра добавлю еще плетений. Входи.

Девушка коснулась ладошкой серебряной бляхи со сложным узором магических знаков и отполированными чьими-то руками камнями. Дверь мгновенно распахнулась, открывая взгляду довольно просторную, удлиненную комнату, служившую знахарке приёмной и операционной. Слева у стены стояла обитая кожей мягкая козетка для пациентов, угол рядом с ней, ближе к окну, был отдан внушительному буфету с застекленной верхней частью и множеством ящичков в нижней. Этот основательный и неподъемный шкаф явно использовали не по назначению, а для хранения зелий и различных инструментов. У правой стены напротив козетки разместился небольшой столик и два потёртых полукресла, в углу за ними виднелось две двери. А посредине комнаты, под низко висящим магическим светильником, стоял неширокий операционный стол.

Не самая роскошная приемная, в герцогском дворце могла бы быть и получше, усмехнулась про себя Ильда и заглянула в скромно прячущиеся в уголке двери. За дальней обнаружилась лестница на верхний этаж, на удивление широкая и удобная. Ближняя дверь привела в тамбур, откуда можно было попасть в умывальню, оснащенную специальной ванной для лежачих пациентов, и в две палаты, каждая на три кровати. Хотя, насколько Ильде было известно, в замке крайне редко бывало одновременно столько тяжелых пациентов. Всего раз или два, когда отряд егерей попал под сход лавины, да еще после того, как рухнула временная галерка на весеннем празднике.

– На втором этаже твои комнаты, спальня, кабинет, умывальня и комната для барсов, мы переделали её из второй спальни. А на третьем лаборатория и чуланы для сушки трав. Ну и пара запасных комнаток, – пояснил маг, отправляя наверх багаж новой ученицы, – умывайся, переодевайся и приходи в синюю столовую на ужин. Регент непременно пожелает с тобой познакомиться. Пусть Бремер проводит.

– Хорошо, – не стала спорить Ильда, сейчас ее больше всего беспокоило другое, где будут гулять барсы, – а тут есть выход в садик? Или нужно идти через черный вход?

– Извини, совсем забыл, – подосадовал Анвиез, – дверь вот здесь, под лестницей, просто отсюда не видно. Она тоже открывается прикосновением.

Невысокая дверца и в самом деле пряталась под ступеньками, и знахарка немедленно ее открыла. Ей плеснуло в лицо вечерней прохладой, напоенной ароматами цветов, свежескошенной травы и почему-то земляники, а с быстро темнеющего неба подмигнула первая звездочка.

– Из этого садика можно выйти лишь через маленькую калитку, но её давно не отпирали. Карсина не любила ходить в большой парк и в сады, говорила, что воздух везде одинаков, зато шума тут меньше.

И снова Ильда молча с ним согласилась, её предшественнице некогда было разгуливать по аллеям. Да и назойливые лейды не дали бы ей там спокойно отдохнуть.

Барсы понятливо метнулись за дверь, маг улыбнулся и ушел, еще раз напомнив про ужин. Девушка тихо вздохнула, встреча с регентом её не прельщала, но к сожаленью, была неизбежной, и направилась наверх, распаковывать сундук.

Но вначале все же не удержалась, бегло осмотрела свои новые владения. Поднялась на третий этаж, порадовалась оснащению лаборатории, в приюте о таких удобных столах, горелках и всевозможных приспособлениях она и мечтать не смела. Кресло перед чайным столом было именно таким мягким и уютным, как требуется знахарке, уставшей от многочасового бдения за сложным зельем, возле столов напротив мельничек и горелок стояли высокие стулья на колесиках, а над самими горелками нависал купол вытяжной трубы. Сказка, а не лаборатория, у Ильды прямо руки зачесались, сварить какое-нибудь зелье на пробу. Хоть успокаивающее, вряд ли сейчас его запас будет лишним в ее аптечном шкафу.

Но девушка устояла, оторвала себя от изучения блестящих, посеребренных мерных ложечек и направилась вниз, заглянув попутно в чуланы и пустые комнаты. Чуланы тоже порадовали продуманно удобными вешалами и вытяжкой, а в свободных комнатках обнаружились окна и разная утварь, явно оставшаяся от ее предшественниц. Мельком отметив, что там нужно будет покопаться, Ильда спустилась на второй этаж.

Вот здесь все оказалось намного лучше самых смелых ее ожиданий и в первый момент девушка даже растерялась, не зная, как объяснить себе подобную роскошь, вовсе не подобающую по статусу простым знахаркам. В спальне широкая кровать под двойным балдахином цвета аметиста, шифоновым и бархатным, огромный плательный шкаф, в котором уже висят теплые плащи, различные накидки и шали. На большом пушистом ковре возле выложенной плиткой печи, которая может при желании служить камином, новую хозяйку ждали два кресла со столиком. А рядом с зеркалом и пуфиками – её потрепанные баулы и еще пахнущий мастерской чемодан.

Заглянув одним глазом в кабинет, Ильда поспешила в умывальню, время уходило далеко не так неспешно, как в дороге. Глубокая серебряная лохань и краны из которых текла горячая и холодная вода порадовали девушку не менее лаборатории, но искупалась она очень быстро, опаздывать на ужин с регентом считалось неприличным.

Накинув один из висевших в нише пеньюаров из мягкой, льнущей к коже льняной ткани, девушка вернулась в спальню и решительно расстегнула пряжки чемодана. В том, что наставница постарается заказать ученице одежду по её вкусу и размеру, Ильда даже не сомневалась.

Вот потому-то, смело откинув крышку, и не сдержала потрясенного вскрика. Верхним лежало платье дразнящего, ярко-зеленого цвета из переливчатой шелковой тафты. И первым бросалось в глаза открывавшее плечи смелое, сердечком, декольте, пышно отделанное зеленым же кружевом, щедро вышитым золотой нитью.

Точно такое платье она уже видела однажды и надеялась больше никогда не встретить. Тем более – обнаружить в собственном сундуке. Оно вызывало у девушки не просто отвращение, нет, намного более глубокие и недобрые чувства. Ильда его ненавидела остро, как заклятого врага, и ничего не могла с этим поделать. Хотя прошло более пяти лет… и пора бы забыть проклятый наряд как страшный сон, выкинуть из мыслей, как она выкинула его когда-то из своей комнаты… но горечь нанесенных сердцу обид страшная вещь. Живучая как навязчивый страх, как прилипчивое прозвище, как боль смертельных ран, нанесенных в спину теми, от кого никогда этого не ожидал, да и ожидать не мог.

Целую минуту девушка стояла, зажмурившись и сцепив зубы, уговаривая себя успокоиться, потом нащупала свой саквояж, достала успокаивающее зелье и глотнула безо всякой меры, сейчас много не будет. А потом, вытащив ядовитую зелень из сундука двумя пальцами, как дохлую змею, отбросила в дальний угол и с опаской заглянула в сундук.

Слава светлым силам, ничего зеленого там больше не было, по крайней мере, сверху. Первым лежало темно-синее платье из матового муара, безо всяких кружев, со скромным декольте, узким уголком, и неброской атласной вышивкой стекающей с плеч на грудь. Ильда натягивала его поспешно, как егерь форму по тревоге, и найдя подходящие туфельки спустилась вниз, на ходу закалывая волосы. Зверей она позвала в дом особым, тревожным свистом и они примчались стремительно, как примерные пожарники. Выдав им последнее мясо и приказ искать место, Ильда покинула башню и заперла дверь, не сомневаясь за сохранность своих вещей или ингредиентов. Барсы давно уже ничего не жевали и никогда не устраивались в ее комнате, точно зная, что хозяйке это не понравится.

В широком, как галерея коридоре, совсем недавно пустом и гулком, за время ее отсутствия произошли перемены. Появились резные скамьи со спинками, кресла, диванчики и даже столики.

– Я вас провожу, – поднялся с одного из диванов повар, – мне Анвиез приказал.

– Спасибо, – отозвалась Ильда, и указала взглядом на мебель: – а откуда вы все это взяли?

– Из своих спален. Но эта мебель всегда тут стояла, просто запасливые служанки растащили по своим комнатам. Придворный маг обещал прислать дворецкого… уж вы не скромничайте, просите мебель поновее, чтобы лейды не кривили носики, когда сюда заглядывают.

– Пусть не заглядывают, – мрачно огрызнулась Ильда, еще не пришедшая в себя после внезапной встречи с прошлым. – Нечего им тут делать, меня нанимали для герцогских служащих и простой прислуги. Всем остальным я помогу лишь в одном случае, если нельзя будет ждать визита лекаря. Все они в состоянии оплачивать услуги личных целителей.

– Вот какие у вас порядки… – задумался Бремер, – ну это справедливо. Но есть тут и такие лейды, как Нетанья… правда мало.

– Ну так ведь ты же никуда не денешься, подскажешь мне при случае? Как подсказал с мебелью. Сам прикажешь дворецкому поставить другую, или мне нужно позаботиться?

– А я имею право? – заинтересованно прищурился он.

– Конечно. Как и Прон с Вашеком. Только меня предупреждайте… чтобы не было разнобоя.

– Тогда я еще прикажу в одной свободной спальне сделать маленькую кухню и поставить обеденный стол, – аппетиты повара росли мгновенно, – чтобы самому готовить чай и горячие блюда. Хлеб и пироги можно принести раз в день из кухонной башни, я сам буду ходить, но все остальное лучше варить самим. Будем всегда есть свежее и то, что захотим, а не то, что осталось от других.

– Что еще за остатки? – нахмурилась и без того сердитая Ильда, – неужели Карсине приносили объедки?

– Нет, наливали ей из котла… Но в первую очередь всегда наполняют супницы для герцогской столовой, потом советникам, важным гостям… все лучшие блюда кончаются быстрее, чем очередь доходит до знахарки и мелких чиновников. И наливают им самые остатки…

– Довольно, я все поняла, – остановила его знахарка, – вари сам. Выбери комнату, и для начала я дам тебе одну из своих горелок и пару котлов, а потом поставят печь. И тоже не стесняйся, тебе придется варить бульоны и протертые супы для пациентов, хотя я бы хотела, чтобы таких больных у нас никогда не было.

– Но бывают, – понимающе кивнул довольный Бремер, начинавший осознавать, как щедро одарила его судьба, подстроив встречу с этой смелой лейдой.