Пролог

Пролог

Если бы мне кто-нибудь сказал год назад, что я буду стоять посреди ночи на пустой кухне самого претенциозного ресторана Екатеринбурга, сжимая в потной ладони шоколадный фондан, и смотреть в глаза мужчине, который сожрал мой десерт вместе с моим душевным спокойствием — я бы рассмеялась этому человеку в лицо.

А потом послала бы его куда подальше.

Но вот я здесь.

В красной помаде, которая уже наполовину стёрлась о его губы. В фартуке в горошек, который он назвал «клоунским». В теле, которое я ненавидела последние десять лет, а он сегодня ночью целовал так, будто это единственное тело на земле, которое имеет значение.

Дмитрий Гордеев стоит напротив, прислонившись к стеллажу с мукой. Его белый китель расстёгнут, под ним — чёрная футболка, прилипшая к груди. Волосы взлохмачены. На губах — остатки моего фондана.

И он смотрит на меня так, что у меня подкашиваются колени.

— Иди сюда, Пирогова, — голос у него низкий, хриплый, как будто он только что проснулся или только что кончил.

— Иди ты, Гордеев, — отвечаю я, но ноги сами делают шаг вперёд.

Потому что я влипла.

По самые уши.

И это только начало.