Глава 11

Райдер угрюмо кивнул, но продолжил пожирать меня взглядом. Я кое-как отряхнула одежду, стараясь не смотреть на него. Прижала к трещине на губе тыльную сторону ладони, поморщилась.

— Я провожу тебя в общежитие, — бросил генерал.

— Сама справлюсь!

Уголок его губ дернулся в холодной усмешке, а я подумала, что с тех пор, как я видела ямочку на его щеке, миновало сто лет. Ладно, не столетие, почти три года, но казалось, что прошли века.

— Ты не поняла, — сухо сказал он. — Это не охрана, а конвой.

— А, вот оно что, как я сразу не догадалась!

Что же, мой сарказм возвращался, значит, все не так плохо!

Мы пошли рядом. Я старалась не показывать слабости, но ползла как черепаха в обмороке, как сказала бы моя Мелли. Райдер не торопил, приноравливался к моему шагу. Ну, собственно, какие у него еще были варианты? Тащить меня на плече?

— Я не стану благодарить, — глухо произнесла я, решив сразу поставить точку в этом вопросе.

Он всего лишь исправлял собственные косяки, раз не сумел сразу доходчиво объяснить деревенским воякам, что девушек трогать нельзя.

— Поблагодари ярлу Крейн, — невозмутимо ответил Райдер. — Если бы она не предупредила меня по дороге в главный корпус…

Элейн? Элейн спасла мою честь и, возможно, жизнь! Глаза защипало от благодарности подруге. Некоторое время мы молча шагали мимо небольших групп ополченцев, провожающих нас с генералом ошарашенными взглядами.

Я не знаю, что меня дернуло за язык и заставило произнести следующую фразу. Я ведь понимала, что ничего изменить невозможно, слишком поздно. Но я не попыталась остановить отца, когда он окончательно потерял связь с реальностью и придумал Жатву. Я закрыла глаза и сделала вид, что ничего не происходит, продолжала учиться и радоваться жизни, когда гибли те несчастные, и теперь эта мысль мучила меня. Мои друзья погибнут… из-за меня.

— Останови это, — прошептала я, впрочем, без всякой надежды.

Райдер смотрел прямо перед собой и не сбился с шага.

— Каждый из нас сделал свой выбор, — ответил он.

Я хватанула ртом воздух, злость всколыхнулась во мне, эмоции вышли из берегов.

— Почему ты такой непримиримый? Такой жестокий? Такой… — вырвалось против воли.

Я не ожидала ответа, но Корвин чуть повернул голову и сказал:

— Будь я другим человеком, я бы не выиграл ни одной битвы.

Вот так просто. И ясно. Он принял решение и не отступит.

— Месть еще никому не приносила облегчения, — негромко произнесла я.

Теперь Райдер повернулся всем корпусом и опалял меня чернющим взглядом. Взбешенным. Он еле сдерживал ярость. Чем я так его рассердила?

— Значит, тебе месть облегчения не принесла? — спросил он.

Как у него получилось произнести это одновременно язвительно, зло и с тщательно скрываемой горечью? Я не сразу поняла, о чем он говорит. События месячной давности поблекли и отошли на второй план, потеряли важность. Но, видимо, не для Райдера. Он думает, что я поставила его на колени, чтобы отомстить, отыгралась по полной за то, что три года назад он меня отверг.

— Я… — выдохнула я, но тут же рассмеялась, хотя сердце разрывалось на части от боли.

Корвин — боевой генерал, военный до мозга костей, в отношении чувств был прямой как палка. Он принял мою игру за чистую монету. Поверил, как и все вокруг поверили.

— Ты прав, — сказала я весело, а внутри клокотало бешенство, наверное, поэтому и нашлись силы добить мерзавца. — Каким жалким ты выглядел посреди хохочущей толпы! Просто миг триумфа для меня! Даже умирая, буду вспоминать и радоваться!

«Идиот проклятый!»

Райдер стиснул кулаки, сжал челюсти, распрямил плечи, хотя и так казалось, что более прямой затянутой в черный китель спины просто не существует. Он больше не смотрел на меня и до самого жилого корпуса не проронил ни слова, но я краем глаза замечала, как ходят желваки на его скулах. Райдер все силы бросил на то, чтобы ничем не выдать бушующего урагана чувств.

Мы миновали охранников на входе в общежитие, они переглянулись за нашими спинами. На каждом этаже тоже дежурили ополченцы. Райдер довел меня до второго этажа и, не тратя лишних слов, кивком приказал мне идти к себе.

Я успела сделать несколько шагов, когда дверь в комнату Таисии приоткрылась и подруга кинулась мне на шею. Видимо, она ждала моего возвращения, подглядывала в щелочку, прислушивалась.

— Арин, Арин, — повторяла она.

Тис отстранилась, погладила меня по щеке, окинула взглядом порванную рубашку, выбившиеся из тугих кос пряди, разбитую губу, вскрикнула.

— Все хорошо, — поторопилась я ее успокоить. — Он не успел!

Открылась дверь в спальню Элейн, а следом в комнаты парней, они все бежали ко мне. Все меня ждали!

— Арин! — Эрик взял меня за плечи и посмотрел с отчаянием. — Я убью эту тварь. Я порву его в клочки голыми руками.

— Он не успел… — повторила я и разревелась, как маленькая.

Сильные руки Эрика подхватили меня, легко, как щепочку, отрывая от пола. Он прижал меня к груди.

— Я отнесу тебя.

— Эй, а ну разойтись! Быстро! — гаркнул охранник.

Из-за плеча Эрика я увидела, как он поднимает ружье с широким раструбом: такие ружья работали на магических зарядах, и сгусток магии пробивал навылет. И еще я увидела, что Райдер не ушел, стоял в арочном проеме и пронзал огненным взглядом беззащитную спину Эрика. На миг я испугалась, что он размажет его по полу, как давеча размазал Жека, а потом прикажет казнить. Просто потому, что может… Я вцепилась в шею Эрика, и мой взгляд умолял: «Нет, нет, нет!»

— Дайте им десять минут, — холодно приказал Райдер.

Он резко развернулся, и его темный силуэт слился с тенями неосвещенного лестничного проема.

Эрик принес меня в комнату, а потом мы не сговариваясь расселись на ковре, как делали много раз, тайком собираясь в спальне: ели, болтали, смеялись, строили планы на будущее.

Друзья молчали, не зная, какие слова подобрать для утешения. Вейн молча вытащил из кармана помятую конфету в потрепанном фантике и протянул мне. Они не на шутку за меня перепугались. Надо как-то их подбодрить и показать, что все в порядке.

— Лейн, спасибо, — улыбнулась я подруге, которая взирала на меня, закусив губу. — Это ведь ты предупредила генерала?

— К счастью, мы встретили его по дороге. Он шел с адъютантами… Так они называются, кажется?

— Встретили — это небольшое преувеличение, — робко поправила Таисия. — Они далеко шли, но наша Лейн как принялась кричать и махать руками! Этот долговязый шипел, чтобы она заткнулась, но Райдер все равно заметил и подошел.

— А когда узнал, что происходит, побежал… — добавила Элейн.

— Побежал? — Я не поверила собственным ушам.

Скажи мне Лейн, что завтра небо упадет на землю, а петухи начнут нести яйца, я бы и то изумилась меньше. Впрочем, я зря удивляюсь: дисциплина в армии важнее всего, иначе все рассыплется. Райдер никому не позволит ослушаться приказов.

Майлз, однако, смотрел подозрительно.

— Что у тебя с Райдером, Рин? Вас что-то связывает?

— Связывает, — усмехнулась я, призывая на помощь сарказм: он всегда выручал меня в трудные моменты. — Необычайно сильное чувство. Яростная и ничем не замутненная ненависть. Райдеру будет неинтересно, если я быстро помру.

— Умру, — автоматически поправила меня Лейн и тут же побледнела. — Творец Миров, что ты несешь, Арин! Хотя, знаешь, я даже рада этим твоим нелепым словечкам! Кто же поверит, что ты наследная принцесса!

Последние слова она произнесла шепотом, едва слышно. И хорошо, что осторожничала, потому что в следующий миг дверь распахнулась и охранник, направив на нас ружье, рявкнул:

— Десять минут истекли! Всем разойтись по комнатам!

— Увидимся за завтраком. — Я напомнила, что мы расстаемся ненадолго, и друзья, покивав, поднялись на ноги.

Эрик наклонился и мягко провел костяшками пальцев по моей ноющей после оплеухи щеке.

— Синяк будет, — тихо сказал он. — Ты только не переживай, а то ведь я знаю, как девчонки к этому относятся.

«О, Эрик, девчонки меньше всего думают о синяках, когда пытаются выжить…»

— Ты все равно красивая. Самая красивая, Арин.