Глава 10

— Орлов, тебе не кажется, что пора уже быть с людьми повежливее? — с вызовом высказалась Виктория, вышагивая в моей кухне, как у себя дома, поправляя чулки и нарочно нагнувшись, специально выставив напоказ в вырезе платья свою грудь. — Ты вроде бы уже не молодой и дерзкий юнец, который отвечает то, что захочет, и неважно, кто перед ним. Представляю, как ты общаешься с подчинёнными в офисе, если по телефону готов разорвать за малейшее невыполненное поручение, — отчитывала она меня, как школьника у доски.

— Я сам буду решать, что и кому говорить, и не тебе делать выводы и обсуждать мои телефонные разговоры, — поставил стакан на стол и присел на подлокотник дивана напротив колонны с зеркалом, разделяющей кухонную зону от столовой, и с вызовом посмотрел на Викторию.

Ей было достаточного одного моего взгляда, чтобы понять, чего я хочу, и переключиться с одной темы на главную — меня. Она медленно подошла, встала ко мне вплотную и, не отводя взгляда от моих губ, начала наклоняться к моему лицу. Опустил руки на её плечи, давая понять, на что надо обратить внимание в первую очередь, и тем самым отвёл внимание от поцелуя, которого совершенно с ней не хотел.

Виктория послушно опустилась на колени и уловила мой взгляд, который был направлен в зеркало. Я взял с дивана небольшую подушку и кинул между своих ног, на что она правильно отреагировала и опустилась на неё коленями, поглаживая мои бёдра. Она подняла подол платья и в зеркале мелькнули упругие ягодицы, между которых белела тонкая кружевная полоска, переходящая книзу в плотно обтягивающую плоть широкую шёлковую ленту. Я отреагировал мгновенно на такой манящий вид и, опустив глаза, почувствовал, как проворные пальцы медленно опускают вниз кожу моей плоти, оголяя все то, что сейчас поглощают её пухлые губы.

Прикрыл глаза и издал тихий стон, представив образ той, которую не так давно целовал и с чьих губ вдыхал самый приятный аромат, запомнившийся мне за последние годы.

С силой нажал ладонью на затылок Виктории. Она дернулась и застонала.

— Ты помнишь, Орлов, — шептала она между краткими перерывами, обхватывая мою головку губами, — как тебе и нравилось раньше? Все для тебя и сейчас, — опускалась так, что я чувствовал, как моя плоть касалась её гортани.

В зеркале отражалась та же картина, что и раньше, за исключением того, что на белой полоске шёлковой ленты было видно мокрое пятно, и проворный пальчик помогал подойти к оргазму. Я резко откинулся назад, понимая, что подходит момент разрядки. Зажмурил глаза, и передо мной возник образ Александры. Виктория застонала, её тело слегка дрожало, это заставило губы сомкнуться и чуть сильнее сжать мою плоть, отчего я на мгновение застыл, и произошла долгожданная разрядка.

Глаза открывать совсем не хотелось. Знал, что, сделав это, я увижу не ту, о ком думаю, и чьи губы, ласково слизывающие итог моего возбуждения, представляю на своём члене.

Виктория мое замешательство расценила по-другому, и когда я открыл глаза, увидел, как она, медленно поднявшись, снова потянулась к моим губам. Резко отвернувшись, я встал и, держа её за талию, слегка отодвинул в сторону.

— Сходи в душ, и выезжаем. Не хочу опаздывать.

Я поправил одежду и застегнул ремень, окончательно избавившись от следов приятного бонуса перед встречей, которая неизвестно чем может сегодня закончиться. Дернул головой от нахлынувших мыслей, отгоняя наваждение, постоянно преследовавшее меня в последние дни.

По дороге в ресторан я чувствовал на себе недовольный взгляд Виктории, но она молчала. Конечно, ей хотелось высказаться, но у неё явно был план, и было видно, как она сдерживает себя, пересиливая поток своего негатива.

— Я взял тебя на встречу в качестве сопровождения. Питать иллюзии, что мы пара, не стоит. Так же не советую открывать рот, представляясь моей женой, и делать вид, что мы счастливы вместе, — сказал ровным тоном, не отрывая взгляд от дороги.

— Удивляюсь тебе Орлов, что за столько лет ты не изменился, так и остался таким же безжалостным и жестоким муд***!

— Учителя хорошие были, знаешь ли! — не выдержал и заорал, от чего она вздрогнула, но не повернулась в мою сторону. — Ты, я смотрю, забыла, как убила нашего ребёнка? Сколько бы ему

сейчас было? ... Молчишь? — понял, что начинаю заводиться, и сбавил газ. — А как перед моим носом хвостом крутила, показывая партнерам все свои прелести при любой возможности, тоже забыла? — глянул на её красные щеки, сжал челюсти и сдержал себя, чтобы не продолжить. Да, завела так завела. Как бы не сорваться сегодня...

Алексей снял для гостей довольно большую зону в ресторане, и, когда мы прибыли, официанты уже заканчивали приготовления, а гости расслаблялись напитками, предложенными перед началом мероприятия, тихо общаясь небольшими группами. Как я понял, собрались ещё не все, но основные участники сделки были уже на месте.

Глазами поискал ту, которую хотел видеть, и, не найдя, удивился своим мыслям. Новые эмоции совсем мне не нравились, и я не понимал, отчего в груди появлялось едва заметное чувство пустоты. Пульс учащался от мыслей о ней, и возникало желание оказаться рядом.

Рука, едва сжимавшая мой локоть, напомнила, что я не один и нужно соответствовать статусу и мероприятию. Мы поздравили именинника, и, усадив Викторию за стол, я вышел из зала.

— Нет Макс, это ничего не меняет, — услышал я знакомый голос и застыл на месте, пересиливая себя подойти ближе. — Нет, я не хочу встречаться, и прошу тебя подождать ещё несколько дней, чтобы я успела забрать все свои вещи, — уже тише сказала Александра, и в её голосе я уловил нотки горечи и сожаления.

Всхлипнув, она быстро попрощалась с собеседником, неожиданно для меня вышла из-за угла и уткнулась прямо мне в грудь.

— Что вы здесь делаете? — подняла глаза, полные слёз, и попыталась обойти меня.

Не дал ей сделать этого. Снова мысли шли в разрез с действиями, я схватил Александру, и мы вместе оказались там, где она только что разговаривала, судя по всему, со своим мужем.

— Послушайте, — посмотрела на меня и, часто моргая огромными ресницами, продолжила: — У меня нет сейчас сил парировать ваши едкие замечания, просто прошу меня пропустить, я уеду и не буду мозолить вам глаза.

— Вы сейчас приведёте себя в порядок, и я провожу вас к вашему другу, который, думаю, будет совсем не рад, если узнает, что его близкая и любимая подруга сообщит о своём плохом настроении и скором отъезде, — провёл двумя пальцами по ее щеке и нечаянно поймал слезинку. Машинально облизал пальцы и поймал ошарашенный взгляд двух невыносимо притягательных сапфировых глаз. — Да, иногда я тоже способен на необдуманные и сентиментальные поступки, Александра, чему удивлен не меньше вашего, — опустил взгляд ниже и осторожно приблизился, чтобы просто дотронуться до чуть приоткрытых и таких манящих губ, о которых думал очень часто, сам того не замечая.

Просто дотронуться не получилось. Как только я почувствовал уже знакомый аромат лаванды, исходящий, как мне казалось, ото всюду за что бы ни зацепился на ней мой взгляд, я накрыл своими губами мягкий ротик, с наслаждением поглощая этот аромат и вбирая в себя тихие стоны, но совсем не мои.

***

Очнувшись, как ото сна, я поняла, что стою в объятиях Орлова, и осознала, чем только что с таким наслаждением занималась с ним. Пока это все не зашло слишком далеко, аккуратно освободилась из его рук и быстро вышла в зал, пока банкир стоял с удивленным выражением лица, медленно вникая в происходящее.

— Лёш, я хочу уехать, — подошла сзади и шепнула на ухо, положив руки на его плечи.

Друг покрутил головой и, взяв меня за руку, потянул к себе.

— Сегодня будешь со мной, я тебя не отпущу. Вечер мой, и я имею право. Сам посажу на такси, как увижу, что ты в порядке. Весь вечер по углам с телефоном, Саш, ну сколько можно?

Я кивнула, чуть улыбнувшись, и мне стало немного теплее от его слов. Как хорошо, что я не одна, и есть люди готовые помочь в непростые моменты.

— Ну ладно, Алексей Валентинович, сами напросились, — протянула руку к бокалу, который он наполнил, и подняла его. — Пусть в твоей жизни, наконец, появится любимый человек, который станет для тебя всем. У вас родятся дети, и проживёте вы в любви и верности… — на этом слове я прервалась, но, справившись с собой, продолжила, — в любви и верности до самой старости. Я

люблю тебя, Лёшка, и счастлива, что ты есть в моей жизни. Поздравляю! — выпила залпом коньяк и шепнула ему: — Напьюсь, потом не обижайся, что вела себя плохо.

Он поцеловал меня в висок, обнял и слегка задержал в своих объятиях. А я услышала знакомый голос:

— Не советую напиваться, Александра. Обычно, когда такое происходит, позже приходится жалеть о совершенных необдуманных поступках…

Я подняла глаза на стоявшего за Лешкиной спиной Орлова, недовольно взиравшего на наши нежности.

— Кто знает, может, иногда и нужно совершить необдуманный поступок, чтобы понять, что освободился от чего-то, и в жизнь вошли новые эмоции и чувства, — ответил Алексей на слова Орлова, потом, взяв телефон, направился в сторону пустовавшей пока бильярдной, набирая кому-то сообщение.