28 глава. Марина/Талхан

Марина После того злополучного вечера прошло чуть больше двух недель. На следующий день после того как мы отдыхали в свое удовольствие, гуляя в городе, меня ждала приятная неожиданность. Наше фойе было заставлено цветами с открытками, в которых были пожелания скорейшего выздоровления. Из-за моего обморока присутствующие на той вечеринке подумали, что я больна… Лучше так, чем они бы узнали истинную причину. Было так неожиданно и приятно, что я даже немного прослезилась, читая их послания. Для этих людей неважно мое происхождение, я для них – жена Арсоева. Они показали свое отношение ко мне, а я показала свое, разослав всем слова благодарности. В нашем саду облагораживала кустовые пионы. Сегодня ездила навестить бабушку и набрала саженцев пионов, чтобы посадить у нас. Пока приехала, уже вечерело. Не стала откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Наш садовник все переживал, что теперь он не нужен окажется. Причитал, делая обход вечернего полива растительности. Пришлось успокаивать. Я люблю пионы. Жаль, в этом году цветочков не увидим, но вот на следующий уже пойдут бутончики… Двор у нас очень большой, облагорожен зеленью и цветами, в другой стороны части двора – большая беседка, которая может принять человек двадцать, там же бассейн. Как мне муж сказал: «Не всегда можно в озере купаться, только в середине лета. Озеро очень холодное и можно утонуть, если тело сведет судорогой от холода, а это не исключено». Поэтому, буду купаться в бассейне. Я больше люблю гулять или сидеть неподалеку от него, во всяком случае, пока нет комаров могу себе это позволить, даже по вечерам… Невольно возвращаюсь к тому вечеру… Со мной никто встреч не искал, я говорю о человеке, бросившим меня и мою… мать. Она из-за него повесилась. Уверена, что он даже и не знает об этом, а может, и знает… Никогда не смогу его простить. Это далеко не тот случай, когда спустя годы можно забыть и простить. Нет! Цинично бросить своего ребенка из-за перспектив лучшей жизни! А как это прощать? И можно ли призывать к доброте и душевности? Да о чем мы говорим! Спасибо бабушке, что при оформлении документов дала мне фамилию деда. Что касается Марго… не знаю… она тут точно ни при чем. Наверное, лучше без сестры, чем иметь такую. Мы с ней разные… как день и ночь. Ничего не хочу, что могло бы меня хоть как-то связывать с этим человеком. Жизнь идет вперед, не стоит на месте, вот и я не буду жалеть себя. Это требовалось мне в детстве, а сейчас я выросла и не нуждаюсь в жалости. У меня прекрасный муж, которого я люблю до дрожи. Моя ба – мой единственный человек, заменивший мне родителей. Хочу жить и радоваться жизни. «Так и будет», – сказала себе. – Риша… – обернувшись, я выплыла из своих мыслей и широко улыбнулась, скидывая садовые перчатки. – Привет, милый! – Привет. Ты что делаешь? – Я ездила сегодня к бабушке и накопала нам саженцев. На следующий год будут красивые пиончики. – У нас есть садовник для этого. Если тебе нужны саженцы, только скажи какие. У тебя будут те, которых даже в области нет. – Ух… я не сомневаюсь в твоих возможностях, но мне нравятся бабушкины пионы. Признаться, я люблю иногда возиться с цветами. – Так я взял в жены огородницу? – Что, прогадал? – вопросительно подняла свои брови, глядя на него. – Напротив, даже приобрел. Впору уволить садовника, будешь выполнять его работу. Сэкономишь семейный бюджет. – Фигушки тебе, дорогой муж. – Что так? – Я намерена разорить тебя. Он закинул голову и рассмеялся. – Только обрадовался, и вот на тебе… – Сильно расстроился? – Угу… – смотрит, улыбаясь, на меня. – Пойдем со мной, малышка. – Куда это? – Кое-что тебе покажу. – Заинтриговал. Идем. – Подожди, – он вытащил из своего кармана шейный шелковый платок бирюзового цвета. – Какой красивый! – Тебе нравится? – Очень! – Можешь оставить его себе. Но только после того, как я тебя ночью привяжу им к кровати, – весело сказал Тал, стоя за моей спиной и завязывая мне глаза. – У тебя мысли только об одном. – Тут ты ошибаешься, мыслей у меня очень много. – И все пошлые… я тебя знаю… Он хохотнул. – Идем, скромница моя. Я пошла, ступая осторожными шагами. – Мне еще ни разу не делали сюрпризов, это вроде и интересно и… я нервничаю. – Не надо нервничать, ничего плохого не будет. Это приятный сюрприз, по крайней мере, я надеюсь, что тебе он придется по душе. – Уже не терпится… мы что, к озеру подходим? – Не торопись, сейчас все сама увидишь. Вот сюда… Теперь можешь снимать. Я буквально стащила с глаз платок, просто потянув его вниз, и он повис на шее. Прищурив глаза, так как от заходившего солнца шли отблески и было непонятно, какое-то движение в озере… вижу только силуэты. Нет… не может быть! Я сделала пару шагов в сторону от попадающих в глаза бликов. – О боже… о боже-е…. Талхан, это же лебеди! Талха-ан… какие же они красивые! – я повернулась к мужу. Он стоял за моей спиной, руки в карманах, внимательным взглядом следил за моей реакцией. – Тебе нравится? – Очень… я даже не думала, что ты прислушаешься ко мне. – Я всегда слышу тебя. – Спасибо… Грациозные птицы украсили это озеро, придав ему жизни. – Ты смотришь каждый раз на одну и ту же картину, думая о том, что она превосходна, но не хватает самой малости для ее полноты. И вот я нашла ту самую малость в своей картине. Я улыбнулась, глядя на лебедей, и спросила: – Черный, это мальчик? – Да. А белая – девочка. Это восточный подвид, они всегда возвращаются на прежнее место. – Спасибо… – подошла и обняла мужа за торс, прильнув к его горячему телу. – Я вижу в них нас, если бы мы были птицами, – тихо сказала, и подумала, что, наверное, глупо прозвучало из моих уст, говорить такое взрослому мужчине… – Я хочу, чтобы ты не боялась. Я подняла голову и заглянула в его глаза. – Не боялась чего? Он взял меня за лицо и, глядя мягко на меня, сказал: – Я знаю, чего ты так панически боишься, когда речь заходит о детях. – Талхан… – на выдохе произнесла его имя. Так не хотела, чтобы он начинал об этом разговор. – Нет. Ничего не говори, я скажу… что я не твой чертов отец, и никогда им не стану, даже сравнивать не смей, маленькая моя, – он взял мое лицо в свои ладони и продолжил. – За свою семью я буду стоять до последнего и никогда не брошу своего ребенка. Роди мне сына. Я молчала. А он поступил как взрослый и уравновешенный человек, который не торопит с решением… – Пойдем в дом, родная, – Тал отпустил мое лицо. – Завтра выходной, привезут домик для лебедей. Сегодня никак не получилось. – Я люблю тебя. – Ты моя мечта, Риша. Такая домашняя, такая родная, такая моя… От этих слов у меня защипало в глазах. Могут ли быть приятней слова, чем те, которые идут от сердца, любимого тобой человека. Прильнула к нему кошечкой. – Идем в дом. – Идем, милый. – К нам завтра приедет Хасан. Помнишь его? – Помню, конечно. Что-то случилось? – С чего ты взяла? Обнявшись, направились через двор к дому, беседуя по пути. – Ну… Хасан не из тех, кто любит разъезжать по гостям. – Ты же его не знаешь. – А зачем мне его узнавать, я и так вижу. Его манеры говорят за него, и Хасан необщительный. Только с тобой он близок, а вот с остальными братьями не очень. – И когда только успела все заметить? – Успела… – Выбери комнату, чтобы ему было комфортно, пока он будет гостить у нас. – Не переживай… я даже знаю, какую. – И какую же? – Ту, что ближе к спортзалу в правом крыле. Уверена, там ему будет комфортно. – Хасан не качок, это наработанные мышцы, он по своей природе крупный. В отца своего пошел. – Мы с ним чем-то похожи… – Не думай об этом, малышка. – Не буду…. А ты так мне и не сказал, зачем Хасан к нам приезжает? – зайдя в дом, опомнилась я. – По делам. – По каким? Повернувшись ко мне, муж чуть наклонился ко мне и в шутливой манере произнес, коснувшись указательным пальцем моего носа: – Много будешь знать, плохо будешь спать, а я очень переживаю за твой сон, – и, развернувшись, пошел через фойе наверх. – Не повезло тебе, Талхан, выбрал себе жену очень любознательную. – А может, чрезмерно любопытную? – не замедляя хода, спрашиваю, поднимаясь по лестнице. Ничего не ответив, пошла в сторону кухни дать указания по ужину. Волнуюсь за Талхана, после того вечера он немного изменился. А теперь приезжает Хасан. Для меня имя Хасан как синоним к слову «криминал». Талхан После разговора с братом по телефону, направился в наши с женой комнаты. – Ты чего не спишь? – спросил, зайдя в спальню. Марина отошла от окна и пошла ко мне, распуская на ходу волосы. Я остановился, глядя на нее, на то, как она ловко расплетает косу. Распустив и расправив свои волосы, она остановилась и потянула за бантик на поясе своего халата. Одно движение рук, и он стек с ее плеч на пол. Под ним она была полностью обнажена. Пока моя жена неторопливо и грациозно шла ко мне, я смотрел на ее красивые формы, на чуть колышущуюся грудь. Приглушенный свет в спальне, мягкими тенями касался ее женственных форм. – Жаль, я не художник… обязательно запечатлел бы тебя. – Твои комплименты, как всегда, красивы и нежно ласкают слух, – сказала Риша, подойдя ко мне. Положила свои ладони мне на грудь, опускаясь передо мной на колени, царапая ноготками мое тело, проводя по нему до резинки спортивных брюк. Смотрю на жену сверху вниз. Мне нравится ее инициатива. Сдернул с себя футболку, кинул ее на пол. Марина, сидя на коленках, не отрывая от меня глаз, медленно стягивает с меня спортивки вместе с боксерами, до тех пор, пока не оголила мой твердый член. Провела по нему ладонью и немного сжала его. Слегка прищурив глаза, внимательным взглядом слежу за тем, как потемнел цвет ее глаз. Непередаваемые ощущения, когда твоя женщина стоит перед тобой на коленях и возбуждается от одного прикосновения к твоему органу. Вульгарно облизала свои пухлые губы, чем вызвала у меня улыбку… Неожиданно, но мне очень нравится. Потянулась к члену, лизнула головку и погрузила его в свой горячий ротик… От этих ощущений у меня перехватило дыхание. Я шумно выдохнул и положил ладонь на ее голову, контролируя движения. Мое сердце участило ритм, разгоняя кровь по жилам. Марина ласкала мой член ртом, помогая себе характерными движениями головы. – Моя девочка… – поглаживал ее по волосам… бормотал пересохшим ртом. Обхватив мои крепкие ягодицы, вонзила в них свои ноготки и со стоном вбирала мой член глубже в свой рот… На следующий день я встречал своего брата, стоя в аэропорту. Не успел он мне помочь с одной проблемой, как его помощь понадобилась снова. Не стал отрывать Алана от семьи, он молодой отец, а Хас – одинокий волк. Он из тех, кто решает все вопросы радикальными методами. Сколько знаю его, ни разу еще не пришел к моему отцу за помощью, зная, что своим авторитетом тот может помочь практически во всем. Хасан очень гордый, он одиночка, за это его называют «Волком». Много не говорит, но если говорит, всегда по делу, смотрит в глаза и не юлит. Многие боятся и не выдерживают зрительного контакта, поэтому чаще всего опускают глаза в пол. Он живет в небольшом городе. Его жизнь мне напоминает девяностые, но не мне судить, в конце концов, это его жизнь, и ему так комфортно. Наконец, я увидел в небе на горизонте джет Хасана. Отошел от окна в зале ожидания и пошел к своему кроссоверу, который был припаркован моим водителем и ждал меня на территории частного аэропорта. – Тормози здесь, Володь, – сказал я водителю, подъехавшему на безопасное расстояние к приземлившемуся джету, с еще с работающими винтами. – Слушаюсь, Талхан Алиханович. Вышел из салона как раз в тот момент, когда бортпроводница опустила трап. Встал в ожидании у машины, заложив руки за спину. Усмехнулся, заметив крупную фигуру Хаса, показавшуюся на трапе. Кажется, он еще шире стал с последней встречи… – Здорово, брат! – пожал я его крепкую ладонь. – Здорово, Хан, – ответное приветствие от него не заставило себя ждать. – Как долетел? – Нормально… не привык к таким перелетам. – Понимаю, – оглянувшись, увидел группу коренастых парней, что приехали с ним. – Поехали, а твоим парням придется в городе пожить. – Жена? – Да… она будет волноваться, ни к чему свою женщину обижать. – Не вопрос, брат, – Хасан повернулся, сделал жест пальцем и к нам подошел один из его бойцов. – Отдыхайте, завтра ждите моего звонка. – Понял. – Свободен. – Все, по машинам, – сказал я громко… По приезду моя жена вышла нас встречать. В длинном, красивом платье небесного цвета, без рукавов, перехваченном широким поясом чуть выше талии. Волосы, собранные в тугую косу, сдержанная улыбка на лице. Посмотрела на меня, перевела взгляд на брата. – Добрый день, Хасан. – Добрый день, Марина, рад вас видеть. – Благодарю, и я вас. – Хас, отдохнуть с дороги не желаешь? – обратился я к нему. – Пожалуй, приму душ с дороги. – Я вас провожу, а после ждем на обед, который накроют во дворе. Сегодня стоит очень теплая погода. На свежем воздухе обед будет вдвойне приятнее. – Хорошо. Жена его проводила и вернулась. – Ты замечательно выглядишь, – не забыл сделать ей комплимент. – Спасибо, я старалась максимально по-домашнему выглядеть, но не в халате же встречать гостя. – Ты даже в халате как королева. Она захихикала. – Неправда. – Правда. Даже сама королева в халате меньше выглядит королевой, чем ты! Тут ее вообще прорвало от смеха и такого заразительного, что я сам стал смеяться. Не знаю, как это у нас так получилось, но мы шли по двору, прогуливаясь, и вышли к озеру. Ноги сами направление указали. Наши лебеди мирно плавали крыло к крылу и, по всей видимости, им было хорошо вместе. – Тал, я уже все знаю! Имею в виду, знаю, чем кормить наших лебедей, – защебетала моя жена. – Можно зелень давать, – она стала загибать пальцы. – Свеклу, морковь и капусту тоже можно, только мелко нарезанную, потом… вареный картофель, листья кукурузы. А зимой – овес или овсянку, пшеницу, просо, но не твердые, а слегка отваренные… Пришлось остановить мою говорливую супругу. – Малышка… – притянул ее к себе за талию. – Я вижу, ты очень ответственно подошла к этому вопросу. Забыла, что лебеди улетают до холодов? Она вздохнула и ответила: – Не забыла. Я слышала, что есть такие, которые не улетают… Может, если у них будет домик… который им сегодня доставят. А я за ними буду ухаживать, сделаю все, что им будет необходимо. Ну… а если его утеплить, возможно, они останутся? После ее грустной жалобы, я кое-что понял… Моя девочка хочет стать матерью, но запрещает себе даже думать о материнстве. А все потому, что боится повторить судьбу матери. Нет! Моя Марина никогда так не поступит! Моя Марина сильная! С ней рядом мужчина, не похожий на ее отца. И я каждый день доказываю ей это и не устаю это делать. Смотрю на жену и понимаю, что я на верном пути, еще немного, и она сама признается себе… По своей природе женщина предназначена, чтобы стать матерью, но не каждая готова к этому. Я сейчас не об инстинктах и всем остальном, а о том, чего моя малышка хочет. Мы пойдем с ней рука об руку, я поведу ее за собой и буду ее ориентиром…