Глава 23

Лиля

– Где Асхат? – кручу головой по сторонам в очередном аэропорту.

Прямо от таможенного контроля верный пес мужа отдал страшный приказ, а через некоторое время ему позвонили и Асхат куда-то резко сорвался. Он так и не вернулся назад. Мы улетели без него и еще нескольких людей.

Весь перелет я молилась всем существующим богам, чтобы это был не Шамиль, или он успел уйти.

Глупый… мой глупый мальчик! Ну нельзя тебе ко мне приближаться! Нельзя! Ты же нас всех погубишь! Упрямый мой. Самый любимый.

– Ты плачешь по нему? – Дархан стирает большим пальцем слезу с моей щеки.

– Надо больно, – хмыкнув, отодвинула от себя его руку. – Спросила просто, куда исчез этот монстр. Надеюсь, так далеко, что я больше никогда его не увижу, – сама быстро стираю с лица влажные дорожки. Я стала слишком часто плакать в последние дни. Непростительная роскошь.

– Непредвиденные обстоятельства, – задумчиво отвечает Дар. – Зато у меня есть для тебя сюрприз. Я поменял наш маршрут, и дальше мы полетим на частном самолете.

– Мне начинает казаться, что ты от кого-то бежишь. Неужели есть на этой земле человек опаснее тебя? – смотрю в его темные глаза.

– Нет! – муж больно целует меня в губы. – Просто я подумал, что морской воздух и много зелени вокруг лучше поспособствую зачатию моего сына. Улыбнись, любимая. Нас ждет Кипр.

Еще один утомительный перелет, и мы, наконец, прибыли в конечную точку.

В машине вымотанный Ричард уснул, сидя у меня на коленях. Дархан недовольно косится на мальчика, а я надеюсь, что в новом доме не будет решеток и подвалов. Но раз Дар так серьезно и зацикленно говорит о ребенке, то, скорее всего, пронесло, и он удовлетворил свое эго, унижая меня еще в Нью-Йорке.

Если абстрагироваться от всего дерьма, что меня окружает, то можно даже насладиться окружающей красотой. Потрясающий воздух, яркие цветы на деревьях и в клумбах, чистые, ухоженные улочки. По ним мы кружим некоторое время, пока автомобиль не останавливается возле красивых ворот, выкрашенных белой и золотой краской. По высокому забору плетется зеленая лоза с резными листьями. В разные стороны смотрят камеры. У входа нас встречает охрана в белых рубашках и черных брюках.

«Добро пожаловать еще в одну тюрьму», – подумала, а вслух лишь вздохнула. Вроде даже получилось восхищенно.

– Я же говорил, тебе здесь понравится, – довольно улыбается Дархан. – Бывший хозяин сказал, что этот дом принадлежал его семье на протяжении нескольких поколений. Но! – хищно улыбается муж – Сбежать отсюда не выйдет, Лиля. Хорошая охрана, современные технологии слежения и… у тебя пацан, – кивает на сонно трущего кулачками глазки Ричарда. – Не забывай об этом. Идем в дом. Посмотрим нашу спальню.

«Наша спальня…» – повторяю за ним.

– Чему ты улыбаешься? – Дар подозрительно на меня смотрит.

– Да так, – жму плечами. – Красиво здесь.

«…пыльные простыни, смятые подушки, старый матрас и комната, насквозь пропахшая нашим сексом… – это была НАША спальня. А весь этот пафос, Дархан, ты можешь засунуть себе глубоко в задницу, и никогда ТВОЯ постель не станет НАШЕЙ».

– Ты изменилась, – муж пропускает меня в просторную светлую комнату с балконом.

– Тебе кажется, – сажаю Ричи на огромную кровать с газовым белым балдахином. На окнах теплым ветром раздувает такие же невесомые занавески. – А где будет жить он? – бережно перебираю пальцами волосы мальчика.

– В другом крыле.

В дверь постучали. Дар открыл и впустил в спальню одного из охранников.

– Забери ребенка, – муж отдает приказ.

– Не надо! – закрываю его собой. – Можно я сама его отведу? – понижаю голос.

– Нельзя. Если здесь нет Асхата, не значит, что я отменил свое решение. У меня достаточно людей, которые смогут сделать из него мужчину. А ты, – его взгляд плывет и становится еще темнее. – Прими ванную. Надо опробовать эту кровать, – он подходит слишком близко и ведет по щеке влажным языком.

– Хорошо, – внутренне меня передернуло. – Только ответь мне на вопрос. – Он недовольно закатывает глаза, но я обнимаю мужа за шею и замираю в миллиметре от его губ. – Что все же случилось в том аэропорту? – Его дыхание меняется, пальцы скользят по моим бедрам, сминают ягодицы. Искусный стон в губы мужа и…

– Немного неаккуратно сработали, – ухмыляется. – Убрали двоих уебков и наследили. Почистят, вернутся. Я удовлетворил твое любопытство, женщина? – он буквально вдавливает меня в свой стояк, довольно прикрывая глаза.

– Д-да, – пошатываясь, отхожу от него. – Я в душ, – рассеянно моргая смотрю, как уводят Ричи. Быстро его целую, обещая, что мы скоро увидимся и ему нечего бояться.

Закрываюсь в ванной и просто смотрю на свое бледное лицо в круглом зеркале.

Да нет же… Я отказываюсь в это верить. Не буду! Пусть идет в задницу, чертов ублюдок! Шамиль жив. И пока я своими глазами не увижу обратное, так и будет.

Стою долго под теплой водой. Пытаюсь рассмотреть свой живот, но ничего не вижу. Никаких изменений. Только эмоции во мне бурлить стали слишком сильно и так трудно становится их обуздать.

Я просто влюбилась, а может отчаялась, устала. Не знаю. Скорее всего ничего не получилось у нас тогда с Шамилем. Слишком мало времени у нас было. Надо отпустить бессмысленную надежду и жить дальше. У меня теперь есть Ричард, я буду дарить ему всю любовь, на которую способна.

Послушно выхожу из ванной. Бросаю полотенце на пол возле кровати. Дархан ведет ладонью по влажным черным волосам. Он тоже успел где-то помыться. Голый, расслабленный муж кивком головы приглашает меня в постель.

Из открытой балконной двери слышен звук моря и ветра. Я погружаюсь в него и стараюсь не чувствовать прикосновений Дара к своему телу. Сначала он аккуратен, но потом все же срывается в жесткий, грубый секс, напоминая, кто хозяин моего тела и моей жизни.

Хрипло кончая во второй раз, муж достает из тумбочки красную бархатную коробку, протягивает ее мне.

– Что это? – устало принимаю и надеюсь, что это был последний раз на сегодня.

– Подарок, – отвечает без тени улыбки. – Открывай.

Открываю коробку, и по телу бежит настоящий озноб. Тонкий кожаный ремешок с россыпью мелких бриллиантов почти по всей длине очень напоминает чокер, если бы не одно «но» – довольный оскал на лице мужа.

– Хочу, чтобы ты всегда носила его и помнила, кому принадлежишь.

– Ты решил посадить меня на цепь? – захлопываю бархатную крышку.

– Мне будет достаточно того, что ты будешь ощущать ее незримое присутствие.

– Дархан, я твоя жена, а не рабыня или домашнее животное! Не смей надевать на меня этот ошейник! – швыряю в него коробкой.

Хочу уйти. Муж ловит, опрокидывает на кровать и прижимает своим телом к матрасу.

– Вот когда научишься послушанию и уважению, моя строптивая девочка, тогда мы вернемся к этому разговору. А сейчас надень, пожалуйста, мой подарок, любимая. Он стоит, как хорошая квартира в среднем городе твоей страны.