Глава 10

— Несмешной прикол, — сузил тёмные глаза чернявый паренёк, которого я за вьющиеся волосы и характерную внешность окрестила про себя «Итальянцем». — Понятия не имею, где ты взяла пропуск, но топай-ка отсюда, Картер. По-хорошему.

Я демонстративно пожала плечами. Отвернулась, протянула кругляшок к ограде стихий, и воздушно-водяные вихри распались, впуская меня на мирно-зелёную площадку, похожую на большое футбольное поле.

Однако шагнуть вперёд я не успела. На плечо легла тяжёлая рука второго парня — высокого, как баскетболист, и с коротко стриженными русыми волосами.

— Серьёзно, Картер, давай без приколов. Тебя чуть не убило в прошлый раз, куда ты опять лезешь?

Для начала, всё-таки убило, педантично заметила я про себя. Повернулась к парню и только собралась напомнить особо одарённым, что пропуск на полигон просто так не выдают, как сбоку раздался недовольный голос Фулаха:

— Джар, Картер, в чём дело?

— Тренер! — Итальянец явно обрадовался преподавателю. — Тут Картер говорит, что она теперь в команде!

— Правильно говорит, — спокойно подтвердил Фулах. — Она наш новый гроссмейстер.

Оба парня без преувеличения уронили челюсти, и я с трудом спрятала улыбку. Обидятся ещё, а у меня и без их обид головной боли хватает.

— Картер, — между тем продолжал преподаватель, — это Джар Никольски, тура, светлая земля и светлый воздух.

Я кивнула и решительным жестом подала Баскетболисту руку. Тот растерянно ответил на пожатие, но только открыл рот, чтобы что-то сказать, как Фулах продолжил:

— А это Ричи Босвел, офицер, тёмная вода и тёмное дерево.

Так-так. Пока стихии были распределены точно по учебнику. Посмотрим, что будет у остальных.

Я подала руку Итальянцу, и тот поджал губы. Однако под пристальным взглядом Фулаха сухо ответил на рукопожатие.

— Отлично. — Преподаватель смерил нас троих внимательным взглядом. — Идёмте, хватит терять время попусту.

Он взмахнул пропуском перед давно восстановившейся оградой и прошёл на полигон. Я заметила, что в момент пересечения невидимой границы, воздух вокруг Фулаха слегка замерцал, но особого внимания этому не придала. Второй раз показала кругляшок, сделала шаг, ещё один и едва не упала, потеряв равновесие от кратчайшей дезориентации.

А затем обнаружила себя отнюдь не на зелёной травке пустого поля.

Это была великанская шахматная доска, огороженная по периметру рядом античных колонн. У одной из них уже стояли мои свежеиспечённые сокомандники, ещё не знающие, какой сюрприз их ждёт. Фулах уверенно направился прямо к ним, и я, всеми силами стараясь выглядеть под стать преподавателю, широко зашагала следом.

Парней было трое, и Ривера среди них я не увидела. Неужели он до сих пор протирает штаны в арсумском СИЗО? Ох, хорошо бы!

— Мислерой, Тивен, Норинг, — Фулах не стал тратиться на приветствия, — это Картер. Ректор Воган назначил её новым гроссмейстером…

Полные любопытства взгляды парней стали откровенно ошарашенными. М-да. Не привыкли здесь к шахматисткам.

— … а я, после проверки способностей Картер, согласился с его решением.

Не уверена, но у брюнета Ханта дёрнулась щека.

— Картер, запоминай. — Фулах явно хотел быстрее закончить с формальностями. — Орм Мислерой, тура, тёмное дерево, тёмная земля. Ли Тивен, рыцарь, светлый воздух, тёмный металл. Хант Норинг, рыцарь, тёмный воздух, светлая вода.

Я вновь подала каждому из парней руку, про себя давая им прозвища, чтобы лучше запомнить, кто есть кто. Мускулистый Орм со светло-русыми короткими волосами и единственной длинной прядью на виске, заплетённой в косичку, закономерно был назван Падаваном. Ли, рыжий, скуластый и с лукавыми искорками в зелёных глазах, стал Братцем Лисом. А Хант, чем-то смахивающий на молодого Тома Круза, получил прозвище Топган.

Пока шло знакомство, к компании присоединились Джар и Ричи. И Фулах, закончив краткую рекомендацию Ханта, почти без перехода задал Баскетболисту вопрос:

— Где Ривер и Торн?

— Ещё не вернулись, — помрачнел тот. — Вы уверены, что Ривера выпустят сегодня?

— Сноу обещал. — Фулах сказал это таким тоном, что я на месте преподавателя зелий икнула бы. — Ладно, — он обвёл нас тяжёлым взглядом. — Разомнитесь пока. Ждём четверть часа, а затем играем: этюды можно тренировать и таким составом. А ты, Картер, смотри внимательно. После обсудим, что ты увидела и какие выводы должна была сделать.

Я поймала насмешливые взгляды Лиса-Ли и Ричи Итальянца. Хант сжал губы в линию — не любил, когда его оценивают? А вот Орму и Джару явно было по бас-бочке, кто и зачем станет на них смотреть.

«Настоящие башни-туры», — промелькнула мысль, пока я наблюдала, как парни занимают свои клетки.

Затем Фулах громко скомандовал:

— Активировать защитное поле! — и тренировка началась.