Глава 16

В возникшей тишине громко тикали настольные часы, спёртые Евгешей из моей земной комнаты, а я напряженно вглядывалась в знакомое лицо одного из судей. Кажется, именно его я отшила на поле битвы с валлаурами, когда тот незаконно пытался меня “прочитать”.

- Евангелион Аваардэ, собрание каготов ожидает Вас для вынесения решения по делу о клятве, данной Великой.

Женя величественно кивнул, оставаясь абсолютно спокойным, я же недоумевала по поводу происходящего. Глянула на мышей и парней. Обнаружила, что они собственно тоже слегка оторопели от того, что тут творилось.

- Васелия Дарганир, собрание каготов вызывает Вас в качестве свидетеля по этому делу, - продолжил, как ни в чём не бывало, знакомец. - Вам надлежит явится в зал посвящения немедленно.

И тут Евгеша холодно его перебил:

- Вы разговариваете с королевой Этраполиса, Васелией Дарганир. Непроявление должного уважения при обращении к Её Величеству, по законам бывших и нынешнего государств трактуется, как измена родине и карается по всей строгости, вне зависимости от статуса и должности обвиняемого.

Я замерла, глядя в синие глаза судьи. Кажется, не только у меня сейчас остановилось сердце, но и у всех присутствующих, включая тех, кто вольно расселись там, куда их собственно не приглашали.

Знакомец же с непередаваемой отстраненностью встал на одно колено, скользнул взглядом по фривольно развалившимся у стены парням и склонил голову, а когда его примеру последовали и остальные его синеглазые спутники, произнёс:

- Ваше Величество, приносим прощение за столь неподобающее обращение. Нас не поставили в известность, что Вы уже соизволили пройти коронацию.

- Ага. А щит над академией тут декоративным фоном служит, - хмыкнула Месть, меланхолично перебирая волосы молчаливого Лютого.

- Нет, просто у судей при перемещении в пространстве напрочь отшибает не только инстинкт самосохранения, но и логику, после чего они совершенно не способны сделать нужные выводы, - не согласился с ней Ужас.

Евангелион приобнял меня за плечи, решив забыть о “лишних” тут персонах. Открыл портал, по всей видимости, в зал посвящения, придвинул меня ближе к себе и как-то очень многообещающе шепнул на ухо:

- Когда мы закончим со всем этим, я буду очень, - весьма выразительный вдох запаха моих волос и - очень много времени проводить с тобой наедине, Любимая.

Я вот, если честно, сейчас находилась под сильным впечатлением от того, что вытворил с судьями Евгеша. Но это его “очень” заставило вспомнить ещё кое-о-чём значимом. О том, что само собой напрашивается, учитывая правдивость заявлений Карисы.

- Ты покажешь свою настоящую внешность?

Евангелион на меня так глянул, что мне захотелось откусить себе язык.

- Секунду, - когда я открыла рот, чтобы сказать, что нам нужно находится по месту требования уже сейчас, мой возлюбленный погасил существующий портал и открыл новый, куда стремительно и благополучно утараканил меня с глаз присутствующих. Уселся на знакомый трон, а меня усадил к себе на колени боком, чтобы спокойно смотреть в мои глаза.

- С чего ты взяла, что это не настоящая личина? - и взгляд такой… внимательный.

Признаваться, что об этом рассказала Кариса не было никакого желания, однако пришлось это сделать.

- Мало приятного, конечно, когда кто-то в курсе о том, что ты уже далеко не молод, - констатировал он, перебирая мои волосы. - И знаешь, пожалуй, мы оставим всё, как есть. Я не хочу тебя шокировать.

Я глубоко вдохнула, понимая, что Кариса меня ни в чём не обманула. За это ей, конечно, спасибо, но мне-то как с этим жить?!

- Всё настолько ужасно?

Евангелион усмехнулся, приблизился к моему лицу и заглядывая прямо в душу произнес:

- Я давно отказался от этой внешности, мату маи. Потому что она уже давно не соответствует моему душевному возрасту. Волосы не такие, как прежде. Взгляд безэмоциональный и уставший. На коже явные признаки старости.

Я гулко сглотнула, борясь с притяжением и диким желанием коснуться его губ. От этих слов до костей пробрало противоречием. Хотелось слезть с него и уползти. Хотелось прижаться и не отпускать.

- Значит не покажешь, - вздохнула я, уже не надеясь на положительный ответ.

- Я уже, кажется, говорил, что ты прикипела к земной оболочке. Не повторяй сейчас ту же ошибку, мату маи, потому что внешность ничто, - он улыбнулся, но так и не дождавшись от задумчивой меня ответа сообщил, - Нас ждут.

Рядом вспыхнул портал, но я не торопилась покидать оккупированные колени, задумавшись над его словами. Даже, если его настоящая внешность уже рассыпается от ветхости, это не отменяет моих к нему чувств. Возможно, кто-то бы сказал о том, что всё это противоестественно и неправильно, но на ум сразу приходят народные мудрости: “Любви все возрасты покорны” и “С лица воду не пить”. Любовь, она ведь штука непредсказуемая. Кто знает, где и кого в следующий раз подстрелит амур и в какое место попадёт знаменитая стрела. Ведь только мне решать, как мне быть, тем более совершенно не представляю своей жизни без человека, что находился рядом со мной всю мою жизнь. И пусть найдутся в Этраполисе те, кто меня осудят, в том числе и Кариса мне, честно говоря, плевать.

Посмотрела в искрящиеся омуты, улыбнулась от всей души, а когда одна бровь Евгеши удивлённо поползла вверх и вовсе позволила себе то, что давно хотела - поцеловала.

Нежно-нежно, захватив мягкую губу в плен. Запустила пальцы в гладкие волосы и смяла, чувствуя, как смыкаются сильные руки на моей талии. Из груди вырвался тихий стон, когда всё нутро прошибло жаркой волной, а потом всё закончилось.

Евангелион прекратил это безумие рывком.

- Не сейчас. - Выдохнул, глядя слегка неадекватно, и почти сразу поднялся со мной на руках, чтобы стремительно войти в портал, где нас ждали.

Зал посвящения и в правду оказался залом посвящения. Между прочим, это первая комната в академии, в которую я попала и где стала ванпайром. Ну что сказать? С тех пор тут ничего не изменилось. Та же пентаграмма на полу, перевернувшая мою жизнь с ног на голову, стрельчатые окна и колонны. Кажется, что с тех пор прошло очень много времени, что случилось это в прошлой жизни, но как выясняется, всего-то три месяца минуло.

В зале было очень много народу. У стены стояли какие-то мужчины в серых одеждах, больше похожих на монашескую рясу, один, из которых выбивался внешне на их фоне. Его сразу можно было определить, как главного, ибо только у него на шее висела какая-то хрень в виде кожаного колье. С противоположной стороны стояли, как адепты, так и учителя академии, среди которых я распознала О’Шена и собственный взвод, в чьи ряды уже прибились оставленные нам Лютый и Тёмный. И тут же находились уже известные нам судьи.

Встретили нас удивлённым взглядом, поскольку Евгеша, как мне показалось, совершенно не желал расставаться со своей ношей, продолжая, как ни в чём не бывало держать меня на руках. А вот реакция присутствующих ему не понравилась. Он прищурился, глядя на “монахов” и все мужчины, за исключением моего взвода, рухнули на одно колено. Женщины в приветствии склонили головы.

- Её Величество Васелия явилась по вашему требованию. - Насмешливо протянул Евгеша, отпуская, наконец, меня на пол.

Как хорошая девочка встала подле него, пытаясь врубиться в происходящее. И практически сразу мои плечи оккупировали фамильяры.

“Монахи” переглянулись, поднимаясь на ноги, а один, тот, что отличался внешне, и вовсе вышел вперёд.

- Властью данной мне… - начал он монотонно.

Мстя фыркнула и продолжила шепотом:

- Объявляю вас мужем и женой.

Евгеша, стоявший рядом, скосил на неё весёлый взгляд и ответил:

- Чуть позже, моя хорошая.

Ну, естественно всё это длилось считанные секунды, потому что “монах” далеко в своей речи не ушёл.

- …Великой и собранием каготов, я собрал вас здесь, чтобы рассудить Евангелиона Аваардэ. Тридцать лет назад, в стенах этого зала, он дал клятву Великой, что исполнит её просьбу или сгинет в ужасных муках в виконтальском лесу. Как кагот той клятвы, я ответственно заявляю, что четвёртый пункт выполнен не был!

- Так ведь, Карсайто Варнингейл и королева уже помолвлены. Имеет ли значение, что церемонии бракосочетания ещё не состоялась? - подал голос О’Шен, пока я вникала о каком пункте идёт речь.

- Да, имеет!

Я испугано смотрю на Евгешу, краешек губ которого раздраженно дергается и это позволяет мне резко развернуться, согнав крылатых с плеч и довольно громко обвинить его во лжи:

- Но ты перечислил только три!

В искрящихся омутах можно было утонуть, когда они неожиданно загорелись коварством.

Евгеша не ответил, за него ответили всё тот же «монах»

- Было четыре пункта, Ваше Величество. - Доносится до меня его голос. - Первый: Вернуть Вас в наш мир. Второй: Провести обряд открытия мира. Третий: Провести вашу коронацию. Четвёртый: Вы должны выйти замуж за мага в чьих жилах течёт кровь рода великого Ахтэшэрата Таамэ. На эту роль подходит Карсайто Варнингейл, он прямой потомок его брата. Так же был оговорён срок выполнения клятвы: три месяца с момента вашего появления в Этраполисе.

Я снова обернулась и не мигая уставилась в глаза этого подлого обманщика, совершенно не ценящего собственную жизнь

- Ты… - Задохнулась я от ярости. - Ты… - Взгляд Евангелиона стал чуточку насмешливым, что вызверило меня окончательно. - Ты обещал, что подобного больше не повторится!

- Обещал. - Согласился он.

- Ты сказал, что никогда больше не сделаешь мне больно!

- Сказал, что не буду просить прощения. - Не согласился он, вздернув идеальной формы бровь.

- Ты…

- Я, - согласился весело. - И ты.

Я сжала челюсть, чуть ли не до хруста, когда на глаза вдруг стали наворачиваться слёзы от простого понимания, что он обрёк себя на муки вечные. От злости не осталось и следа, справедливо оправдывая внутренний тумблер эмоций Василисы Дарганир.

- Причём тут я?

- Ты выйдешь? - всё так же весело спрашивает, определённо не замечая моего внутреннего раздрая.

- Что? - переспросила мрачно.

Евангелион широко улыбнулся, стёр скатившуюся по моей щеке слезу и повторил вопрос.

- Ты выйдешь за меня, мату маи?

- Чтобы обречь тебя на адскую боль до скончания веков? - Прошипела я, припоминая условия клятвы. - Ну уж нет. Судья! - Рявкнула, оглядываясь по сторонам в поисках того, кто сможет решить разом эту проблему.

Развернулась на сто восемьдесят градусов, но вместо того, чтобы обнаружить глубину космоса, я напоролась на жгучий черный взгляд Карисы, которая едва ли сдерживалась, чтобы не зарычать. Сам Карсайто стоял чуть поодаль от неё с усмешкой на лице, а за его руку цеплялась его, так называемая невеста. Вспомнила, что он отчего-то дважды помолвлен, что было очень странным, и решила уточнить:

-А тот факт, что Варнингейл дважды жених не помешает нам провести церемонию бракосочетания?

Космоглазый вновь усмехнулся и перевёл взгляд на знакомого мне судью, тот закатил глаза и вздохнул.

- Хорошо. Я аннулирую твою помолвку, - Ответил он, затем подумал немного и добавил. - При условии, что свадьба состоится сегодня же.

- Вы не посмеете! - рявкнула Тапилара, прижимаясь к Карсайто сильнее, но тот без особых усилий оторвал её от своей конечности, кивнул знакомцу, и как-то неожиданно резко воздух в помещении потяжелел, так трудно стало дышать. Присутствующие охнули и сделали синхронный шаг назад, глядя исключительно в нашу с Евгешей сторону, а меня накрыло жесткой, подавляющей энергетикой.

Улыбка на лице Сайто скисла.

- А зачем тебе Варнингейл, маленькая моя? - раздалось вкрадчивое над головой, обдавая затылок горячим дыханием. Мурашки подпрыгнули и помчались покорять площадь моего тела, как татаро-монголы Русь.

- Четвёртый пункт буду выполнять, - замерла я, услышав голос, к которому рвалось всё нутро. - Не хочешь спасать себя сам, позволь это сделать другим, - уже не совсем уверено закончила, ощущая, как на меня давит зловещая аура.

- Отдав тебя замуж? - от звуков этого голоса у меня стали подкашиваться ноги, а народ стоящий от нас метрах в десяти и вовсе припал на одно колено, тихо ропща.

- Д-да, - сглотнула нервно. - Тебя что-то не устраивает?

- Меня не устраивает… В основном, всё, маленькая. Особенно твоё желание отвергнуть меня, чтобы спасти меня же.

Хотела повернутся и поговорить глаза в глаза, но ладони Евгеши легли на мои плечи, не позволяя этого сделать, но я всё равно дёрнулась, а потом из толпы услышала уже привычное:

- П-п-п-п-п…

Постояла, прислушиваясь к волнениям, подумала и вспомнила, что после моей коронации должность Повелителя автоматически переходит в статус несуществующих.

- П-п-п-п… - донеслось снова, на этот раз от “монаха”, который смотрит прямо на меня.

- Повернись? - вношу предположение севшим голосом.

- П-п-п… - качает он головой, определённо испытывая некоторые трудности в произношении.

- Помирись? - спрашиваю, боясь обернуться и увидеть нечто ужасающее. Мне очень не хотелось верить словам замеревшей в толпе Карисы, но отчего-то… верилось, что мой Евгеша не такой уж и красавец, каким я всю жизнь его знала.

Взгляд скользнул по моему замершему взводу, смотрящему с едва различимым чувством благоговейного трепета чуть выше моей головы. “Монах” снова качает головой, выдав очередное “П-п-п…”, и я уже чувствую какое-то разочарование.

- Повелитель? - с подозрением переспросила, но мои чаяния оборвали достаточно громким возгласом “Ах!” и падением в обморок одной белобрысой леди, которая до этого момента была похожа на очень удивлённое приведение. В смысле, белобрысая, бледная и очень-очень удивлённая. Насколько знаю, при появлении вышеназванного, белобрысые в обморок не падают.

- Пе-пе-пер…

- Первородный? Ну так…

- Да первый же! - истерично перебил “монах”, мгновенно погрузив помещение в гробовую тишину.

Сильные ладони всё ещё лежали на моих плечах, предостерегая попытку диверсии и разведки. Но знаете, глядя в эти перекошенные священным ужасом лица подданных, мне как-то перехотелось туда смотреть. Вот вообще.

- Кто первый? - нервно переспросила я.

- Я - первый, - ответили вкрадчиво, но так, что мне вот прямо сейчас хотелось упасть и растечься сиропной лужицей от звуков этого, ну просто до боли в ушах сладкого, голоса. - Так ты выйдешь за меня, мату маи?

- Но условие клятвы будет нарушено, - хрипло возразила, пытаясь совладать с собственными чувствами. - Да и помолвка с Сайто ещё не расторгнута.

- А если я заверю тебя, что всё будет хорошо?

Ещё раз посмотрела на Сайто, в чьих космических глазах читалось потрясение, на Карису, что смотрела со странной смесью чувств на лице, и на Тапилару Андоши, которая в это мгновение совершенно забыла о существовании Судьи. И ещё маленькая странность. Все женщины в зале смотрели на нас как-то очень плотоядно.

- Ну? - прозвучало прямо над ухом, отчего я вздрогнула всем телом. - Каков будет твой ответ, моя маленькая? Сама пойдешь к алтарю или мне вырывать твоё “да” нежным натиском и сильными поцелуями?

Если до этого я не потекла лужицей, то сейчас всё. В смысле, совсем всё, потому что ноги меня уже плохо держали.

- Зачем она тебе? Давай я пойду за тебя замуж? - выкрикнула какая-то мадам из толпы, после чего поднялся гомон примерно таких же возгласов. Худо-бедно молчала только Кариса, но и ей, похоже, приходилось нелегко.

Мгновение и прямо в толпе вспыхнул портал Евгеши.

- Попрошу всех особ женского пола удалится, - пророкотал его голос, не терпящий возражений.

Я было тоже сделала шаг, но меня придержали насмешливым:

- А Вас, Ваше Величество, я попрошу остаться. У нас есть один ма-а-а-аленький не решенный вопрос.

- Правда? И какой же? - сглотнула я, наблюдая за побегом “особ” из зала.

- Мною уже не в первый раз заданный. Я всё ещё жду ответа, Василиса.

- Собственно, мы тут все ждём ответа, Ваше Величество, - подал блеющий голос “монах”. - Хотя бы потому, что не можем вынести решения в связи с… - он бросил взгляд поверх моей головы и глухо договорил, - в связи с возникшими обстоятельствами.

- Это точно не угрожает твоей жизни? - обратилась я к стоящему за спиной.

- Я же обещал, что подобного более не повторится.

- Тогда, я согласна, - выдохнула наконец своё решение. - Но, если ты меня обманул, я…

Резкий рывок за плечи, и я оказываюсь лицом к существу, от вида которого всё нутро замирает от восхищения.

Как там в песне?

“Здесь так красиво, я перестаю дышать,

Звуки на минимум, чтобы не мешать.”

Я во все глаза смотрела на мужчину так не похожего на самого себя. И в тоже время его невозможно не сравнить с Женей или Евангелионом. На виде ему было чуть больше двадцати пяти по земным меркам. Прищуренные зелёные глаза смотрели так, словно ты то самое, единственное и неповторимое сокровище, которое искали на протяжении всей жизни. В них отражалась вся Необъятная с мириадами зарождающихся и угасающих звёзд. В черных, как сама тьмах волосах исчезали любые лучи света, и, казалось, что они просто поглощают всё, что должно отражаться. Соблазнительные мягкие на вид губы, манили немедленно к ним прикоснуться, но круче всего было то, что меня просто перемкнуло, и я в действительности на какое-то время забыла, как дышать.

- Это ты называешь старостью?

- Я только сказал, что эта внешность не соответствует моему душевному возрасту. Волосы стали собирать слишком много света. Кожа стала сиять, что слишком явно указывает на принадлежность к первым первородным.

И пока он всё это говорил, я ловила каждое слово, не в силах перестать слушать. Голос, такой сильный, властный, просто пробирающий до костей. И вообще нет мочи оторваться от этого существа. И ты смотришь в эти глаза… и смотришь… и смотришь.

Конечно, у меня была призрачная надежда, что они вытекут от этой красоты, но…

- А не мог бы ты..?

Женя улыбнулся, поняв просьбу и очень медленно вернул свой привычный облик, в который я всматривалась уже с облегчением.

- Она всё равно будет моей женой! - доносится словно из другой реальности. - Ты дал клятву!

Евангелион бросил взгляд поверх моей головы и ухмыльнулся. Коварненько так.

- Обряд исключения не был проведён, Карсайто. Коронация состоялась без твоего участия, а значит и четвёртый пункт клятвы я могу обойти, взяв Василису в жены. С её согласия, естественно.

Я обернулась, чтобы посмотреть на Судью, и была немало удивлена потрясением царившем на его лице.

- А что за обряд исключения, Жень?

В ответ на это, он протягивает мне руку с точной копией той цепочкой с камнем, что отдавал ранее. Я стремительным движением хлопаю себя по шее обнаруживая её, и впираю острый взгляд в Евангелиона, догадываясь, что мне отдали подделку.

Касаюсь камня на протянутой цепочке, активируя артефакт и смотрю в красивое лицо своей матери.

- Я знаю, ты сейчас мало что понимаешь в происходящем, но я тебе помогу, если мой милый друг ещё не объяснил. В данную минуту на территории Этраполиса властвуют валлауры, которых мы не можем остановить. - Королева снова осмотрелась и продолжила. - Буквально пару минут назад, я нашла решение… точнее два, но для этого придётся отправить тебя, малышка, подальше отсюда. Евангелион против, но у него нет выбора, ведь даже, если он меня силой утащит в другой мир, я вернусь. Главное, сохранить твою жизнь. Очень надеюсь, что ты не станешь его обвинять в том, что он не предпринял попытки оградить меня от той участи, на которую я себя обрекла. Но я не могу поступить иначе, поэтому вытребовала у него обещание, которое он не может не исполнить. Этраполис мой дом. - Она грустно улыбнулась. - Если ты уже вернулась, или, когда ты вернёшься, тебе следует найти Карсайто Варнингейла, чтобы провести обряд исключения, - Властамира нервно оглядывается, а я устремляю острый взгляд на Евангелиона, понимая, что он всё-таки подменил артефакты. - Сейчас вы обручены по законам первородных. Всё, что нужно - это исключить в тебе остаточную магию нашего рода, вернее передать её Карсайто с помощью этого камня. Достаточно будет вам обоим просто поделится с ним кровью и активировать его словом “Икитьендо”. Единая энергия поможет Карсайто снять защиту с Этраполиса. Я понимаю, это может показаться тебе пугающим и неправильным, но у нас нет другого выхода. Как только ты всё сделаешь, больше не сможешь управлять энергией этой планеты, но Карсайто возьмёт тебя в жёны, обеспечив таким образом твоё будущее, - Властамира дёрнулась, когда послышался странный стук, и оттуда донеслось тихое знакомым голосом:

- Что ты здесь делаешь, мату маи?

Здесь сообщение обрывается, но и из него понятно, чего хотела для меня Властамира. Существования. Такого же существования, в каком пребывала она сама до знакомства с Евгешей. Знал ли Карсайто о том, как должно было всё пройти? Вряд ли. Слишком уж самоуверенно он себя вел при разговоре о ритуале. Похоже, Евангелион обвёл нас двоих вокруг пальца этим артефактом, чем спас меня от поджидавшей за углом участи.

Мой спаситель погладил мою щеку так нежно, что невольно прикрыла глаза, после чего услышала:

- Ты бы не выжила, - распахнула ресницы одним только взглядом требуя пояснений, которые последовали практически сразу. - Карсайто слишком молод для подобного обряда. Он, как владелец тёмных энергий рода Таамэ, высосал бы из тебя не только магию, но и жизнь. Властамира этого попросту не знала.

- А что тогда сделал ты? Там на алтаре?

- Я возродил свою Нову. Не будь ты ею, я бы просто умер, не найдя достаточное количество твоей энергии, чтобы снять эту дурацкую защиту, за которую твоя мать положила на алтарь собственную жизнь.

- Почему не подошла энергия самого Этраполиса? Ведь нет ничего проще, чем преобразовать то, что уже имеется.

- Властамира Дарганир была выпускницей шангарийской акдемии хардаяров, - подал голос “монах”. - Она хорошо умела работать с энергиями, поэтому составила такую защиту, которую сможет открыть только её подобие. То есть наследница дара. То есть Вы.

Тогда это многое объясняет. Мою любовь к пению, как их любовь к молитвам, и совершенно иная работа с энергиями, отличающаяся от методов боенергиков.

Я глубоко вздохнула, чувствуя моральную усталость. Голова шла кругом от свалившейся информации, но зато я теперь знаю всё. Ну или почти всё.

- Подожди. Но как тогда с помолвкой быть? Если только Карсайто подходящая кандидатура на роль моего мужа, потому что из рода Ахтэш-как-его-там, то как же я выйду замуж за тебя?

Неожиданный укус за ухо, как наказание и смешливое.

- Ахтэшэрат. Моё настоящее имя Ахтэшэрат Таамэ, и я возьму тебя в жены даже, если ты будешь сильно против.