Глава 15. Отчаяние
Отчаяние б_г посылает нам не затем, чтобы убить нас, он посылает нам его, чтобы пробудить в нас новую жизнь. Г.Гессе "Игра в бисер"
Мила
Что нам делать? Куда идти после того, как бабушки не стало. Давид ещё в больнице начал уговаривать меня поехать к нему. Пока мы с ним чуть ли не на повышенных тонах выясняли отношения, я не заметила, как мой малыш упал со стула. Я услышала какой-то непонятный шум и посмотрела на сиденье, где до этого устроился сынок. Оно оказалось пустым, а на полу лежал мой Глеб и его опять трясло. У меня сердце, казалось, остановилось. Подбежала к сыночку, но ничего не могла произнести только шептала: “Помогите”. Ничего не видела и не слышала. Только поняла, что если бы мы сейчас были не в больнице, то я могла бы потерять моего самого дорогого человечка. Хорошо одно, мы оказались в больнице и помощь была оказана тут же. Я не отпускала моё чудо. И даже ничего как будто не чувствовала. Только когда мое счастье обмяк в моих руках, я поняла, что ему оказали первую помощь. Я забыла, что тут где-то стоит Давид и смотрит на нас. Уже позже, когда мы лежали в детском отделении, я вспомнила о мужчине. Я набрала его номер телефона, он ответил тут же.
– Как вы, Мила? - спросил он меня.
– Малой спит. Прости, но я бы к тебе всё равно не поехала. - говорю ему я.
– Мила, я все прекрасно понимаю. Я сейчас буду делами заниматься, как отцовскими, так и своими. Сама понимаешь, корпоративы и всякое такое. Давай мы пока что с тобой только будем списываться. И за похороны бабушки не переживай. Я всё устрою.
– Конечно, Давид. Я не хочу отвлекать тебя от работы. Но ты надолго не пропадай. Спасибо тебе за всё. - Давид хмыкнул что-то в трубку и сбросил вызов.
И вот теперь Новый год мы с малым отмечаем в больнице. Аниматоры старались на славу. Вся малышня была в восторге. Кажется, даже забыли, где они находятся. Глеб вместе с детьми участвовал во всех конкурсах. И даже обижался, когда ничего не выигрывал. Эти эмоции сына меня очень умиляли. И я на время забыла о своих проблемах и что нам некуда будет идти. Да, эсэмэс от Давида я получала ежедневно, но услышать его голос было бы лучше. Это очень расстраивало меня. А ещё мне хотелось к нему прикасаться и чтоб он был рядом. От воспоминаний той волшебной ночи моё тело покрывалось мурашками и обдавало жаром. Меня словно опять накрывала горячая волна. Этот мужчина действовал на меня, как наркотик. Я хотела, чтоб та ночь страсти повторилась и не только в моих снах, где Давид творил такое, что я почувствовала себя желанной, любимой, а ведь такого не было со Славой. О муже вспоминать было больно и не хотелось. Он вычеркнул нас из своей жизни. И с ним никогда не было такого единения душ. Даже когда казалось, что мы оставались одни, то кто-то мог прервать нас. Позвонить с работы или в нашу комнату без стука могла войти свекровь.
А с Давидом может ли получится будущее? И любила ли я мужа? Этот вопрос я все время себе задавала пока лежала в больнице. Но позже звонок к мужу расставил все точки над “I”.
После представления Глебу и другим ребятам вручили подарки. В палате он достал из мешочка пазлы, которые сразу стал собирать. Тихо, никому не мешая.
А я взяла в руки телефон и решилась позвонить Славе. Надо бы выяснить вопрос с разводом.
– Привет, - сказала мужу, при этом страх сковывал, как казалось, все мои мышцы. Зря я ему звоню, говорила себе я мысленно. Что он мне скажет? Пошлёт?
– Ты куда пропала? - без всякого приветствия он прокричал мне в трубку.
– Я не понимаю твоего вопроса. Вообще-то это ты нас выкинул на мусорку. - Меня охватило возмущение от абсурдности его претензии.
– Мне нужен развод. Но платить алименты я не буду. - В голове начало крутиться тысяча вопросов, но у меня вырывается лишь претензия.
– Глеб же твой сын! - Неужели он так просто может выкинуть почти девять лет нашей жизни?! И ещё кто-то говорил мне, что любит!
– Да, возможно, - говорит небрежно муж - Можешь подавать в суд. Только жди, что я в свою очередь и тебя по судам затаскаю. - Разговор выбил не только воздух из моих легких, но меня словно парализовало. Я бросила трубку на кровать, захотелось разбить его об стену. А лучше всего об голову бывшего мужа. Волна раздражения поднималась во мне. Наверное, на что-то ещё надеялась, что можно поговорить. А ещё меня точила обида. Слёзы непроизвольно выступили на глаза.
– Мамулечка, что ты плачешь? Кто тебя обидел? - спросил моё любимое чудо. Я прижала его к себе и вдыхала запах моего сыночка. Вот оно счастье и другого не может быть.
– Ничего, мелочь, мы всё преодолеем. Всё наладится. После Нового года мама у тебя позвонит Петру Ивановичу и спросит о работе. Странно, почему он мне до сих пор не позвонил, - уже спрашивала я саму себя.
Почему же Давид не звонит? Телефон мужчины чаще был выключен. Обидно, хоть я и понимала, что он может быть занят. Но разве сложно позвонить? Одни эсэмэс с добрым утром, хорошего дня и ещё доброй ночи - вот и все наше общение. Правда, от него всегда приходили передачки. Не забыл меня и это радовало.
Лечащий доктор вышел с каникул и сыну добавили таблеток.
Да, а теперь назревает самый главный вопрос: куда нам с Глебом ехать после выписки? Проверив баланс, я выяснила, что на карте лежит приличная сумма. На автобус мне точно хватит, да и на жизнь в деревне на первое время тоже. Только сможет ли мне предоставить жильё Петр Иванович - вот и назрел второй вопрос. Проверила контакты, но телефона председателя у меня не оказалось.
Да я ведь и с мужем опять не разобралась. Ну и ладно, он в органах работает или я? Развод кому нужен? Ему, а не мне. Захочет, пусть сам этот маховик запускает, а я и так проживу. Да и Глеба из квартиры не выпишет без моего согласия.
Одевшись с малым и получив больничный лист, мы вышли на морозный воздух. На улице была тишина, лишь проехало несколько машин за забором.
– Ну что, моё чудо, поедем мы с тобой, наверное, на вокзал, - сказала я, завязывая шарф и поправляя шапку сыну.
– Я к бабушке хочу. В деревню, да? - походу, только туда нам с малым дорога. Но опять же дом наш сгорел. Кто виноват в поджоге, я до сих пор не знаю. У меня не было недругов.
– Пойдем посидим в беседке. А я ещё раз попробую набрать дядю Давида. Может, он нас отвезёт.
– Хорошо, мам. А там горки на детской площадке. Можно я прокачусь?
– И будешь весь мокрый. Где нам потом с тобой обсыхать?
– Маа, пожалуйста, - сынок начал канючить. Я пыталась набрать номер Давида, но его телефон опять был отключен. Сама готова была вместе с сыном начинать плакать. Только он от того, что ему на горке не разрешала мама покататься. А я от бессилья и от понимания того, что меня опять бросили. Значит, Давид хотел всего лишь со мной переспать. Он добился своего и был таков. А как же его слова о женитьбе?! Эх, зря я растаяла от его внешности, от его поступков. И сразу вспомнились слова Мэрлин Монро: ”Все мужчины одинаковы: сначала они пользуются тобой, а потом выкидывают, как старые поношенные носки…”. Один раз я уже была выставлена на улицу. Похоже не хватило, да, Мила? Опять наступила на те же грабли. Ничему тебя жизнь не учит. Рассуждала я, понурив голову, и даже не заметила, как ко мне подошла женщина.
– Что с вами произошло? - спросила она меня участливо.
– Я не знаю, куда мне идти. Можно к тёте. А можно и в деревню. Я там до этого жила. Но у меня дом сгорел. Вот только ещё надо до вокзала добраться и билет покупать. - Зачем я всё это говорю простому прохожему. Она не решит мои проблемы. Я должна быть независима и перестать на кого-либо надеяться.
– Холодно же… Пойдемте со мной! Да и ребёнок у вас замёрз.
– Мне можно к подруге пойти. Она нас примет, - говорю женщине и рассматриваю её стильную одежду. Эффектная и такая же, как моя бывшая начальница. Но я смотрю в её в глаза, а там столько участия. Нет, она не похожа на Элону Тимуровну.
– Поехали ко мне, я тут недалеко живу. Нам несколько остановок проехать надо. Садитесь в машину. Меня Даша, кстати, зовут, а вас как? - спросила меня эта очень приятная женщина.
– Меня - Мила, а это мой сын Глеб. - Мелочь прижался ко мне и спросил:
– Ма, а мы куда поедем?
– Не боись, Глеб, я тебя в гости к себе везу. Накормлю вас с мамой, а потом мы с ней порешаем, куда вам ехать.
Мила
Дом Даши оказался не очень далеко от больницы. Пока ехали в машине, мы с мелким отогрелись. Он смотрел в окно, а я почему-то застеснялась эту женщину. Вот оно ей надо - помогать прохожей, которую она впервые видит в жизни. А вдруг я оказалась бы преступницей какой! Наверное, на моем лице всё было написано, Даша посмотрела на меня и произнесла:
– Мила, я в людях научилась разбираться. И я вижу, когда человек попал в беду. Поэтому не удивляйся ты так и не переживай. Мы приедем ко мне, поговорим. Чем смогу, тем помогу. - Женщина перешла незаметно на “ты”. И подмигнула мне в зеркало заднего вида.
Когда мы вышли из машины, поднялся ветер. Я поежилась от холода и спросила мелкого:
– Не замёрз? - Он покачал головой.
– Пойдемте. Мила, не тушуйся, - подбодрила меня Даша и открыла ключом подъезд. Мы поднялись на третий этаж. Сына я взяла за руку, он шёл и считал ступеньки. Мелкий научился считать до двадцати, но часто сбивался. А я боялась почему-то над ним пошутить, хотя очень хотелось.
– Мама, я кушать приготовила. Ты будешь? - послышался голос из кухни и вскоре к нам вышла молодая копия Даши. Хотя какие-то неуловимые черты мне кого-то напоминали, но я подумала, что скорей всего актрису. Девушка заметила нас с Глебом:
– Здравствуйте.
Мы с мелочью замерли и оба молчали.
– Вы чего не проходите? Давайте раздевайтесь, - сказала Даша. - Это моя дочь Диана. Идите руки мыть и проходите на кухню. Обедать будем.
Мы стояли в коридоре и я подметила, что квартира состояла из двух комнат. Раздевались с мелким, а я испытывала в этот момент бурю эмоций. И больше всего меня одолевали страх и паника.
Диана приготовила очень вкусный обед - грибной суп, от которого моя мелочь отказался. А второе съел, можно сказать, под чистую, так как это была картошка с котлетами. Мы кушали молча, даже не переговаривались. Дочка Даши только спросила:
– Мам, может, мне к тёте Любе поехать?
Женщина посмотрела на неё и сказала:
– Обдумаем и такой вариант. - После чего уже обратилась ко мне, заметив, что я так ничего и не съела. - Мила, ты кушай. И не переживай. После обеда мы поговорим? - я кивнула. Слёзы уже приготовились литься чуть ли не градом. Как же хорошо, что мне встречаются хорошие люди.
– Спасибо за вкусный обед, - вытирая руки салфеткой, сказал мой сын. И я проговорила тоже самое.
– Пожалуйста, - ответили почти хором Диана и Даша.
– Мила, вы проходите пока в мою комнату.
Мы с малым присели на угловой диван. Сыночек прижался ко мне сбоку и молчал. Всё-таки мы оба чувствовали себя не в своей тарелке.
И пожалуй нам надо на поклон идти к тёте Свете. Дома-то теперь у нас нет. Точнее у сына то есть, а вот у меня нет. Но себя от Глеба я отделять никак не собираюсь. Рассматривала комнату везде были цветы: герань, пальма, фиалки, драцена. Но при этом резких запахов в комнате не было. В этом доме настолько было уютно, что я, как будто вернулась в моё далёкое детство.
– Ма? - спросил меня сын. - А мы здесь надолго?
– Не знаю, моё чудо, - ответила я и опять погрузилась в свои мысли, раздумывая, кому мне стоит позвонить в первую очередь?
Звук включенного телевизора вырвал меня от потока мыслей. Я улыбнулась Даше, а она в ответ.
– Глеб, а ты любишь пазлы собирать? - Диана спросила моего сына. Мелочь кивнул. - Тогда пойдем ко мне в комнату.
– Неа, а можно здесь.
– Хорошо, я сейчас принесу не только пазлы, но и остальные игры.
Я мельком посмотрела на экран. Там показывали какую-то передачу, но мои мысли были сейчас далеко. И я не слушала, о чём вещает диктор. Поэтому я не сразу уловила заданный мне Дашей вопрос:
– Мила, может, расскажешь подробнее, что у тебя произошло?
И я начала свой рассказ, сбиваясь и повторяя порой одно и то же.
Когда я уже почти завершила свои излияния, зазвонил мой телефон. Этот рингтон стоял у меня только на мою любимую тётю.
– Да, тётя Света? - провела пальцем по экрану, отвечая.
– Ну и куда ты пропала? - без всякого приветствия начала говорить она. - Почему от твоего благоверного узнаю, что ты от него ушла.
– Это он так сказал? - Не поняла ничего, я что, попала в другую вселенную?
– Конечно. И что с ребёнком не даешь видится. - Вот это меня добило и я чуть ли не закричала в трубку.
– Тётя Света, это он нас выкинул на мусорку, - Посмотрела на мелкого. Он увлечённо собирал пазл и не обратил на меня внимания. Вот и отлично. Продолжить дальше слушать этот бред или пора уже скинуть вызов? На полтона ниже сказала себе я и продолжила: - Вы что-то путаете, тётя Света! - Давно не говорила так с родным человеком. Но в этот момент я не то, что готова была перейти на “вы”, но и уже вычеркнуть её из своей жизни. Что за театр абсурда?
– Ты полгода где была? - Пауза. - Не пойми, где живешь. Мне ничего не рассказывала.
– Тётя Света, вы верите Святославу? - спросила её еле-еле сдерживая слёзы.
– Конечно, мальчик же врать не будет. Он так тебя любит. И ты его бросила.
– Тётя Света, вот и живите со своим Святом. - Даже не попрощавшись, я отключилась. Села удобнее, обняв себя и в голове опять рой мыслей: “Какой пассаж, хотела, как лучше в итоге получилось, как всегда. Это не может быть. Это бред. Я сейчас проснусь и всё будет по прежнему”.
Обиделась я на тётю основательно. Ну как так можно верить всему подряд и главное - кому? Что такого он наговорил про меня, что теперь тётя против меня.
– Как я понимаю, вариант с тётей отпадает? - Я кивнула. - Тогда, я думаю, ты можешь пожить у меня.
******
Давид
Пока я гонялся за миражами.
А как можно назвать это по-другому? Пока разбирался с делами отца, свои накопились. Да ещё и дурацкие корпоративные вечеринки. И все какие-то тематические, одна хуже другой.
Начало января меня встретило в удушливой квартире моего давнего приятеля. Не понял, что я тут забыл? И трезвонили все три телефона.
– Что случилось? - крикнул я в трубку основного виджета.
– Давид, ты где? - орал Афоня. Если бы я знал сам! Встал и посмотрел в окно.
Понял, я дебил. Как я мог оказаться в Финке? За окном… Хельсинки. Огни ночного города. Стоп. Как меня сюда занесло?
– Лекс, сжёг твой клуб.
– Что? Когда это произошло? - Необходимо вылетать домой. И немедленно спрятать Милу с Глебом. – Ничего не предпринимайте без меня. Скоро буду! - дал я указания и отключился.
Но первым делом к Лексу. Выясню всё с ним. Нам опять надо встретится. Обсудить все его претензии.
Заказал билет. Пришлось отвалить больше денег. В аэропорт ехал на взводе. Посмотрел новости. Моя “Белая лошадь” горела, как факел. Хорошо, что в клубе на то время никого не оказалось. Отлегло, что не пострадали люди.
По приезду сразу направился в клуб Лекса. Выскажу этому придурку всё, что я о нём думаю.
Но уже не один, а вместе с Афоней и моим телохранителем Рустом.
– Проходите, гости дорогие. Многое нам надо обсудить. Присаживайтесь. - Он позвал официанта. - Принеси дорогим гостям выпить.
– Мы пришли не есть и пить, - притормозил я его гостеприимные замашки.
– Вы что же хотите меня обидеть? - Лекс вальяжно расселся на диване.
– Я пришёл спросить, зачем ты поджёг дом девушки?
– Ну, ведь народная мудрость говорит, если гора не идёт к Магомеду, то гора идет к нему сама. - Он помолчал. Отпил тёмную жидкость из стакана и продолжил. - Выманил же я тебя. А то прятался за юбкой бабы. Думал не достану? - Я потянулся, чтобы ударить этого гада. Меня остановили мои друзья. И его дружки на меня опять всей сворой кинулись. Но Лекс остановил их рукой.
– Ты совсем обдолбанный, да? Мозги растерял? Я бы тебя сейчас размазал, - выплевываю эти слова. Внутри меня поднимается злость и руки чешуться размазать эту тварь по стенке. Даже не заметил, как он вольно трактовал слова из Корана. Хотел уже поправить. Но вот дальше его слова ещё больше затянули пелену перед глазами. Размажу.
– Давай, но на ринге. Ты будешь драться. И, как чемпион, получишь всё, - он делает паузу и продолжает: - Или ничего. - И начинает ржать.
– Закрой свою мерзкую пасть. - Да я этого гаденыша сейчас раздавлю. Он сам пожалеет, что на свет родился. - Я должен бороться за свой клуб? А ты точно ничего не попутал?
– Ну, вот, а что ты хотел, мой мальчик. Твой клуб стоял на моей территории. А я не привык делится. - опять отпивает из стакана и в его глазах я вижу, как такая же озлобленность поднимается на меня. - А я вообще вот что подумал было бы неплохо поиметь твою женщину.
– Да я тебя закопаю быстрее, чем ты прикоснешься к девочке. - Я потянулся и ударил Лекса. Афоня и Руст меня буквально оторвали от этого отморозка.
– Зубы обломаешь, - усмехается этот гад и сплевывает кровь на пол. - Что и требовалось доказать. Уберите его с глаз моих. - Его люди попытались взять меня под руки. Но я вырвался.
– Я сам уйду. Но ты не смей даже близко подходить к моей женщине. - Мне слышно было, как он ржал.
Не только у Милы дом сжёг, но ещё и мой клуб. Но речь о нём так и не зашла. Как только он признал свою вину в поджоге дома Милы, у меня в глазах помутилось. Хорошо, что рядом были Афоня и Руст. Они остановили меня разнести ресторан Лекса по кирпичикам.
Всё-таки я совершил глупость! Снова подставил свою любимую женщину. Мила засела занозой глубоко в моём сердце. Не выдернешь. Сладкая и желанная. Зверь внутри меня признал в ней свою половину.
На выходе из его элитного заведения, я набрал телефон Милы. Надо поехать и забрать их из больницы. Телефон почему-то не отвечал. Чёрт.
Заскочил в машину. Даже не заметил моих друзей. Которые за мной следовали. Ехал по городу чуть ли не в безумном состоянии. Почти не соблюдал правила движения. Слышал в голове ржач придурка.
– Не гони ты так! - предупредил меня Афоня.
– А может с ней что-то случилось? Она не отвечает на звонки.
Резко затормозил перед шлагбаумом. Подбежал к охраннику и спросил:
– У меня здесь жена лежит с ребёнком. Проехать к ним могу?
– Фамилия? - Я назвал Милину.
– Таких не значится. - Не понял! Так, стоп! Какой сегодня день? Когда я посмотрел на календарь, ужаснулся, что уже середина января.
В итоге я направился на ресепшен, где мне сказали, что они выписались неделю назад. Что за чёрт!
– Ты чего творишь! Стенка-то чем тебе виновата? - упрекнул меня Афоня. Я очнулся и увидел, что колочу ни в чём неповинную стену.
– Афоня, пошли в спортзал.
– Да, надо, а то ещё здание здесь разнесёшь. А нам потом отвечать, - усмехнулся мой друг.
После спортзала у меня, как будто прочистились мозги. Полегчало после того, как отпинал грушу. Представлял на её месте Лекса и его шестёрок.
Теперь первым делом необходимо выяснить, куда пропала Мила. Может, попробовать с её бывшим встретится? Или оставить девочку в покое? Внутреннему зверю эта идея не понравилась. Найти! Мог бы рычать и рвать глотки, сделал бы так всем придуркам. Как её недомуженьку, так и Лексу. Никто не смеет прикасаться к моей женщине. Только для начала мне надо её найти.
А если моя девочка узнает, что это я виноват в смерти столь ей близкого человека? Хотя бабушка Маланья приходила ко мне во сне и сказала, что моей вины нет. Но она есть. Я знаю. Все обстоятельства против меня. Видимо, любовь не для таких, как я. Но я её найду. Нашёл же я её в деревне. И теперь она от меня не спрячется, как бы она не хотела.