Глава 21
Именно так я и выяснил, что иногда Эдуард Рейдес не прислушивается к голосу разума. Хотя, почему иногда? Практически всегда, потому что вместо того, чтобы один из нас отдыхал после боя и светлых практикумов, а второй готовился к бою завтрашнему, мы оба ползали вокруг двух зеркал. Нанесли последние символы, установили требуемые объекты на подставки.
– Ты первый, – шепнул Эду, потому что самому вдруг стало страшно.
– Хорошо. Алле интерито Мари, – произнес он. Зеркало осталось пустым. Эд постучал по нему, проверил магическим зрением — пусто.
– Да чтоб мне провалиться! – выругался он. – Либо я что-то сделал не так, либо мне не достался талант к зеркальной магии. Зато мы знаем точно, что у тебя он есть. Давай, Вик!
Стало еще страшнее.
– Алле интерито Мари, – произнес, прислоняя обе ладони к холодной зеркальной поверхности. Поначалу ничего не происходило, но потом я вдруг уловил странный отклик. Поверхность зеркала будто пошла волнами, а потом вместо своего отражения я увидел Марию.
– Здравствуй, Виктор, – прошелестел безжизненный голос.
Она стояла передо мной в бледно-желтом, залитом кровью платье, и смотрела мертвыми глазами. Я едва не заорал, хоть никогда не думал, что боюсь мертвецов.
– Здравствуй, Мари, – ответил ей. – Мы ищем твоего убийцу. Ты видела его?
Она медленно кивнула.
– Мельком. Это был темный маг.
– Что ты видела? Расскажи. Что случилось?
Отражение пошло рябью, а у меня на лбу выступил холодный пот.
– Он подошел со спины, обездвижил, – ответила Мари. – Я упала и видела только темный плащ с золотом. Лицо он прикрывал. Волосы… темные. И глаза, черные глаза. Больше ничего, он применил заклинание, и я больше не очнулась.
– Это был плащ темного магистрата?
– Да. Отпусти меня, Виктор. Мне тяжело.
– Иди.
И я разорвал вязь заклинания. Из зеркала снова смотрело мое лицо. Вот только что-то изменилось. От зеркальной поверхности веяло силой.
– Ты слышал? – обернулся к Рейдесу. Тот сидел на стуле бледный как мел и смотрел на меня растерянно.
– Да. Неужели это правда была Мари, Виктор? Как такое возможно? И убери от меня свою игрушку, мне жутко.
Я тоже чувствовал исходящую от зеркала жуть, поэтому накинул сверху свой плащ.
– Представляешь, сколько в темном магистрате может быть черноглазых и темноволосых? Больше половины. – Я упал на кровать, чтобы хоть как-то успокоиться, и закрыл глаза.
– Интересно, сколько всего служащих в темном магистрате. Знаешь, Вик, похоже, пришло время для нашей прогулки. Завтра после боя идем.
– Для тебя это опасно, – напомнил неугомонному приятелю.
– Не больше, чем для тебя.
– Хорошо. Но сейчас думай о том, чтобы победить Фредди. Ложись спать.
На этот раз Рейдес послушался. Вскоре его спокойное сопение наполнило комнату. Хорошо, хоть не храпел, а то недавно парень из комнаты слева просил директора переселить его из-за храпа соседа. Директор, конечно, отказал и посоветовал тренировать силу воли. Я же достал потрепанную книгу по зеркальной магии и вчитался в скупые строки. Интересно, в библиотеке есть что-то похожее? Надо поискать, раз уж выяснилось, что я могу с этим обращаться.
А пока что изучил все, что мог, в этой книжонке. Увы, мало, слишком мало. Погасил светильник, лег и закрыл глаза. В ушах все еще звучал жуткий, потусторонний голос Марии. Казалось, открою глаза, и увижу ее перед собой. От этого было страшно. Рассказать ли Анжи об общении с ее умершей подругой? Не сделаю ли ей только больнее? С другой стороны, мы получили хоть какую-то, но информацию. Лучше поделиться.
Утром Эд казался безобразно бодрым в то время, как сам я клевал носом и мечтал вернуться обратно в постель. И вот где в этом мире справедливость?
– Виктор, что ты ползешь, как сонная муха? – подгонял меня товарищ. – Бой впереди!
Вот уж кто не терял присутствия духа, а я вспоминал последними словами и темную гимназию, и светлую академию, и собственную магию, которую дернуло стать полосатой. Спать! Глаза закрывались до того самого момента, как вошел в тренировочный зал. Теперь мы с Эдом поменялись местами: он должен был сражаться, а я бдил, чтобы никто не подставил приятелю подножку. Вот только мы решили не повторяться. В прошлый раз я сам поставил на себя заклинание, чтобы Гейлен получил по заслугам. На этот раз Эд не стал применять его же, а я попытался зачаровать осколок зеркала, чтобы Эд вшил его в одежду. Уж не знаю, что из этого вышло, поэтому смотреть буду в оба.
Привычный церемониал, звенящее напряжение внутри.
– Давай, дружище, – прошептал я, когда Эд замер напротив Фредди. – Давай!
Раздался сигнал к началу поединка. Если в прошлый раз Фредди атаковал первым, то в этот Эд закружился по площадке, не оставляя противнику шанса на атаку. Быстрее, быстрее. Фредди, вместо того чтобы сосредоточиться на атакующей стороне, попытался его замедлить. А зря! Потому что Эд только и ждал, чтобы тот отвлекся. Отбил заклинание, направленное на ноги, а сверху припечатал еще одним, гораздо более сильным и мощным. Фредди схватился за спину. Да, не сильно попрыгаешь, получив приступ радикулита. Кстати, сама структура заклинания была достаточно простой, мы вычитали ее пару дней назад и старательно тренировали. На мне, пока я не послал Эда к демонам.
Все ожидали, что вот сейчас Эд добьет противника. Фредди тоже, потому что он быстро и по возможности незаметно плел щит, только Эд вдруг отступил. По рядам зрителей пронесся удивленно-разочарованный вздох. Давай, Эдуард! Или выселю из комнаты, если проиграешь.
Удар. Один-единственный. Заклинанием замедленного действия, до поры до времени зависшим у противника над головой. И вот уже Эд принимает поздравления директора, а Фредди уводят однокурсники. Ура!
– На этом курсант Эдуард Рейдес переходит на третью ступень.
Я кинулся к Эду.
– Молодчина! – вцепился в него, и осколок-то не понадобился. – Я же говорил, сработает.
– Сам не верю. – Эд выглядел ошарашенным такой быстрой победой.
– Марш на лекцию, – вклинился в наше счастье голос куратора Браунера. – Оба! Ваш переход на третью ступень — еще не повод прогуливать занятия.
Мы помчались в аудиторию. Расписание обещали изменить в ближайшие дни, а пока что нас ждала лекция по боевой магии.
Первая эйфория прошла, но все равно я был счастлив, что Эд сумел побороть Фредди, а вместе с ним — самого себя, и взять новую высоту. Теперь очередь за четвертой. Уже завтра к нам приставят новых наставников, но на этот раз я не стану спешить. И с третьей не спешил бы, если бы Петерс не возомнил себя пупом мира.
Мы старательно записывали формулы боевых заклинаний, когда вдруг что-то загудело.
– Сигнал тревоги. – Молодой профессор боевой магии прислушался к протяжному вою. – Что-то случилось. Оставайтесь на местах. Сантьер, вы — староста курса, проследите за курсантами.
– Слушаюсь, профессор Альвен, – откликнулся я, а наш преподаватель выбежал из аудитории. Мы с Эдом переглянулись. Но сигнал вдруг оборвался так же резко, как и зазвучал. Однако профессор вернулся только четверть часа спустя. Он выглядел мрачным и задумчивым.
– Учебная тревога, – ответил он на наши вопрошающие взгляды. – Продолжаем лекцию.
Учебная тревога? Как только прозвучал сигнал окончания пары, мы с Эдом поспешили в коридор.
– Они что-то недоговаривают, – шепнул товарищ.
– Да. И это что-то серьезное. Эд, как ты смотришь на то, чтобы пропустить обед?
– Думаешь, тебе кто-то что-то расскажет? – уставился он на меня.
– Нет, конечно, но у нас же теперь есть зеркало.
– Вик, не увлекался бы ты им, – вздохнул Рейдес. – Если честно, твоя игрушка меня пугает.
– Да ладно тебе, – махнул я рукой. – Не думаю, что это опасно. Идем?
– Идем, – смирился Эд, и мы помчались в общежитие. Зеркало так и лежало, накрытое моим плащом. Я не говорил Эду, но тоже немного опасался отражения. Все-таки не овладел этим типом магии до конца. Мало ли? А сейчас установил зеркало, начертил защитные символы, открыл книгу на нужной странице. Так, так… Вот оно! Временное заклинание.
– Эд, представляй себе директора Стерна, – приказал я приятелю. – Ровно полчаса назад.
И сам сосредоточился на этом образе. А потом вдруг поверхность зеркала пошла рябью, и я увидел директора, расхаживающего перед профессорским составом. Он что-то говорил. Но что?
– Эй, а звук где? – Я постучал по зеркалу.
– Вик, может, это заклинание не предполагает звука? Подожди, я попытаюсь прочесть по губам.
И Эд наклонился вперед, к зеркалу.
– Стерн говорит, пропали двое курсантов прямо отсюда, из «Черной зведы», – «перевел» он. – Парень и девушка. Оба сегодня найдены мертвыми с разорванными магическими полями.
– Что? – замер я.
– Да подожди ты. Вроде бы ребята со второй ступени.
– А как они из гимназии вышли? – поразился я.
– Вот и профессора спрашивают, а директор говорит, что не знает. И требует узнать, а пока что усилить наблюдение за курсантами. Не понимаю… Бормочет что-то. Все, профессора расходятся, остался куратор Браунер… Тьма!
Браунера мы видели «лицом», а вот Стерн повернулся спиной, и Эд не мог узнать, что он говорит, а наш куратор только кивал. Я стер символы и снова укутал зеркало плащом.
– Ты понимаешь, что это значит, Эд? – спросил глухо. – Три жертвы, три. Это может быть тот же человек, который убил Мари. Более того, я уверен, что это он. Снова разломанные магические поля. Снова насилие?
– Видимо. Несмотря на то, что темная инициация отличается. Может, этот кто-то пробует разные варианты?
Эд сел рядом со мной. Еще несколько минут, и придется возвращаться на пары.
– Откуда ты умеешь читать по губам? – спросил я приятеля.
– У меня много талантов, – усмехнулся тот. – А на самом деле я в детстве дружил с одним мальчишкой. Он был глухим, и мы так играли: я тоже затыкал себе уши, чтобы мы были на равных, и учился читать по губам. Никогда не думал, что пригодится. Жаль, все не получилось разобрать. Тьма!
Мы так и сидели рядом, когда вдруг поняли, что безнадежно опаздываем на практикум. А в «Черной звезде» это чревато, поэтому до аудитории добирались бегом, влетели внутрь и плюхнулись на свои места за секунду до того, как вошел профессор. К счастью, успели. Вот только мысли были не о предмете, а о погибших. Может, их соседи по комнате что-то знают? Они общались? Почему пропали вдвоем? Как смогли покинуть «Черную звезду»? Пропуск ведь только у меня. Столько вопросов! И о какой светлой академии могла идти речь? Нет, надо немедленно отправляться к тому знакомому Эда, о котором он говорил. А если этот тип не остановится? Как его найти? Как догнать? Безумие какое-то… Надо сказать Анжеле, чтобы не возвращалась домой, а оставалась в общежитии. Хотя, поможет ли это, если ребята пропали с закрытой территории? А если этот тип имеет отношение к «Черной звезде»? Это вероятно, если он служит в темном магистрате. Голова кипела, перед глазами плясали круги. И все-таки я до него доберусь! Не будь я Виктор Вейран.