Глава 8

Неладное я почувствовала задолго до того, как вернулась на поляну. Вернее, это Знаки неожиданно встрепенулись, заставив меня замереть на полпути и инстинктивно пригнуться. А потом и пролетевшая мимо птичка тревожно чирикнула, и отчего-то ее голос отозвался беспокойным уколом в душе.

Торопливо шагнув к первому попавшемуся дереву, я быстро приложила левую ладонь к шершавой коре и настороженно прислушалась. Да, – поняла через несколько синов. Драконы уже не спят и явно встревожены. Я даже отсюда почувствовала их злость и разочарование, алыми сполохами протянувшиеся далеко в стороны. Но, что самое главное, они там были не одни – я ощутила присутствие еще нескольких существ… не очень четко, но все же. Может, пять, а может и все десять… ощущения были смазанными, эмоции чужаков неясными и очень расплывчатыми. Правда, ярости или злости я в них не ощутила, однако уверенности в том, что они неопасны, не было. Иначе мои парни так не взвились бы. Но одно я могла сказать точно: пришельцев было несколько, они не были МОИМИ и это явно не нежить. А вот насчет того, люди это или нет, сказать пока сложно.

С укором посмотрев на виновато притихший лес (обещал ведь защиту! и даже не предупредил!), я поспешила к своим, на ходу подбирая подол, чтобы не зацепиться им за корни. Платье, что удивительно, не протестовало и спокойно мне поддалось, хотя поначалу я опасалась, что не сдвину его в талии даже на миллиметр. Что ж, прекрасно, что оно стало таким послушным. Видно, не соврал водяной – его странная магия до сих пор работала, и можно было не опасаться, что она подведет в самый ответственный момент.

По мере приближения к лагерю я все отчетливее ощущала тревогу Драконов. Дэл злился, видимо, решив, что попался в ловушку, Дром выглядел мрачным, господин Иггер старательно давил в себе нешуточное раздражение и пытался обрести хладнокровие, а усыпленный мною Вега вообще себе места не находил, наверняка полагая, что это его вина в том, что их застали врасплох. Впрочем, еще бы им не волноваться – проснулись одни, меня нет, а вокруг какие-то чужаки, которые успели их окружить и даже… если правильно расценивать проскользнувшее в мыслях у Дэла бессилие, были неплохо вооружены. Что ж, по крайней мере, это люди – звери с собой оружие не носят. А вот что они от нас хотят… скоро выясним.

Подобравшись поближе, я осторожно опустилась на землю и, с приятным удивлением обнаружив, что платье тут же сменило цвет, став почти неразличимым на фоне опавшей листвы, тихонько проползла оставшиеся метры до поляны. К счастью, кустов тут было вполне достаточно, чтобы скрыть свое присутствие, а нехоженая и оттого высокая трава прекрасно избавила меня от опасности быть обнаруженной раньше времени.

В лагере тем временем стало очень людно. Да, я правильно почувствовала – моих Драконов окружили какие-то непонятные личности и, демонстративно покачивая копьями с внушительного вида металлическими наконечниками, заставили сгрудиться в центре поляны. Брони и шлемы, правда, парням разрешили оставить, но вот их оружие аккуратной горкой лежало под дальним деревом и добраться до него представлялось проблематичным.

Вокруг Драконов обнаружилось человек двадцать вооруженного народу, часть из которых недвусмысленно направляли на валлионцев свои копья, а часть просто стояла поодаль, не убирая далеко руки от поясов, где покачивались одинаково короткие ножны с мечами. Кстати, все нападавшие были в незнакомого мне вида бронях – судя по структуре, один из видов пластинчатых доспехов, с которыми я еще ни разу не встречалась. По крайней мере‚ в Валлионе и Скарон-Оле. К тому же мне был незнаком сам металл – черный с голубоватым отливом, поразительно гладкий и абсолютно матовый. Да еще с рисунком, больше характерным для булата, о котором я‚ скорее‚ когда-то слышала краем уха, чем действительно разбиралась в его свойствах. К тому же на шлемах у них стояло абсолютно незнакомое мне клеймо – точно такое же, какое красовалось у них на спинах: странное змееподобное существо, окруженное просто невообразимым облаком то ли линий, то ли жгутов, держащее в правой лапе цветущую ветвь какого-то растения.

Еще больше меня насторожили рукояти мечей – на Во-Алларе такие не использовали. Наши воины все больше тяготели к прямым крестообразным рукоятям и таким же простым гардам, к тому же в большинстве своем предпочитали длинные клинки. Чаще всего полуторники – с нежитью игрушечными кинжальчиками много не навоюешь. А тут мало того, что лезвия, если судить по ножнам, были вполовину меньше тех, к которым я привыкла, так еще и гарда у них была корзинчатой, а крестовины, как таковой, вовсе не имелось[2]. Такое оружие больше напоминало церемониальное, чем настоящее, но тем не менее оно было у всех незнакомцев. За исключением, пожалуй, трех человек, на которых я задержала свое внимание.

Эта троица отличалась от остальных прежде всего тем, что была не вооружена. Они не носили броней, не прятали лица под шлемами и явно чувствовали себя спокойно. На них были одинаковые серые строгие камзолы непривычного покроя, высокие сапоги, прекрасно защищающие ноги от острых камней и змеиных укусов; абсолютно одинаковые ремни с такими же одинаковыми металлическими бляхами; и длинные алые плащи все с той же эмблемой: змея и ветвь. Насчет лиц сложно сказать что-то определенное: невыразительные, бесстрастные, с глубоко посаженными глазами и гладко выбритыми подбородками. Волосы у всех троих были светлыми, почти как у меня, только у одного они были свободно распущены по плечам, а у двух других затянуты в хвосты. Вот, собственно, и все различия.

Ах нет, прошу прощения – у длинноволосого на левом плече имелась запоминающаяся фибула в виде трехлепесткового цветка, украшенного зелеными… не исключено, что изумрудами… камнями. А во всем остальном они были похожи, как братья-близнецы, и почему-то пришлись мне не по душе.

Но вот что у меня совсем не вызвало восторга, так это то, что пока я исследовала окрестные кусты и пачкала коленки, эта троица неспешно разговаривала с моими Драконами. А те даже иногда что-то тихо отвечали и качали головами, если им что-то было непонятно. Причем я бы ничего не сказала против, если бы разговор велся обычный. Но проблема была в том, что язык, который они использовали, был мне СОВЕРШЕННО НЕЗНАКОМ! При этом обе стороны словно не чувствовали никаких затруднений в преодолении языкового барьера! И ВСЕ ДО ОДНОГО использовали этот непереводимый набор звуков, который, видимо, служил для кого-то внятной человеческой речью!

Всем, кроме меня!

Осознав этот невероятный факт, я напряглась и чуть было не заподозрила валлионцев в подлом сговоре с чужаками. Но потом вспомнила о наставленном на них оружии, запоздало приметила на груди у Драконов какие-то висюльки в виде кроваво-красных капелек на цепочках, которых еще ночью у них не было, и с ворчанием признала, что неправа. Это всего лишь разговорные амулеты. Которыми, видимо, гвардейцев снабдили сами пришельцы… вполне вероятно, что как раз те белобрысые… после чего стало возможным продуктивное общение.

Мда-а… невесело быть единственной во всей округе, на кого не действуют эти проклятые амулеты. Как ни тяжело признавать, но иногда мои способности не вызывают ничего, кроме досады. Наверное, все же у каждого из нас есть своя ахиллесова пята. Моя пята – вот это: полный иммунитет к наведенной магии, за исключением дабараэ. А поскольку дабараэ тут и не пахло (в этом уж я никогда не ошибусь)‚ то шиш мне, а не перевод состоявшегося разговора.

Впрочем, кажется, моим парням никто не собирается угрожать?

Еще раз внимательно прислушавшись к Знакам, я с облегчением убедилась, что недавняя тревога Драконов постепенно сходит на нет. Беспокойство, конечно, еще присутствовало – наведенное оружие не способствовало полноценному расслаблению – но прямой угрозы для жизни не было. Поэтому, наверное, я уже могу прекратить изображать опытного разведчика и спокойно выпрямиться, не опасаясь того, что в меня тут же полетят все те копья, которые сейчас с интересом изучают уязвимые места на телах моих парней.

Отряхнув коленки и приняв независимый вид, я откинула выбившуюся из косы золотистую прядку, наскоро припрятала свои тряпки и с достоинством вышла из-за куста. Мгновенно повисшую тишину демонстративно проигнорировала. На дернувшихся в мою сторону воинов с копьями даже не покосилась. Гордо задрав подбородок, проплыла мимо обалдевших до столбняка чужаков и, только дойдя до своих, соизволила милостиво кивнуть:

– Вы в порядке?

Ответом мне стал слаженный вздох, больше похожий на болезненный стон.

А что такое? Что за ступор? Ну да, я приоделась и впервые за два дня отмылась, как подобает леди. Естественно, у меня снова есть платье… королева я или нет? И неважно, откуда я его достала – у женщин свои секреты, так что нечего выпучивать глаза.

– Ми… ле… ди?! – наконец, опомнился первым Дром.

Я величественно кивнула. А потом прищурилась, на мгновение пожалев, что у меня такие чувствительные глаза. Потому что уже начавшее выползать из-за горизонта солнце, наконец, осветило переполненную поляну. Его лучи пробили кроны деревьев насквозь, разочарованно скользнули по матовым доспехам чужаков. Игриво кольнули в глаза моих Драконов, заставив их отвернуться. А потом, в буквальном смысле слова подожгло мое платье от лифа до самой земли… и запылало на проступивших чешуйках таким бешеным калейдоскопом красок, что присутствующие отшатнулись.

– Хм, – только и смогла сказать я, запоздало сообразив, что пожар – это не всерьез. – А вот об этом он не предупредил, негодяй… за оружие массового поражения, конечно, не сойдет, но все равно впечатляет. Дэл, Дром, вы целы?

– Да, миледи, – с секундной задержкой отозвались Драконы, болезненно щуря слезящиеся глаза.

– Хорошо. Вега, не кисни, ты ни в чем не виноват. Господин Иггер, прошу прощения, но, похоже, это из-за меня вас застали врасплох.

Командир метнул в мою сторону раздраженный взгляд, но почти сразу вынужденно отвернулся – платье так слепило, что до тех пор, пока я не шагнула в сторону и не укрылась в тени огромной ели, ему пришлось старательно делать вид, что ничего особенного не происходит. Зато когда «пожар» на поляне погас, и к людям вернулось зрение, на меня, наконец, уставились все без исключения. Причем от своих взгляды были гораздо менее приветливыми, чем от чужаков.

А потом белобрысый с фибулой что-то спросил, глядя мне прямо в глаза.

Я нахмурилась.

– Еще раз и на всеобщем, пожалуйста.

– Бла-бла-бла-бла-бла… – повторил вопрос незнакомец, но я выразительно покачала головой и сокрушенно развела руками. Он тут же обратился с вопросом к господину Иггеру и что-то очень быстро проговорил. Тот, как ни странно, не только понял, но и ответил на том же тарабарском языке. После чего блондин понимающе кивнул и, порывшись за пазухой, выудил на свет божий такую же красную висюльку, какая уже болталась на груди Драконов.

– Это один из местных магов, – шепнул вдруг Вега, незаметно подобравшись со спины. – Возьмите. Это амулет-переводчик. Так вы начнете понимать их, а они – вас.

Я протянула руку, откровенно сомневаясь, что от этого будет какая-то польза, и послушно взяла предложенную соплю на цепочке. Однако как только мои пальцы сомкнулись вокруг нее, в ладони что-то ярко сверкнуло. Чужой амулет тут же рассыпался в прах, после чего уничтоживший его с редким ожесточением Эриол исчез так же быстро, как появился. Еще до того, как я сообразила, что происходит. И до того, как удивленный не меньше моего белобрысый побледнел и что-то гортанно воскликнул, двое других братьев-близнецов растерянно переглянулись, а окружившие нас воины, как по команде, сомкнули ряды и опустили копья.

– Им это не понравилось, – напряженно перевел бормотание магов Вега, а остальные Драконы, как по команде, сгрудились вокруг меня плотнее. – Говорят, что этот амулет совершенно неопасен и что его ни к чему было уничтожать.

Я задумчиво покосилась на свою ладонь.

– Кажется, мой артефакт имеет на этот счет другое мнение и не желает видеть рядом со мной никаких магических устройств. Даже таких полезных, как амулет-переводчик. Поясни это, пожалуйста, тем господам, пока они не решили сделать какую-нибудь глупость.

Пока Вега торопливо что-то разъяснял белобрысым, я внимательно их изучала, пытаясь понять, нравятся ли мне эти товарищи или нет. Они, разумеется, тоже глазели на нас в ответ, о чем-то почти беззвучно переговариваясь. Потом, видно, что-то решили, и тот, с фибулой, сделал незаметный знак, по которому окружавшие нас воины неохотно опустили копья и отошли на несколько шагов, не сводя тем не менее с нас тревожных взоров и готовые в любой момент вернуться на прежние позиции.

– Скверно, – пробормотал Дэл, настороженно озираясь. – Кажется, они посчитали вас магиней, миледи, и это почему-то заставляет их нервничать.

Я спокойно пожала плечами.

– Скажи им, что они ошиблись.

– Вега уже сказал. И про ваш артефакт пояснил. Но они хотят знать больше, а мы и сами толком не знаем, в чем дело. Надо, чтобы объяснили именно вы, но вашу-то речь они как раз и не понимают.

– Если они – маги, значит, как минимум должны чувствовать ложь, – так же спокойно парировала я, на всякий случай отводя краешек подола в сторону, чтобы не путался под ногами, если что-то пойдет не так. – А как максимум – видеть мою дейри, в которой нет ни единого следа эйнараэ или дабараэ. Если они этого не умеют, значит, хреновые из них маги. Кто они и откуда тут вообще взялись – кто-нибудь спросил?

– Они говорят, что их прислал сюда кто-то важный, – шепотом отозвался Дэл. – Якобы этот «кто-то» почувствовал, что на границе объявились чужаки, и отправил магов, чтобы выяснить, кто мы такие.

Вот это новости…

Я аж замерла от неожиданной догадки.

А ведь, наверное, Дэл говорит правду: почувствовать МЕНЯ местные маги вполне могли – я слишком нашумела, когда искала тропу из болота. Да и ночью, признаться, была не слишком осторожна: беззастенчиво прощупывала окружающий лес, изучала его границы, неделикатно стучала в ту непонятную стенку, которая, вполне возможно, была создана искусственно от всяких любопытных вроде меня… если здесь есть кто-то, подобный мне, он не мог не заметить моих манипуляций! Я бы и сама поняла, если бы кто-то принялся хозяйничать на Равнине! Так что одно из двух: или тут действительно есть сильные маги, способные уловить отголоски моей силы за много километров, или же где-то тут… возможно, что и совсем рядом, есть точно такой же Хозяин, как я! Ишта! О которых нам до сих пор толком ничего неизвестно, но которые, вполне вероятно, все еще не до конца забыли о своих обязанностях, раз уж о них помнит лес и раз одно упоминание о Хозяевах вызвало у водяного такую бурю протеста.

– Леди? – встревожился Дэл, когда я застыла, как статуя. – Леди, вы в порядке?

– Спроси: если ли у них Хозяин? – напряженно велела я, поняв, что Вега не справляется, и переговоры явно зашли в тупик. – Спроси: кто именно их послал? Кому они служат?

Дракон недоуменно покосился, но все же послушался и, когда выдохся Вега, устав убеждать незнакомцев в наших мирных намерениях, негромко что-то сказал на все том же непонятном языке. Белобрысые вместо ответа дружно посмотрели на меня, словно тоже сообразили, кому принадлежит вопрос. Тот, с фибулой, что-то уточнил. Недобро сощурился, когда Вега ответил. Потом недолго подумал и, напустив на себя торжественности, важно, с непередаваемой гордостью ответил. Но когда я вопросительно повернулась к Дракону, то поняла, что он неподдельно растерян.

– Что такое? – затеребила я его, когда молчание откровенно затянулось. – Что он сказал? Кому они служат?

– Богу, – деревянным голосом ответил парень, и вот тогда-то, как говорится, я поняла, что меня опять самым наглым образом подставили.

От этой мысли я оторопела, а потом разозлилась. Но несильно, потому что непосредственных виновников моего неудачного положения тут не было и предъявлять претензии, соответственно, оказалось не к кому. Тем не менее что-то, вероятно, проступило у меня на лице, потому что белобрысые, перехватив мой недобрый взгляд, дружно вздрогнули и машинально потянулись руками к груди, где под балахонами, похоже, прятались совсем другие амулеты, нежели те, коими они наградили моих спутников.

Заметив это, я опомнилась и, отложив вопросы к Айду и Аллару на потом, вернула себе хладнокровие.

– Спроси, как зовут их «бога»? – сухо велела я Веге, не оборачиваясь. Тот вздохнул и послушно что-то забормотал. А когда выслушал такой же сбивчивый ответ, виновато развел руками и огорченно перевел:

– Они называют его повелителем. Иногда – господином, властителем или просто владыкой. А по имени он запретил себя называть. Причины я не очень понял, простите.

– Ладно, разберемся, – нахмурилась я. – Передай им, что я желаю встретиться с их господином. Это возможно?

– Да, миледи, – удивленно ответил Дракон, когда белобрысые ответили. – Они утверждают, что именно для этого их сюда и прислали. Говорят, что долг гостеприимства свят. А повелитель, который сразу почувствовал наше присутствие, просто не мог нам позволить подвергать себя риску в такой близости от Гиблого болота.

– Что-то они не больно торопились на встречу, – недобро прищурилась я.

– Господин указал им лишь примерное направление, – скороговоркой ответил Вега, старательно прислушивавшийся к ответам магов. – Они искали нас два дня, но нашли этим утром. И утверждают, что явились с миром.

– Правда? – с подозрением осведомилась я, наконец-то начиная ощущая исходящие от чужаков эманации едва уловимой тревоги. – Что ж они тогда дергаются? И почему забрали у вас оружие?

– Опасались, что мы неправильно поймем их намерения, – вмешался в наш диалог Дром, но, перехватив выразительный взгляд от нашего подозрительно молчаливого командира, не успевшего с утра и двух слов сказать, тут же поспешно закрыл рот.

Вега кивнул.

– Оружие забрали для того, чтобы мы не направили его против них. Говорят, что в прошлом такое уже случалось, и в результате страдали люди.

– Значит, здесь уже бывали гости, подобные нам? – напряглась я.

– Да. Такие же выходцы с Гиблого болота, которым повезло оттуда выбраться. Но их было мало, и в последний раз это случилось настолько давно, что никто, кроме повелителя, уже не помнит.

– Так… и что же сталось с этими людьми? – совсем насторожилась я.

– Они не могут сказать, потому что слишком много лет прошло. Вам лучше спросить у повелителя – он никогда и ничего не забывает.

– Что-то эти ребята темнят, – пробормотала я, недоверчиво покосившись на виновато разведших руками незнакомцев, на лицах которых проступило выражение почти что искреннего раскаяния. – Скажи им, что мы с благодарностью примем любую помощь.

– Значит, вы согласны проследовать во дворец?

Я кивнула, вызвав у магов облегченные улыбки.

– Безусловно. Кстати, узнай-ка – как они называют свою родину?

– Элойдэ-шаэрэ, – почти сразу откликнулся Вега. – На их языке это означает «Дарящая изобилие» или что-то в этом роде. Они говорят, что это – большая страна на востоке отсюда.

– А каким тогда образом они попали сюда? Да еще так быстро? Нас выкинуло на болоте два дня тому, а они уже тут как тут… магия или какие-нибудь чудо-лошади?

– Они пришли через портал, миледи. В их стране есть сильные маги, поэтому они уже давно не пользуются иными средствами передвижения. Кстати, лошадей они не держат – кажется, им вообще незнаком такой термин. А когда я объяснил, что лошадь – это просто ездовые животные, на котором можно перевозить еще и грузы, вон тот, что стоит слева от вас, заявил, что для этих целей здесь используют вишеров.

– Это какое-то местное название копытных?

– Не уверен, – засомневался Дракон. – Но нам предлагают показать этих животных вскоре после прибытия во дворец. Говорят, их там предостаточно, так что вы сможете удовлетворить свое любопытство.

– Какие настойчивые господа… а что еще они говорят? – еще больше нахмурилась я, когда блондин с фибулой вдруг коротко поклонился и, выразительно посмотрев прямо на меня, квакнул что-то непонятное.

– Илэ Мариоло утверждает, что знает, как вам помочь, миледи, – с легким удивлением перевел Вега. – Он просит прощения за то, что не сразу понял, что на вас не действует магия. Но если вы обождете несколько минок, он сделает другой амулет… для себя… чтобы тот переводил не вашу, а ЕГО речь на всеобщий, и таким образом сделал их язык понятным для вас.

Та-а-к… значит, дейри они все-таки видят? Несмотря на то, что Эннар некоторое время назад как-то умудрился ее приглушить?

– А в чем загвоздка? – насторожилась я. – Он что, раньше не мог до этого додуматься?

– Илэ Мариоло говорит, что для того, чтобы вложить в амулет новое знание, он должен коснуться разума одного из нас. Якобы это очень важно для правильного понимания языка и создания подобного артефакта. Но на эту процедуру требуется только добровольное согласие, поэтому он не рискнул настаивать.

– Для вас это опасно?

– Нет, миледи. Это совсем простая магия – она ни для кого не опасна и не вызовет у нас даже переутомления. Господин Мариоло беспокоится лишь о том, что из-за его недогадливости вам придется какое-то время ощущать себя некомфортно, и просит прощения за это. А также за то, что уничтожение первого амулета вызвало его недоверие.

Я усмехнулась.

– Как это мило с его стороны. Но я, пожалуй, откажусь от щедрого предложения и попрошу кого-то из вас быть моим бессменным переводчиком. Надеюсь, возражений ни у кого не будет?

– Никак нет, миледи! – вдруг подобострастно вытянулся господин Иггер, впервые за утро подав голос и буквально на миг опередив собиравшегося что-то возразить Дрома. – Как прикажете, так и сделаем!

Ого, какой приятный сюрприз! Не ожидала от нашего командира такого финта, но, кажется, Эннар был прав, когда рекомендовал обождать с выводами. Каюсь, мне следовало больше доверять его людям. Несмотря на то, что один из них вчера сделал непростительную глупость, сейчас очень старательно изображает тупого служаку. Да еще настолько неплохо, что даже мне захотелось поверить.

Я одобрительно улыбнулась.

– Спасибо за понимание, сударь. Для нашего общего дела это очень важно.

– Рад стараться! – снова вытянулся во фрунт наш командир, заставив своих подчиненных растерянно переглянуться.

– Его величество отзывался о вас очень уважительно, господин Иггер. И я полностью доверяю его мнению, несмотря на наши с вами разногласия в прошлом. Полагаю, у вас, как и у меня, были свои причины для недоверия. А недоверие, как известно, рождается чаще всего от недостатка информации и следующих за ним неправильных выводов о собеседнике. Вы со мной согласны?

– Полагаю, миледи говорит о собственном опыте? – так же старательно поедая меня глазами, преувеличенно бодро уточнил наш командир.

– Увы, да. Причем это был очень печальный и трудный опыт, которым, к сожалению, я пока не могу с вами поделиться. Но, возможно, когда-нибудь настанет время, когда мы сможем его в подробностях обсудить?

– Буду рад помочь, миледи! – после секундной задержки отрапортовал господин Иггер, и у меня отлегло от сердца.

Уф, до чего же странный человек… то вроде читает между строк и готов с полуслова понимать даже непрозрачные намеки, а то вон чего учудил – за руки меня хватать, пока я работала с Эриолом! Не иначе, как затмение на него какое-то нашло! Или же он просто настолько серьезно относится к понятию «долг»? Знает, что Эннар будет недоволен, если со мной что-то случится, вот и решил, что убережет меня любой ценой? И только сейчас, здесь, неожиданно понял, что я далеко не так сильно нуждаюсь в опеке, как кажется с первого взгляда?

Сделав мысленную зарубку в памяти уточнить этот вопрос, я с кроткой улыбкой повернулась к изнывающим от нетерпения магам и с невозмутимым видом обронила:

– Чтоб вас пустило через пень-колоду, да еще перевернуло потом задом-наперед, господа… и желательно неоднократно. Не возражаете?

На мгновение за моей спиной воцарилась ошеломленная, полная растерянности и искреннего непонимания тишина, в которой кто-то явственно поперхнулся, а какой-то дуралей даже сдавленно охнул. Вега, чуть не зашипев от крепкого тычка в бок, непростительно замешкался, но, к счастью, наш командир соображал быстро и, пока закашлявшиеся Драконы пытались восстановить дыхание, важно квакнул что-то подобающее случаю – торжественное и явно пафосное. По крайней мере, на лицах «близнецов» расплылись понимающие улыбки, а их старший благожелательно кивнул.

Я едва заметно улыбнулась, а потом, как ни в чем не бывало, спросила:

– Надеюсь, теперь мои люди могут получить обратно свое оружие?

– С нами вам ничего не грозит, – мягко ответил через пришедшего в себя Вегу господин Мариоло. Молодец. Не соврал насчет того, что ничегошеньки не понимает. – Повелитель будет рад вас видеть в своем дворце. Прошу…

Я величественно кивнула, белым лебедем проплыв мимо нервно переглянувшихся гвардейцев и успев вручить господину Иггеру кулечек со своими драгоценностями. Разумеется, по чистой случайности сделала это так, чтобы в момент передачи утреннее солнце непременно успело попасть на мой красивый подол. Мысленно ухмыльнулась, когда господа маги скривились и поспешно отвернулись, почти бегом кинувшись к ближайшим деревьям. А потом с достоинством последовала за ними, радуясь тому, что никто из чужаков не заметил моих босых пяток.

Непорядок, конечно, но удобных тапочек водяной мне, к сожалению, не подарил. Остается надеяться на то, что идти нам недалеко, а в замке местного «бога» будет нормальное отопление. В крайнем случае воспользуюсь своим положением и позаимствую у кого-нибудь теплую шкурку. Ну а уж если и этого сделать не получится… так и быть, решено: украду в ближайшей кладовке чужие тапки. А если мне вдруг укажут на несоответствие образа, с умным видом заявлю, что это – последний писк моды у меня на родине. Раньше оно как-то прокатывало – авось и тут поверят. Хм. А если вдруг не поверят, мне придется со скорбным вздохом согласиться на местную моду и, конечно, нормальные туфли. Разумеется, при условии, что какой-нибудь внимательный и деликатный слуга не заметит моих затруднений сразу и не отыщет по-тихому приличную обувь.

Как оказалось, идти тут действительно было недалеко: не заморачиваясь, местные корифеи не озаботились ни маскировкой своего присутствия, ни хотя бы элементарными правилами бережного переноса. Их так называемый телепорт, на самом деле представляющий собой простой прямоугольный кусок искривленного пространства, без всяких затей расположился на соседней опушке, при этом жестоко изранив ближайшие деревья и глубоко распахав землю чуть ли не на пол-локтя в глубину.

Нет, я‚ конечно, все понимаю – спешка, сроки, важность и прямой приказ самого господина. Но если тут на троне сидит Ишта, он должен был давно обеспокоиться тем, что подчиненные беззастенчиво портят его собственность. Тем не менее маги даже внимания не обратили на раскуроченную лужайку и без всяких сантиментов раскидали сапогами мешающуюся им землю. Следующие за нами по пятам воины с копьями, двое из которых добросовестно тащили оружие Драконов, вообще на таких мелочах не заморачивались. Пришли, скинули железки там, где захотели, обломали по знаку магов мешающиеся телепорту ветки. Отбросили истекающие соком отломки подальше и преспокойно принялись ждать, пока чародеи проведут какие-то настройки.

При виде столь грубого обращения с деревьями я сжала челюсти и наглядно убедилась в том, что разбуженный мною лес действительно очень давно не знал настоящих хозяев. Более того, он уже забыл, что может быть по-другому. Никак не отреагировал на поведение невеж, а если и встрепенулись где-то те самые зеленые лисы, то так далеко, что это совершенно ничего не меняло. Так что и мне, чужачке, пришлось угрюмо смолчать, сделав вид, что меня это не касается.

Правда, от того, чтобы мысленно успокоить недовольно зашелестевший лес я все-таки не удержалась. Да и как его не поддержать? Как не посочувствовать и пройти мимо? После того, как с трепетом ощутишь каждый листок на этих деревьях, сложно оставаться равнодушной. Даже если точно знаешь, что он – не мой и моим никогда не будет.

Незаметно погладив босой ступней мягкую травку, я вздохнула.

Не печалься, брат. Я уведу отсюда этих грубиянов и постараюсь сделать так, чтобы они тебя больше не тревожили. Только не выдавай меня раньше времени, хорошо?

Лес безмолвно пообещал. А потом маги, наконец, закончили колдовать у портала и, дружно посмотрев на меня, сделали приглашающий жест.

– Они говорят, что это абсолютно безопасно, – перевел их невнятное бормотание Вега, не отходящий от меня ни на шаг. – Вам не нужно ничего бояться. Это совсем нестрашно: всего один шаг, и вы во владениях владыки. Можно даже взять кого-то из них за руку, если хотите. Они уверяют, что хотят только помочь.

– Нет, пожалуй, – робко улыбнулась я, смущенно спрятав оставшиеся без перчаток руки за спину. – Обойдутся без нежных прикосновений. У меня кожа тонкая, чувствительная… вдруг оцарапаюсь?

– Мне так и перевести? – слегка растерялся Дракон, еще не привыкший к моей манере выражаться.

– Просто передай им спасибо за предложение помощи. Но при этом ненавязчиво упомяни, что мой «артефакт» плохо относится к магам. Скажи, что после случая с амулетом я всерьез опасаюсь кого-нибудь поранить.

Вега все еще озадаченно кивнул, но послушно перевел мою полуправду. А я тем временем с удовлетворением отметила промелькнувшее на лицах магов выражение легкой досады, мысленно себя поздравила с правильной догадкой. Посетовала на то, что так не вовремя потеряла королевский сапфир, и всерьез задумалась над его заменой. Впрочем, дело уже сделано – моя дейри открыта, так что ее уже наверняка успели рассмотреть в подробностях. Не знаю, правда, на какие мысли она их навела… если тут такой странный Ишта, что позволяет портить свой лес, то я не удивлюсь, если у него и с дейри проблемы… но именно это, как я полагаю, так сильно поразило господина Мариоло и сотоварищи в самый первый момент моего появления. Теперь же они лихорадочно искали способ проверить свои догадки и, думаю, не оставят своих попыток. Так что эти гнусные поползновения следовало сразу пресечь, а то и щелкнуть кого-нибудь по чересчур длинному носу, чтоб не лезли. Но пока я буду старательно изображать столичную кокетку, продолжу поражать их своими длинными ногами, буду вежливо улыбаться, смущаться и делать вид, что ни черта не понимаю… ровно до тех пор, пока не разберусь, что за хрень тут вообще творится!

Ну а уж потом, господа маги, мы с вами поговорим. И очень подробно обсудим, кто такие Ишты, почему им нельзя так нагло врать, что случается с дураками за поломанные без причины деревья и почему огромная часть этих земель брошена на произвол судьбы. Хозяйка я тут или нет, но есть вещи, которые касаются каждого из нас. И если выяснится, что местный господин этого не понимает…

Уже входя в разверзшуюся пасть телепорта, я недобро улыбнулась, но, к счастью, этого никто не увидел. А если кто и почувствовал неладное, так это внезапно встревожившийся лес и отчаянно спешащие на его призыв лисы. Которые, впрочем, все равно не успели к моменту закрытия воронки и только разочарованно взвыли, обнаружив, что она уже бесследно исчезла.