Глава 11

Заметила, что Алексей в последние дни ходит какой-то задумчивый, постоянно пишет кому-то сообщения, и сейчас сидит в бильярдной уже долгое время, правда временами посматривает на меня. Наши взгляды встретились, и я, улыбнувшись, отсалютовала ему бокалом, который не выпускала из рук и наполняла уже несколько раз. Боялась спрашивать — вдруг что-то серьезное, но с другой стороны, он мне близкий человек, и оставаться в стороне я тоже не могла.

Телефон завибрировал. Сообщение. Макс.

«Саша, пойми, это случилось только один раз. Я был пьян. Неужели мы не можем поговорить об этом? Я никогда даже и в мыслях не допускал измену. Мне нужна только ты. Подумай, прошу».

Я хорошо понимала, что меняю не только свою жизнь, но ничего с этим сделать уже нельзя. Я приняла решение и не изменю его. Голова кружилась от выпитого алкоголя, мысли путались. Посмотрев на часы, я всё же решила вызвать такси и по пути написать сообщение Матвею, но сделать это не успела — Алексей направлялся ко мне и был весьма навеселе. Он обнял меня за талию и потянул на танцпол, но я отказалась, сославшись на головокружение. Я постоянно чувствовала на себе взгляд и догадывалась — чей, но взглянуть на его обладателя не хватало смелости. Сегодня я слабее, чем обычно, и не справлюсь с Орловым. Да ещё и напилась. Мы вышли с Лёшкой на закрытую веранду, здесь было свежо, мне сразу стало легче. Я сделала глубокий вздох и спросила:

— Скажи, тебя что-то тревожит? Ты очень замкнут в последнее время. Звонить мне перестал…

Я присела на диванчик и огляделась.

— Не хочу сейчас об этом, Сань. Да, есть кое-что, о чём пока не буду говорить. Вот не проведёшь тебя, всё заметишь! — Он провёл рукой по своим волосам. — Что у тебя с Максом? Что вы решили? Ты скажи, когда помощь нужна будет. Переезжать до сих пор не передумала?

Он присел рядом, и я положила голову на его плечо и прикрыла глаза.

— На днях уже переберусь в дом. Матвею сказала — недоволен, злится. Но лучше сейчас пусть все осознает, чем потом будет наблюдать, как мама и папа лицемерят…

Встала и тут же снова присела от головокружения.

— Александра! Как тебя одну на такси домой отправлять? Тем более у нас ещё впереди бильярд. Сергей обещал быть, правда, без жены. Может, останешься?

— Нет, лучше поеду. Тем более гости уже расслабились, никто не заметит моего отсутствия. Пока ты отсиживался в обнимку с телефоном, я нашла время для общения — заметь! — с твоими гостями. Спутница у Орлова весьма вульгарна, всё время цеплялась ко мне. В прошлый раз в ресторане она вела себя сдержаннее.

Я взяла Алексея под локоть, ожидая, что он поднимется, и мы, наконец, отправимся одеваться.

— Свою спутницу, Александра, я отправил домой, чтобы она не смущала вас.

Я зачем-то отпустила Лёшкину руку, и он так и остался сидеть на диванчике. Ладони вспотели, меня начало мутить. Стыдно стало. Зачем обсуждать чужих людей, и тем более гостей Алексея.

— Я не хотела сказать ничего плохого о вашей спутнице, простите, — почувствовала, что краснею и отвернулась от него.

— Из-за вас, Александра, я остался без пары, и теперь вы должны составить мне компанию

Орлов подошёл ближе и взял меня за локоть. Лешка все это время сидел и улыбался, наблюдая за нами, пока на его телефон не пришло сообщение. Прочитав, он попросил Игоря вызвать мне такси и, сославшись на срочный звонок, вернулся в зал.

— Я подвезу вас. На такси поздно вечером небезопасно, а я не пил, — опережая мой вопрос, ответил он.

Пока шли до машины, я старалась глубоко дышать, чтобы немного унять головную боль, грозящую перерасти в мигрень. В автомобиле было не лучше. До какого-то момента я держала себя в руках, но, видимо, мои нервы и выпитая доза алкоголя сыграли свою роль, и я провалилась в сон.

Что было, я смутно помнила. Обрывки слов, меня куда-то несли на руках, я сидела на полу, и мне было холодно. Кружилась голова, мне что-то давали пить, и от этого сильно тошнило. И запах. Мужской аромат очень хорошо запомнился, и он мне нравился.

Тишина. Тихо так, что в ушах звенит. Было страшно открывать глаза. Память с трудом, но все же дозировано выдавала воспоминания о моих действиях. И от того, что я вспоминала, волосы на голове начинали шевелиться. Как я могла? Резко распахнув глаза, поняла, что мои воспоминания правдивы, и я находилась не в своей спальне.

Стало жарко и трудно дышать. А когда я поняла, что на моей талии лежит мужская рука, к этому всему прибавилась ещё и головная боль от резкого движения — я дернулась, но была прижата к постели.

— Поздно убегать, когда лежишь обнаженная с мужчиной после проведённой с ним ночи, — он уверенно провёл рукой по моему бедру и вернул ее на талию.

Щеки пылали. Я попыталась отодвинуться, но он развернул меня на спину и навис, как коршун. Глаза горели, но выглядели усталыми. Он злился, видно, что чем-то я его задела, но смотрел так, что внизу живота заныло. Я попыталась высвободиться, но потерпела неудачу.

— Отпусти меня, мне нужно в душ.

Взглянула в его глаза, а он смотрел так, будто съесть готов. Секунда — и уже его губы захватили мои, руки проворно справились с застёжкой бюстгальтера и пальцы слегка покручивали мои, уже твёрдые соски.

— Бл***, как мог терпел, но больше не могу… — шептал он, сжимая мою грудь и губами ее хватая, потом осторожно зубами сосок оттягивая, а у меня от этого огонь между ног распалялся.

— Что значит терпел?

Сердце от возбуждения и его напора замирало, но я сообразила, что он сказал только что, и тяжело дыша, схватила его лицо ладонями.

— Не было у нас ничего. Неужели я накинусь на пьяную женщину, которую всю ночь тошнило, — оторвал свой взгляд от моего лица и опустил его на мою грудь, вздымавшуюся от частого дыхания. — Невероятная! Какая у тебя красивая грудь.

Он снова захватил её губами и, посасывая, прошёлся языком вокруг соска, поглаживая меня между ног. Я выгнулась и закрыла глаза, тихонько застонав и раздвигая ноги, пропуская его руку дальше и давая понять, что я хочу большего, чем просто прикосновение….

Мы остановились, услышав настойчивый звонок в дверь. Орлов издал пронзительный стон и опустился на постель рядом со мной, выравнивая дыхание. Воспользовавшись тем, что меня освободили из объятий, я быстро сообразила, что за дверью, граничащей со спальней, находится душ, и прошмыгнула в него, закрываясь на замок. Зажмурилась, тряхнулась головой и встала под горячие струи живительной влаги. Пока принимала душ, вспомнила, что ночью в этой ванной мне было плохо, и Орлов помогал справиться с головокружением и тошнотой. Стыд какой. Уснула в машине, да ещё и в беспамятство впала.

Выключила воду и пока тёрла себя полотенцем, пахнущим Орловым, решила одеться и постараться уйти незамеченной. Тихо вышла и поняла, что дверь спальни он прикрыл, и я сейчас в ней одна. Отыскала платье, висевшее на спинке кресла, и больше ничего надевать не стала. Решила быстрее найти выход в надежде, что верхняя одежда и обувь находятся в прихожей. В кухне услышала голоса. Один принадлежал Орлову, а второй был женский — немного писклявый, но довольно громкий, чтобы понять его недовольные нотки.

— Игорь, ты сказал, что позвонишь, но звонка от тебя я так и не дождалась…

Было слышно, как включилась кофе-машина, а я продолжила свой путь к выходу.

— И поэтому ты решила приехать, что я категорически запретил тебе делать…

Я осторожно прошмыгнула между колонны, отделявшей две зоны, обернулась и вздрогнула. Из отражения зеркала на меня смотрели злые глаза Орлова. Его гостья тоже обернулась, уловив его взгляд.

— Игорь, так ты не один, — она округлила глаза и медленно пошла в мою сторону. — Орлов, так она же старая! Не видела тебя никогда с прилипалами старше тридцати.

Она шла и пристально меня рассматривала. Я начинала закипать, и головная боль, которую заглушила тёплая вода, снова усилилась.

— Катерина, ещё одно слово — и я вышвырну тебя из своего дома, — прорычал Орлов, но взгляд был прикован ко мне.

Фыркнув, посчитав разговор с этой девкой ниже своего достоинства, я развернулась и направилась в холл. За спиной послышалась возня и что-то громко захлопнулось. Пальто я нашла сразу — оно лежало на диванчике при входе, там же, где и мои сапожки. Быстро надела всё и потянулась к замку.

— Стой, — Игорь с силой рванул меня к себе. — Надеюсь, ты не ревнуешь? — прищурился он, уголки его губ дернулись в слабой улыбке.

— Вот ещё! Много чести. — Я громко вздохнула от того, что он вдавил меня в дверь и накрыл рукой мою грудь. — Выпусти меня, Орлов. Моя минутная слабость уже прошла, и я не намерена здесь оставаться с твоими шавками. Они все без исключения ведут себя, как подзаборные дешевые девки. Развёл бордель и меня сюда же приволок. Много у тебя их здесь околачивается? Хотя не отвечай. Ты, наверное, и сам счёт потерял. И даже не думай, что раз ты помог мне ночью, я буду удовлетворяя твою похоть. Ты мне противен.

Говоря все это, я наблюдала, как бледнело его лицо, и глаза наливались злостью.

— Замолчи! — ударяя кулаками по обе стороны от моей головы по двери, он схватил меня за плечи и с силой встряхнул. — Тебе лучше сейчас уйти, иначе я не сдержусь.

Сжав кулаки, он отпер замок, толкнул дверь и отвернулся, ожидая, пока я выйду. Схватила свою сумку, вскользь глянула на Орлова, обратив внимание, что на его лице от злости выступили красные пятна, и вышла за дверь, не удосужившись закрыть её за собой. Сильный хлопок за спиной заставил вздрогнуть.

Спустилась на этаж ниже, прижалась к холодному бетону и медленно съехала вниз по стене. Набрала номер человека, который — знала — всегда выручит.

— Лёш, — всхлипнула в трубку. — Забери меня.

И расплакалась.