Глава 29

Валерия Порой разум вообще отдыхает где-то далеко, когда вмешивается сердце. После того безумного и совершенно бездумного, хоть и страстного порыва в ванной у меня были критические дни, а я уже ждала, и не очень, следующие. Степа был расслабленным. Не понимаю, почему он так легко принял все это изначально. В смысле меня и Агату, позже мысль о том, что, вполне возможно, появление второго ребенка. Да, я верила, что он любил, но, видимо, никак не могла понять и принять, что это правда. Календарь в телефоне обозначил сегодняшний день красным. И он был прав. Не знаю. Может быть, я была уверена в том, что, если не случится чуда, Степа уйдет? Мы женщины и не такое можем в голове начудить. Я преуспела в этом. – Все в порядке? – вышла из ванной и наткнулась на стоящего Степу. – Да, – попыталась улыбнуться, но вышло не очень красиво и правдоподобно. Мы за это время слишком хорошо узнали друг друга, чтобы я осталась незамеченной им. Этот месяц вообще сплотил нас настолько, что мы стали реальной семьей. – Я даже рад, что ты плохая врушка, слишком чистая и невинная натура, – он притянул меня ближе, обхватив талию своими ладонями. – Ты же знаешь, что это ничего не меняет? Киваю, потому что мы не говорили о вариантах того самого «если» подробно и прорабатывая каждый из них. Мы просто решили, что дождемся. Дождались, видимо. – Пойдем, – он остановился у дивана и сев на него сам, меня поудобней устроил на своих коленях. Я молчала. Знаю, что глупо, но скрыть тот факт, что я расстроена, не могла. – Ты ведь понимаешь, что все будет у нас в свое время? – задал вопрос и я резко подняла глаза на парня и, кажется, у меня начался нервный тик оттого, что я каждый раз удивляюсь ему все больше. – Иногда мне приходится убеждать себя, что ты настоящий, – мои слова его рассмешили и я сама улыбнулась. – Лер, Агате всего год с небольшим. У тебя есть возможность получить образование. Отдохнуть в конце концов. А потом нарожать много детей. – Знаю, но я женщина. Мы загораемся очень легко, даже перед тем, что существует только в нашей голове и более чем фантомно. – И мне нравится, что у меня такая женщина, – получаю мягкий поцелуй в щеку. – Итак, расскажи, кем бы ты хотела стать? Гляжу на него чуть покраснев, потому что хотела поделиться своими мыслями. – Я думала весь этот месяц и… Что, если попробовать отучиться на медсестру? В школе я тоже планировала поступать в медицинский. – Медсестра? – он задумался, и я поняла это по-своему. – Боже, я такая глупая, – закрыла лицо руками, и тут же он их убрал. – А каком смысле? Эй, посмотри на меня немедленно, – я подняла почти зареванные глаза. – Где твоя самоуверенность? Что случилось? – Она есть, но я так не хочу выглядеть дурой в твоих глазах. И тут выпалила, что желаю поступить в медицинский. Это так… – Восхитительно? Отважно? Честно и сильно? Какое из этих слов ты пыталась вспомнить? Лера, у меня нет слов. В моих глазах ты всегда самая прекрасная и без образования. Звездочка, – он приблизился к моему лицу, – я же люблю тебя вот такой хрупкой и нежной. Ты можешь быть просто мамой и будешь самой лучшей для меня. Всегда. Никогда не сомневайся в этом, прошу. Это важно. За словами последовал поцелуй, и вышел он слегка соленым. – И еще кое-что, прекрати плакать. Мы обсуждаем наше будущее. И я заплакала еще сильней. Я так его люблю. Этот разговор не мог закончиться так просто. Поэтому после того, как дочка уснула, мы со Степой вышли на улицу и сели, прижавшись друг к другу на лавочке. Небо озарила молния. А затем послышал сильный раскат грома, который поглотив себя весь остальной шум этого мира. Это было волшебно и завораживающе. Сегодня весь день небо хмурилось и набирало полные «легкие» воды, чтобы возможно этой ночью обрушиться на наш поселок сильным дождем, которого многие ждали. – Мама с папой всегда проводили здесь теплые вечера, – улыбнулась, вспоминая их, кутаясь в его крепких объятиях. – Лер, что насчет нашего незаконченного разговора? – Я не знаю Степ. Агата маленькая. Как это возможно? – Для этого есть заочное обучение, – ответил, медленно поглаживая мои волосы. – Это сложно. К тому же финансовая часть немаловажна. После моих слов он сел ровно и заставил меня развернуться к нему лицом. – Лер, кто обеспечивал вашу семью, пока родители живы были? – Папа, – ответила ошеломленная резкой сменой разговора. – Она когда-нибудь говорила ему, что ей стыдно за это? Что это неправильно? – Нет. Папа просто сам по себе такой был. Он сказал, что она может сидеть дома. Захочет работать пойдет. Но так как тут работы особо не было, она вела хозяйство и огород… Подожди, – нахмурилась. – Кажется, ты поняла, о чем я хочу сказать. – Разумеется, поняла и не собираюсь даже обсуждать это. Потому что неправильно это не то слово. Степа, этому не бывать. – А теперь послушай меня, – потянул за руки, пока я не оказалась достаточно близко к его красивому лицу. – Ты можешь сколько угодно сопротивляться, но не заставишь меня отказаться от того, чтобы любить тебя и Агату. – Я и не хочу этого, – совершенно не поняла его намека. – Любовь имеет разные способы проявления Лера. И она же позволяет мужчине заботиться о любимых. Вы обе мне дороги, почему ты собираешься отказать мне в том, чтобы я позаботился о тебе и малышке? – Ты ставишь вопрос иначе. Это другое. Я буду сидеть на твоей шее, да еще и не одна, а с чужой… – договорить я не смогла. Потому что, посмотрев в глаза Степе, я столкнулась с болью, к которой не была готова. А затем он встал и заговорил таким голосом, что я ощутила себя подлой дрянью, не заслуживающей его. – Ты хоть понимаешь, как сильно я люблю вас обеих, Лер? Как искренне желаю называть ее своей? Я не ответила. Он отнял эту возможность, потому что ушел. А я осталась разбитая на том же месте, выискивая в своей голове хоть одну причину не верить в то, что он не высказал в итоге. Что давно считает Агату своей… дочерью. Я посмотрела на то, что Степа дошел до моря и, скинув с себя одежду, побежал в его раскрытые объятия, исчезая в волнах. В этот момент пошел сильный ливень. – Она его… – шепнула, встав на ноги. – Она его… Сделала шаг, за ним второй и сорвалась на бег. Я добежала быстро, но Степу нигде не видела. Внутри нарастала паника. Потому что море было неспокойным. Я почти достигла пика, когда парень вынырнул. – Степа… – крикнула, и он обернулся. Его губы шевелились, но я не расслышала ни слова. – Ты ее отец, слышишь? Прости меня… Слезы смешивались с усиливающимся с каждой секундой дождем. И вряд ли позволили ему понять смысл моих слов. Поэтому я собрала в кулак всю свою силу и сделала новый шаг. Внутри все задрожало. Степа приближался тоже, но это был мой шанс. Мой шанс… Я резко сорвалась и стала приближаться к нему, чтобы оказаться в его руках как можно быстрей. Мы встретились на середине, когда вода доходила мне только до талии. – Что ты творишь, сумасшедшая? – он схватил меня и прижал так, чтобы я обвила его и ногами тоже. – Я хотела сказать, что она твоя. С первой секунды звездочка решила, что ты ее папа. Пожалуйста, прости меня, – сказала в его губы, целуя жадно. – Я боялась поверить… Боялась отдаться полностью… Боялась стать чьей-то важной частью жизни, чтобы не оказаться на ее обочине. Я боялась и за нее тоже. Но она… Она знала наверняка, слышишь? Он не ответил. Он просто погладил пальцами мою щеку и улыбнулся, прежде чем поцеловать меня.