Глава 16. Не возвращайтесь к предателям.

"Если он не звонит, надо просто перестать о нём думать. Это всё, что вы должны сделать. Вот так просто."

Йегуда Берг. "Правила духовных отношений".

             Прошло несколько дней, как мы с мелким поселились в комнате Дианы, так как девушка уехала в Финляндию на учебу. Мне все также не очень удобно в её квартире. Комфортно. Но всё равно присутствует непонятный страх.

Председатель позвонил мне сам и я его спросила первым делом:

– Пётр Иванович, скажите, пожалуйста, а у вас есть жилье? Куда нам с Глебом можно переехать?

– К сожалению, нет такого.

– Тогда, что же мне делать?

– Мила, мне надо подумать. Я позвоню тебе.

– Буду ждать вашего звонка, - не успела я договорить, как Пётр Иванович уже положил трубку.

    Давид всё так же не отвечал. Что произошло с мужчиной, я не понимала. Ну что ж, тогда и я не буду звонить. Вычеркну его имя из своей жизни. Я не хочу быть лакмусовой  бумагой. Один уже выставил. Второй, похоже, только переспал и был таков. Ничему тебя жизнь не учит, Мила. Вот так мы с сыном и оказались у совершенно чужих людей.  

      Даша уходила на работу. Приходила очень уставшая. Но всегда с улыбкой на лице. А мы с мелочью оставались на хозяйстве. Как только Диана уехала, то я поняла, что Даша будет есть один фастфуд. Но при этом нормально не питаться. А мне очень нравилось готовить. Хоть таким образом отблагодарю эту добрую женщину.

     Спустя несколько дней мне позвонил Петр Иванович и сказал, что он больше не нуждается в моих услугах. Сообщил, что напишет мне адрес почты, куда мне нужно прислать своё заявление об уходе. Ну что ж, теперь мне точно идти некуда.

Когда Даша вернулась с работы, мы поужинали.

 А позже когда укладывала мелкого, то опять спрашивала себя: “Что делать? Как мне дальше быть?”. Глебушка почти сразу уснул. А я направилась в ванную и выходя, подслушала разговор Даши с подругой. Хоть они и говорили очень тихо. Но многое всё же удалось разобрать. И тогда решилась на разговор с хозяйкой квартиры. И о звонке председателя надо сказать.

Мила пора тебе начинать новую жизнь. Но вопрос жилья... как его решить? Постучала в её комнату. Даша ответила почти сразу:

– Входи, Мила. Ты что-то хотела? Что-то с Глебом? Или у тебя проблемы? Так не боись - быстро решим. - Она была уставшая, но при этом меня не прогнала. Я поборола свою робость и произнесла:

– Даша, я тебя стесняю. Мне надо жилье другое подыскать. - Я помялась и добавила. - Петр Иванович мне сказал заявление об увольнении написать и отправить его электронной почтой.

– Мила, прекрати. Тебе есть куда идти? – Я покачала головой в знак отрицания. - Так о чём разговор? Живи у меня, пока не устроишься на новую работу и не подыщешь жилье. - И она продолжила: - Я долг памяти, если можно так сказать, отдаю. У меня такое же было в жизни. Меня выгнал из дома отец моего мужа. - Я тебя, надеюсь, убедила? - У меня словно комок в горле образовался. Ничего не могла произнести, только обняла Дашу. – Мила не переживай все у тебя наладиться. Она погладила меня по спине. И её слова придали мне надежду на будущее.

      Сколько же пришлось вынести этой женщине. Она очень сильная и молодец. Не сдалась. А прошла через столько трудностей. Да, они оба выстрадали своё счастье. Я была рада за них.

  Уже прошло около недели  или чуть больше с нашей выписки из больницы.

Телефон мой начал разрываться от звонков бывшего.

– Мила, нам надо встретится.

– Зачем? Для оформления развода? - спросила Святослава. Его ответ поверг меня в шок.

– Нет, я хочу, чтоб мы начали заново. Ведь у нас всё так хорошо было.

– Что? - В глазах померкло. Он хочет, чтоб мы снова жили вместе. Я точно в другую Вселенную попала! Нет. Такого не будет.

Да я ни за что не вернусь к нему. Звонки начались с регулярностью чуть ли не в час.

   После очередного гудка телефона я с малым пошла в салон сотовой связи. Поменяла симку. Всё, теперь не достанет бывший.

    Малой у меня стал больше разговаривать. И всю обратную дорогу до дома рассказывал стихи.

    Поднялись в квартиру и не успели раздеться, как входная дверь стала открываться. Я подумала, что это пришла Даша. Но на пороге оказался мужчина, которого я видела у Даши на заставке телефона. Это был её муж.

– Здравствуйте, - поприветствовала его я.

Мужчина оценивал меня. Это видно было по его взгляду.

– Мила? - Я в ответ кивнула.

– Алан? - Он повторил мой жест. И дальше мы также смотрели друг на друга. Мужчина оказался красивым. И кого-то он мне напоминал, но я не могла уловить кого именно.

– А Даши ещё нет. - Отмерла я наконец.

– Да, я знаю. Она подойдет через полчаса. Я ужин принес. - Только сейчас заметила пакеты у мужчины.

– А у меня тоже всё готово. Я приготовила.

– Ничего страшного. - Мужчина прошёл в кухню и начал там хозяйничать. А мне стало не комфортно в его присутствии. Мелкий стушевался. Да и Алан не обратил на него внимания. И мелочь прижался ко мне, такое ощущение, что спрятался за моей широкой юбкой.

Хорошо, что Даша вскоре пришла.

– Я дома. - Мелкий подбежал к ней и стал помогать ей раздеваться. Мой маленький джентельмен. - Алан? Ты уже пришёл?

– Тётя Даша, а этот дядя кто? - спросил он ей тихо, но я услышала. Муж Даши тоже. И посмотрел на неё с ироничным таким взглядом.

– Мой муж, - ответила она и подошла к нему, чтоб поцеловать.

– Фу, как вы его целуете? У  него же борода! - Мы все рассмеялись.

– А мы с вами, кстати, так и не познакомились, - обратился муж Даши к моему сыну. - Меня зовут Алан. А вас, молодой человек? - К мелочи никто почти так не обращался. Хотя Давид тоже считал его взрослым. И они часто о чём-то своём переговаривались.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Глеб. - Он подошёл к мужчине, и они протянули руки друг другу почти одновременно. Причём другой рукой Алан продолжал обнимать Дашу.

Вечер у нас получился почти по-родственному тёплый.

Я улыбалась. Глеб рассказывал стихи, песни пел. Алан хоть и старался сдерживать улыбки. Но было видно, что мелкий ему понравился.

– Мила, я хотел тебя спросить: чем болен Глеб? - спросил меня муж Даши, когда мелочь с ней ушли в комнату.

– Это так заметно? Или Даша что-то говорила? - Мужчина немного как-то замялся.

– Практически незаметно. Но даже если бы жена не сказала, я бы не сразу, но всё равно заметил.

– У него опухоль. Она растёт.

– Ясно. Надо мальчика везти на обследование.

– Мы только что из больницы.

– Неси выписку. Сейчас посмотрим, - почти в приказном тоне попросил Алан, но как-то стушевался под моим взглядом.

     Я сходила в комнату Дианы. Взяла эпикриз. Подала мужчине. Он внимательно его читал. После чего сказал:

– Ты не против, если я с другом пообщаюсь? Он нейрохирург  и ведущий специалист в нашей области. А также Владимир заведующий отделения. - Я показала жестом, что не против.

– Я буду только рада. - В горле застрял ком от волнения. Навернулись слёзы, которые готовы были пролится. Но их заметил мужчина.

– Мила, ну, и чего ты плачешь? - сказал Алан. И обнял меня. Но в его жесте не было ни малейшего намека на что-то сексуальное. Это были такие уютные объятия словно меня обнимал брат.

– Вы столько делаете для меня! Что Даша, что вы сейчас, Алан. А я вам чужой человек. - Разрыдаться я себя не позволяла. И так уже столько слёз пролила, что можно бассейн открывать.

– Ну, если Даша приняла тебя в свою семью. Значит, и для меня ты семья.

– Спасибо вам. Спасибо.

– Я ещё ничего не сделал. Иди, Мила, отдыхай. А я завтра же спрошу у Владимира, что лучше сделать и как помочь Глебу.

А ночью мне приснились бабушка и мама.

– Смотри, пожар, - сказала бабушка Маланья моей маме. А она не пошевелилась, только рукой повела и пожар прекратился. К чему был этот странный сон, я тогда не поняла. Зато позже до меня дошло его значение.

"Нельзя возвращаться к предателям. Нельзя. Локти кусайте, землю жуйте, но не возвращайтесь туда, где когда-то вас предали." Ж.Рено.

 С детским садом как раз таки мне помогла Люба, подруга Даши. Я познакомилась и с ней, когда она пришла к нам домой. Она оказалась хохотушкой. И очень любила рассказывать про своего мужа Феденьку. Даша закатывала всегда глаза при его имени. Но Любашенька видно привыкла к такому жесту. А мне становилось каждый раз от этого смешно.

    Она меня свела с заведующей садика, Валентиной Ивановной, а та предложила мне пойти к ним няней. Я не капли не сомневалась в этом решении. Пусть малыш будет под присмотром. Да и мне спокойней.

        Зима потихоньку стала сдавать свои позиции. И в воздухе стало пахнуть весной. На улице ярко светило солнце. Хотелось снять шарф и растегнуть куртку.

 Мы с чудом вышли из садика и он меня попросил:

– Мам, а можно я шапку сниму. Голову печёт.

– Нет, моя радость. Лучше не стоит этого делать. Простынешь. В садик не пойдём. Этого хочешь? - Он кивнул мне в знак  согласия. - Ах ты, хитрец-молодец. - Рассмеялась я и начала его щекотать. А сын мне:

– Мам, не щекочи меня, я лучше тебе песенку спою:

   Журчат ручьи,

   Слепят лучи,

   И тает лёд и сердце тает.

А после сын спросил:

– Мам, а почему сердце тоже тает. Это, как у Снегурочки сердце растаяло?

– Да, похоже. - Но не успела я ещё что-то добавить, как нас остановил окрик мужа.

– Мила! -  Я хотела его проигнорировать. Но мелкий бросился к нему с криком:

– Папа! - Он побежал к этому предателю. Я думала, что он не узнает его. Но нет. Что поделать - родная кровь. Да и время же прошло.

Святослав прижал сына к себе. И давай его спрашивать.

– Вы где сейчас живёте?

– Мы у тёти Даши. Она хорошая. А её дочка разрешила взять Плюшку. -  и добавляет - эта игрушка такая.

Святослав очень внимательно слушает, что говорит сын. Или делает вид. Не пойму пока что. И меня взглядом словно какую-то моль пришпиливает к земле. Не понимаю. На меня чуть ли не волком, а к сыну воспылал любовью. Театр абсурда.

– Мы пойдём, Слава. Я не думаю, что мы снова будем вместе. Прекращай нас преследовать.

– Мила, прости, я наслушался матери.

– У тебя своих мозгов нет, что ты готов слушать других?

– Вернись, пожалуйста. Я всё прощу.

– Нет, Святослав. Это мне надо опустить тебя.  - Я отобрала у него сына и мы пошли дальше.

Зашли по привычке в парк.

     Я села на скамейке. Мой малыш пошёл кататься с горки. И на качелях. А я опять погрузилась в раздумья, стоит ли возвращаться к мужу. Хочу ли я этого? Навряд ли. Нет. Нет, ни за что. Какими бы пряниками меня не заманивали. Он уже предал нашу любовь. А была ли она? Любовь? Я  безгранично люблю сыночка. Большего мне не надо.

– Мам, а почему мы с папой не живём?

Умный у меня сын не по годам.

– Что ж тебе сказать-то, моё чудо? - Прижала его к себе. - Пойдем домой. Ты весь мокрый.

– А что у нас на ужин?

– Блюдо из грузинской кухни.

– А название? - Мне вспомнился анекдот, поэтому так и ответила. Но если я ему скажу, что блюдо называется"жричёдали", поймет ли он меня. Навряд ли. Зато повеселила себя. Хоть встреча с бывшим мужем забылась. Я землю буду грызть, но ни за что к нему не вернусь. Прежние отношения уже не вернешь. Нельзя склеить чашку. Я никогда никого не била, но как же мне этого хотелось в тот момент. По его смазливому лицу треснуть чем-нибудь тяжелым. И вдруг я резко поняла, ему нужны документы Глеба, чтобы получить квартиру. Я аж рассмеялась от своей догадки.

– Мам, а когда мы к папе поедем? - Ничего себе вопросик?

– Скорее всего никогда, сыночек.

– Почему? - И что тут скажешь сыну? Ведь не доказать мелочи, что папа бросил маму. Или точнее выставил. Он и не видел того безобразия, что пришлось наблюдать мне. До сих пор перед глазами та мусорка. И наши вещи валяющиеся в куче.