54

Клуб встречает нас низким рокотом басов и запахом дорогого табака. За тем же столом в вип-ложе — те же лица. Глеб с бокалом виски и длинноногая нимфа рядом, которая смотрит в телефон с видом глубочайшей скуки.

Когда мы подсаживаемся, Глеб машет рукой, едва взглянув на меня.

— Рус, ну что, по сборам решили? Там контракт на тридцать страниц, юристы Барского клянутся, что комар носа не подточит.

Они начинают обсуждать цифры и сроки. Сижу рядом, чувствуя собственническую ладонь Руслана на своем колене. Но на этот раз я не собираюсь быть просто декорацией.

— В этом контракте есть узкие места, Глеб, — произношу я спокойно, перекрывая сеты диджея.

Глеб замирает с бокалом у губ. Его спутница даже не поднимает головы, но мужчины за столом мгновенно фиксируют на мне взгляд. В глазах Руса вспыхивает интерес.

— Ты бабам даешь документы читать? — Глеб криво усмехается, переводя взгляд на моего спутника.

Рус медленно откидывается на спинку кожаного дивана, по-хозяйски закидывая руку мне на плечи и притягивая к себе.

— Бабам — нет. Ей — да.

— Узкие места? — Глеб прищуривается, в его голосе слышится неприкрытый скепсис. — Маргарита, при всем уважении, там работали лучшие люди города. О каких лазейках ты говоришь?

Музыка орет так, что общаться через стол становится невозможно. Я подаюсь вперед, оказываясь в центре их круга. Мои волосы касаются плеча Руслана. Понижаю голос, так, чтобы меня слышали только они двое.

— Пункт в третьем разделе, — чеканю я, глядя Глебу прямо в глаза. — Формулировка позволяет второй стороне заморозить выплаты на неопределенный срок при минимальных колебаниях курса. Юристы вашего Барского оставили себе дверь открытой, а вы в нее даже не заглянули.

Откидываюсь на спинку дивана, сохраняя ледяное спокойствие.

Глеб молчит несколько секунд, переваривая услышанное. Затем он медленно переводит взгляд на Руслана.

— Рус... она что, серьезно?

Руслан лишь лениво пожимает плечами. На его губах играет ухмылка триумфатора.

— Моя школа, Глеб. Я же говорил тебе — у нее отличная хватка. Советую перечитать раздел еще раз, пока не подписали приговор своим счетам.

Наступает иная тишина. На меня больше не смотрят как на «сопровождение». Глеб кивает мне — коротко, по-мужски, признавая во мне игрока, а не просто красивую картинку рядом с его другом.

Внутри все поет от триумфа. Рус сжимает мою ладонь под столом. Это его награда. Он гордится мной.

И в этот момент я понимаю: чтобы быть рядом с таким человеком, недостаточно просто хорошо выглядеть или быть приветливой. Нужно уметь кусаться на его языке.