Глава 18

– Мда, вот что бывает, когда приходится посылать за рубеж неподготовленные кадры, – подумал Нечаев, слушая подчиненного. Вслух же он сказал совсем другое.

– Товарищ лейтенант, фантазировать вы можете в беседе с любимой девушкой. А здесь попрошу придерживаться фактов и не строить гипотезы на недостоверных предположениях.

К сожалению, Лев Александрович хвалить вас не за что. Вам была поставлена четкая и ясная задача, оценить степень врастания Красовского в шведское общество, понять, не изменилось ли его отношение к стране, к родным. Вы же занялись второстепенными вопросами, наблюдением за членами делегации. Конечно, вас не освобождали от этого задания. Но никто не запрещал вам общаться с соотечественником, так, как делали все остальные, расспрашивали его о местных достопримечательностях, ходили с ним по магазинам. Что это за риски прямого контакта, о которых вы упомянули? Вам надо было просто поговорить с ним чисто по-человечески, неужели непонятно?

Короче, доложите, кто из старших офицеров проводил ваш инструктаж?

От этого вопроса сердце лейтенанта рухнуло в пятки.

– Так, это, – косноязычно от волнения начал он говорить. – Так это, со мной проводил инструктаж мой непосредственный командир, капитан…

– Понятно, какой капитан, – прервал его слова полковник. – Можете быть, свободны, товарищ лейтенант.

– Разрешите идти? – раскрасневшийся офицер поднялся с места.

– Идите, – махнул рукой Нечаев. Когда он остался в кабинете один, то достал из кармана пачку «Казбека» и задумчиво закурил длинную папиросу.

– В который раз убеждаюсь в том, что нельзя провинциалов допускать до серьезных операций, – подумал он. – Ну, сегодня, кто-то получит втык за все хорошее.

О том, что по приезду в Москву его тоже ждет втык, полковник старался не думать.

Конечно, поговорить с земляками было приятно, узнать кое-какие новости, из тех, что не напишут в газетах. Но все же, когда делегация помахала нам ручкой, я мысленно перекрестился. Наконец, можно будет заниматься своими делами.

Освободившись, первым делом пообщался с директором типографии, чтобы узнать на каком этапе находится мой заказ. Мастер Лукас, довольно скользкий тип, видимо уже ознакомился с набранным текстом. И тот явно ему понравился. Поэтому он начал меня убеждать в том, что если я передам права на свою книгу университету, то типография может пойти мне навстречу и принять уплаченный аванс в качестве полной оплаты.

Услышав такое предложение, я от души расхохотался. Неужели меня держат за последнего лоха, раз устраивают такое разводилово.

Лукас, услышав смех, сразу понял, что номер не прошел и потом грустно объяснял, что буквально через несколько дней весь тираж будет готов. Зато Вилма, присутствующая при этом разговоре, только хлопала ресницами, не понимая, как можно отказываться от такого выгодного предложения.

А в феврале случилось долгожданное событие, в миграционном управлении рассматривалась моя просьба о предоставлении права на постоянное место жительства. Спасибо тестю, с его помощью сбор документов для этой процедуры был намного проще. А характеристику, которую мне выдали в полицейском комиссариате, можно было бы вообще вешать на стенку как образец жизни ангела.

Наверно благодаря этому, в моем заграничном паспорте гражданина Советского Союза появился заветный штамп ПМЖ. Ну что же, еще пять лет прожить без проблем и можно будет претендовать на предоставление шведского гражданства.

Наверно я находился в некоторой эйфории по поводу этого знаменательного события, поэтому не в полной мере оценил звонок Магнуса, когда тот попросил приехать в ратушу, для важного разговора.

В кабинете мэра, когда я туда зашел сидел еще один посетитель. Багроволицый толстяк, как раз вытирал шею носовым платком.

– Знакомьтесь, – произнес Эрикссон, представляя нас друг другу. – Мой зять Алекс Красовски, а это мистер Йорген Даниелсен, наш датский инвестор.

Мы поздоровались, после чего я вопросительно глянул на тестя.

– У мистера Даниелсена имеется для тебя предложение от которого трудно отказаться, – сообщил тот.

– Внимательно слушаю, – ответил я, повернувшись к датчанину.

– Алекс, на меня произвел неплохое впечатление твой бизнес план, поэтому мы приняли его за основу при создании ресторана при туристическом кемпинге, – сообщил тот. – Строительство идет полным ходом и к весне будет завершено. Сразу после того, как я ознакомился с этим планом, у меня появилась мысль предложить тебе должность менеджера в этом заведении. Однако оставались большие сомнения, справишься ли ты с этой работой. Сейчас, после твоей успешной работы в кафе, таких сомнений не осталось.

– Прости Йорген, – перебил я толстяка. – Сразу скажу, что отказываюсь от твоего предложения. Сейчас я работаю на себя, объясни, в чем моя выгода становиться наемным работником?

– Ну, – замялся датчанин, – Мне кажется, что в моем заведении будет несколько другой уровень обслуживания, другие клиенты. И заработная плата будет соответствующая. Для молодого начинающего бизнесмена это будет хороший старт.

– Нет, – улыбнулся я. – такие условия меня не привлекают. Конечно, небольшое придорожное кафе и ресторан при туристическим кемпинге заметно отличаются в рейтинге, но там я хозяин, а здесь только служащий.

– Я же говорил, – сказал Эрикссон, когда Йорген разочарованно замолк. – Алекс не согласится.

Я кивнул и сочувственно глянул на датчанина. Его трудности для меня секрета не составляли. За прошедшие полгода я неплохо изучил сеть общепита Умео. Найти опытного управляющего в ресторан было практически невозможно. Если только искать человека, согласного на переезд из другого города. Но кто, работая, к примеру, в Мальмё, согласится за те же деньги переехать на север. О Стокгольме я уже не говорю.

– Алекс, подумай – обратился Магнус уже ко мне. – Проект Йоргена важен для города, может, ты предложишь свой вариант решения проблемы.

– Предложу, – ответил я. – Могу взять в долгосрочную аренду этот ресторан, при одном условии, что он будет оборудован по моим требованиям, и готов к работе. Персонал я буду набирать сам.

– Ну, ты наглец, парень, – засмеялся Йорген. – Неужели думаешь, я соглашусь с таким вариантом?

– Йорген, послушай, как я понимаю, большой прибыли ты от ресторана не ждешь. Если бы можно было без него обойтись, ты бы о нём даже не вспомнил. Основной доход будет идти от туризма, рыбалки, и прочих развлечений. По-моему, я предлагаю вполне реальный выход. Ты получаешь стабильно арендную плату, а моя фирма займется всем остальным.

К сожалению, взять в аренду голые стены я не могу. На данный момент у меня просто нет свободных оборотных средств, выплата ссуды и аренды муниципалитету забирает их большую часть.

– Что-то в этом есть, – поразмыслив, сообщил датчанин. – Надо подумать, посчитать.

– Думайте, господа, – сообщил я, вставая. – Когда надумаете, звоните, если будете согласны, встретимся у муниципального юриста, для составления проекта договора.

Думал датчанин недолго, прошло всего три дня с памятной беседы, как последовал его звонок.

Зато у юриста мы задержались не на один час.

Я не оставил без внимания ни один пункт договора, при этом на память цитируя положения законодательства. Когда дело шло к завершению переговоров, присутствующие на меня взирали с неподдельным уважением.

А я думал, что теперь придется покупать автомобиль. Без него пешком от кафе до ресторана, расположенного на другом конце города много не находишься.

– Ну что же такое событие стоит отметить, – сообщил повеселевший датчанин, – Алекс, может, в твое кафе заглянем? Посмотрим, как у тебя там все выглядит.

– Увы! – Я развел руками. – Лицензии на продажу спиртных напитков у меня не имеется, так, что выслушаем, что посоветует Магнус.

А Магнус посоветовал идти в ближайший бар, где наливают отличное темное пиво и другие спиртные напитки.

В баре, стилизованном под старину было темно. Играла музыка, шумела веселящаяся молодежь. Мэра заметили сразу и нашу кампанию провели в дальнюю часть зала, отделенную легкой перегородкой. Пять минут спустя у нас уже стояли кружки с пенящимся пивом. На большом блюде лежали креветки и соленое печенье. Но это было только начало.

– Эх, говорили мне умные люди не мешать пиво с водкой, – думал я, просыпаясь следующим утром. Голова трещала по-черному. Эмели, видя мое состояние, сама занялась завтраком, за которым посоветовала больше не пить алкоголь в компании с её папашей.

После кофе голова немного успокоилась, и я рассказал жене о том, что наша фирма не стоит на месте, а усиленно стремится к новым высотам.

Эмели, как студентка кафедры управления и менеджмента, прониклась и сказала, что я молодец. После чего отправилась на учебу, а я на работу.

Время шло незаметно. В конце марта я вместе комиссией из муниципалитета принимал, построенный кемпинг. Даниелсен постарался. Строения кемпинга занимали довольно большую территорию, использованную до последнего акра.

Я здесь был уже не в первый раз, и сейчас держа в руках список своих требований, сверял, все ли недостатки были устранены. Не найдя, к чему придраться, поставил свою подпись на передаточном акте и печально вздохнул. С завтрашнего дня придется работать в два раза больше, если не в три.

Первые дни оказались действительно тяжелыми. Хорошо, что в кафе персонал уже не нуждался в моем ежедневном присутствии. Так, что я мог отдать все внимание новому предприятию.

За книгами в типографию пришлось ехать вместе с тестем. Взяв две пачки завернутых в бумагу книжек, я осторожно открыл одну из них и достал верхний экземпляр. Небольшая книга в формате покетбук, откровенно не впечатляла. На титульном листе кроме названия никаких картинок, газетная бумага, в общем, ширпотреб.

Но для начала и мне и этого было достаточно. Подписав первый экземпляр, я подарил его тестю. После чего мы поехали ко мне домой.

– Раздам все книжки знакомым и родственникам, – думал я по дороге. – Вдруг, какая-нибудь попадет на глаза нужным людям. Бывают ведь и такие чудеса..

Интермедия 15

Весна 1974 года выдалась ранняя и сухая. Поэтому сегодняшним вечером на улицах Стокгольма было многолюдно.

Глава издательского концерна Бонниэрфюрлаген Ральф Нисконен, выйдя из здания издательства, с удовольствием потянулся, затем подошел к сверкающему роллс-ройсу, ожидающему его появления и, наклонившись к открытому окошку водителя, сказал:

– Нильс, можешь быть свободен, отгони машину, а я прогуляюсь пешком, погода хорошая, хочу зайти к дочери, по дороге куплю малышке Сигрид подарок.

Подтянутый шестидесятилетний швед с седыми висками, бодро шёл, направляясь к магазину игрушек.

Там он, на какое-то время завис у прилавка, пытаясь понять, что на этот раз стоит купить внучке.

Перебрав с десяток кукол, медведей и тигров, он выбрал огромного, мягкого белого медведя. Опытная продавщица моментально упаковала покупку, и Ральф направился к дому дочери.

– Папа, здравствуй, – воскликнула дочь, открыв дверь квартиры. – Ой, ты опять с подарком. – Добавила она тоном ниже.

Оглянувшись, прикрыла дверь в коридор и шепотом сообщила:

– Папа, ну, сколько можно, у тебя с возрастом какая-то тяга к гигантизму появилась. У Сигрид в игровой комнате уже некуда игрушки складывать, а ты все носишь и носишь.

– Ничего, думаю, и для этого медведя найдется место – спокойно ответил Нисконен и громко спросил. – А где же моя любимая девочка прячется? Иди сюда скорее, погляди, какого медведя я тебе купил.

Дочь устало вздохнула и отступила в сторону, пропуская гостя в коридор.

– Девочке двенадцать лет, с меня ростом вымахала, мальчиками уже интересуется, а дед ей все игрушки носит, – думала она, глядя на отца.

– Ну, и где Сигрид? – закрутил головой Нисконен, привыкший, что внучка при его появлении радостно бежит его встречать.

– Не дождавшись, внучки он решительно направился в её комнату.

Сигрид лежащая на диване и уставившаяся в какую-то книжку, даже не повернула головы в его сторону.

– Солнышко моё, что же ты меня не встречаешь? – спросил дед, распаковывая коробку с подарком.

– Дедушка, привет, – ответила внучка, не отрываясь от книжки, и равнодушно спросила. – Что ты мне сегодня подаришь?

– Я тебе купил большого белого медведя, – сообщил Нисконен, удивленный холодным приемом.

– Здорово! – пришла к жизни Сигрид и, вскочив с дивана, подошла к деду.

– Какой хороший медведь, спасибо дедушка, Теперь мне Агнесса будет завидовать. Я назову его Тордис, как в сказке про Ристена. – сообщила она, гладя игрушку. – Он будет стрелять фаерболами в ледяных великанов.

– В какой сказке? – поинтересовался Нисконен, поняв, что таких имен он не слышал, хотя по идее должен знать всех сказочных скандинавских героев.

– Дедушка! – с укоризной протянула внучка. – Ты, правда, не знаешь, кто такой Ристин и Тордис?

– Впервые слышу, – признался тот.

Сигрид, вернулась к дивану взяла книгу и протянула её деду.

– Держи, только осторожней, не порви, мне её всего на два дня Агнесс дала почитать.

Дед осторожно взял в руки затрепанную до дыр книжку и открыл первую страницу, посмотреть выходные данные.

– Понятно, – подумал он. – Типография университета Умео, пятьдесят экземпляров в гибкой обложке. Кто там автор? Хм, какой-то Алекс Красовски, никогда не слышал, поляк что-ли?

– Интересней, чем про Карлсона? – улыбаясь, спросил он.

Сигрид пренебрежительно махнула рукой.

– Дедушка, ну что ты говоришь! Карлссон это же для малышни, у нас в классе, никто уже его не читает. А на эту книгу о Ристине – мальчике сааме волшебнике из Кируны у нас целая очередь. Мама Агнессы её недавно привезла из Умео, так у нас девочки чуть не подрались, пока очередь устанавливали.

– Однако, – мысленно воскликнул Нисконен. Он вдруг своим безошибочным чутьем издателя ощутил запах больших денег.

– Милая, ты разрешишь мне немного почитать эту книгу? – заискивающе попросил он.

Девочка надула губы.

– Дедушка, как ты не понимаешь? У нас очередь! Мне завтра надо уже отдать её обратно, а я еще до середины не дочитала.

– Сигрид, давай ты немного поиграешь с Тордисом, а я в это время почитаю твою книгу. И на ужин у вас останусь.

Девочка недовольно кивнула.

– Ладно, дедушка, читай, только после ужина ты мне её вернешь.

Нисконен уселся в кресло и приступил к чтению.

Час спустя в детскую комнату зашла его дочь и остановилась в удивлении. На кровати в обнимку с белым медведем тихо посапывала Сигрид. А отец, сидя в кресле у окна, что-то читал.

– Папа, ты останешься ужинать? – спросила она.

– Тише, не разбуди внучку, – прошипел Нисконен. – Разве не видишь, что я читаю. Осталось немного. Дочитаю и сам Сигрид разбужу.

Через два часа он быстрым шагом шел домой и мысленно уже отправлял агента в северный город, чтобы заключить соглашение об издании книги с неизвестным ему пока поляком или немцем Алексом Красовски.

– Только бы не пронюхали конкуренты, – в который раз подумал он. – Этого автора нельзя упускать.

На следующий день в кабинете главы навытяжку стоял его лучший литературный агент Эрик Стромбёрг.

За глаза его иногда называли Оле Лукойе, потому, что он не хуже сказочного персонажа ухитрялся затуманивать мозги авторов так, что те без звука подписывали контракты на не особо выгодных для них условиях.

– Эрик, – напутствовал его Нисконен. – Нам нужен договор с этим Красовски. Без него можешь не возвращаться. Вполне возможно, что там будут присутствовать агенты других издательств. Так, что вся надежда на тебя.

– Я не подведу, Ральф, – уверенно заявил Эрик, высокий блондин чем-то смахивающий на Клинта Иствуда. – Без контракта не приеду.