Глава 25. О разговоре с Холмом и мелочах, которые умеют делать Тени

- Д-да? – я отвлеклась от созерцания эмоциональных лент на уходящем леопарде и ощутила, как тяжелым весом падает на плечи усталость. Работать пришлось на дикой скорости, на грани, слишком торопливо. При этом ни в коем случае нельзя было допустить новых ошибок. В результате на последних минутах я просто отключилась от внешнего мира. Слышала отдаленно, что Вито что-то рассказывает, но не совсем понимала, что именно.

Полностью сосредоточившись на ювелирно-тонких касаниях и перевязках, я убирала целые связки противоречивых чувств, в которых Вито путался словно большая рыба в рыбацкой сети. Он метался от одного переживания к другому, но возникающие сомнения вели к новым, еще более закрученным сбоям.

Странно. Почему те, кто еще в Секторе обнаружил вмешательство, не исправили его? Почему оставили оборотня без помощи и лечения?

- Ева? – бархатный голос Тайрена вывел меня из задумчивости. – С тобой все хорошо?

- Теперь да, - выдохнула я, прикрывая глаза и пытаясь расслабить плечи. – А куда пошел Вито?

- В мои покои во дворце. Думаю, вам некоторое время не стоит видеться.

- Я должна встретиться с ним сегодня еще раз, хотя бы вечером!

Резко распахнув глаза, я внезапно обнаружила Фаворру прямо перед собой. Он изучал мое лицо с непонятной напряженностью, стрельчатые шелковые брови едва заметно пошли на сближение, насколько это возможно для высшего лорда изображая нахмуренность.  

- Невозможно. Он важный свидетель, после… общения с которым исчезла королева Изумруда. Тебе не стоит появляться рядом с ним, поверь.

- Как это возможно? Холм же чувствует своих обитателей, ты мне сам это рассказывал!

- Но разговаривать с ним могут не все, - Десятый подвинул со лба выбившуюся прядку, но руку не убрал, а продолжил вести пальцем по виску. Поглаживая мгновенно ставшую чувствительной кожу. – Прямые вопросы могут задавать только члены королевской семьи и то не всегда получать ответы.

Надо же. А я-то была уверена, что с окружающей меня сказкой можно общаться. Даже с дверью библиотеки торговалась, обещала ее порадовать, несла какую-то чушь в надежде пройти и ведь добилась своего.

- Так ты и есть выходец венценосного семейства, - ласкающий меня палец мешал сосредоточиться, по шее побежали мурашки. Немудреная нежность почему-то напомнила мне прежнего Диего, на мгновение захотелось крепко зажмуриться и представить, что все по-старому. Он не может нормально дышать рядом со мной, а я теряюсь и таю от восторга. – Попробуй поговорить с Изумрудом!

Мы стояли совсем одни на разоренной поляне с опустевшими столиками, брошенными стульями, аркой, цветы на которой увядали с каждой минутой все сильнее. Ушли не только гости, вместе с ними куда-то успели исчезнуть и маленькие фейри.  

Фаворра наклонился и фруктовое дыхание переплелось с танцующим вокруг него флером.

- Интересная идея. И мне нравится твоя вера в меня… пусть и замешанная на присущем вам, людям, авантюризме. Но почему бы и не попробовать. Хочешь мне помочь, Ева?

- А ты можешь не влиять на меня флером?

Вопрос вырвался внезапно, я сама не ожидала, что спрошу. Мне захотелось вдруг простоты, открытости. Без всех этих обвораживающих штучек и магического воздействия.

- Вообще без флера? - немного помедлив, переспросил Фаворра. - Это твое условие?

Кажется, я его порядком озадачила. Личная аура воспринимается сидхэ как дыхание и по мнению лорда он и так вел себя наиболее джентльменским образом, сдерживая ее до легчайшего намека. 

Я вздохнула.

- Нет никаких условий. Мы же близкие друзья, и я приду на помощь без всяких условий в любом случае, даже если ты будешь фонить флером как лепрекон перегаром. Но концентрироваться мне будет сложнее, а хотелось бы действительно поддержать тебя. Насколько смогу.

Некоторое время он молчал, сияя темной зеленью глаз. Искры стекали по длинным ресницам, падая на щеки и растворяясь на глади бледной кожи. Он что... прямо сейчас использует магию? Проверяет меня на искренность? 

Я сразу вспомнила первый день нашего знакомства и душевые, где Фаворра точно так же оценивал мои слова. Как был недоверчивым, все проверяющим засранцем, так и остался, не смотря на то, что потерял добрую часть памяти и тигриные инстинкты.

- Такая необычная, когда о чем-то задумываешься и улыбаешься, - вдруг уронил лорд, продолжая рассматривать меня с какой-то  предвкушающей жадностью. - Я согласен. Разверну флер в другую сторону, насколько смогу, но если придется спасать жизнь или защищать свою честь в ответ на вызов...

- Конечно, только сейчас. Я и не думала просить большего. Просто не люблю флер, он мне мешает, - я почему-то снова смутилась. Я никак не могла выработать комфортную линию поведения, словно мы недавно знакомы, - Когда попробуешь поговорить с Холмом?

- Да хоть сейчас. Прямо здесь. Твоя задача - усилить мои эмоции.

В каком смысле? Не то, чтобы я не ждала попытки общения в ближайшем будущем, но почему-то мне представлялось некое "особое" место и дополнительная подготовка. Предметы какие-нибудь для связи, зал с троном или... не знаю что, но не здесь же!

Фаворра развернулся спиной и положил руку на зеленую ограду, от которой мы так и не отошли.

- Изумруд... Мой Изумруд... - листья задрожали, затрепетали волной. Я ожидала чего угодно, но не того, что он начнет выпевать каждую фразу, - Слышишь ли меня, дом наших душ? Видишь ли меня, кров наших жизней? 

В моих руках все еще медленно истлевали смешенные метания, снятые с Вито. Но... не такой поддержки, скорее всего, ждет от меня Десятый. Встряхнув ладони, сбросив чужие страхи, я что есть сил всмотрелась в бледное облако окружающих его чувств. Что тут у нас... Недоверие. Тоска. Слабая надежда. И чистое, ясное восхищение. 

Последнее - отлично! И как же красиво выглядит.

Ленты лорда не сразу поддались моим осторожным касаниям. Слишком короткие, такие отрывистые. И... шероховатые. Совсем не похожие на гибкие человеческие или крепкие, широкие, мощные переживания оборотней.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Отодвинула недоверие и тоску. Усилила узелками надежду. И раскинула солнечными лучами его эмоции восторга, встряхивая и добавляя к ним свою тесьму - тоненькую и хрупкую, но несравнимо яркую. Из воспоминаний моего приезда в Холм. Восторг от оглушающей красоты горделиво цветущих садов, от устремленных ввысь белокаменных зданий, от снующих вокруг ярких, совершенно невероятных волшебных созданий.

Упругими, ожившими нитями наши чувства разлетелись в стороны и - скрепили зеленую ширму с неподвижно стоящим Десятым. Сидхэ продолжал напевать, уже без слов. Мелодия взлетала чарующими нотами, кружилась вокруг и в какой-то момент мне показалось, что я и себя нечаянно привязываю к этому странному миру фейри.

- Слышу и вижу, - вдруг раздался тихий, почти неуловимый голос, собранный из шелеста ветра и трелей птиц.

Я вздрогнула, поймав себя на том, что с неверием оглядываюсь. Вне зависимости от волшебства, происходящего вокруг, в глубине души у меня оставались сомнения в реальной разумности Холма.  Живые растения? Или птицы? Ну странно же.

И хотя я сама предлагала Диего пообщаться с Холмом, мне казалось, что в лучшем случае он задаст свои вопросы и получит от окружающей атмосферы некую ментальную подсказку, вероятность, что тот или иной ответ более верный. Но чтобы вот так, с разумной речью...

- Приветствую тебя, мой Изумруд, - с неожиданной нежностью произнес Фаворра. Его волосы взлетели, словно обласканные невидимой рукой. И я увидела острые кончики сидхэ-ушей. Как?!

Он их срезал чуть ли не в детском возрасте, я лично видела грубые тяжи шрамов. И они не заживали, несмотря на хваленую регенерацию оборотней. Неужели излечение, о котором мне рассказывали, восстановило не только практически потерянную руку?

- Дитя мое вернулось, - прошелестел мягкий голос, - сильное, смелое, прекрасное мое творение. Я чувствую как твоя энергия питает меня. А чем я могу поддержать тебя?

- Счастлив, - склонил голову Десятый. Нити, соединяющие его с зеленой изгородью засияли и разлетелись в стороны. Они словно растворялись, вшивались в мир, превращаясь в естественную неотъемлемую его часть. Изумруд принял лорда. - Помоги мне найти леди Цэсею, она исчезла, даже слуа не может ее найти. Жива ли она?

В воздух взлетели сорванные ветром поникшие листочки. Сильно запахло срезанной зеленью.

Некоторое время Холм молчал. А затем прошептал так тихо, что я не сразу разобрала слова.

- Моя девочка исчезла... разорвалась связь. Найти ее, она жива, но я не чувствую разума.

Жива, но неразумна? Вариантов может быть несколько: от коматозного состояния до травмы пыльным мешком из-за угла. Но злая я и прежнюю разумность королевы поставила бы под сомнение. В свете ее великолепной идеи уединиться с первым встречным оборотнем прямо перед праздником. Удивительная эгоистичность, что тут говорить.

- Грядет новая смена правителя? - неверящим тоном спросил Фаворра.

- Я стану слабее на еще одну ступень. Высокие дома настигнет хаос. И прорвется Вуаль, - едва слышно прошелестел Холм. С каждой секундой его голос становился все тише, - не допусти этого, дитя. Найди Цэсею, верни мне королеву. 

На голову Десятого посыпались невесть откуда взявшиеся листья. У его ног из земли прорезались многочисленные зеленые головы ростков, тут же распустившихся крупными малиновыми и белыми цветами. Запели и засвистели со всех сторон птицы - они спустились и закружили прямо над головой лорда.

Вся поляна ожила, потянулась, стремясь коснуться высшего фейри. Его высокая фигура засияла мягким, зовущим светом. Вдруг стало тепло и... беззаботно, что ли. Будто решены все проблемы, мы снова знаем все тайны друг друга и будущее удивительно прекрасно. Не знаю почему.

Всего минуту длилось наваждение, а потом исчезло, словно и не было. Изгородь вновь приобрела пожухший вид, птицы разлетелись, голос Холма растворился, истаял в воздухе.

Десятый повернулся ко мне, напряженно сдвинул шелковые стрелы бровей, и я чуть не ахнула. Его глаза были залиты изумрудным сияющим светом, без следа белка, полностью.

- Что такое Вуаль? Никогда раньше не слышал, - задумчиво сказал лорд.

- П-понятия не имею.

- Холм уже не отвечает. Поговорить-то поговорили, но получили какие-то загадки вместо ответов. Если королева до сих пор пребывает в локусной трансформации, так же как и ее венценосный брат, мой дядя, то при чем тут "неразумность"?  В этом облике она должна отлично мыслить и даже говорить. И ко всему прочему - непоятное упоминание "Вуали", какой-то ступенчатой слабости и других Холмов. Придется мне аккуратно расспросить Скайшоэля... Ева, ты знаешь, что прямо сейчас странно на меня смотришь?

- Да, знаю. А ты в курсе, что у тебя глаза зеленые? 

- А какими еще им быть после излечения, - Фаворра смахнул с плеча листик, - Изурмуд вложил в меня крошечную часть себя. - Он оглянулся, и я увидела, что белки снова проявились, но цвет глаз остался по-прежнему сияющим, играл яркими бликами, в них играла и плескалась живая, нетерпеливая магия. - Спасибо, что помогла мне.

Я поймала себя на том, что прижимаю руки к груди.

- Диего, ты говоришь мне "спасибо"?

- Тайрен, - мягко поправил он, - Ты помогла мне без всяких условий. Я очень благодарен и сам дарю обязательство. Даже если оно не пригодится, мне все-равно будет приятно, что оно останется у тебя. - Бархатные звуки скольнули по коже, вызывая легкую, волнующую дрожь. Он поднял прядь моих растрепавшихся волос и пропустил ее сквозь пальцы, - Мы с тобой все ближе, все больше доверяем друг другу. Без тебя Холм мог и не отозваться так быстро. Как только найдем Цэсею, нам нужно будет поговорить. Очень серьезно... О наших судьбах.

Удивительно. Когда Диего был больше тигром, чем фейри, он ничего не хотел мне обещать, предпочитал секс разговорам и твердо верил, что наши тайные встречи всего лишь временны. Зато будучи лордом, постоянно намекает на серьезность отношений и явно ухаживает, не бросаясь на меня с сумасшедшей жадностью. Слово сидхэ правдиво и весомо. Это... очаровывает и запутывает. 

Словно Фаворра стал лучше, а я хочу вернуть прежнего вертопраха и авантюриста.

Пребывая в замешательстве, я выслушала его просьбу пока не вмешиваться в историю с королевой. Из-за отмены праздника занятия продолжатся по прежнему графику, и Фаворра заметил, что мне будет лучше поучиться вместе с остальными новичками. 

А он станет приходить ко мне ежедневно и держать в курсе событий. Я только кивала, тем более, что учиться действительно хотела, а вмешиваться в дворцовые игры совершенно не планировала.

В итоге лорд на прощание вложил мне в пальцы белоснежный цветок, один из тех, что расцвел во время общения с Изумрудом. Коснулся губами моего виска, замер, словно это легкое касание было для него чем-то очень и очень значимым. И, с явным сожалением отстранившись, позвал юного брауни, появившегося из кустов буквально по щелчку пальцев Десятого.

В свою комнату я вернулась спустя каких-то пять минут, в полностью растерянных чувствах. Сидхэ вел себя как рыцарь, превзойдя вниманием и заботой оборотня. 

- Кусака, - пробормотала я, отпуская проводника-брауни и открывая дверь, - ты даже не представляешь сколько у меня новостей.

- Отчего же, - зашипел кот, - еще как представляю. У меня самого их вагон.

Он был крепко стиснут под живот руками непрошенного гостя. И висел грустной, но несломленной тряпочкой.