14 октября, четверг

7.3

Я не создана для пробежек. Или они для меня.

При одной мысли о том, что нужно оторвать тело от кровати и куда-то двигаться, да еще и в активном темпе, мой организм давал сбой – сразу болели руки, ноги, кружилась голова, щемило под лопаткой.

Но я это сделала: соскребла себя с постели и потащила в парк.

Погода по утрам в середине осени – не предел мечтаний. Задницу пощипывает от мороза, а при попытке вдохнуть ртом, в горло будто врезается нож. И как бы банально это ни звучало, чтобы не околеть, нужно двигаться. Даже если слабость. Даже если ноги – те самые два столба с дороги, которые, даже приложив нечеловеческие усилия, с трудом удается сдвигать с места.

Такой вот ад.

Не рекомендую. Ноль звезд из десяти.

Завтра точно не побегу. Даже не пойду.

И пусть депрессивные настроения улетучиваются уже спустя пятнадцать минут бега, но только чашка горячего кофе после него способна привести такого горе-бегуна, как я, в чувство.

– Мне еще оплатить вчерашнюю. – Помахивая картой, смущенно пропела я.

– Не нужно. За счет заведения. – Очаровательно улыбнулся бариста, на бейджике которого было написано «Максим».

Оплатила фундучино(такое слово вообще есть? Давно следовало бы ввести). Подарила ему ответную улыбку.

Рядом со стойкой никого не было, поэтому я задержалась на мгновение, чтобы размешать сахар в стакане (ну, или на пару мгновений). Этого времени бариста должно было бы хватить на то, чтобы узнать мое имя и номер телефона, но он только продолжал приветливо улыбаться и вытирать стойку.

– Вы можете скачать наше приложение. – Вдруг сказал он, когда я приладила к стакану крышку. – Набираете шесть стаканов, седьмой – в подарок от кофейни.

– Надеюсь, нужно брать не сразу все шесть? – Попыталась я флиртовать, откидывая назад влажные от пробежки волосы, придавленные сверху шапкой.

– Ха-ха. Нет. – Зарумянились его щеки.

Птенец. Совсем еще ребенок. Наверное, ему лет восемнадцать. Буду ли я чувствовать себя старой, если замучу с ним?

Все эти мысли пронеслись в голове за долю секунды.

– Можно трубочку? – Спросила я и прикусила нижнюю губу.

Он сглотнул.

– Конечно. Пожалуйста.

Вставив трубочку в разъем на крышке, я улыбнулась.

– Благодарю.

– Приходите к нам еще.

– Обязательно.

Развернулась и походкой от бедра направилась к двери. Все пять секунд до выхода я представляла, как он провожает меня взглядом, и переживала, в порядке ли моя задница. Спортивные леггинсы должны были сделать свое дело и преподнести ее в выгодном свете, так что я почти уверилась в том, что произвела впечатление на юнца.

И я действительно его произвела: когда со всей дури впечаталась в стеклянную дверь и рухнула на пол.

Кофе упал и разлился, облив меня всю. Перед глазами взорвались фейерверки. В ушах оглушительно зазвенело.

– Женщина, с вами все в порядке? – Бросился ко мне бариста.

Женщина…

«Все. Больше никаких юнцов», – подумала я.

10.15

– Что это? Синяк? – Пристала Люба.

– И ты туда же. – Отвернулась я.

Офисный кофе был гадким. Горьковато-кислым. Возможно, из-за несвежего молока. Но приходилось давиться за неимением лучшего.

Работы навалилось столько, что я настраивалась на быстрый перекус вместо полноценного обеда в кафе, а также на внеурочку из-за грядущих дедлайнов и защиты плана.

– Ты же собиралась вчера отужинать с Сапожниковым и его родителями? Он что, тебя ударил?

– Кто? – Не выдержала я.

– Он. Сапожников. – Втянула голову в плечи Люба.

За десять минут до этого я нагавкала на Диану. А получасом ранее наворчала на Алиску. Утренняя пробежка (или, если быть честнее, столкновение с дверью) не пошла мне на пользу: настроение у меня было «не трогай, убью».

– Нет. Это не он, это дверь меня ударила.

– За что? В смысле как?

Мне захотелось закидать подругу ворчанием так, чтобы ее скрыло по шею. Все-таки, по характеру я – Сквидвард. Чем старше становлюсь, тем больше осознаю это.

– Я замечталась и врезалась в стеклянную дверь. Этот ответ тебя устраивает?

Главное, не рассказывать о минутах позора в деталях.

– Хочешь, помогу замазать? – Предложила она.

А еще говорят, женской дружбы не бывает.

– Давай. – Сказала я, бросая взгляд на часы. – Пожалуй, я все-таки уже заработала пару минут перекура.

10.48

Мы слегка заболтались. Пару минут в курилке, затем еще парочку в женской уборной – ну, кто такое считает?

Не зря Люба притащила из департамента красоты и здоровья демонстрационные образцы косметики и укладочных средств: быстренько привела меня в порядок, тоном перекрыла расплывающийся на лбу синяк и мастерски уложила волосы – так, что получилось занавесить ими половину лица.

– Я слышала, что Усов пригласил на свидание Лану из рекламного. – Поделилась Диана. – Девчонки из отдела продаж сегодня болтали.

– Серьезно? – Удивилась Алиса. – И что он в ней нашел? Она такая…

– Маскулинная? – Предположила Люба.

– Меня пугает ее брутальность. – Кивнула Алиса. – Широкие плечи, короткая стрижка…

– Мужские пиджаки. – Поддержала Диана. – Говорят, он прислал ей букет.

– Мы точно об Усове говорим? – Уточнила я.

– В цветах была карточка. – Наклонившись, прошептала она. – С инициалами «М.У.», а позже их двоих видели воркующими в коридоре.

– Она не в его вкусе. – Уверенно заявила я.

– Он – взрослый здоровый мужчина. – Парировала Люба. – В его вкусе все, что имеет грудь и хоть сколько-нибудь привлекательное личико.

– Вообще, он умный. Эрудированный, начитанный и…

– И сексуально активный. – Напомнила она.

Мне по-прежнему не верилось.

13.45

Но позже слухи нашли подтверждение.

– Привет, Катюх, как дела? – Скользнул Миша мимо моего стола после обеда.

– Все отлично! Дел выше крыши! – Ответила я.

И жестом показала, насколько загружена.

– Тогда не отвлекаю. – Подмигнул парень.

И двинул дальше.

А я так и осталась сидеть с открытым ртом и наблюдать, как он подходит к столу Ланы и заводит с ней милую беседу.

Клянусь, эта рекламщица вся разрумянилась. Трижды поправила волосы, дважды облизала губы. И все хихикала, точно заведенная.

Раньше я думала, что она лесбиянка.

Затем он коснулся ее плеча в разговоре, и ее щеки стали совсем пунцовыми. Маскулинности как не бывало. Рекламная Лана превращалась в пушистую кошечку буквально на глазах. Едва не замурлыкала, когда Усов коснулся ее в очередной раз – теперь уже за локоть. И неестественно рассмеялась.

И он ей в ответ. И это был какой-то новый смех Усова. Такой, которого прежде я от него не слышала. Он точно с ней флиртовал.

20.13

К такому позднему часу в офисе почти никого не осталось. Когда я выключала компьютер, у меня уже троилось в глазах от букв и цифр. Будь неладна Барракуда с ее щепетильностью и дотошностью.

Ноги ныли от туфель на шпильке, а желудок протестующее урчал. Наверное, где-то там, в съемной квартире, точно также возмущается ненасытный Жорик, ожидающий вечерней пайки.

Скачав на карту памяти нужные материалы, я сложила ее в сумку вместе с планшетом. Доделаю дома. Выключила настольную лампу, накинула плащ и направилась к лифтам. Как раз в этот момент откуда-то из подсобного помещения, которое использовали для хранения инвентаря технические работники, послышалась странная возня.

И стоны.

Что?..

Посреди рабочего дня такие звуки слух вряд ли уловит, но в вечерней тишине они были слишком очевидны для того, чтобы можно было их игнорировать.

– Ох! Да. Да… – Хрипло стонала какая-то девица в подсобке. – Да!

И ритмичные звуки только усиливались.

Я оглядела коридор, затем помещение офиса сквозь стеклянную нишу. Оставшиеся сотрудники были поглощены работой за компьютером, кто-то из них общался в видео-чате, другие были увлечены музыкой в наушниках. Никто не слышал того, что творилось в паре десятков метров от них.

Мне стало интересно, кто же там, внутри – в подсобке. Кто такой отчаянный, что решил заняться сексом прямо в офисе? Можно было гадать сколько угодно, или вернуться на рабочее место, чтобы попытаться вычислить шалунишек. Но даже ради новой классной сплетни мне лень было ждать. К тому же, эти двое за дверью подсобки разошлись так лихо, что, казалось, кульминация не наступит никогда.

Было даже как-то неловко – уйти отсюда, стуча каблуками. Вдруг услышат? Вдруг подумают, что я подслушивала? Мне бы не хотелось, чтобы меня застали.

С этой мыслью я пробралась на цыпочках до лифта и зашла в кабину.

«А если это Усов?» – пришло в голову, едва лифт пополз вниз.

Хотела ли я это знать? Вряд ли. У нас же не «эксклюзив». Так, пара инцидентов. Ничего не значащих – прошу заметить.

Приказав себе не думать об этом, я закусила губу.

22.2

Лежа в ванной, я изучала старый телефон Усова. Жорик сидел рядом. Клянусь, если бы коты разговаривали, я бы заставила его рассказать мне о моем новом соседе все, что он знал.

Надо заметить, в старом Мишином телефоне было не так уж много контактов. И среди них всего пара женских имен. Плюс «Мама», «Бабуля» и «Инна Дмитриевна» – вряд ли ты будешь записывать любовницу именем с отчеством? Если только она не старше тебя. Или если у тебя нет жены, от которой нужно прятать эту самую любовницу.

Был ли Усов когда-то женат? Не знаю.

Черт, да у него могли быть сотни любовниц! Наверное, он просто почистил контакты перед тем, как дать мне в пользование свой старый смартфон. Вполне логичное объяснение.

Да что это со мной?

Почему меня вообще волнует то, с кем он спал? До меня или после. Это вообще не мое дело.

Просто когда люди спят вместе, между ними возникает телесная близость. А где-то рядом с ней бродит и близость душевная. Вообще, все так запутано и переплетено, сразу и не разберешься.

Я нырнула под воду и задержала дыхание.

«Не может быть, чтобы он подарил Лане букет…»

Да черт подери!

Вынырнула и принялась изучать внимательным взглядом ноги.

Пора на депиляцию. Вообще, это не справедливо, что на теле женщины столько волос, и все их нужно регулярно удалять. А процесс этот непростой и зачастую дорогостоящий.

И почему я вообще должна их удалять? Может, мне так нравится. Разве я не должна прислушиваться к своему организму? Зачем-то ведь он производит все эти волосы. Я ведь вообще никому ничего не должна. Только себе – быть счастливой. Если мне будет комфортно, плевать на мнение остальных.

А если я начну встречаться с кем-то?

О, Боги! Как же тяжело быть женщиной!

Жорик спрятал морду в лапы, словно бы соглашаясь.

23.54

У Усова в спальне зажегся свет.

0.14

Ждала, что он выйдет на балкон, но этого не произошло. Значило ли это, что он был не один?

0.32

С трудом заставила себя лечь в постель, чтобы не пойти на балкон и не прокрасться к его окну. Хотя, если бы я знала, что это Лана была у него в спальне, то успокоилась бы. Новая офисная сплетня – всегда повод для негромких задушевных бесед в курилке, комнате отдыха, кафе или уборной.

1.34

Спи, пожалуйста, спи уже.