Глава 23

Показать свое геройство у Вэл не получилось. Впрочем, это не особо расстраивало. Скорее наоборот.

Она прекрасно понимала, что в поединке с самым слабым противником, будь тот в шерсти и с клыками, у нее было бы ничтожно мало шансов на победу.

Вернее, их бы не было вообще.

Затухающий костер дымился, забытый в пылу драки. Вэл с грустью увидела разбросанные вокруг вещи дозорных. У ее ног валялись коричневые штаны Зеффа, испачканные подошвами кинутых сверху сапог, а немного дальше – светлая куртка Рама, удивительным образом сложенная будто для уборки в шкаф.

Нехитрые припасы, которые мужчины собрали в поход, невероятно, но уцелели, и Вэл с зародившимся внутри удовлетворением отметила, что свежая свинина сейчас пришлась бы как нельзя кстати.

Смешно, но Вэл вполне могла думать о еде. Желудок, как будто отзываясь на мимолетные мысли, недовольно заурчал.

«Война войной, а обед по расписанию», – хмыкнула Вэл и направилась к костру.

– Жива-здорова и сбоку бантик? – громыхнул Зефф, оборачиваясь.

– Ага, – кивнула Вэл, наклоняясь и кидая бородачу видавшее виды нижнее белье.

«Надо заставить его купить новое», – с необъяснимой теплотой подумала она и тут же чуть не рассмеялась своим мыслям.

Докатились. Материнская забота, что ли, просыпается?

– Где они? – поинтересовалась Вэл, смотря за спину Зеффа. Странно было глядеть на голых мужчин, сгрудившихся вокруг чего-то массивного и темного, грудой лежащего на земле.

Вэл видела мускулистые шеи и крепкие бледные задницы, невольно задумываясь над тем, как сильно она сама отличается от этих идеально скроенных зверолюдей.

Вэл тоскливо вздохнула и повернулась к одевающемуся Зеффу. Тот поймал вопросительный взгляд и произнес, натягивая на мощную грудь рубаху:

– Да как обычно, потрепали их немножко по загривкам, они и побежали как на пожар.

– Это что, нормально – так нападать посреди бела дня?

– У Амии давно крышу сорвало, когда еще Раза ее бросил. Обиженная баба – это зло, запомни! И сама такой не будь. – Зефф подмигнул Вэл и кивком головы указал на дозорных. – А он-то хорош, каждый раз позволяет ей себя ранить.

– Он? – угрюмо спросила Вэл, поворачиваясь к голым мужчинам. Не хотелось признаваться, но сама давно уже догадалась, в чем там суть.

Она своими глазами видела, как темноволосая женщина, превратившись в зверя, оставила на плече Раза серьезную рану.

Вэл поморщилась, искренне не желая смотреть на эту картину. Она не боялась вида крови, в свою бытность не раз и не два зашивая на самой себе рваные края ран кривой портняжьей иглой, но вот странное дело – подойти и увидеть вблизи черного зверя желания не возникало.

– И почему он ей это позволяет? – оттягивая неизбежное, спросила Вэл, с неохотой наблюдая, как Кара присел на корточки, открыл очередную металлическую флягу и щедро плеснул на ярко-алую рану. Мелькнули белые клыки, и тихий рык донесся до ушей.

Вэл отвернулась, чувствуя неприятное жжение в животе.

– Сестра же, – пожал плечами Зефф, продевая руки в рукава своей куртки. – Да и девка красивая, хоть в голове у нее полный бардак. Надо же так, пятерых мужиков ей мало. Чего удумала, а!

– Ясно, – пробормотала Вэл, думая лишь о том, что следует подойти к черному зверю и наконец взглянуть в его нечеловеческие глаза.

Просто нужно, и все.

Если она хотела и дальше пользоваться расположением командира отряда, то стоять в стороне, когда этот самый командир ранен, было не лучшим решением.

Вэл тяжело выдохнула и направилась в сторону лежащего на земле зверя. Она не волновалась за Раза, не тревожилась из-за его раны. Она вообще не воспринимала черного пса как Раза.

Это был кто-то другой, о ком вообще не следовало думать, но в силу сложившихся обстоятельств приходилось.

Кену отошел в сторону, пропуская Вэл. Рам и Кара молча поднялись с земли и отступили назад, оставляя Вэл в компании лежащего на брюхе баргеста и его Второй, низко склонившейся и поглаживающей зверя по покатой собачьей голове.

Вэл остановилась, с высоты своего роста разглядывая растянувшееся на траве существо.

Это не мог быть Раза, ну никак не мог. Она смотрела и не понимала, что видит.

Крупное поджарое тело; под черной шкурой угадывались мощные мускулы. Длинные вытянутые конечности больше звериные, чем человеческие, но пальцы на передних лапах были вовсе не собачьи, пусть и покрытые короткой шерстью.

Вэл сглотнула неприятный комок, возникший в горле, понимая, что в звере куда как больше человеческого, чем могло показаться с первого взгляда.

Мерзкая, неугодная сознанию человека картина. Существо, которое не должно существовать на этом свете.

Чувствуя отвращение, смешанное с истинно первобытным страхом, Вэл перевела взгляд на плечо зверя, глядя, как алая кровь стекает из широкой рваной раны, впитываясь в черную шерсть.

Грудная клетка зверя тяжело вздымалась. Рана не была серьезной или глубокой, но боли она, видимо, причиняла немало. Баргест лежал, прикрыв глаза и положив голову на вытянутые передние лапы.

Вэл, наблюдая за ним, никак не могла заставить себя произнести хоть слово.

– Так и будешь стоять, рассматривать его, как диковинку на рынке? – грубо спросила Дэни. Обнаженная, с золотыми волосами, волной спускающимися по узкой спине, она была почти идеальна.

Вэл почувствовала раздражение, молнией возвращаясь к окружающей реальности.

Этот черный зверь – это Раза, как бы ей ни хотелось, чтобы это было иначе. А значит, нужно взять себя в руки и изобразить хорошую мину при плохой игре.

– Шла бы ты одеваться, – сухо произнесла Вэл, присаживаясь на корточки рядом с головой черного пса. Краем глаза она увидела, как поменялось лицо Дэни, не сумевшей скрыть мгновенную ярость.

– Ты забываешься, человечек, – последовал холодный ответ. – Не возомнила ли ты о себе лишнего?

– Хочешь проверить? – осведомилась Вэл, протягивая руку. Ладонь коснулась внезапно оказавшейся мягкой на ощупь шерсти и осторожно погладила зверя между прижатых треугольных ушей.

Дэни прищурилась, выпрямляясь и поднимаясь на ноги. Вэл чувствовала ее за своей спиной, напряженно ожидая какой-либо неприятности, но девушка лишь молча развернулась, отправляясь за своей одеждой.

Зверь медленно приподнял мохнатую голову.

Вэл сглотнула, заставляя себя посмотреть в такие знакомые глаза Раза. Ей показалось или зверь будто смеялся?

Белозубая пасть открылась, и Вэл тут же дернулась, перемещая ладонь на вытянутую морду.

– Тихо, пожалуйста, – спешно произнесла она. – У меня мурашки по коже от одной мысли, что ты можешь говорить в таком… виде.

Черные глаза удивленно округлились, а затем, поднимая тяжелое тело, баргест сел перед Вэл словно огромный пес.

Она задержала дыхание, понимая, что голова зверя куда крупнее ее головы, а белые зубы в ужасающей близости от лица. Предупреждения Янисы всплыли из глубин сознания.

Вэл нервно облизнула пересохшие губы.

«Молчи, – приказала она себе. – Зачем ты провоцируешь его при всей стае? Глупцы погибают первыми, а смелые глупцы еще и быстрее остальных».

Черная морда придвинулась ближе. Вэл тут же зажмурилась, испуганно шарахаясь в сторону. И неуклюже упала на пятую точку, упираясь выпрямленными в локтях руками о траву.

Горячий и мягкий язык скользнул по щеке, слизывая пот и грязь, и Вэл изумленно распахнула веки. Озорные темные глаза смотрели на нее с улыбающейся собачьей морды.

– Ра, – сказала Вэл, протягивая руку и касаясь мокрого кожаного носа. Зверь смешно фыркнул и тряхнул головой.

– Командир, тебе лежать надо, пока кровь не остановится, – назидательно произнес подошедший Кара, уже облаченный в одежду. – Наиграешься еще с девчонкой. Амия-то чуть кусок мяса не выдрала, а ты все скачешь!

Зверь очень по-человечески закатил глаза к небу и устало плюхнулся брюхом на траву, положив голову к ногам Вэл. Она нервно хохотнула, когда большая человекоподобная лапа по-хозяйски легла на ее бедро. Черный нос поднырнул под колено, и девушка, испытывая щекотку, дернулась в сторону. Зверь не пустил ее, сжимая лапой. Вэл не сумела сдержать улыбку, наблюдая, как длинный хвост застучал по траве.

– Бесполезно говорить, да? – вздохнул Кара, недовольно покачивая головой.

Вэл подняла голову и, стараясь, чтобы голос звучал серьезно, произнесла:

– Он сейчас успокоится, я обещаю.

– Уж постарайся, девочка, – отозвался Кара. – Пока рана не подзатянется, ему нельзя принимать свой облик.

Вэл опустила глаза, дотронулась ладонью до мохнатого уха, нежно поглаживая мягкую шерсть, и тихо проговорила, наклоняясь к крупной голове:

– Ты слышал. Мы же не хотим навлечь на себя гнев Кара, правда? Так что полежи смирно, хорошо?

Зверь положил длинную морду на колени Вэл, удивляя тяжестью. Она, старательно пытаясь спрятать непрошеную улыбку, увидела, как заелозил по траве мохнатый зад, раскачиваясь от быстрых движений шерстяного хвоста.

Вэл поняла, что сдалась. Окончательно и бесповоротно. Она не могла больше бояться черного пса. Она не могла испытывать к нему тошнотворные, низменные чувства. Вся неприязнь испарилась. Исчезла, будто ее никогда и не было. Вэл прекрасно понимала, что виной тому сам Раза, который, казалось, полностью перевоплотился в обыкновенного и добродушного, разве что слишком крупного домашнего пса.

Вэл, искоса посматривая в черные блестящие глаза, задумалась, знал ли Раза, насколько сильно он был неприятен ей всего лишь пару часов назад?

Конечно, знал.

Вэл облизала жирные от мясного сока пальцы и потянулась за очередным куском поджаренной на костре свинины. Рам протянул полное блюдо, Вэл поблагодарила его, забирая приглянувшийся кусок. Она сидела на бревне, притащенном к костру, и вот уже минут двадцать слушала веселую пьяную перепалку дозорных. Они забыли о недавнем происшествии как о чем-то незначительном, и Вэл постаралась сделать то же самое.

Мясо было потрясающее, и изголодавшаяся девушка жадно продолжила трапезу.

Тихий ноющий скулеж заставил Вэл замереть с открытым ртом, не успев поднести к нему истекающий жиром кусок.

Огромный черный пес сидел рядом, нетерпеливо переступая с лапы на лапу, и заглядывал в лицо Вэл таким взглядом, словно последний раз ел пару лет назад. Хвост вильнул из стороны в сторону, и она не сумела сдержать смех.

– Ты издеваешься, да? – Вэл протянула зверю мясо, и тот аккуратно взял его острыми зубами, запрокинул голову и принялся старательно пережевывать крупный кусок.

Вэл с улыбкой наблюдала за ним, отмечая, что кровотечение полностью прекратилось.

Зверь прикончил мясо и облизнул длинным языком мохнатую морду.

– Ну, хватит тебе, ты же уже ел, – проворчала Вэл, когда баргест положил тяжелую голову на ее колено и тихо заскулил. – Можешь не изображать песика и просто попросить.

Зверь поднял голову и совершенно человеческим жестом приложил к пасти указательный палец. Глаза его смеялись.

Вэл не сдержалась, протягивая руку и дотрагиваясь до покатого лба.

– Ты не будешь говорить, потому что я тебя попросила, да? – усмехнулась она.

Баргест согласно кивнул, облизывая ее пальцы.

Нет, Вэл больше не видела в Раза ужасное чудовище с окровавленной пастью, не видела страшного монстра из древних легенд.

Вэл боялась признаться себе, но ей даже нравился этот виляющий хвостом огромный пес.

«Раза, как ты умен, – пронеслось в голове Вэл. – Ты же переворачиваешь весь мой мир».

– Эй, командир, не боишься, что девчонка на тебя ошейник наденет? – опуская фляжку и вытирая мокрые губы, сипло спросил Кара.

Вэл поморщилась, поворачиваясь к бритоголовому.

Как же, не мог промолчать. Даже Дэни больше не произнесла ни слова, устроившись в стороне и краем глаза поглядывая на ластящегося к Вэл зверя, но Кара был, как всегда, в своем репертуаре.

Черный зверь медленно повернул к бритоголовому тяжелую голову и долгим немигающим взглядом посмотрел на него. Дозорные притихли, старательно делая вид, что заняты поглощением мяса.

А затем баргест придвинулся к Вэл и ткнулся мокрым носом ей в шею.

Она неуверенно улыбнулась, обняла руками мохнатую голову и тихо шепнула в мягкое треугольное ухо:

– Хороший мальчик, Раза, хороший.

Зверь глубоко вздохнул, выпуская горячий воздух в ключицы девушки.

Вэл молча вжалась лицом в пахнущий шерстью черный загривок.