15 октября, пятница

«Для чего люди занимаются сексом в общественных местах?

Ведь есть постель, где комфортно и тепло. Да и дверь можно закрыть на ключ – никто не помешает. Останутся лишь приятные воспоминания, а не проблемы со здоровьем и законом. И никаких случайных свидетелей, что потом станут насмешливо коситься при встрече, да трепаться о ваших подвигах всем знакомым и коллегам.

Где же проходит та пресловутая граница твоей сексуальной свободы и начинается чужая?

Моей знакомой, назовем ее Вероника, однажды наскучил однообразный секс: одни и те же места, позы, сценарий. Ей захотелось праздника и беззаботности, и она занялась сексом в туалете самолета. С незнакомцем. Быстрое соитие, неудобные позы, попытки впопыхах поправить одежду и прическу – все ощущения были в новинку. Авантюра!

Но больше всего ее захватила необходимость сохранять тишину в то время, когда очень хотелось стонать. И притом громко.

Дальше партнеры Вероники менялись со скоростью света. Ровно, как и декорации для быстрого секса: места находились повсюду. Темный переулок, библиотека, под лестницей в торговом центре, в кинотеатре. Ее возбуждал сам момент опасности – того, что их вот-вот могут застукать.

Тут важно заметить, что смена партнеров была мерой вынужденной. Многие из них долго не выдерживали такой темп и адреналин, и им все больше хотелось спокойствия и комфорта. А вот Вероника уже совершенно перестала получать удовольствие от обыкновенных постельных утех.

То ли дело – кабинка в колесе обозрения! Не беда, что прозрачная – можно прийти вечерком, когда начнет смеркаться. Или автобусная экскурсия по городу: пока все слушают про живописные места и мемориалы, вы с новым приятелем можете доставить друг другу удовольствие руками.

Однажды спящий турист стал невольным свидетелем такой сцены, и рассказывая об этом случае, Вероника ни на шутку возбуждалась: «Ка-а-ак он на нас тогда смотрел!» Думаю, она гордилась собой и своими оригинальными выдумками. Страх быть пойманной лишь подогревал эмоции, а спонтанность не позволяла сексу вновь превратиться в рутину.

Но в один прекрасный день, а точнее ночь, все закончилось. Идея заняться сексом в купе поезда на верхней полке (шириной всего полметра) была глупой. Сразу после кульминации поезд резко дернулся, притормозив, и Вероника упала вниз. Сломала руку.

Во время длительного восстановления после травмы девушка познакомилась с серьезным, сдержанным и принципиальным майором полиции по имени Петр. Тот галантно ухаживал, читал ей стихи и дарил цветы. Девушка понимала, что рискованных увлечений мужчина не оценит и потому даже не предлагала. Постепенно и ее собственная тяга к экстриму сошла на нет. А через год они поженились.

По секрету Вероника призналась мне, что в ее сексуальной жизни все еще осталось место огоньку. Петр нашептывает ей ругательства на ушко во время секса. А иногда может и отшлепать – по ее просьбе, разумеется.

Так что, пожалуй, в плане обострения ощущений важнее партнер, чем какие-то декорации или внешние признаки».

Но я могу и ошибаться.

13.10.

– Миш. Миша! Привет.

Я дернула его за рукав в коридоре.

– Привет. – Кажется, коллега был даже рад меня видеть.

Уголки его губ приподнялись в улыбке – верный признак.

– Пойдем. – Потянула за собой, опасливо озираясь по сторонам.

– Куда?

Я еще раз огляделась и потянула на себя дверь подсобки.

– Кать, ты что-то потеряла в кладовой? – Усмехнулся Усов.

Внутри было гораздо меньше места, чем я предполагала. С обеих сторон полки, уставленные дезинфицирующими средствами, а в углу ведро, швабра и увесистый пылесос.

– Подойдет. – Пробормотала я, вталкивая парня в подсобку.

– Подойдет что? – Растерялся он.

Но упираться не стал. Я захлопнула за нами дверь и закрыла ее на замок.

– Кать, ты чего? – Прошептал Усов мне в лицо, когда я навалилась, придавив его спиной к полкам.

– Ничего. – Томно выдохнула я. – Просто хочу заняться с тобой сексом. Ты же не против?

Мои пальчики уже расстегивали ремень на его брюках.

– Здесь? – Его руки перехватили мои запястья, пытаясь препятствовать.

Но я была непреклонна.

– Да, здесь. А что? Вполне приятное место.

– Просто… – Он сглотнул. – Как-то неожиданно…

Я впилась губами в его рот.

– Кать. – Отстранился Усов.

– Что, Миш? – Задыхаясь, произнесла я.

С ремнем уже было покончено, пришла очередь молнии на брюках.

– Ты серьезно хочешь заняться здесь сексом? – Он обвел взглядом помещение.

– Хочу. – Подтвердила его намерение я. – Не волнуйся, средства есть. – Достала из кармана юбки презерватив и протянула ему.

– О, ты подготовилась. – Смущенно хмыкнул Миша, поворачивая между пальцев квадратик из фольги.

– Нет. Что ты. – Я принялась целовать его шею. – Это спонтанно.

– Кать? – Он заставил меня посмотреть ему в глаза.

– А? – Пришлось оторваться.

– Скажи честно, что все это значит?

Усов был возбужден: его боец уже стоял по стойке смирно – я ощущала это своей ладонью. И тут, надо признать, меня и саму уже охватило небывалое возбуждение.

– Пишу статью о сексе в необычных местах. – Призналась я, теряя терпение и дыша все чаще. – Не могу же я сама не попробовать?

– Статью?

– Ну да. – Мои руки отправились в путешествие внутрь его белья.

Дыхание Миши моментально сбилось.

– Ты уверена, что… – Прохрипел он.

– Усов, кончай болтать и трахни меня. Не волнуйся, твоя Лана ничего не узнает.

– Моя…

Он не договорил.

Я припала к его губам и чуть не застонала – таким чувственным получился наш поцелуй. К тому же, руки Усова стали смелее, и теперь они жадно сминали мой зад и исследовали бедра, подтягивая ткань юбки наверх.

Я с трудом открыла глаза, чтобы увидеть выражение его лица. Миша, казалось, готов был меня съесть.

– Сама напросилась. – Прошептал он, отрываясь от моих губ.

Послышался шелест фольги, затем Усов разгрыз пакетик зубами и надел презерватив. Подхватил меня под бедра, оторвал от пола, прижал спиной к полкам и…

– Ох! – Вздохнула я.

И ему пришлось погасить мой стон поцелуем.

Теперь я мычала что-то бессвязное прямо ему в губы. А когда наши рты размыкались, запрокидывала голову, пытаясь вдохнуть больше воздуха.

Парень ускорял темп, а я лишь беспомощно впивалась в его спину пальцами. Мертвой хваткой. И задыхалась, пытаясь не закричать. А полки только раскачивались все сильнее, и стоящие на них склянки буквально подпрыгивали на месте, дрожа, звеня и угрожая свалиться на пол и нам на головы.

Теперь я понимала тех, кто закрывался здесь прошлым вечером. Это был безжалостный акт, сводящий с ума своей рискованностью и остротой. Мне хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось, но пик приблизился так быстро, что для меня самой это стало большим удивлением.

– Черт. Черт! – Шептала я, готовясь забиться в оргазме. – Твою мать!

Закусила до боли губы.

А низ живота в это время уже сводило в мучительном сладком спазме. Пытка какая-то. Оргазм пронизывает тебя насквозь, а ты не можешь даже крикнуть. Зато направляешь все свои силы на то, чтобы крепче обхватить и сжать ногами бедра партнера. И тебя бьет лихорадочная дрожь.

Нет, вас обоих.

Он скользил во мне. Глубже. Еще глубже. Моя одежда от испарины прилипла к телу, сердце грозилось вырваться из груди. И все это словно на задворках сознания. Все звуки там – за гранью реальности. А здесь только мы. В общем ритме. Пока не кончили, глядя друг другу в глаза, истощенные дикой гонкой.

– Ты сумасшедший… – выдохнула я, когда его руки обессилено разжались, опуская меня на пол.

Меня пошатывало. Тело было наполнено пьянящей истомой.

– Это ты меня сюда притащила. – Напомнил Миша, избавившись от резинки и застегнув брюки.

Его губы горели, на шее выступил пот.

– Прости. – Я поправила воротник его рубашки, затем собственное белье и одернула юбку.

– Как мы теперь будем выходить? – Усмехнулся Усов, усмиряя пальцами волосы.

– Ты устроил целое землетрясение. – Хихикнула я.

– А твои стоны слышал весь этаж. – Тяжело дыша, заметил он.

– Я, наверное, еще и выгляжу как после сауны… – Тронула ладонями горящие щеки.

– Запиши это наблюдение в свой отчет. – Хмыкнул Миша, наклоняясь и поправляя цепочку на моей шее. – Те, кто решат заняться сексом в общественных местах, должны непременно позаботиться о том, как предстать перед окружающими в мятой одежде и со следами поцелуев на лице.

– Обязательно. – Улыбнулась я.

И стряхнула воображаемые пылинки с его рукава.

– Ну? – Пытаясь привести в норму дыхание, спросил он.

– Попытаемся выбраться отсюда.

– А что, если за дверью толпа любопытных?

– Тогда нам стоит выйти по очереди. – Предложил Миша. – С интервалом в минуту.

– Хорошая идея. – Облизнув разгоряченные губы, произнесла я. – Иди первым.

– Ладно. – Он щелкнул замком, отворил дверь и осторожно выглянул наружу. – Вроде никого.

– Замечательно.

– Ну, я пошел? – Обернулся Усов.

– Иди. – Выдохнула я.

Почему-то промелькнула мысль о том, что было бы неплохо, поцелуй он меня на прощание. Или этикет случайных тайных любовников этого не предполагал?

– Пока. – Он сделал шаг за дверь.

– Миш!

– А? – Обернулся.

– Спасибо за содействие. – Ляпнула я.

– Все для науки. – Усмехнулся парень.

И скрылся за дверью.

Я осталась одна со своим громко бьющимся сердцем. И стиснула челюсти.

Нет, чего тут стыдиться. Не о чем переживать. Это было оглушительно круто. Даже без вопросов. Отличный материал для статьи: можно провести анализ стольких моментов.

Еще раз поправила волосы, вдохнула, выдохнула, сделала шаг… И тут прямо перед моим носом отворилась дверь. На пороге стояла уборщица. Немая сцена.

– Перепутала двери. – Брякнула я, вырываясь на свободу.

И бодро застучала каблучками по коридору.

– Знаю я вас. – Послышалось в спину. – Дверями ошибаетесь, а потом у меня мыло пропадает и освежители для туалета!

Ну, что сказать? Было стыдно. И весело.

Но есть и плюс: в офисе, кажется, никто ничего не пронюхал. Хотя, от меня, кажется, пахло очищающим порошком с ароматом лимона. Наверное, просыпался с полки и попал на волосы.

17.3

Завтра Барракуда объявит меня в розыск.

А сегодня я сбежала из офиса пораньше, чтобы продолжить поиски горячего пожарного. Ну, не мог же он оказаться призраком? Кто-то же должен был о нем что-то слышать! Кто-то обязан был видеть, откуда он появился, и куда исчез!

Опросы сотрудников гостиницы не дали результатов. Администратор с ресепшена крутил снимок и так, и эдак, но так и не припомнил, видел ли он здесь кого-то похожего в день пожара. Зато не поленился напомнить мне о правилах пожарной безопасности и намекнул, что их заведение вряд ли примет меня у себя еще раз, если я решусь у них остановиться.

– Не больно-то и хотелось. – Фыркнула я, разворачиваясь. – У вас простыни скрипят и кондиционеры не работают!

А как только он отвернулся, бросилась к лестнице и поднялась на второй этаж. Предъявила фото сначала одной горничной, затем другой. Та вторая, увидев пожарного, тут же воскликнула:

– Да, у нас тут все его знают! Это же Фабио!

– Дай-ка сюда. – Выдернула фото первая горничная. И тут же взвизгнула: – Ну, точно! Он!

– Фабио? – Приготовилась записывать я.

– Ага. – Кивнула первая. – У них тут клуб с торца здания на нулевом этаже.

И зачем-то завиляла бедрами.

– Клуб?

– Да. Стриптиз-клуб. – Подхватила вторая. – Там и врачи, и военные, и пожарные!

– И даже супермен есть! – Хихикнула первая.

– Стриптиз-клуб… – Опешила я.

– Ага. А в день пожара Фабио работал на девичнике в соседнем номере. Видно, когда вы горели, он учуял запах дыма, примчался и спас вас из огня!

– Та-та-та-та-та! – Пропела заглавную тему «Супермена» одна из девушек, героически вытянув вперед руку.

– На нулевом этаже, говорите?

– Верно. Точно-точно. – Закивали они.

– Фабио частенько тут бывает, если заказ денежный. То дни рождения, то вечеринки. У такого красавчика отбоя от клиентов нет!

– Обожаю стриптиз. – Мечтательно произнесла вторая горничная. – Глазами смотри, руками не трогай! Ух!

– И слюнки текут. – С придыханием сообщила первая.

– Спасибо, девочки. – Поблагодарила я, развернулась и поспешила к лестнице.

– Девушка! – Окликнули они.

– Да? – Обернулась я.

– А вы, правда, там вещи бывшего жгли? В номере.

– Правда. – Пришлось признаться.

– Вы в следующий раз так не рискуйте! – Сочувственно проговорила одна из них. – Вот я после того, как меня мой бросил, сразу к бабке Нюре пошла. Она на него заговор сделала, это гораздо более эффективно.

– Заговор?

– Ага. – Она показала согнутый палец. – У него после этого заговора – фьють. И больше не стоит.

– Ого. Действенная штука. – Поморщилась я.

– Если нужно, дам ее номер.

– Ой, нет, спасибо. Я со своим бывшим уже разобралась. – Смутилась я.

– Ну, если что, подписывайтесь на нее в Тик-токе, хотя бы. Там заклинания всякие, заговоры, как порчу навести, сглаз и почесуху.

– Хорошо. – Кивнула я, развернулась и помчалась вниз по лестнице.

– Баб Нюрой ее зовут! Так в поиске и вводите!

18.45.

– Спасибо, что приехала. – Сказала я, обняв Диану. – Алиска с Любкой вряд ли бы сорвались в стриптиз-клуб в пятницу вечером. Да и вообще когда-либо. Знаешь ли, серьезные отношения обязывают, и все дела.

– Думаешь, мы когда-нибудь станем такими же, как они, если найдем себе пару? – Спросила она, усаживаясь на высокий стул.

– Никогда! – Заверила ее я. Жестом подозвала бармена, заказала коктейли. – Если у меня будет мужик, я не буду у него никуда отпрашиваться. А если придется, то на черта мне такая пара?

– А я со своим буду ходить по всем злачным местам. – Поддержала Диана. – Не понимаю этого разделения: мужчины отдельно, женщины отдельно. Я хочу такую любовь, когда интересно и весело вдвоем всегда.

– За любовь. – Я подняла бокал, принесенный барменом.

– За любовь! – Поддержала подруга.

Мы чокнулись.

– Ну, так где он? – Бросила взгляд на сцену Диана.

Ей не терпелось увидеть моего спасителя.

– Вот-вот должен появиться. – Сообщила я, сверившись с программкой, лежавшей на стойке. – Видишь, как училки завелись?

Указала в сторону женщин, облепивших подход к сцене. Сомнений в том, что это отрывался учительский состав одной из школ, у меня не было. Толстенные очки, скучные пучки волос на затылке, низкие бабкины каблуки, форменные (или вернее сказать, бесформенные) костюмы.

– Ого, видимо, решили устроить корпоратив.

– С их работой нужно отрываться каждую неделю.

Разгоряченные предыдущим выступлением дамочки завизжали на первых нотах бодрой мелодии, полившейся из динамиков.

– Кажется, начинается! – Толкнула меня Диана.

А я, уставившись на сцену, перестала дышать.

Через мгновение в облако света влетели пятеро крепких, накаченных мужчин, перемазанных маслом и оттого блестевших, как индейка на День Благодарения. На них были узкие черные штаны и короткие майки, имитирующие кожу змеи.

Они начали плавно двигаться и заводить толпу, и вот тут началась настоящая вакханалия. Одна из училок попыталась стащить с крайнего стриптизера штаны – буквально вцепилась в них ногтями, а ее товарки принялись поддерживать ее звонким улюлюканьем.

Едва охране клуба удалось отбить качка у возбужденных работников образования, как из-за тяжелых бархатных штор появился он – герой моих грез. Голый торс, черный галстук на шее, узкие брюки.

Готова биться о заклад, даже те жалкие тряпки, что принято в подобном заведении считать одеждой, сидели на нем лучше, чем на остальных танцорах.

А как он двигался!

Клуб буквально взревел. Клянусь, даже моя бабуля кончила бы, глядя на его страстные танцы с раздеваниями.

– У них что, эрекция?! – Крикнула мне в ухо Диана, пытаясь заглушить шум зала.

– Видимо, сразу у всех. – Отозвалась я, не в силах оторваться от зрелища.

– Или они что-то подкладывают в трусы?

– Иди и потрогай. – Сказал бармен, наклонившись на стойку. – Все натуральное.

– У тебя есть наличные? – Проорала подруга.

Я достала из сумочки несколько купюр и отдала ей. Она бросилась к сцене, замахала руками, и когда один из парней присел, выпятив вперед свое богатство, стала запихивать эти купюры ему в трусы.

Возможно, дело было в выпивке, которую здесь подавали, но в обычное время происходящее показалось бы мне ужасным и странным, но сейчас атмосфера клуба, танцы и музыка – да вообще все – воспринималось как что-то невероятно возбуждающее.

Меня захлестнуло ощущение счастья. Нет, реально. Наверное, лучше вот так прийти сюда и получить заряд удовольствия от созерцания красавчиков, чем плакать у холодильника, набивая себя едой и алкоголем в полном одиночестве. Больше пользы.

20.20.

Спустя немного времени все закрутилось настолько, что мы с Дианой уже танцевали у сцены, наблюдая за многочисленными Джеками Воробьями, Дьяволятами с рожками и Полицейскими с дубинками (это я про то, что у них в трусах).

Правду говорят, что в таких местах тебе сначала все кажется диким, а затем ты понимаешь, что тебе все это дико нравится. Ты ощущаешь себя особенной, и тебе не нужно соревноваться с другими женщинами за внимание этих мужчин.

С нами постоянно флиртовал кто-то из танцоров и персонала. Кто-то постоянно ухаживал, подливал нам коктейли, шептал что-то пошлое на ушко, гладил по ногам и будто бы случайно терся о бедра неоновыми трусами.

– Давай же, – подтолкнула меня Диана, – закажи своего пожарного на приват-танец.

Его давно не видно было на сцене, и это предложение показалось мне хорошей идеей. Я объяснила одному из сотрудников, что хочу того парня с галстуком, и меня проводили в комнатку, обитую красным бархатом.

Едва я села на диван, как включилась музыка, и появился он – в стильных брюках, жилетке и галстуке. Пахнущий амброй и сексом. Здоровый, крепкий мужик.

Я словно оказалась в фильме «Супер Майк», где все действо разворачивалось в полуметре от меня. А когда он стал двигаться, у меня пересохло в горле. Только я почему-то думала, вот сейчас он меня узнает, и мы поговорим, но парень так обольстительно улыбался, глядя мне в лицо, что все здравые мысли из моей головы моментально улетучивались.

А потом – бах!

И он сорвал с себя брюки одним резким движением. Теперь перед моими глазами покачивалось то, что нельзя было обозвать посредственным словом «член». Обтянутое блестящей черной тканью стринг оно казалось величественным и огромным. Мне даже потребовалось время, чтобы вспомнить, как нужно дышать.

А пожарный тем временем распалял меня все больше: двигался активнее, качал бедрами, невзначай касался руками моих волос, отчего по моему телу разбегались мурашки.

Я чувствовала запах его смуглой кожи, видела, как перекатываются мышцы у него под кожей, и ощущала дрожь в коленях. Мне ужасно хотелось прикоснуться к его телу, но я продолжала сидеть, точно впавшая в ступор, и просто наблюдать за его танцем.

И опомнилась лишь, когда танец закончился, и парень сделал шаг назад. Тогда я воскликнула:

– Помнишь меня?

– Я не занимаюсь этим. – Извиняющимся тоном ответил он и вскинул руки. – Если тебе нужен секс, договорись с кем-нибудь из других парней.

– Ой, – покраснела я, вскочив с дивана, – тебе не то послышалось! Я спросила: помнишь меня?

– Ты уже приходила сюда раньше?.. – Нахмурился он.

Лапки паучков-морщинок разбежались вокруг его зеленых глаз. Нет, ну, вылитый герой Татума из того самого фильма.

– Нет. Но ты спас мне жизнь!

– Благодарю. – Кашлянул парень. – Впервые мой труд оценили так высоко.

– Да я не о танце! – Рассмеялась я. – Хотя, он был бесподобен. Я – та девушка, которую ты вынес из пожара, помнишь?

– Это ты? – Удивился он.

– Я!

– Ух, ты…

– Серьезно!

– Вот это да.

И мы обнялись.

22.3

Вообще-то, Фабио звали Федором.

Как оказалось, ему двадцать пять, и он учится в университете на юриста. Его карьера в стриптизе началась не так давно – всего полгода назад, благодаря трагической случайности.

Парень занимался бальными танцами, был неоднократным чемпионом страны и Европы, и к своим годам объездил немало городов и стран. Конец всему положил перелом со смещением: во время долгой реабилитации его партнерша нашла себе другую пару и укатила с ним на соревнования.

А потом еще и забеременела, оставив Федю без шансов на возвращение в спорт: оказывается, найти подходящую партнершу – настоящий квест, ведь в их возрасте все уже состоят в прочных, как минимум десятилетних танцевальных отношениях с кем-то.

Уход из профессии стал настоящей драмой для парня. Он едва не впал в депрессию, но спасла учеба – Федя поступил в университет. А потом один из друзей пригласил подработать на корпоративе, и понеслось: короткие выступления на девичниках, ночные смены в клубе, ведущие роли в танцах.

Парень снова почувствовал себя востребованным и живым. Хотя, и продолжал подчеркивать, что стриптиз для него лишь временный дополнительный заработок.

Все это я узнала за последний час, который мы провели с ним за одним столиком. Пока Диана развлекалась с новыми подружками-училками у сцены, мы мило болтали. В обычной одежде (а он вышел ко мне в футболке и джинсах) Федор уже не казался Богом сексуальности и разврата, но все еще являл собой воплощение силы и мужественности. Крепкий, подтянутый, и что удивительно – сдержанный. И даже, я бы сказала, скромный. В отличие от меня.

– Почему ты не пьешь? – Удивилась я, когда он пригубил второй стакан газировки.

– У меня аллергия на алкоголь.

– Как ты живешь?! – Выпалила я, едва не расплескав содержимое своего бокала.

Парень смущенно улыбнулся и пожал плечами.

– Как и все, наверное.

Просто очаровашка.

Джекпот в моей лотерее жизни.

На сцену тем временем вылезла полураздетая училка: она уже успела скинуть с себя блузку и теперь спешила избавиться и от юбки. Стриптизеров это, кажется, нисколько не удивляло. Видимо, они привыкли к тому, что с женщинами от выпивки и вида голых тел творилось неладное. А вот остальные дамы в зале принялись свистеть, подбадривая ее.

– От тебя приятно пахнет лимоном. – Вдруг заметил Федор, наклонившись ко мне. – И еще…

– Мгх. – Выдавила я застенчиво.

Честно сказать, я переволновалась. Да так, что была не в состоянии составить слова и предложения из тех звуков, которые доносились до меня сквозь его ослепительные белоснежные зубы.

Посудите сами: такой мужчина! Статная фигура, красивое лицо, хорошие манеры. Образование, таланты, амбиции. Вон, даже фитнес-браслет на руке – Федя-Фабио следил за своим телом, и там было чем залюбоваться.

А я? Три пирожных, бутылка вина на ночь, пустая постель в съемной квартире, вибратор, а теперь еще и кот. Понятно, куда катится моя жизнь? Туда, где количество кошек будет возрастать в геометрической прогрессии.

Образец ленивой неудачницы, приближающейся к тридцати.

И что удивительно: еще с утра я не собиралась строить из себя того, кем не являюсь, а теперь, при виде этого породистого жеребца, готова была играть любую роль, чтобы ему понравиться.

Что с нами, женщинами, не так?

– Здорово, что ты меня нашла. – Сказал он.

Его голос обволакивал, точно выдержанный коньяк. Низкий и глубокий, с легкой хрипотцой. От него по моему телу шли щекочущие вибрации.

– Счастливая случайность. – Зарделась я.

Выпитые коктейли бурлили в крови, призывая к активным действиям, но я все еще помнила, что в отличие от меня парень трезв, поэтому из последних сил сдерживалась.

Но мои руки, похоже, жили своей жизнью.

– Ты чего? – Спросил Федор-Фабио, когда мои пальцы улеглись на вздувшуюся молнию его брюк.

– Ничего. – Ответила я.

Но я уже делала «чего». И вдруг, смутившись, отдернула руку.

Блин, я была уверена, что у него эрекция! Я ее нащупала!

Но он та-а-ак на меня посмотрел. Что пришлось сделать вид, что это была нелепая случайность.

Видимо, не сработало.

– Ты прости, – тут же спохватился парень. – Завтра мне рано вставать.

– Мне тоже. – Сказала я, набрасывая на лицо покрывало серьезности.

Как же неловко-то а…

– Я бы подвез тебя до дома, но сам приехал на велике. – Он куснул нижнюю губу (боже, так возбуждающе). – Неудобно вышло.

– Ничего. Мы с подругой доберемся на такси.

– Ты точно не в обиде?

Да он само обаяние. Беспокоится обо мне.

– Все в порядке. – Заверила я.

– Обменяемся номерами телефонов? – Парень достал смартфон и навалился локтями на столешницу, приготовившись записать мой номер.

– Ну… Давай.

Диана, наблюдающая за нами с танцпола, подняла большие пальцы вверх.

23.35

На будущее: никаких голосовых для начальства в полночь, да еще и будучи в подпитии.

– Алла Денисовна! А как вам идея сделать календарь? Сразу двенадцать горячих пожарных! Или, если хотите: пожарного, полицейского, сантехника, космонавта, военного, официанта, врача, Купидона, Зайку, Супермена, охотника за привидениями, Трампа, Люцифера? Хотите? Вы вообще кого-нибудь хотите, нет?