Глава 25. В этой главе наступает торжество справедливости

— Кацу, как продвигается следствие по нашему делу? — взбивая желтки для лимонного курда, спросила Шайя.

Настроение у неё было отличное! Муж сумел пробудить в ней женщину, хотя для этого ему пришлось приложить немало усилий. Она была благодарна ему за то, что он не дал ей засомневаться в себе, целовал и ласкал так, как будто ничего слаще и ценнее для него не было на свете — и её тело всё-таки отозвалось.

Не к месту вспомнилось, как на планете Старк неконтролируемое Ягудом вожделение захватывало её и путало сознание, заставляя испытывать то, что чуждо. Парень даже не понял, что думая о будущем рядом с ней, дал ей возможность увидеть, насколько оно разрушительно, причём для них обоих!

Случись такое наяву, она была бы обречена испытывать от секса с ним удовольствие, но при этом воспринимала бы его насильником, и её сознание категорически отвергло любое проявление нежности.

Раз подчиняешь, используешь, иссушаешь своей силой, так не притворяйся любящим!

Душевная грубость, боль, унижение — вот истина в той связи, что могла возникнуть между ними, и та Шайя потребовала, чтобы он вёл себя соответственно.

Только, похоже, в том варианте развития событий Шайя не представляла, что как бы она ни разжигала в себе ненависть к своему тюремщику, она всё равно будет испытывать наркотическое удовольствие, без которого вскоре не сможет жить. Страшная участь…

И что было обидно: когда Кацу ласкал её тело, в мозгу зрело уже знакомое ожидание бурного удовольствия, которое было хоть краешком, но изведано, а тело… девственное тело молчало! Шайя чуть не расплакалась, поняв, что даже отголоски воздействия Ягуда на неё мешают ей сейчас пройти собственный путь таинства.

Но теперь всё хорошо, и в следующий раз при близости с Кацу она уже не будет эгоистично сосредоточена только на себе! А пока хочется порадовать мужа тем способом, что доступен. Им не дадут весь день проваляться в постели, но ночи у них никто не отнимает!

— Шайя, милая, — Кацу подошёл и обнял сзади, — что это ты делаешь?

— Немного сладостей для нас, — повернув голову, она подставила губы для поцелуя. Муж должен был сейчас работать, но крутился возле неё и это вызывало приятные эмоции.

— Я всегда восхищался тем, что ты умеешь готовить! Так жаль, что прогресс отправил в прошлое это мастерство.

— Ну, сейчас для многих это становится хобби, — не согласилась девушка, — так что это прошлое не потеряно и не забыто.

— Шайя, можно я приглашу к нам моего деда?

Она развернулась, и угрожающе подняв венчик, спросила:

— А других родственников? Они не хотят меня видеть?

— Нет! — Кацу опешил. — То есть сейчас визиты запрещены…

— А раньше?

— Милая, мои родственники для меня чужие, как и я для них, — испытывая неловкость, он всё же признавался, что является изгоем среди большинства родни. — Даже бабушка… ради приличия я мог бы вас представить друг другу, но для этого надо пригласить журналистов. Так положено на официальных мероприятиях, а мы с тобой всё время заняты. Да и моё положение для старшей госпожи Харадо было шатко, она могла бы не согласиться, а уж сейчас…

— Но твой дед вообще был отстранён от дел…

— Официально всё звучало прилично, однако она все же отправилась на другую сторону планеты, чтобы не запятнать свою репутацию, если что.

— Ясно. А что с твоим отцом?

Кацу помрачнел и было видно, что тема для него болезненна, но он ответил:

— Ему сейчас лучше побыть одному.

— Ты уверен? Может, ему все же интересно, с кем его сын связал свою судьбу?

— Я уверен в том, что он всё о тебе знает, — хмыкнул Кацу, — но сейчас…

— Он раздавлен поступком твоей матери?

Муж выдохнул сквозь зубы:

— Она впустила в дом имперца, который перенастроил защитную технику и… в общем, секретами он не смог поживиться, так как отец дома никогда не работает, а вот мать осталась вне контроля в те моменты, когда хотела. Она стала чаще встречаться с женщинами своего круга и агитировать их за лучшую жизнь под властью Империи.

— С чего бы такая любовь к ферманам?

— Не знаю, Шайя. Маму всегда одолевала скука, но серьёзно заниматься чем-либо у неё не хватало терпения. Отец предлагал ей создавать моду, раз ей это нравится, или рисовать картины. Мама неплохой художник. Она хваталась, но быстро остывала. А тут такую деятельность развернула!

— Хм, быть может твоя мама повзрослела и уже по-другому взялась за дело, которое ей предложили? К тому же её наверняка хвалили, поддерживали, говорили о большой важности и, конечно, всё это на фоне любви.

— Да, я не ожидал, что мама умеет любить, — он сжал кулаки и сел в углу.

А Шайя подумала о том, что неподготовленной к жизни красивой и любимой родителями девочке достались в полное владение занятый мужчина, а потом и ребёнок. Похоже, что она элементарно не знала, что с ними делать! Судя по всему, отец Кацу ожидал в браке партнёрство, и даже отдавал жене руководящую роль, а надо было стать ей не только мужем, но и отцом. Но чего уж теперь искать виноватых и думать о том, что было бы, если бы…

— Ладушки, с этим разобрались и признаю, что твоему отцу трудно пережить личную трагедию.

— Да если бы только это! Шайя, он же был начальником внутренней охраны и многое видел, а ему приказывали: замять, забыть, не поднимать панику! Его назвали параноиком, когда он выдал цифры обезвреженных инопланетных шпионских гаджетов! Даже дед осаждал его, говоря: не вмешивайся, это политика. А отец видел, как имперцы с каждым годом всё больше опутывают своими сетями правительство и народ, просил, требовал разрешить ему действовать жёстче, но… — Кацу замолчал, переживая за отца.

— Ну что ж, дед так дед, — улыбнулась она.

Шайя прекрасно понимала чувства отца мужа. Она помнила, как ей хотелось быть полезной в министерстве, а по ряду причин это никому не было нужно. Тогда она думала, что это удел мелких сошек — биться о стену; а оказалось, что и на высоком уровне «связывают по рукам и ногам».

— Сейчас и правда не время для визитов, — откладывая венчик, подытожила девушка.

— Дед сказал, что в три часа представители Старка сделают заявление, которое покажут в прямом эфире по всем каналам.

— Да? А что они хотят заявить, ты не в курсе?

— Никто не в курсе. Наши хотели запретить, так как сюрпризы уже никого не радуют, но твой дядя настоял, чтобы не чинили старковцам препон. Он сослался на господина Сакра.

— О, старейшина одобрил? — удивилась Шайя.

— Да. Ты знала, что старковцы привезли ещё двух потенциальных шаманов?

— Нет.

— Они сейчас у себя всех потомков пытаются проверить на наличие силы и просят принять их у нас в заповеднике, чтобы в случае чего новоявленных шаманов научили контролировать свои способности, да и вообще объяснили меру ответственности. Все алани в большом почёте у совета вождей.

— Ха! Ещё бы! Я как-то не учла сразу, что есть большая вероятность того, что большинство потомков старых шаманов так или иначе имеют родственное отношение к нынешним вождям. И тут, как говорится, и хочется иметь в своём клане шамана, и колется!

— Возможно, мы это ещё не проверяли.

— Старшее поколение алани показало, что не намерено вмешиваться в дела житейские, но в случае надобности станут заслоном от катастрофы, — продолжала рассуждать Шайя. — Это хорошая страховка от большой беды. Я очень рада, что совет вождей пришёл к этому решению, признаться, ожидала, что будет хуже.

— Значит, ты считаешь, что нам нужно принять одарённый молодняк Старка?

— Кацу! — встрепенулась Шайя. — Я же тебе ещё не сказала…

Сообщение о приходе бывшего маршала Харадо оборвало девушку на полуслове. Она быстро сняла с плиты загустевший корд и, с сожалением посмотрев на приготовленные для взбивания белки, бросилась к себе переодеваться.

— Шайя, это неформальный визит! — крикнул ей вдогонку Кацу.

«И что теперь, — ворчала она, — поверх ночной сорочки накинуть халатик?»

Она слышала мужские голоса, которые удалились на кухню, но выйти не могла. Надев бриджи и топик, Шайя всё никак не могла справиться с волосами.

«Пора стричься!»

Наконец, хозяйка вышла встречать гостя и с удивлением наткнулась на взбивающего белки мужчину.

— Я ваш фанат, барышня, — сообщил он, — и смотрел все ваши фильмы. Не волнуйтесь, безе — одно из самых моих любимых лакомств, и я всё делаю по инструкции.

Шайя выдохнула и рассмеялась.

Бывший маршал выглядел намного моложе профессора Ниярди и язык не повернулся бы назвать его дедом, хотя прожитые годы отражались в глазах. Он был массивнее Кацу и выше его ростом, хотя Шайя точно знала, что модификаций в его теле нет.

«Старая кость», — просилось ей на ум определение.

Дед и внук походили друг на друга, но одновременно сильно отличались. Одна порода, но вот… Маршал был из тех, кто может отчудить, выкинуть такой номер, что глаза у всех полезут из орбит, а Кацу — нет. Его чудинку задушит на корню ответственность и мысли о том, как это повлияет на других. С возрастом это либо усугубиться, либо наоборот — он перерастёт боязнь ошибиться.

— Хорошо, спасибо, — Шайя достала пакетик с бобами какао и попросила Кацу их смолоть. — Не откажетесь от кружки бодрящего напитка?

— Мечтал попробовать ваше какао! Самому мне некогда было варить, а мой повар покупает готовый порошок, из которого уже выжали все полезные вещества.

Вместе они быстро поставили безе сушиться в духовой шкаф, заварили и процедили какао, выставили на стол имеющиеся запасы из холодильника и сели.

— Неужели вы тоже не в курсе, что задумали старковцы? — обратилась Шайя к гостю.

— Да кто ж их знает? Наши ребята вместе с ними освободили несколько космических станций и колонию, прибрали к свои рукам то, что имперцы не успели вывезти.

— Кому теперь будут принадлежать освобождённые станции? — поинтересовалась девушка. — Одна из них ведь была общей, а другие раньше принадлежали нашим соседям.

— Вопрос вопросов! — довольно ответил мужчина, удовлетворённый проявлением любопытства юной невестки к делам. — Наши соседи потеряли самостоятельность, не удержали своё имущество, так что, кто кровь проливал — того и имущество!

— Тогда военные действия не являются освободительными, — заметила девушка.

— Не совсем так, имперской колонии вернули статус свободной планеты. Конечно, несколько лет они вынуждены будут выплачивать ресурсами за своё освобождение, а в остальном их свобода принадлежит им.

— Так может, старковцы хотят сделать заявление на эту тему? У нас по всем каналам транслируют, что свобода бесценна, и мы не должны уподобляться имперцам.

— У нас ещё митингуют по поводу того, что мы зря льём кровь наших воинов, — возразил старший Харадо, намекая на наличие противоборствующих мнений по поводу происходящего. — Мы изнежили своих обывателей, и они тонут в теоретических рассуждениях, поддаваясь харизме ярких личностей, которые, между прочим, не всегда болтают по глупости!

Шайя выпила сразу полкружки остывшего какао и посмотрела на часы. Оставался ещё час до выступления старковцев.

— Дорогая жена моего внука, могу ли я попросить вас об одолжении?

Шайя улыбнулась, приосанилась и чинно кивнув, томно произнесла:

— Просите!

Мужчина потёр ладони друг о друга, и словно в прорубь прыгнул:

— Прогноз!

— Прогноз? Какой? — Шайя не могла не улыбаться деду Кацу.

— Для меня! Профориентация!

— Оу, — приоткрыла она в удивлении рот, а потом поняла, что деятельному человеку трудно сидеть дома, а из-за негласной опалы он не понимает, где может применить свою энергию. — Да, сейчас-сейчас… Кацу, отсядь в сторонку… оу! Дорогой, сходи полей цветочки, хотя… это же бесполезно отсылать тебя куда-то?

Оба родственника хмыкнули и с ожиданием уставились на девушку.

— Ну что ж, предрасположенность к политике очевидна и всё так же первостепенна для вас, а вот военное прошлое отходит на дальние планы. Господин Харадо, предлагаю к вашему рассмотрению профессию эксперта или консультанта. Сейчас стало модно выступать на публике с оценкой деятельности разных ведомств, в том числе правительства, так что можете устроить словесное сражение в студии.

— Хм, как-то это непривычно… клоун я, что ли?

— Вопрос в организации, — не согласилась Шайи. — Если у вас будут достойные оппоненты, то передача получится интересной и серьёзной.

— Ну что ж, подумаю. А консультант? Это как ваш неугомонный дядюшка?

— Да, как он. Можно консультировать членов правительства, можно начитывать лекции в академии для старших курсов. Дяде нравится.

— У меня энергии не хватит всем сразу мозги проедать, — ворчливо отозвался мужчина.

— Но это не всё, что я могу предложить, — продолжила Шайя, — вы, оказывается, сластёна! На северной стороне Алайи в следующем месяце назначена грандиозная ярмарка и конкурс кондитеров мира. Попробуйте, подайте заявку на дегустатора. Вам участие в этой ярмарке принесёт радость и новые знакомства.

— Пф-ф! — старший Харадо несерьёзно вытаращил глаза. — После того, что я услышал о себе, предлагаю отбросить церемонии и общаться неформально.

Шайя весело фыркнула и кивнула:

— Хорошо, господин Имрус. Я продолжаю?

— Давайте, добивайте старика, госпожа Шайя. Судить плюшки мне ещё никто не советовал!

— Приятное хобби должно быть у каждого человека, — она поднялась и достала из холодника остывший лимонный курд. — Прошу, угощайтесь. Можно надкусить вот эти маленькие булочки и ложечкой вложить курд внутрь, а можно на печенье сверху.

Кацу и его дед занялись дегустацией, а Шайя долго вглядывалась в видимые ей символы возле Имруса Харадо.

Он оказался довольно разносторонним человеком и его многое интересовало, но большинство символов были переменными. Она могла истолковать это только тем, что способностей у бывшего маршала хватит реализовать себя в новой сфере интересов, а вот надолго ли это увлечёт его?

— Как у вас со спортивной подготовкой?

— Не жалуюсь, — настороженно ответил гость.

— Тогда попробуйте себя в водном сплаве. Вам жизненно необходимы яркие эмоции.

— Дорогая моя родственница, чем я вас обидел, что вы посылаете меня к безумцам?

— Почему безумцам?

— Шайя, — обратился к ней Кацу, — уже неоднократно ставился вопрос о запрете данного вида отдыха, но поскольку он мало популярен, то оставили пока, как есть.

— Ну, знаете, если бы мой дядя был помоложе, мы с ним вместе попробовали бы, и он не озвучил бы столь нелепую отговорку! — возмутилась Шайя, совершенно точно зная, что вывешивает красную тряпку перед быком.

— Ниярди — и водный сплав?! Да он только и умеет, что указкой по голове умным людям стучать!

Кацу в удивлении повернулся к деду, а Шайя, прикрыв рот ладошкой, засмеялась. Она не ошиблась: между профессором и бывшим маршалом присутствует какое-то состязание.

— Дед, допивай и идём в гостиную смотреть выступление старковцев.

Шайя хотела по-быстрому навести порядок на столе, но Кацу вновь обнял её:

— Как же я счастлив! — прошептал он ей. — Ты не устала?

— С чего бы? Я ещё когда проснулась, собиралась сегодня заняться домашними хлопотами.

Кацу потёрся щекой и поцеловал её: — Не хочется выпускать тебя из рук!

— Сядем вместе на диване, и обнимешь меня. Мне будет приятно.

— Обниму, — пообещал он, смахивая всю посуду со стола.

— Эй, ты что делаешь?

— Она всё равно скучная и не полный комплект. Мне хочется, чтобы ты сама выбрала, — чуть вызывающе объяснился он.

— Ну-у ладно, — согласилась Шайя. — Вообще-то я люблю покупать что-нибудь по хозяйству, особенно когда не надо считать, сколько денег осталось до зарплаты.

— Шайя, у меня не только хорошая зарплата, но и свои акции приносят неплохой доход.

— Не поверишь, но теперь и у меня хорошая зарплата, а ещё вновь пошли доходы от просмотра старых фильмов. Вот ведь, деньги к деньгам! — с досадой закончила она.

— Молодёжь, вы скоро? Уже началось!

Шайя выскользнула из объятий и потянула мужа в гостиную.

Представитель совета Старка говорил эмоционально, а его рассказ об имперцах сопровождался видами того, что встретили на освобождённых территориях воины Старка и Алайи.

— Хм, искусство им не чуждо, — прокомментировал впечатляющие видео-зарисовки Имрус Харадо.

Дело в том, что как раз чисто внешне имперская экспансия выглядела прилично, пока не копнёшь глубже, но жителям Алайи показали именно подноготную, расставляя правильные акценты.

Потом представитель совета рассказал о планах ферманов уничтожить планету Старк и том, как благодаря юной госпоже Харадо вместе с её народом была предотвращена катастрофа.

— Кто ему позволил разглашать секретные сведения?! — вскочил дед.

Кацу тоже напрягся, но Шайя шепнула ему:

— Да брось, изначально было ясно, что в тайне это не сохранить. В старину существовала пословица: знают двое — знают все.

— Ты права, милая, но боюсь тебе не понравится всеобщее внимание. Оно бывает не только навязчивым, но и агрессивным.

— У меня есть ты и служба охраны. Думаешь, я не знаю, что сверху, снизу, по бокам и даже напротив нас дежурят военные?

— Они живут там, — поправил её Кацу, — живут и присматривают за нами. Так положено.

А представитель совета меж тем продолжал разливаться соловьём о том, как будет хорошо госпоже Харадо, если она согласится переехать жить на Старк! Так-то воины Старка безусловно обеспечат охраной знатную госпожу и её соплеменников, но было бы намного лучше, если бы все они переселились туда, где умеют ценить своих героев!

Шайя похлопала в ладоши:

— Шах и мат! Теперь дело за теми, кто пытается остановить травлю на нас и выступить единым фронтом. Не ожидала от старковцев такого хода!

— Думаю, твоя защита — это побочный эффект, а так они действительно хотят заполучить тебя и алани к себе, — задумчиво произнёс Кацу. — Хотя не сомневаюсь в их искреннем возмущении, что у нас позволили осуществиться нападкам на женщину.

— Кацу, да зачем я им? Алани согласятся взять на обучение тех ребят, у которых будут обнаружены признаки спящего шаманского дара! Какая разница, где они будут учиться — здесь или на Старке?

— Не скажи. Здесь, по мнению совета, одарённые могут оказаться в заложниках. Ты на себе прочувствовала, что ни от чего нельзя зарекаться.

— А ты собственными глазами видел, что для алани нет преград, и если появится серьёзная угроза, то они отреагируют.

Имрус Харадо с довольным видом просматривал каналы один за другим и везде разворачивалось обсуждение выступления старковца.

Шайя и Кацу тоже прислушивались к тому, что говорили разные любители пообсуждать чужую жизнь, и наблюдали, как ситуация разворачивалась сначала в пользу Шайи, потом всё чаще стали вспоминать о предусмотрительности нового правительства, и уже к вечеру высветилась полная библиография обо всей семье Харадо.

Шайя даже поставила на запись, чтобы потом ещё раз посмотреть выданную для всех ранее секретную информацию, и не зря это сделала, так как до конца досмотреть ей не дали.

К ним пришли гости, много гостей и все с поздравлениями! Двоих она знала, это Ютака Тиба и Рико, а вот остальные… впрочем, все представились, осыпали её комплиментами, заставляя скрежетать Кацу зубами и обнимая, уводить в сторону. Но, похоже, друзья были удивлены его реакцией и начинали намеренно драконить всегда уравновешенного Харадо.

Все вместе быстро собрали угощения на стол, и Ютака предложил выпить памятный бокал с редким омолаживающим напитком, чтобы поставить точку на неприятностях.

— Я рад, что все закончилось, — торжественно провозгласил он, — впереди у нас много проблем, которые мы решим сообща, но я надеюсь, что такой гадости, какая у нас недавно происходила, больше никогда не будет!

Все пригубили инопланетный напиток, обменялись впечатлениями, шутили, ожидая внезапного омоложения. Потом поднялся симпатичный белоголовый мужчина, которого остальные гости называли законником и волнуясь, пожелал:

— Я не знаю, сколько мне ещё придётся возглавлять всю нашу шайку, но надеюсь, что до избрания настоящего лидера больше никаких сюрпризов не будет! Я привык, чтобы всё шло по плану, а тут сплошной экспромт, — пожаловался он под конец, почему-то глядя на Шайю.

Она, неожиданно для всех поднялась и, сочувственно посмотрев на него, ответила:

— Вынуждена огорчить вас, но дело в том, что к Алайе летят дипломаты Драко.

— Что?

— Драко?

— Что ящерам у нас понадобилось? — послышалась со всех сторон.

— Откуда такие сведения?!

Шайя постучала вилкой по бокалу, скрывая улыбку: члены правительства скорее напоминали шумных студентов, чем деятелей государственного масштаба.

— Сведения от моей подруги, которая ведёт торговые дела с этой расой. А что им понадобилось? Дело в том, что их народ не обладает никакими интересными способностями, но это их заветная мечта. И когда они узнали, что есть шанс научиться духовному пути, то решили воспользоваться им.

— Но при чем тут наша Алайя?

— Алайя ни при чем, а вот алани… — Шайя замолчала, давая осознать новость.

— Так они что, летят к алани учиться?

— Они летят к нам договариваться о том, чтобы алани стали наставниками юных ящеров. Старейшина должен будет отобрать из нескольких сотен тех, у кого есть шанс добиться успеха — и это станет прорывом для Драко.

— О, звёзды! Этого нам только не хватало. Знаете, как они следят за своим молодняком? Сами они пропагандируют довольно жёсткое воспитание, но если есть угроза со стороны…

— И что, их не останавливает то, что в человеческом секторе вроде как война? — спросил симпатичный министр культуры.

— Их ничто не остановит! Приведут свой флот и погрозят лапой, а мы все встанем по стойке смирно, — возмутился господин Рико, который слишком часто бросал на хозяйку заинтересованные взгляды и вздыхал.

— Простите, что перебиваю, — вступила Шайя, — но, как известно, у Драко матриархат, и я позволила себе немного подготовиться к их визиту. Да и подруга моя не промах, сразу же уточнила многие моменты. Дело в том, что ящеры, как и высшие расы, ратуют за мир во всём мире, но исконные традиции — это зуб за зуб, око за око.

— У них за зуб выбивают всю челюсть! — заметил Кацу.

— Вот, — поддержала его Шайя, — поэтому, они собираются проследить за безопасностью нашей части сектора в соответствии с нормами, принятыми в их секторе, но на наше право мести не претендуют.

— Звёзды, это же беспрецедентное предложение! Госпожа Харадо, кто ваша подруга? Чем она занимается? — вскочил финансист.

— Зарина продаёт ящерам шоколад, — сказала правду Шайя и поняла, что звучит это несолидно. — Они обожают его, — попробовала оправдаться, так как тишина за столом оказалась очень уж красноречивой.

— Шоколад? Подумать только, а мы ни разу не получили согласие на встречу с ними и не смогли подписать ни одного торгового договора, — изумлённо обронил Ютака.

Гости заговорили все разом, выплёскивая удивление и тут же объясняя причины прошлых неудач в установлении контакта с ящерами. Вдруг всё стало так очевидно, что оставалось удивляться, как же раньше не обратили внимание на то, что переговоры должны были вести женщины, что ящерам бессмысленно было предлагать собственные супер-разработки, так как ещё не доросли до их технологий, что даже сельскохозяйственные продукты их не интересовали, поскольку рядом с ними есть фермерские планеты, а вот диковинки… что-то самобытное, до этого не додумались.

Засидевшихся допоздна гостей Кацу выпроваживал пинками. Дед ещё пару часов назад прилёг в спальне внука переварить еду, да так и остался спать. А вот приятели… особенно Тиба и Рико уже напомнили Шайе о том, как они гостили у неё, и взяли слово, что она будет обращаться к ним по-простому. Ну, Тиба своего не упустит, и он уже попросил Шайю пристальнее уделить внимание парочке важных проектов.

— Я слышал, что вы работали над прогнозом для Ковалле? Вы же смогли докопаться до слабого звена?

— Да, но он…

— Я всё знаю, и мои ребятки точно так же разобьют весь проект на маленькие этапы. Прошу вас, спасительница, помогите!

— Шайя, ты не обязана. Ты моя сотрудница, — рычал Кацу, но разве можно отказать обаятельнейшему Ютаке?

— Кацу, это не займёт много времени, — улыбнулась она мужу, и он затих, но только до того момента, как её не попросил о том же Рико. И вот тут…

Шайя смеялась шуткам Ютаки, вела себя с ним легко и непринуждённо, а вот при Рико отступила, приняла более официальный вид и держала дистанцию. Она согласилась помочь и немного бесцеремонный Ютака хлопнул его по плечу:

— Наш Харадо везунчик, а ты ищи свою звёздочку!

Рико смущённо улыбнулся и попрощался. Шайя ему очень понравилась, но финансист прав: надо искать свою звёздочку!