Глава 14

Катя

В субботу я к бабушке не поехала. Решила себя побаловать — поспать, сколько влезет. Даже телефон поставила на беззвучный и в итоге проспала до обеда. Блаженство! На завтрак тоже решила себя побаловать — заказала в доставке бургер, а молочный коктейль сделала сама.

Знаю! Все знаю! Питаться нужно правильно и следить за весом, но сегодня я позволила себе расслабиться. Последний разочек.

Все же вчерашний разговор с Емельяном меня расстроил. Больше всего в жизни я не любила неопределенность, а он оставил меня в подвешенном состоянии. Я понятия не имела, что меня ждет в понедельник.

Чтобы отвлечься от мыслей, пропылесосила, протерла пыль и сварила кастрюлю рассольника, но они, проклятые, все равно никуда не девались. Я представляла себе разные варианты развития событий от того, где мне предлагают денежную компенсацию и просят перевестись в филиал у черта на рогах, до мексиканской мелодрамы, когда меня сажают под замок до самых родов, а потом отбирают ребенка. Или это не мексиканский, а колумбийский? В общем, не суть. На этом варианте я даже всплакнула и написала сообщение Алле.

Я: Привет. Как там все проходит? Я ему вчера рассказала.

Ответ пришел только через час. Но я знала, что они там по горам и долам лазят, поэтому и не дергалась.

Ал: То-то он сегодня такой пришибленный ходит. Как отреагировал?

Я: В шоке.

Ал: Что сказал?

Я: Ничего. Что ему надо время прийти в себя.

Ал: Оу! Может, мне с ним поговорить?

Я: Не вздумай! О чем? Привези мои вещи, и на этом помощи хватит.

Ал: Ок. Не грусти. Он с бабами вообще не общается. Шарахается ото всех. Все хорошо будет.

Ох! Алла, Алла! Вот зачем она мне это написала? Я сразу представила вариант, где мы вместе с Эмилем нянчим малыша — почему-то я представляла ребенка мальчиком, — и улыбка против воли растянулась от уха до уха. Чтобы ее стереть, я позвонила бабуле.

Трубку моя любимая родственница взяла только после пятого гудка — в грядках своих закопалась.

— Привет, бабуль! — неестественно радостным голосом выпалила я в трубку, готовясь перейти к ложке дегтя.

Хотя о чем это я? Это была ложка меда, а дальше будет бочка дегтя.

— Привет, Катюшенька! Ты когда приедешь? — перешла сразу к делу ба. — Слушай меня, Кать, надо чтобы ты с Аллой приехала на машине. Я накрутила кучу банок: и смородины, и клубники, и малина уже пошла, и огурцов — в руках не увезешь…

Ну, это ежегодная летняя тема, и мы с Аллой обычно делаем несколько ходок за закатками. Хватает и мне, и ей.

— А вот в среду и приедем, бабуль, — я надеялась, Алла не откажется меня свозить. Тем более она всегда рада варенью, — но только мы без ночевки. У нас один выходной будет.

— Ладно. Хоть так. И знаешь, Кать, что мне соседка рассказала? Она своим детям ягоду морозит, а те везут ее домой в сумке-холодильнике. Они недорогие, эти сумки. Их в гипермаркетах продают. Купи. Я тоже наморозила в этот раз ягод, — велела бабуля.

Это хорошо. Малышу витамины нужны, и, к слову, с Аллой поехать вообще отличный выход. Вдвоем мы бабулю быстрее убедим в том, что ничего страшного не произошло, а в Москве жить лучше, чем на свежем воздухе и любимой земле…

Ага, ага… Продолжай, Катя, себя утешать.

— Хорошо, бабуль. Что тебе из города привезти?

— Ой, да все есть у меня! Ничего не надо. Магазин хороший в деревне. Даже ошейники от блох завезли. Так что просто приезжай сама. Я ужасно соскучилась.

— И я, — чуть не разревелась в трубку, — до среды, родная.

Поспешила попрощаться и сбросила вызов, чтобы бабушка не заметила слез.

Гормоны сделали из меня плаксу. У всех беременность протекает по-разному, знаю: кто-то становится вредным, агрессивным или капризным, кто-то плаксивым и неуклюжим, кто-то вообще скачет конем до самых родов и никаких изменений не наблюдает. А я, судя по всему, буду прожорливой, слезливой засоней. Чудненькая перспектива.

Отправилась к холодильнику это открытие заесть.

А налопавшись до тяжести в желудке, принялась себя ругать. Нельзя так делать! Я ведь это знаю! В общем, чтобы исправить ситуацию, срочным образом собралась на прогулку.

После пяти на улице было не жарко, а в соседнем парке вообще будет хорошо. Оделась по-спортивному, сунула в карман телефон и вышла из дома.

Мои бравые соседки уже сидели на лавочке и бурно что-то обсуждали.

— Доброго вечера, дамы, — с улыбкой поздоровалась я.

Дамы поприветствовали меня в ответ. Было бы очень глупо с моей стороны надеяться, что удастся так просто миновать блок-пост, поэтому я и не разгонялась.

— Катюш, а какой парень-то хороший с тобой вчера был! — первой начала Мария Семеновна, и остальные подхватили на разные голоса.

— И видно, что порядочный.

— Вы с ним дружите, да?

— Дружат, Зина, школьники, а взрослые люди встречаются, — поправила подружку продвинутая Любовь Васильна. У нее внучка инста-блогер, она в курсе.

— Эмиль — сын владельца сети клиник, где я работаю, — сообщила я, чтобы закрыть вопрос раз и навсегда, — он просто меня вчера выручил и подвез с базы. Так что, сами понимаете, где он и где я. Мы не дружим и не встречаемся.

На лавочке ненадолго воцарилась тишина, а потом вопросы и комментарии посыпались с новой силой.

— То есть он не врач?

— Ну и что, что сын хозяина? Английский принц вообще на актрисе женился.

— Это ты его гонишь? Парень явно в тебе заинтересован.

— Ой, нет! Таким мажорам верить нельзя, — Васильна, как обычно, мыслила здраво, — поиграется и бросит. Не надо нашей Кате такого!

Тут остальные бабульки накинулись на единственную здравомыслящую подругу, а я поспешила улизнуть под шумок…

В субботу в парке было не протолкнуться, но я же в этом районе с детства живу и знаю все тайные тропы. Поэтому у входа свернула в сторону от основной дорожки и вскоре затерялась между деревьев. Шла по тропинке и делала дыхательную гимнастику, повторяя себе, какая я молодец и как полезно дышать лесным воздухом. Но вскоре так надышалась, что закружилась голова. Поспешила на знакомую поляну с декоративными пнями, на которых можно посидеть.

Но не успела опустить на один из них мягкое место, как из травы послышалось истошное мяукание! А вскоре серый комок размером с мою ладонь ловко вскарабкался по штанине, пробрался по животу и, упав мне на грудь, утробно замурчал.

Ну вот! Приплыли!

Я с тоской посмотрела по сторонам, хотя уже точно знала, что ни хозяев, ни мамы-кошки у малыша нет. Если бы верила в колдовство или сверхъестественное, обвинила бы в этой находке Петровну. Но я точно знала, что она сидит у подъезда и не имеет к моему «везению» никакого отношения. И я ни грамма не сомневалась, что у меня с этой минуты появился питомец. Нет никаких вариантов, при которых бы я сейчас сняла с себя кроху, положила на землю и умчалась домой.

Вздохнула, поднялась с пня и потопала в ближайшую ветклинику, пытаясь уложить в голове все события и разобраться в причинно-следственных связях.

Котенок продолжал громко мурчать, изо всех сил показывая мне, какой он хороший и что его нельзя не принять. Господи, как можно было отнести малыша в лес и выбросить?

Из глаз покатились слезы. Вытерла их, только когда вышла к людям.

Клиника находилась недалеко от дома и парка, поэтому добрались мы до нее быстро. А еще меня в ней знали. До смерти Маси мы были тут постоянными пациентами.

— Здравствуйте, Катя, что у вас? — спросила администратор Вика, как только мы подошли к стойке.

Народу в очереди сидело много, несмотря на повышенный в выходные тариф. Тоска засосала под ложечкой. Надеюсь, они принимают кредитки?

— Вот. Подобранец. Только что нашла в лесу, — я оторвала мелкого от груди и показала администратору.

Звереныш угрожающе на нее зашипел, а вернувшись на свое место, мигом успокоился.

— О, так вам в приют! Мы не принимаем найденышей, Катя.

— Нет-нет, я хочу, чтобы его посмотрели и обработали. Я его заберу.

Алла меня убьет! Будет орать, что я рискую ребенком, забирая в квартиру уличное животное, но я точно знаю, что за добрые дела Бог не наказывает. А вот за черствость и равнодушие — еще как! Так что рискну.

— Тогда, может, оставите его в стационаре на пару дней? Или будете в очереди сидеть? Если в доме нет других животных, то ничего страшного, а если есть, то я бы вам посоветовала его оставить. За это время мы выявим болячки и, если надо, подлечим.

Я могла себе представить, сколько это будет стоить! Нет. Рискну обойтись без стационара. Тем более детенок больным не выглядел. Нос мокрый, голос звонкий, а про прыть и говорить нечего.

— Буду ждать прием, — решительно сказала я и уселась на свободное место.

К счастью, очередь наша подошла минут через сорок. Быстро. А доктор, внимательно осмотрев подобранца, сообщил, что это кот, примерный возраст полтора-два месяца. Блох и лишая у него нет. На скрытые инфекции взяли анализы. А еще проглистогонили и укололи иммуностимулятор.

Но больше всего порадовала огромная скидка, которую, оказывается, делают вот таким вот найденышам, поэтому прием нам обошелся всего в две тысячи. Правда, еще две я потратила в магазине на всякие нужные новому жителю квартиры штуки, включая туалет и корм, но это мелочи.

Как ни странно, домой я возвращалась практически счастливой. Мелкий всю дорогу спал у меня в кофте и не доставлял ни малейших проблем. Я прямо чувствовала, что это будет моя единственная отдушина и радость на ближайшие месяцы.

Первое, на что наткнулся мой взгляд при входе во двор — машина Эмиля. Второе — он сам на лавочке с моими соседками. На коленях у каждой из них стояла коробка конфет. Я заподозрила неладное…

— Привет, Кать, — он тоже меня сразу заметил и подскочил навстречу отбирать сумки, — ты зачем такие тяжести таскаешь? Совсем с ума сошла?

Подозрения окрепли, стало тревожно. Что он задумал?

— Привет, Эмиль… Ты так быстро определился?.. Я думала, ты еще на базе…

— Определился, и у меня к тебе серьезный разговор.

Мы прошли мимо сидящих с крайне заинтересованным видом соседок и поднялись на мой этаж. Спрашивать, что он там надумал, я не торопилась. Зато Эмиль решил времени даром не терять и, как только мы вошли в квартиру, с порога выдал:

— Я решил что, мы должны попробовать жить вместе. Так мне будет проще заботиться о вас.

Что-то, несмотря на правильность слов «жить вместе» и «забота», это заявление мне не понравилось.

— Поясни, пожалуйста, что ты имеешь в виду? — я разулась и прошла в кухню, Эмиль за мной.

— Твое содержание, твои долги и проблемы — теперь моя забота. Ну и лучше тебе переехать ко мне. У меня квартира больше…

— Не-ет! — я так удивилась, что возглас получился какой-то отрицательный. Будто я не верила, что это он несет этот бред. Прочистила горло и повторила спокойно. — Нет, Эмиль. Я тебе вчера сказала, что ни на что не претендую. Когда родится ребенок, ты, безусловно, если захочешь, можешь принимать участие в его жизни и обеспечении. Но пока он не появился, ты мне ничего не должен. Я не твоя ответственность. Причем тут я? Если боишься, что плод недополучает витаминов, то не волнуйся, у меня все есть, спасибо…

В этот момент коту надоело спать, или это мы его разбудили спором, но он решил глянуть, что происходит. Мелкие лапки с острыми коготками вскарабкались по футболке, и в вырез спортивной кофты высунулась голова.

— Это еще кто? — выдохнул мачо.

А мне стало так смешно, что я прыснула.

— Ты котят не видел?

— Кать, ты что, решила сейчас завести котенка? Зачем? — с недоумением спросил Эмиль.

Ему почему-то было не смешно.

— Я не решила… Вернее, он сам так решил. Забрался на меня в лесу…

— Твою ж мать! Катя! Ты в себе? Ты же медик! Ты беременна, а уличное животное может болеть чем угодно! — Лютовский резко потянулся и выдернул у меня из-за пазухи кота.

Тот истошно закричал.

— Отдай! Я его проверила! Он здоровый! — завопила я и кинулась мелкого забирать, но Эмиль покачал головой и спрятал его за спину.

А я так горько разрыдалась, будто у меня забрали самое ценное в жизни. Я даже назвать котенка не успела!

Эмиль же положил кота на кухонный уголок и прижал меня к себе.

— Катюша, девочка моя. Не рви мне сердце. Кто-то из нас должен сохранять здравый ум, и это буду я. Так что не плачь зря. Я не позволю тебе нянчиться с найденным в лесу котом. Я заберу его себе и сам выясню, безопасен ли он для тебя и ребенка. Хочешь быть с нами — собирай вещи и едем ко мне. Но в руки кота не брать две недели минимум! Согласна?

Так-то он говорил все правильно, наверное. И риск был! Но мне было так обидно, так не хотелось расставаться с котенком, что успокоиться никак не получалось. Я рыдала все горше и горше.

— Это шантаж, — наконец, заикаясь, сообщила я в мокрую футболку мачо.

— Я знаю, — ласково заверил он, — пойдем собираться?

— Да, — согласилась я и, оторвавшись от Эмиля, пошла за сумкой.

Просто я очень отчетливо сейчас поняла, что не смогу остаться теперь одна в квартире.