Глава 15

— Я оказался прав. Наша потеря выжидала в доме напротив, — улыбаясь, сидя в кресле своего кабинета, ответил Алексею, который с ума сходил, обзванивая больницы, пока я не сообщил ему, где нашёл нашу рыжую, обиженную ведьмочку. Объяснил, что сейчас лучше к Александре не лезть с извинениями, а вот разобраться со своей Полиной не мешало бы.

После того, как Александра спешно покинула офис, мы толком и не поговорили с ним. Полина быстро удалилась в приёмную, а Алексей сидел в своём кресле, задумчиво смотрел в одну точку и с силой сжимал карандаш между пальцев, пока тот не треснул.

— Я не прав. Чёрт. Как я мог? Игорь, скажи, как теперь быть? — поднял на меня глаза, бросив остатки переломанного карандаша на стол.

— Ты ведь понимаешь, что не надо было так с ней? Теперь сложно будет объяснить своё поведение. Я, правда, тоже хорош, но есть, мягко говоря, некоторые вопросы к твоей секретарше, или кто она там тебе? Так что лучше не мешай мне и дай всё решить самому. Не встревай. Она замешана, и она пешка в этой игре. Не говори ничего сейчас, пока не начну процесс расследования. Но не могу понять, зачем она подставила Александру? Неужели Семён на это пошёл? Чтобы достать меня, так поступить с Александрой...

Алексей сидел, опустив голову, и я решил не добивать его. И так вижу, что он не знает, как поступить. Я взял портфель и вышел в приёмную.

Наш разговор с девочкой был, мягко говоря, необычным. Она упорно избегала моего взгляда, и я, по сути, общался с её макушкой. Было очевидно, что она чувствовала моё недоверие, и её ответы сводились к односложным кивкам. Щёки её пылали, и казалось, что она вот-вот расплачется.

Я решил действовать прямолинейно. Объяснил ей, что если она будет держать язык за зубами и молчать, то останется в безопасности. В противном случае последствия будут для неё весьма неприятными. Но если она будет сотрудничать, мы оставим её в покое, и вся вина ляжет на того, кто затеял эту историю.

Сейчас нам нужно, чтобы она подыграла нам и потянула время. Иначе мы не сможем подобраться к нему – он слишком быстро всё поймёт и исчезнет. К моему удивлению, девочка оказалась сообразительной. Она пообещала сделать всё так, как я ей сказал.

Решил всё оставить как есть и пока не думать об этом. Напрвился догонять Александру, и чем быстрее, тем лучше, пока она себе окончательно не надумала лишнего.

Мыслями снова очутился во вчерашнем дне. Подумать только, что смогу так зависеть от женщины! Когда дошло до меня, что в доме она так и не появилась, охрана на любые вопросы отвечать отказывалась, ссылаясь на неразглашение информации, я не на шутку запаниковал. Рванул на квартиру, потом понял, что туда она не поедет даже в самую последнюю очередь. Ну а раз у нашей рыжей красавицы близких подруг так и не завелось, то догадки мои оказались верными. Уж не у соседей ли она решила обижаться на нас? А когда в тёмном окне второго этажа я поймал движение, всё стало на свои места.

Экран телефона засветился, и последовал звонок. Катерина.

— Я просил меня не беспокоить. Если буду нуждаться в твоём обществе, я сам свяжусь. Неужели плохо объяснил, Катерина? — стал заводиться и ударил по столу ладонью, от чего бумаги разлетелись в разные стороны. Нажал на кнопку селектора для вызова секретарши. — Постарайся, пожалуйста, — уже тише, но со злостью продолжил в трубку, — чтобы я тебя не видел и не слышал больше. Настал тот неловкий момент, когда нужно говорить «прощай». Тебе я даже предоставлю возможность первой бросить меня.

В трубке раздались крики, полные отборной брани, и я тут же отключился. Я продолжал смотреть, как моя секретарша суетливо собирает бумаги с пола, но почему-то перед глазами постоянно вставал её круглый зал, будто специально развёрнутый в мою сторону. "Да что ж такое!" – вырвалось у меня. И эта туда же. Целый год я работаю с новой секретаршей, очень толковой женщиной. И хотя её манера держаться – это скорее ненавязчивый флирт, который меня пока вполне устраивает, я начинаю понимать, что с таким характером, как у Александры, мне, возможно, придётся пересмотреть свои принципы и взгляды на подобные ситуации.

Хм, подумать только! Я решил пересмотреть взгляды. Интересно. Орлов, ты узнаешь себя? Вчера слезать с Александры не хотел. Так бы и лежал в тепле и её влаге, обнимая, зарывшись в мягкий шёлк рыжих волос. Да ещё и не предохранялся. Чувствую, что в штанах стало тесно, но телефонный звонок снова отвлёк от приятных воспоминаний. Взглянул на экран и задумался. Неужели раньше было то же самое? Вокруг меня постоянно крутилось такое количество женщин, и я принимал это, не замечая, насколько их много. Теперь надо как-то менять предпочтения, иначе не видать мне рыжей фурии. Всех придушит, и меня заодно.

— Виктория! Только не говори, что опять хочешь что-то продать! Я распорядился, чтобы с тобой связались и помогли с продажей. Мне квартира уже не нужна, я не заинтересован.

— Игорь, со мной связался риелтор, но я думала, мы вместе займёмся продажей. Уедем от суеты и побудем вместе в Риме, вспомним, как нам было хорошо там. Может, и...

— Мне нечего вспоминать, — громко перебил я, отчего моя секретарша вздрогнула, но всё ещё продолжала стоять у стола и ждала распоряжений. Закрыл рукой трубку и попросил принести кофе, а Виктории ответил: — У тебя закончились деньги? Или ты прилетела в Россию для других целей? В любом случае, я тебе не помощник, и слово «бывшие» останется с нами навсегда. Я понятно выразился?

В трубке послышалось частое дыхание, я приготовился услышать очередную претензию.

— Орлов, ты никогда не изменишься. Даже не пытайся притворяться, что стал правильным. Рядом с тобой всегда разврат и похоть. И если выбирать секс с пышногрудой блондинкой на светском приёме или спокойный вечер в загородном доме, то ты, не задумываясь, выберешь первое. И не ври сам себе. Со мной тебе будет гораздо лучше, чем с твоей рыжей, с которой ты глаз не сводишь. Когда поймёт, какой ты на самом деле, да ещё — того лучше — застанет тебя за быстрым сексом, от которого ты никогда не откажешься, она бросит тебя. И ты поймёшь, что я была права, — я слышал, как она глубоко дышала, проговаривая каждое слово.

— Тебе известно о моих интригах, когда мы были в браке? Но тогда я упомяну, что я тебе начал изменять только после того, как узнал о твоей связи на стороне. Я узнал, что ты путаешься с одним из моих сотрудников, но думал, что это одиночный порыв из-за моих частых командировок, но потом понял, что это твоя сущность. Вдобавок мне сообщили, что, вероятно, ты ещё и с компаньоном моим связалась... — разговор мне порядком стал надоедать.

И я понял, что говорю об измене жены совершенно равнодушно. Но, представив Александру с кем-то другим, на глаза словно пелена опускается, я чувствую ярость от того, что не смогу выносить присутствия с ней рядом другого мужика.

— Игорь, я прошу. Вспомни, сколько счастливых лет нас связывало. Я изменилась и очень сожалею, что совершила тот безумный поступок, лишивший нас возможности стать родителями. За столько лет я не смогла тебя забыть и родить от кого-то другого ребёнка. Я любила и люблю только тебя...

— Ты любила и любишь только себя, Виктория. На этом я хочу прервать твой рассказ, лживый, как и все твои поступки в нашем с тобой браке, — меня трясло от её лжи и от того, что напомнила о так и не случившемся отцовстве. Сжав зубы, я прошипел: — Никогда, слышишь, никогда больше не говори мне о ребёнке! Мать не убьёт своё дитя втайне от мужа и не будет продолжать врать, трахаясь с другими мужиками. Всё, я не хочу больше возвращаться к старому! Продать квартиру тебе помогут, а что ты будешь делать дальше — меня не волнует. Я не приму тебя вновь, чтобы ты ни предприняла. Будь счастлива, и не вздумай лезть в мою жизнь, — не посчитал нужным ждать ответ и отключил вызов.

Хм. Быстро у меня получилось. Тридцать минут — и двух любовниц нет. За Викторию можно быть спокойным. От меня ей нужны только деньги. Попробовала — не получилось. Отвалит восвояси обратно в Италию и забудет, что квартиру собиралась продавать. А вот с Катериной всё не так просто. Очень долго она крутится рядом, но так и не вызвала к себе никаких чувств. Надеюсь, у неё хватит ума не выводить меня. Уж она как никто знает, каков я в гневе. Хотя и Виктория может что-то выкинуть, но я сразу пойму её обман, об этом не буду беспокоиться.

Набрал Алексея, напомнив, что завтра встреча и обед с Сергеем и партнёрами. Выбрали ресторан, после чего он взял с меня обещание привезти Александру, и я отключился.

Снова на улице мерзкий дождь со снегом. Вышел из офиса пораньше, чтобы засветло попасть туда, где так давно не был. Поднял воротник пальто и набрал номер охраны, вспомнив, что не вызвал машину. На своей ехать нельзя. Оттуда, куда собираюсь ехать, возвращаюсь всегда пьяным. Ветер пробирал до костей. Я поморщился, отключил телефон и быстро запрыгнул в подъехавший внедорожник. Час в пути по пробкам с заездом в маркет за виски и в цветочный. Розы — для матери, только розы. Она их любила. Отец часто дарил ей цветы, а я... да что я? Я только и вожу ей их на кладбище. Ну, здравствуйте, Родители. Давно я у вас не был. Сел на скамейку, прилегающую к изгороди, открыл бутылку, глотнул и, прикрыв глаза, произнёс:

— Только вам и могу рассказать, что в жизни моей, по всей видимости, наступают большие перемены. Что с этим делать дальше, я ещё не понял. И как не испоганить то, что только зарождается в отношении к понравившейся мне женщине? — глотнул ещё и опустил голову, смахнув быстро скатившуюся слезу со щеки, о которой никто никогда не узнает. Чувствуя, что монолог будет долгий, глотнул ещё и, поморщившись, кивнул водителю, стоявшему неподалёку, чтобы отправлялся на выход. Как я дожил до того, что перестал доверять людям? Перестал им верить и превратился в человека, которого даже женские слёзы не трогали... до недавнего времени. Когда я в последнее время разговаривал откровенно даже с тем же Лёшкой? Да что говорить. После того как похоронил родителей одного за другим, ближе всех мне стала моя экономка, да и та погибла на пожаре в моём же доме, пока я был в командировке. С тех пор так и живу — весь в работе, и от секса к сексу с очередной приставучей куклой.

Только здесь, на кладбище, рядом с родными людьми я могу подумать и принять правильное решение. И если ноги меня сюда принесли, то в жизни грядут большие перемены. Как с этим всем поступить и не наделать ошибок, я не знаю...

Александра… Она другая. Не похожа ни на Викторию, ни на Катерину, ни на всех тех «кукол», что мелькали в моей жизни. В ней нет этой липкой жажды денег, этой показной наивности, этой расчетливой игры. Она смотрит на меня так, будто видит не воротилу бизнеса, не человека с миллионами, а просто… меня. И это пугает. Пугает до дрожи, потому что я разучился быть просто собой. Я разучился доверять, разучился открываться.

Допил виски, чувствуя, как тепло разливается по телу. Холодный ветер трепал волосы, но я уже не чувствовал его пронизывающей силы. Только здесь, рядом с вами, я могу быть собой. Только здесь я могу признаться в своей слабости, в своей растерянности.

Я встал, поправил воротник пальто. Пора возвращаться в свой мир, где нет места сантиментам. Но что-то изменилось. Что-то внутри меня уже не будет прежним. И я не знаю, хорошо это или плохо. Но я готов рискнуть. Готов попробовать. Ради неё. Ради себя. Ради того, чтобы снова почувствовать, что такое жить.