20.3

Продолжая удерживать звенящую, дергающуюся, вырывающуюся петлю, я оперлась дрожащей ладонью на автомобиль. Ноги разъезжались. Но надо стоять, надо выстоять.

На улице творился ад. Недалеко от меня катался клубок серого и рыжего. Вито дрался с пытающимся трансформироваться оборотнем. Удерживал того за горло, не давая завершить оборот.

Через пару метров, прямо на середине дороги, широко расставив ноги и повернув в мою сторону голову, стоял Буч. С белым лицом, застывшей улыбкой, памятником самому себе. В крепких объятиях извивались, но не могли вырваться два волка среднего размера. Солнце заставило полутролля закаменеть, застыв в магическом сне-параличе и противников он поймал собственным телом.

А рядом с кофейней «Тетушки До» сражались два огромных зверя. Холки до двух метров высоты, окрашенная кровавыми разводами шерсть. Скалящийся желтыми саблевидными клыками волк избрал тактику укусов и отскоков. Крейг бил на поражение, целясь в шею, он был словно не в себе, всю пасть покрывала розовая пена.

Белый тигр драл его когтями, бил жуткими широкими лапами, ударами впечатывал в здание. С каждой атакой делая противника слабее, заставляя его терять ориентиры, ошарашенно мотать головой и промахиваться.

На очередной жуткой оплеухе волк упал на бок и задергался, замигал, обращаясь в человека. Оборот был похож на трепыхание рыбы, выброшенной на берег, что означало только одно — потерю сознания! Я замычала от радости и спиной облегченно прислонилась к машине. Сжала на всякий случай петлю потуже, заставляя водителя забиться от ужаса вглубь кабины.

— Именем закона вы ар-рестованы! Джок, пр-ришел в себя? Одень на него нар-ручники.

Диего отдавал команды вполне членораздельно. Затем резко поднял морду и, увидев меня, гигантскими прыжками рванул ко мне. Последним рывком, в мягком накате, он перепрыгнул дерущихся Вито и волка и, на приземлении, рядом со мной превратился в человека. Нас так долго учили, что трансформация занимает время, вплоть до нескольких десятков секунд, что я никак не могла привыкнуть к столь мгновенному преображению. Это было настоящее волшебство.

— Недотрога.

Облегчение разрушило крепость моих ног, и я почти упала на его руки.

— Ева.

Диего уткнулся в мою шею и тяжело дышал, удерживая на весу.

— Было страшно, — пожаловалась я.

— Из-за Крейга не мог отвлечься, — сквозь зубы выдохнул командир. — Надо пересмотреть присутствие менталиста на дневных операциях, когда Буч и Джок работают с урезанной функциональностью.

Диего аккуратно поставил меня на ноги и рявкнул на загнанного в автомобиль водителя:

— Боишься вылезать? И правильно! Ты задержан полицией. Пиджак! Дай мне пиджак!

Полученную одежду он обмотал вокруг бедер. Я заполыхала щеками, осознав, что только что меня обнимал обнаженный командир.

Пока он отдавал приказы, помогал нашим парням проводить задержание, приводил Буча в сознание магией, я смущенно отворачивалась и размышляла над произошедшим.

Выходит, ошибочно нас учили, что эмпаты, оперирующие эмоциями, являются лишь помогающим персоналом. Несколько лет мне вбивали в голову, что все менталисты должны мечтать заполучить третий уровень, стать сканерами, читающими случайные мысли.

Именно это считалось началом большого пути. Третий уровень — и лети в Холмы, становись властителем дум, обретай настоящую силу.

Для меня, кузнечика с поврежденным талантом, даже мечтать о таком было нельзя, близкое общение с фэйри неминуемо выявило бы мой психический сбой. Поэтому я давно смирилась с предстоящей тихой жизнью и собственной никчемностью, кабинет психолога представлялся высшим возможным достижением. А теперь что?

При должных тренировках я вполне могу управлять эмоциями как оружием. Я только что запугала оборотня. Диего решил, что тот увидел участь подельников и решил остаться в машине. И скорее всего командир только посмеется, услышав от волка про «страшного менталиста».

Сказать или не сказать начальству правду?

Это же только второй уровень… Вроде бы неопасно.

Волков отвезли в участок. Им вменялось нападение на полицейских во время исполнения должностных обязанностей. Плохая статья, просто так не отвертеться. Коллеги ликовали, Игнац загнал Фаворру писать новые отчеты, но по виду был очень доволен.

Крейг давно проходил подозреваемым по нескольким ограблениям, но его отец, Гордон Дюран, могущественный бизнесмен и оборотень с немалыми связями, успешно прикрывал сына от внимания закона своим кошельком и ушлыми адвокатами. Теперь, по словам квестора, ему не отвертеться. Нападение на менталистов и сопротивление при задержании — плохой комплект даже для Крейга Дюрана.

В итоге все пошли в бар, праздновать удачное задержание, а я отказалась, объясняя полученным стрессом и переживанием за бабушку. Нервничала, места себе не находила. Не спасли ни знакомство с женскими душевыми в соседнем корпусе, ни переписка с младшим Фаворрой.

«Алекс, привет. Как там бабушка?»

«Это не тебе в полицию нужно было идти, а ей. Кажется, она выпытала из меня все, вплоть до детских страхов. Половину из них развеяла, остальное превратила в комплексы. Теперь ты мне должна»

«Не говори с ней слишком долго, а то выдашь и мои секреты. Лучше передай, что мы арестовали того, кто на нее напал»

«Это великолепно! Теперь ты будешь свободна, и я смогу приходить в гости к своей девушке!»

«Алекс… Я подумала и мне кажется, мы слишком спешим. Я еще не готова встречаться серьезно, но ты всегда будешь моей семьей. Как любимый брат!»

Некоторое время коммуникатор молчал. Я расстроилась еще больше, переоделась и пошла в комнату отдыха за кофе.

Ти-ли-ли.

«Твои сомнения насчет нас имеют отношение к моему брату? Я видел вас в коридоре. Что у тебя с Диего?»

Ох, если можно было от стыда провалиться под землю, я бы сейчас пробивала земные пласты один за другим. Алекс, ну почему ты не можешь дать мне время просто прийти в себя?

Менталист не может быть в долгом стрессе, а я уже который день в ненормальном состоянии, ни минуты покоя. Я налила себе чашечку и вздрогнула от раздавшегося за спиной негромкого баритона с едва слышной хрипотцой:

— Ева…

Диего.