Глава 14

Сказать, что он был в растрёпанных чувствах, значило серьёзно преуменьшить. Нет, Ривер и так не собирался проигрывать на турнире — надо быть полным придурком, чтобы упустить шанс войти в историю боевого шатранжа и академии. Тем более что победа распахнула бы перед ним (да и остальной командой) невероятные горизонты. Престиж, уважение, деньги, высокооплачиваемая работа (Риверу она была неактуальна, зато тот же Торн получил бы настоящий счастливый билет в обеспеченное будущее). По всему выходило: Вогану не имело смысла дополнительно мотивировать маршала на то, чтобы выложиться в турнире по полной. Однако же он решил поставить Ривера перед жёстким выбором: победа или рабство. И это мало того, что оскорбляло, это серьёзно настораживало.

Зачем? Ректор тоже хочет войти в историю? Академии Элиум ещё ни разу не повезло занять на турнире верхнюю ступень пьедестала…

Тут погружённый в свои мысли Ривер едва не налетел на какую-то адептку. Привычно бросил:

— Смотри, куда идёшь! — и не слушая ответ, зашагал дальше. Пересёк огромный холл центрального корпуса, вышел на крыльцо и остановился у верхней его ступени.

Да, вариант с ректорским честолюбием был полностью правдоподобен и наиболее очевиден. Однако интуиция, которой Ривер привык доверять, подсказывала: здесь может крыться что-то ещё. И, возможно, если он узнает, что именно, их новый разговор с Воганом пойдёт совсем в ином тоне.

Потому что Ривер ненавидел, когда его пытались загнать в угол. А сейчас всё именно так и было.

* * *

— Торн! Ты сказал Фулаху, что я у ректора? И почему ты не на тренировке?

Ждавший у ограды полигона приятель в первый момент опешил от резкого тона, и Ривер поспешил вернуть себе самообладание.

Нет более тупого поведения, чем срываться на своих.

— Извини. — Он терпеть не мог извиняться, однако умел пересилить себя, когда это было необходимо. — Воган выбесил.

Торн удивлённо округлил глаза, тем не менее лезть с расспросами благоразумно не стал. А вместо этого ответил:

— Я сказал, но тренер только поморщился. Он, наверное, знал, что так будет.

Знал и допустил, чтобы маршалу его команды выдвинули столь позорный ультиматум? Ривер резко выдохнул: спокойно, спокойно. И тут же получил новый удар по самоконтролю.

— Слушай, там, оказывается, нового гроссмейстера уже нашли… — Торн замялся. — Я, в общем, потому здесь и торчу — чтобы тебя предупредить.

Гроссмейстер. Дерьмо! Кого же им подсунул Воган?

«Сейчас выясню!»

Ривер решительно двинулся к ограде.

— Погоди, пропуск!

Торн бросил ему кругляшок, и Ривер поймал не глядя. Стихии расступились, реальность дрогнула, впуская его в скрытое измерение, где проходили тренировки, и он оказался на краю знакомой клетчатой арены. Одним взглядом охватил картину: ага, этюды. Этот, кажется, на то, чтобы пожертвовать обе туры.

Додумать Ривер не успел. Взгляд его упёрся в клетку принцессы белых, на которой стояла…

Длинные рыжие волосы, собранные в высокий хвост. Соблазнительный размер груди, тонкая талия, округлые бёдра, длинные ноги, что особенно подчёркивал тренировочный костюм. Симпатичное… ладно, красивое лицо, которому совершенно не подходило серьёзное, даже какое-то жёсткое выражение гроссмейстера.

— Картер⁈

Грёбаный Воган! Чем ты думал, когда ставил в команду именно её?