23

Не успеваю ответить. В этот момент вижу Олин взгляд — растерянный, напряженный, она смотрит куда-то мне за плечо и замирает с приоткрытым ртом. По тяжелому, до боли знакомому аромату дорогого парфюма и кожи я понимаю, кто сидит у бара прямо у меня за спиной. Но не оборачиваюсь.

К нам снова пытается подойти какой-то парень. Обычный, вполне симпатичный, но слишком самоуверенный для этого вечера. Он делает шаг в мое личное пространство и, перекрикивая басы, говорит прямо в ухо:

— Привет! Классно танцуешь. Как насчет пообщаться? Давай угощу чем-нибудь поинтереснее сока.

Он протягивает руку, собираясь коснуться моего плеча, но не успевает завершить движение. Тяжелая мужская ладонь ложится ему на предплечье. Спокойно, без рывка, но с такой сокрушительной силой, что пальцы парня судорожно разжимаются, так и не коснувшись моей кожи.

Я чувствую, как за моей спиной поднимается Руслан. Его присутствие заполняет все пространство, вытесняя запах клуба ароматом дорогого табака и холодной ярости.

— Ну сколько можно уже? — по голосу не понять, он это парню или мне.

Парень что-то лепечет про «просто познакомиться», но, встретившись взглядом с Русланом, мгновенно испаряется в толпе. Разница в их весовых категориях очевидна даже в полумраке клуба.

Медленно поворачиваюсь, чувствуя, как внутри все дрожит от смеси триумфа и страха.

— По какому поводу карнавал, малая? — Руслан осматривает меня так, что у меня подкашиваются колени. Взгляд тяжелый, собственнический, обжигающий.

— У Риты день рождения! — выпаливает Оля, спасая ситуацию. — Девятнадцать сегодня!

Он замирает. В его глазах что-то меняется. Лед трескается, обнажая чистый огонь.

— Девятнадцать, значит... — он криво ухмыляется. — Поехали. Накормлю вас праздничным ужином. Это не обсуждается.

Вечер в шикарном ресторане проходит на удивление спокойно. Мы смеемся, едим икру, о которой я думала у раковины, и Руслан ведет себя как идеальный джентльмен. Но я вижу, как его пальцы сжимают бокал, когда я случайно поправляю ремешок босоножки.

На обратном пути в машине царит уютная тишина. Оля на заднем сиденье дремлет, я на переднем, чувствуя его близость каждой клеткой.

Подъезжаем к дому. Бужу Олю. Она тянет ручку, дверь послушно открывается.

— Спасибо! Спокойной ночи! Рит, ты идешь? — Оля выходит на тротуар а захлопывает дверь.

Я тяну свою ручку, но раздается сухой щелчок центрального замка.

— А ты куда? — голос Руслана вибрирует в тишине салона.

— Руслан... Оля же... — я оборачиваюсь, сердце пускается вскачь.

Он опускает стекло и бросает Оле:

— Пока, Оля. Рад был повидаться. Напиши Рите, как зайдешь в квартиру. Мы подождем.

Пять минут мы сидим в мертвой тишине. Слышно только наше дыхание. Руслан не смотрит на меня, он сжимает руль, и я вижу, как перекатываются мышцы на его предплечьях. Пищит телефон. От Оли: «Я дома. Рит, ты где?».

Руслан не ждет моего ответа. Он вдавливает педаль в пол, и внедорожник срывается с места, унося нас прочь от хрущевок.

— Куда мы? — выдыхаю я, вцепляясь в сиденье.

— Ты же хотела танцевать? — он бросает на меня короткий, хищный взгляд. — Вот и потанцуем. Только музыка будет другой. И зрителей не будет.