Глава 14

— Е-восемь, — Кроули, сидя на «кровавом» троне, не отводил взгляд с повернутой к нему черной доски, где, на расчерченном белым мелом поле, были нарисованы корабли.

— Убили, господин, — сегодня пришла очередь барона Фарикуана становиться соперником Властелина Ада в игре, что тот так нежно любил.

«Морской бой», вот уже двадцать лет был среди первых развлечений во дворце повелителя, и, если бы не один малюсенький нюанс, в желающих сразится за звание лучшего игрока отбоя бы не было. Осложнялось все тем, что Кроули терпеть не мог проигрывать, но и когда ему намеренно уступали, тоже не выносил. Его соперникам приходилось очень жестко маневрировать и проигрывать так, чтобы господин не догадался о потом, что ему поддались, и не лишил тебя головы.

У барона Фарикуана сейчас получалось только проигрывать, а вот притворщик из него был никакой.

— Опять?! Откуда у тебя столько кораблей? Куда не тыкну, слышу только «убил и убил»? Уж не поддаешься ли ты мне? — в голосе повелителя чувствовались нотки недовольства.

С тех пор, как его камердинер переехал из шикарных палат в клетку, что находилась в подземельях Санжара, настроение Кроули ухудшилось в десятки раз. Причина была не только в том, что Сайлаш посмел водить своего господина за нос несколько лет, но и в том, что огненный демон был одним из лучших соперников в играх. Проигрывая, он всегда так сокрушался, что невозможно было поверить в его притворство. Но сейчас, узнав о предательстве, Кроули стал задумываться, а не обманывал ли его камердинер и в подобных мелочах?

— Н-н-нет, к-к-конечно, господин, — бросился на колени барон и склонился вперед так, что стукнулся лбом об пол, — я-я-я бы никогда не посмел!

— А ну поверни ко мне доску, мы сейчас все проверим, — Кроули прищурил глаза, ожидая немедленного выполнения своего приказа.

Барон, понимая, что жить ему осталось считанные минуты, резко побледнел и схватившись за сердце, всей своей немаленькой тушкой свалился на пол.

Властелин уже открыл было рот, чтобы позвать стражу и приказать немедленно казнить этого недостойного демона, как вдруг резко открылась дверь, и в тронный зал ворвался оракул.

— Господин, шар показал, что Охотник и ведьма прошли завесу! Сейчас они на пути к вулкану Тарсум, — не обращая внимания на валявшегося неподалеку от трона барона, Миришиэль упал на колени и, склонив голову, стал ждать приказа Кроули.

Фарикуан, тем временем, приоткрыл один глаз и, заметив, что внимание Властелина полностью переключилось на оракула и его новости, стал, медленно отталкиваясь одной ногой, скользить по полу в направлении входной двери.

— Я приказал этому никчемному демону привести ведьму прямиком ко мне во дворец! — вскакивая с трона заорал Властелин, — он решил, что я пошутил и не трону его жалкую семейку? Да я шкуры с них спущу, а все что останется, прикажу выкинуть в Адскую реку! Стражааааааа!

Входная дверь в тронный зал снова открылась и вбежал начальник стражи Арис, что нес караул снаружи.

— Срочно отправь охрану в подземелье и пусть приведут мне этих двои изменников Сайлаша и Амарилис. И пусть сразу предупредят, в назидание остальным заключённым, что живыми они не вернутся.

Арис, кратко кивнул и, не говоря ни слова, направился исполнять приказ.

— И передай Фарикуану, что я про него помню, а то уполз и не попрощался, — крикнул ему вдогонку Кроули и повернулся к Миришиэлю, — а ты останься. У меня к тебе будет еще одно важное дело.

Лицо Властелина скривилось в ехидной усмешке.

***

— Эй, охрана, есть тут кто-нибудь? У меня в клетке труп, прошу убрать или я на вас жалобу накатаю! — Сай не жалея легких орал уже пять минут, но пока никто не отзывался.

Наконец из-за угла показался зеленый нос Эстера, а за ним и вся пузатая фигура. Одна рука была у него в кармане штанов, а во второй он держал связку ключей от клеток, поигрывая ими с ленивой грацией.

— Ну, чего расшумелся, рогатый? — бросил он Сайлашу, остановившись рядом.

— Того! Блохастого с пыток только что охрана принесла и бросила, а я проверил. Не жилец он, пульса нет, дыхания тоже. Эти идиоты что, не могут труп от живого отличить? Бросили бы сразу в реку, зачем его было обратно тащить?

Гоблин подозрительно прищурился и наклонился ближе к решетке, пытаясь разглядеть лежащего на животе оборотня. Вместо спины у него было красное месиво и окружала его огромная лужа крови.

— Притворяется поди, — все еще хмурясь промямлил Эстер, но как-то неуверенно.

— Зови охрану, пусть проверяют своими электрическими дубинками, или чем там, — категорично замотал головой огненный демон, — он через пару часов завоняет, а мне потом это амбре сиди и нюхай.

Гоблин покачал головой, раздумывая над словами Сайлаша, и в конце концов решил все же позвать сражу. А ну его, вдруг и правда отъехал вервульф? У Кроули такие пытки, что немудрено, а ему еще всю ночь тут дежурить и не хотелось бы вдыхать ужасный запах разложений.

— Ты смотри у меня, — пригрозил он демону, — если решили тут спектакль разыграть, прикажу страже выпороть вас четверых, с теми двумя за компанию, — Эстер кивнул на клетку, где из-за решетки за ними наблюдала Амарилис, придерживающая за плечи паренька в шляпе, который еле держался на ногах от слабости, — я уже рассказал Властелину о ваших планах на побег, так что долго вы тут не задержитесь.

— Так это из-за тебя, твари зеленой, меня задержали? — подозрительно спокойно пропел Сай, — ну не долго ты, гоблинская рожа, будешь тут позвякивая ключам ходить, я тебя и с того света достану.

Эстер, громко заржав, бросил на демона полный превосходства взгляд и скрылся за углом, разыскивая охрану.

— Вот чуяло мое сердце, что этому гаду нельзя было доверять, — мелодичный голос паренька, был еле слышен, а сам он уселся на пол, привалившись к стене, так как ноги его уже не держали.

— У нас не было выбора, — напомнила ему Амарилис, — этот гоблин тот еще актер, втирал, что поможет, я и повелась.

Она грустно вздохнула, посмотрев на лежащего оборотня. Он был их последней надеждой…

В этот момент к их закутку подошли пять стражников-демонов и один зеленый гоблин.

— Вон этот блохастый, у стенки валяется. Поджарьте его электродубинками, проверим, не околел ли, — с горящими от возбуждения глазами предложил Эстер.

— Лежит, вроде, там же где и бросили, — раздался голос одного из охранников.

— А вы пульс у него проверяли, когда из пыточной выносили? — на всякий случай уточнил Сай, — вот я проверил и ничего не нашел.

Эстер повернулся к страже и окинул их вопросительным взглядом. Они в ответ пожали плечами, признаваясь, что ничего не проверяли. И пока двое сторожили у двери, один из стражников прошел внутрь, держа в руке длинную палку с петлей на конце и надел ее оборотню на шею. Двое оставшихся демонов, вытащили электродубинки и принялись тыкать ими в открытые раны на спине Яна.

Амарилис отвернулась от решетки, не в силах выдержать подобное зрелище. Сай зажмурил глаза, в ужасе представляя, что его ждет нечто подобное в пыточной Властелина. Даже гоблин поморщился при виде этого издевательства. А оборотень даже не шелохнулся.

— Сдох, — вынес свой вердикт один из стражников, что стоял у двери, — тащите носилки, отнесем его к реке.

— Надеюсь господин не будет злиться, что мы сломали его любимую игрушку, — посетовал другой, качая головой.

Двое демонов с дубинками отошли от Цанева и выйдя из клетки, направились за носилками. Вернулись они через пару минут, и положив их на пол, стали поднимать оборотня и укладывать сверху.

— Эта туша весит тонну, не меньше, — пожаловался один из них, — и эти заключенные еще жалуются, что их не кормят.

Кое-как, с горем пополам, положив вервульфа на носилки, пятеро демонов дружно подняли их и, еле передвигая ногами из-за тяжести, понесли на выход. Эстер закрыл за ними клетку и направился следом, весело помахав Сайлашу.

— Счастливо оставаться, рогатик. Скоро придет твой черед уходить отсюда вперед ногами.

Огненный демон злобно оскалился вслед гоблину и едва слышно зарычал. Тишина длилась около пяти минут, а затем паренек, тихим голосом начал отсчет.

— Три, два, один! — с той стороны, куда демоны понесли носилки, послышался грохот, а затем поочередно раздалось пять коротких, но душераздирающих крика. Он хмыкнул, — кажется, началось.

Амарилис победно улыбнулась, увидев, как в их сторону бежит напуганный до невозможности Эстер.

— Ну что, морда зеленая, что ты там говорил про вперед ногами? — крикнул ему Сай, вцепившись в прутья решетки и от нетерпения, чуть ли не пританцовывая на месте.

Наконец, из-за угла показался и сам виновник торжества. С ног до головы покрытый кровью Цанев, ощерившись и демонстрируя свои белые клыки, двинулся нетвердой походкой к стене, прижавшись к которой, на коленях стоял гоблин.

— Ключи, — прохрипел он одно только слово, а под Эстером уже образовалась желтая лужа. Тот дрожащей рукой, быстро вытащил связку из кармана и протянул ее вервульфу.

— Т-т-только н-н-не у-у-убивайте, господин, — блеял он, крепко зажмурив глаза.

— Ваше Величество, — ответил ему Цанев, схватив ключи и подойдя первым делом к клетке с демонессой.

— Ч-ч-что? — не понял его гоблин.

— Если хочешь жить, обращайся ко мне — Ваше Величество.

Гоблин тут же грохнулся на колени и уперся лбом в пол.

— Ваше Величество, как прикажете! Я вечный ваш раб! Я никому ничего не расскажу, клянусь!

— Адские черти, этот заносчивый амбал и тут нашел себе почитателей. Хлебом не корми, дай покомандовать, — тихим шепотом пробормотал паренек, не в силах даже пошевелиться от истощения.

Кинув Амарилис ключи, Ян бросил в его сторону не предвещающий ничего хорошего взгляд и подошел к стене, у которой сидел мальчик. Схватив его на руки, Цанев, злобно оскалился.

— Ты бы лучше помолчал, приятель, если не хочешь остаться здесь навечно. Я не Кроули, твой острый язычок быстро укорочу.

— Пытались уже тебе подобные, да только где они теперь? На корм червям пошли, — парень скривил в усмешке свои видневшиеся из-под низко натянутой шляпы полные губы, а затем потерял сознание.

Открыв клетку брата, Амарилис бросилась дальше по коридору к остальным пленникам. Освободив пару заключенных, она кинула им ключи и вместе со своими спутниками, а также гоблином Эстером, которого Сай вел при помощи палки с петлей, что использовали ранее на оборотне стражники, отправилась на выход.

Снаружи их ждал еще не один десяток демонов, а за спиной подземелье тонуло в криках и крови, так как не все пленники Кроули, были такими уж белыми и пушистыми, но на то и был расчет юной демонессы.

Да здравствует Революция! Ад для народа! Земля — крестьянам! Фабрики — рабочим! Кроули и его приспешники — на кол!

***

Я тихо охнула, когда демон коснулся моего языка своим. Оказывается, все это время я мечтала о том страстном поцелуе, что случился, между нами, на вечеринке у Морозовых, но сегодняшний был даже лучше. Дэм вел себя властно и агрессивно, но заставлял меня таять от удовольствия и прижиматься к нему еще ближе, желая большего.

Когда я отпустила рога, они исчезли, а он вдруг поставил меня на землю и отстранился, стараясь перевести участившееся дыхание.

— Какого черта… Котенок, я так тебя хочу, но это неправильно. Не здесь. Твой первый раз должен произойти на шикарной кровати и точно не с таким, как я, — горько усмехнувшись, Дэм запустил пятерню в волосы.

«Не с таким, как я». А если мне никто другой и не нужен? У меня, может, всего одна ночь в запасе, а завтра я умру. И больше всего на свете я хочу провести ее с этим черноглазым дьяволом, в которого, кажется, окончательно влюбилась.

— Не тебе решать с кем и где будет мой первый раз, — говоря все это я тыкала пальчиком ему в грудь, показывая всю серьезность своих намерений, — и я хочу быть с тобой. Я хочу заниматься с тобой любовью. Даже если это наша последняя…

Договорить я не успела. Дэм, притянул меня к себе и удерживая одной рукой за шею, а другой за талию вновь впился в мои губы обжигающим поцелуем, уносящим прочь все мысли из головы.

— Я не так благороден, чтобы отказываться от такого лакомого кусочка, — отпустив меня, он быстро снял с себя рубашку и бросил ее на землю, а затем подхватил меня на руки и, уложив сверху, навис надо мной.

— Еле сдерживаюсь, чтобы не взять тебя сейчас быстро и жестко, стоя у дерева или поставив на колени перед собой, но все нужно сделать медленно. Не могу видеть, что тебе больно, — не отрывая блестящих черных глаз от моего лица, он стал расстегивать пуговицы на моем платье.

Оголив мою грудь, демон чуть слышно зарычал и одним движением поменял нас местами. Теперь уже я сидела сверху, оседлав его бедра и чувствовала, как в промежность упирается его внушительная эрекция. Отказать себе в удовольствии поерзать на ней, я, естественно, не могла, чем вызвала у него громкий стон.

Руки чесались от желания провести ими по его голому торсу, что я тут же и сделала. Дэмристель открыл мне доступ к своим мускулам, что напрягались и перекатывались под моими пальцами. Возбужденная, до предела, этим зрелищем, я совершенно не чувствовала стыда, за то, что так дерзко демонстрировала демону свою грудь с отвердевшими сосками, что жаждали его внимание.

Чуть отодвинувшись, я скользнула рукой за ремень его брюк, обхватив напряженную плоть.

— Твою мать, котенок, я так долго не протяну, — откинув голову, низко прорычал демон, обхватив меня руками за попку и наклонив к себе еще ближе.

Он стал целовать и посасывать мои соски, обдавая их горячи дыханием. Мне казалось, я с ума сойду от блаженства. К черту пророчество, обязательства, амулет и Кроули. Я хочу только этого демона сейчас и навсегда. Понимая, что одного дня мне будет недостаточно, я молилась Великой богине подарить мне побольше времени в его объятиях.

Когда Дэм захватил сосок между зубами, я громко застонала и прошлась пальцами по увлажнившейся головке его члена. Его прикосновения заставляли меня изгибаться ему на встречу, пока сама я ласкала его огромный ствол, чувству, как тело демона бьет дрожь.

— Дэмристель, ты мне нужен! — выдохнула я и он снова вернул меня в положение лежа, и стянув с меня платье вместе с панталонами, а с себя штаны, лег между моих раздвинутых бедер, удерживая свой вес на руках.

— Я должен подготовить тебя, — его мускулы были напряжены, а глаза горели решимостью.

Сейчас он абсолютно не походил на того беззаботного и надменного демона, что пять месяцев назад повстречался мне на пути. Теперь он был сосредоточен и серьезен, как никогда.

Согнув мне ноги в коленях, он опустился ниже, не отрывая голодного взгляда от моей розовой плоти, чем вызывал дрожь и делал меня еще влажнее.

— Я так долго этого ждал, — прохрипел он, уставившись своими черными глазами на мои влажные складочки, а я, изнемогая от желания, задавалась вопросами: почему он не прикасается ко мне? Почему не вонзится в меня глубоки и жестко? Зачем ему действовать медленно, если я так сильно его хочу?

Экстаз был так близко, я уже почти чувствовала его. Оставалось совсем немного.

— Потрогай меня, прошу, — еле слышно прошептала я, не в силах сдержать себя.

Громко застонав, демон дотронулся до меня пальцами, заставив закричать от удовольствия. В этот момент мне было все равно сколько деревьев-монстров или умертвий привлечёт мой крик, я готова была умереть от блаженства прямо в эту секунду и гори все остальное синим пламенем.

Дэм дразнил мою плоть, лаская так невероятно чувственно, а затем проник одним пальцем внутрь. Когда он вытащил его и вновь проник уже двумя, одновременно касаясь клитора большим пальцем, я снова застонала. Это было умопомрачительно приятно, но в то же время хотелось большего.

— Дэм, пожалуйста! — я была на грани, и вот еще один толчок его пальцев и я достигла вершины, рассыпавшись на мелкие частицы, краем сознания заметив, как на голове демона вновь выросли черные рога, горящие ярко-оранжевым пламенем.

***

Голубые глаза ведьмочки отражали вспышки испытанного ею оргазма. Стенки ее лона, что туго обхватывали пальцы демона, были горячими и влажными. Дэм безумно хотел заменить пальцы своим членом, ворваться в нее и брать так быстро и агрессивно, как захочет. Но она была невинна и действовать нужно было очень осторожно, чтобы превратить этот акт во что-то, без чего она не смогла бы жить. И, судя по ее реакции, у него должно получиться.

Когда Рада содрогнулась в последний раз, Дэмристель встал на колени между ее бедрами и, крепко сжав свой член, провел им вверх и вниз по ее опухшим складкам, а затем направил головку во влажный вход, но замер.

— Пожалуйста, Дэм, войди в меня, — она выгнулась в спине, не стесняясь предлагая ему себя.

— Я не хочу сделать тебе больно.

— Мне больно от того, что ты медлишь, — с этими словами, ведьма, не думая о том опасно это или нет, схватила Дэмристеля за рога обеими руками, мимолетно удивившись, что пламя ее не обжигало.

Он обезумел, утратив на секунду способность говорить и двигаться. Все его крупное тело содрогнулось, и демон стал понемногу входить в нее.

— Такая маленькая… и узкая, — брови его были нахмурены, а лоб покрылся испариной. Казалось, что ему больно, но судя по закрытым глазам, Дэмристель испытывал небывалое блаженство.

Радмила прикусила нижнюю губу, чтобы ненароком не застонать от болезненных ощущений, боясь, что он может остановится. Она знала, что за болью, должно последовать наслаждение и сжав зубы ждала этого момента.

Отвлекло ее наблюдение за тем, как стало меняться тело демона. Рога удлинилась, кожа резко покраснела, а мышцы увеличились. Он будто вырос в размерах, как и его орган, что уже наполовину был в ней. Но вместо того, чтобы закричать от страха или отвращения, Раде захотелось покрыть его тело поцелуями. Боль начала стихать.

Демон резко открыл глаза и не сводя с нее пристального взгляда прохрипел:

— Скажи, что ты моя.

— Твоя, — ни на секунду не задумываясь крикнула ведьма.

— Еще.

— Твоя! — резкий толчок и он вошел в нее на всю длину, огласив лес громким рыком.

Это было больше, чем секс. С каждым толчком он ставил на ней свое клеймо, и она хотела этого. Молила об этом. Его лицо заострилось, черты стали грубыми и резкими, но Радмиле он казался самым красивым на свете.

Боль полностью покинула ее тело, оставив только неземное наслаждение. Движения Дэмристеля стали интенсивнее, требовательнее, а удовольствие, что он испытывал, было таким незнакомым, будто он, как и ведьмочка, в первый раз занимался сексом.

Опустившись на нее всем своим телом, чтобы касаться каждого дюйма ее кожи, демон завел ей за голову руки и прижал их своими, переплетя их пальцы. Его гладкая грудь, терлась о ее ноющие соски, заставляя задыхаться от невероятных ощущений, пока он двигался в ней сильнее, глубже. А потом все в ней взорвалось, заставив снова кричать и изгибаться дугой.

Незнакомое Дэмристелю давление в члене, что был сдавлен стенками ее лона, повысилось. Удовольствие, стало походить на боль. И следуя за ней, к вершинам наслаждения, демон откинул голову к небесам и громко застонал, начав в первый раз в жизни извергать семя, прямо в лежащую под ним крошку, что совершенно неожиданно, оказалась его истинной парой.

«Распечатавшая демона» — ведьма!

Он за всю свою жизнь ни разу не слышал, чтобы кто-то кроме демонессы становился истинной для демона. Но сейчас его это волновало меньше всего. Он нашел ту, найти которую мечтает каждый его собрат. И не у многих это выходит, но Дэмристелю и тут улыбнулась демонская удача.

Теперь он просто обязан сделать все от него зависящее, чтобы закончить их с Радой миссию, спаси сестру, убить Властелина и подарить этой маленькой ведьмочке то, о чем она так давно мечтает и о чем рассказывала тому пьянице-гному в Пустоши, пока он сам подслушивал на лестнице. Семейное счастье, как у ее сестер и у тетушки.

***

Дэм вышел из меня, все также нависая. Его сердце бешено билось напротив моего. Рога исчезли, а цвет кожи вновь сменился на светло-коричневый, как после загара. Я, смущенно улыбаясь, обняла его за шею, не в силах сдержать эмоции, что переполняли меня в этот момент.

— Это было… неожиданно.

— И только? — снова эта насмешливая улыбка, что сводила меня с ума.

— Меня обманули, что вы демоны во время полового акта не…э-э-э… фонтанируете, а ты даже очень… — ну Танька, только попадись мне!

Дэмристель запрокинул голову и громко заржал. Я стукнула его кулачком по плечу, немного обидевшись, на такую реакцию, но демон, казалось, этого даже не почувствовал.

— Ничего смешного! — я потянулась рукой в ту сторону, где лежало мое платье.

— Котенок, ты… — он замолчал, слегка улыбаясь, — ты же не думаешь, что это все?

— А разве нет? — я широко открыла глаза от удивления, так как считала, что после подобного марафона, сил на что-то еще ни у меня, ни у него точно не будет.

- Смеешься? Сейчас я хорошенько исследую, на что способно это маленькое сексуальное тело…

— Ну, исследуй, демон, — забыв о платье, я схватила его за шею, подставляя губы для поцелуя.

У нас впереди была вся ночь, если никто, конечно, в гости не пожалует.