Глава 64

— Вот оно что. — Ди Сиано разом постарел лет на тридцать, даже короткую бородку отрастил. — Вы знаете имена тех, кто затеял турнир?

— Вольфус Кракен, — быстро ответила я. — Некий Карнорус, некая Надин и некий Лофтус.

Ди Сиано кивнул.

— Припоминаю их. Они учились у Старейшин примерно в одно время, что и я. Тем не менее очно знакомы мы не были. — Он сделал паузу, и это показалось мне не самым хорошим знаком. — Понимаю, какого совета вы от меня ждёте, однако есть один нюанс… Согласно Кодексу демиургов, мы не имеем права вмешиваться в творения друг друга. За этим серьёзно следят, и нарушителям приходится… весьма несладко. Потому я не могу давать вам конкретные рекомендации, но вот навести на некие мысли — пожалуй, попробую.

Он вновь сменил внешность, став длиннобородым и длинноволосым старцем в просторной хламиде, и от этого почему-то ассоциируясь у меня с Дамблдором.

— Чтобы найти способы противостоять противнику, о нём надо знать как можно больше, — менторским тоном начал ди Сиано. — Или хотя бы иметь представление о наиболее ярких его особенностях. Так вот, одна из особенностей демиургов, о которой Рикс должен помнить: мы могущественны, но не всемогущи. Мы подчиняемся правилам, даже если они созданы нами. Когда творение завершено, и узор замкнут, дальше он развивается исходя из тех предпосылок, что были заложены в нём. И находясь внутри творения, мы вынуждены соблюдать его законы, иначе сами станем разрушителями созданного. А это — величайший грех, ведущий к развоплощению его совершившего, ибо творец не может уничтожать своё творение.

— Поэтому меня не убили, — сообразила я, — а лишь постарались задержать, чтобы не я смогла попасть на жеребьёвку.

Ди Сиано кивнул.

— Именно. Демиурги не могут собственноручно причинить вред никому из вас, ведь по правилам турнира они, наоборот, обязаны защищать. Я прав?

Он посмотрел на Фулаха, и тот сумрачно подтвердил:

— Да, внешне здесь все помешаны на безопасности. Однако это не отменяет каверз со стороны соперников.

— Не отменяет, — согласился ди Сиано. — И вполне возможно, эти каверзы станут изощрённее: нельзя помешать вашим соперникам советоваться, подобно тому как сейчас советуетесь вы.

— Понятно. — Фулах стал ещё мрачнее. — А кто этот Индетерминист? И какое отношение он может иметь к Картер?

— Я привык считать его сущностью скорее легендарной, чем реально существующей, — признался ди Сиано. — Считается, что подобно тому, как демиурги упорядочивают мироздание, он вносит в узор чужих творений хаос и нелогичность. Не со зла, а по своей природе — он черпает энергию, разрушая планы.

— А демиурги — создавая? — быстро спросил Фулах, и я почувствовала, что не улавливаю чего-то важного, с чем мог быть связан этот вопрос.

Ди Сиано тонко улыбнулся.

— А демиурги — когда всё идёт, как задумано. Что до вас, — он посмотрел на меня, — то не стоит бояться, будто вы в какой-то момент лишитесь свободы воли или что вы, м-м, запрограммированы совершать определённые поступки.

— Запрограммированы? — пробормотал Фулах явно незнакомое ему слово, и я вновь почувствовала себя опасно близко если не к провалу, то к неудобным вопросам.

— Вы просто являетесь тем семенем, которое, упав в подходящую почву, даст ростки непредсказуемости, способные переиначить все прогнозы и планы, — тем временем продолжал ди Сиано. — Иными словами, окажись вы в Особой академии или ещё где-то из миров Веера — вас бы и близко нельзя было назвать чьим-то орудием. Но здесь, на турнире, ваши внутренние качества могут пошатнуть стройную конструкцию задуманного моими… скажем так, коллегами.

— Значит ли это, что Картер способна победить там, где победы не ждут? — напряжённо уточнил Фулах.

— Или проиграть там, где победа задумана, — дополнил ди Сиано. — Это невозможно предсказать. Почему, собственно, её и попытались отстранить от игр, если я правильно понял.

— И что нам делать? — тихо спросила я. — Что мне делать?

— То же, что и всегда, — спокойно посмотрел на меня ди Сиано, вдруг став до боли похож на моего дедушку. — Лучшее из возможного, чтобы достичь своей цели. У вас ведь есть цель, не так ли?

Цель? Выжить — считается? Не допустить, чтобы мы с парнями попали в рабство к соперникам или мерзкой Надин. Невредимыми вернуться в Элиум, а дальше… Дальше видно будет.

— Есть, — ответила я, твёрдо глядя ди Сиано в глаза.

— Вот и прекрасно, — одобрительно улыбнулся тот. Перевёл взгляд на Фулаха: — У тебя остались вопросы, Рикс?

— Пожалуй, нет, — после короткого молчания отозвался тренер. — Спасибо за разговор, господин ди Сиано.

— Не за что, — отмахнулся демиург. — Я попрошу Деми следить за межмировыми нитями, чтобы в следующий раз тебе было проще связаться. А пока — удачи вам…

— Господин ди Сиано, простите! — не самым вежливым образом встряла я. — Можно ещё один вопрос?

— Конечно, — разрешил ди Сиано, и я спросила:

— Скажите, а что это за артефакт — камень демиургов? Его обещали в качестве награды победителю турнира.

Стремительно молодея, ди Сиано приподнял брови.

— Камень демиургов? Впервые о таком слышу.

Значит, всё-таки какая-то ерунда. Жаль.

— Однако я не всеведущ, — между тем закончил ди Сиано. — Потому советовал бы использовать здесь общее правило: не уверен — относись с опаской.

— Хорошее правило, — невольно усмехнулась я. — Спасибо вам.

Ди Сиано, которому сейчас вряд ли можно было дать больше лет, чем тому же Риверу, тепло улыбнулся и с пожеланием:

— Удачи на игре! — рассыпался хаосом серебристых линий, которые медленно погасли на чёрной поверхности каменной плиты.