Глава 12

Портал привел меня в небольшой кабинет, обставленный со спартанской скромностью: большой письменный стол в углу, два стоящих по обе стороны от него и неуютных даже с виду кресла, мрачноватой расцветки ковер на полу, небольшое узкое окно, занавешенное плотной шторой… собственно, вот и вся обстановка. Единственный источник света – несколько тусклых магических огоньков под каменным потолком, да стремительно гаснущий телепорт, после исчезновения которого комната погрузилась в неприятный полумрак.

– Садитесь, – сухо велел безымянный повелитель, занимая дальнее кресло и не стесняясь для этого повернуться ко мне спиной.

Я мысленно усмехнулась: «Видно, ему нравится чувствовать себя хозяином положения»‚ и без возражения заняла второе кресло. Предварительно проведя по спинке правой рукой и убедившись, что магических пакостей от него ждать не нужно.

– Итак, – без всяких предисловий начал мой визави. – Вы находитесь в моей стране и в моем замке… причем по собственному желанию, поэтому любые претензии по данному поводу приниматься не будут…

Очень мило. Но какой был выбран тон! Интересно, а если у меня появятся претензии по иному поводу, их кто-нибудь примет во внимание? Что-то мне подсказывает, что надеяться на это не стоит.

– В связи с последним обстоятельством вам придется соблюдать некоторые правила, принятые в нашем обществе, и не нарушать их, даже если они покажутся вам неприемлемыми.

Я спокойно встретила колючий взгляд повелителя и так же спокойно положила одну ногу на другую, терпеливо ожидая продолжения. При этом демонстративно не обратив внимания на то, что длинный разрез платья обнажил нижнюю часть моего левого бедра.

Мужчина так же демонстративно опустил взгляд, чуть сузил глаза, принимая вызов. А потом откинулся на спинку кресла и, сложив руки на груди, усмехнулся:

– Смелая позиция. Но я не думаю, что вам следует так открыто ее показывать.

– Полагаю, это не вам решать, – так же спокойно ответила я, бестрепетно выдержав тяжелый взгляд собеседника.

Он снова усмехнулся.

– Боюсь, вы не в том положении, чтобы ставить мне условия.

Я холодно улыбнулась.

– В таком случае вам, наверное, будет тяжело разочаровываться в своих ожиданиях. Но неужели вы позвали меня лишь для того, чтобы попытаться доказать свое превосходство?

– Нет, – неожиданно сменил тон повелитель и насмешливо хмыкнул. – Я просто выполняю долг гостеприимного хозяина и даю вам возможность задать свои вопросы.

– Весьма великодушно с вашей стороны. Но в таком случае я прошу вас объяснить, где именно мы находимся и что это за мир, в котором в силу обстоятельств мне и моим спутникам довелось оказаться.

– Вы знаете о других мирах? – вопросительно приподнял брови мужчина. Кажется, он удивился или мне просто показалось?

Я кивнула.

– Что ж, это упрощает задачу. Объяснять гораздо легче, когда собеседник имеет хотя бы слабое представление о происходящем.

Ах ты, гаденыш…

Я очаровательно улыбнулась.

– Вы правы. Поэтому, надеюсь, ВАШЕГО представления мне будет вполне достаточно для собственных выводов.

Повелитель замер в своем кресле, впившись в меня мгновенно заледеневшим взглядом и явно пытаясь понять, не издеваются ли над ним. Пришлось улыбнуться еще милее и с комфортом расположиться в кресле, всем своим видом убаюкивая чужую паранойю. Не знаю, как у кого, но у меня сложилось стойкое впечатление, что изучающий меня господин настолько привык к беспрекословному подчинению, что не допускает даже мысли, что кто-то может быть ему ровней. Он привык повелевать. Властвовать безраздельно. Видеть повсюду угодливые лица и не встречать никаких возражений.

Обычно я не конфликтный человек. Но если позволить ему делать это и дальше, то потом у меня не будет шансов бескровно что-то доказать. Так что пусть привыкает. И пусть задумается над тем, что, быть может, он тоже умеет делать неверные выводы.

Бестрепетно выждав тяжелый миг молчаливой борьбы, я снова улыбнулась. На это раз чуть мягче и с намеком на перемирие.

– Мне кажется, в любой ситуации есть простые способы добиться своих целей, сударь. Не нужно рубить с плеча. Поэтому, если не возражаете, попробуем быть терпимее к стремлениям друг друга. Ведь, в конце концов, нам с вами нужно одно и то же, не правда ли?

Под моим пристальным взглядом он сперва напрягся, едва не вспыхнув приступом холодной ярости. Затем все-таки задумался. Оценивающе оглядел меня с головы до ног, снова обойдя вниманием провокационно разошедшийся разрез на платье. Наконец, что-то для себя решил и, внезапно успокоившись, хмыкнул.

– Когда женщина чего-то требует, мужчине легче уступить, потому что иначе она постарается взять то, что ей нужно, сама. Вы на это намекаете, леди?

Я скромно опустила ресницы.

– Ну что вы, сударь. Разве женщина может сравниться с мужчиной по силе?

– До сегодняшнего дня я думал, что нет, – задумчиво обронил он, все еще не сводя с меня тяжелого взгляда. – Но, возможно, в чем-то вы правы, а я, судя по всему, чего-то не учел.

Я деликатно кашлянула.

– Тогда давайте начнем разговор с начала. Возможно, вторая попытка будет более плодотворной.

– Хорошо, – на удивление спокойно откликнулся повелитель и, подавшись вперед, облокотился о столешницу. Ого. Заинтересовался, наконец. Позволил себе проявить любопытство и, похоже, готов к нормальному обсуждению.

Прекрасно. Надо этим воспользоваться.

– Значит, я могу задать вам несколько вопросов? – на всякий случай уточнила я, прислушавшись к Знакам. Однако чужое раздражение их сейчас не тревожило. Мне больше не хотелось подняться, грациозно шагнуть вперед и, перегнувшись через стол, двинуть кому-то в зубы, вышибая необоснованную спесь.

Мужчина благожелательно кивнул.

– Можете. Но прежде, леди, я бы хотел узнать ваше имя. Это возможно?

Заметив легкую запинку, я озадачилась. Странно. Водяной вчера тоже нервно отнесся к этому вопросу: мое имя хотел узнать с поистине фанатичным упорством, однако свое при этом назвать отказался. Вот и сейчас мне показалось, что данный вопрос тревожил повелителя гораздо больше, чем должно и чем он хотел бы показать.

– В этом нет никакой тайны, сударь. Меня зовут Гайдэ.

– Гайдэ? – нахмурился повелитель, но почти сразу отвернулся, пряча вспыхнувшее во взгляде мимолетное разочарование, и кивнул. – Хорошо, я запомню. О чем вы хотели меня спросить?

– Где мы находимся?

– Это Во-Аллар, – невозмутимо ответил властитель, вызвав у меня мгновенный, хотя и непродолжительный шок. – Вернее, какая-то его часть, которая с помощью магии была удалена с карты старого мира и помещена в пространственно-временной карман, называемый нами Элойдэ-шаэрэ.

Я ошарашенно промолчала, не зная даже, что сказать на такие откровения. Нет, конечно, я рада, что это – все еще Во-Аллар, но то, что некая его часть закинута магами черт знает куда, как-то не вселяет большого оптимизма.

– Эта часть мира пригодна для проживания любых рас, – бесстрастно продолжил повелитель, демонстративно не замечая моей оторопи. – Люди, кварты, другие нелюди… Здесь так же, как и везде, светит солнце… правда, искусственное и поддерживаемое исключительно за счет магии. Временами, когда это необходимо, идут дожди, дует ветер… ровно в том объеме, что требуется для поддержания наилучших климатических условий. Конечно, иногда это создает определенные неудобства, но привыкнуть к резкой смене дня и ночи можно. С годами это совершенно не создает неудобств, да и ночной образ жизни со временем кажется гораздо более эффективным, нежели дневной… вы меня слышите, леди?

Тихонько вздохнув и заставив себя отложить на время панические настроения, я с достоинством наклонила голову.

– Прежде чем делать какие-то выводы, хочу дослушать до конца.

– Разумно, – хмыкнул повелитель, не обманувшись выражением вежливого недоумения на моем лице. Похоже, все-таки чувствует эмоции, зараза. И значит, бесполезно пытаться его обмануть такими примитивными фокусами. Впрочем, как и ему – меня. – Не переживайте – мысли ваши я не читаю – на вас стоит превосходная защита, с автором которой я бы с превеликим удовольствием пообщался. Но, как вы и сами, вероятно, догадались, природа нашей с вами силы весьма похожа, соответственно, и играть нам придется в равных условиях.

– Возможно, – ровно отозвалась я, занявшись изучением рисунка на ковре. – Но я все-таки хотела бы узнать, как вышло, что старый мир оказался расколот на куски.

– Его не раскололи, – снова огорошил меня мужчина. – Скорее, аккуратно изъяли одну из частей. Причем с полного согласия ваших богов и при непосредственном участии их основных помощников.

– Айри и шейри?

– Да.

– Но зачем? – непонимающе нахмурилась я. – Для чего потребовались такие сложности?

– Вам знаком термин «Игра», леди? – внимательно посмотрел на меня повелитель.

Я вздрогнула и подняла от пола неверящий взгляд.

– Неужели вы?..

– Нет, – качнул он головой. – В Игру было предложено вступить одному из моих предков. Очень и очень давно. Как вы понимаете, предложение было сделано богами, и отказаться от него оказалось нелегко. Мой предок на тот момент был довольно посредственным магом, при этом, к несчастью для себя, еще и верующим. Поэтому, разумеется, не посмел сказать «нет» своему богу.

– Айду или Аллару? – уточнила я, уже начиная понимать, что к чему.

– Не суть важно. Главное, что очередная Игра началась, а в итоге мой предок оказался на перепутье.

– Выбор… – невесело усмехнулась я.

Повелитель остро на меня взглянул.

– Судя по всему, вам знакомы правила, леди. Тогда я не буду вдаваться в подробные объяснения и говорить о причинах.

Я только кивнула. Конечно, зачем повторяться, если совсем недавно я сама прошла этот путь и точно так же стояла на перепутье, мучительно раздумывая над тем, чью сторону принять. Айд… Аллар… сделать выбор в чью-то пользу было так заманчиво, что мне сразу почудилась ловушка. И в результате мой выбор оказался совсем иным. Причем это случилось настолько неожиданно для богов, что меня за это даже не наказали. Вернее, впоследствии меня за это просто-напросто убили, потому что иного пути на тот момент для нас с Лином просто не было, а вот затем произошло нечто такое, с чем даже богам пришлось смириться. И во что даже довольно долгое время было очень сложно поверить.

– Что произошло? – спросила я, ощутив мимолетное раздражение собеседника, вызванное неприятными воспоминаниями.

– Мой предок был вынужден выбирать между Светом и Тьмой, леди, – сухо сообщил повелитель. – При этом Свет обещал ему вечную славу в обмен на жизнь, а Тьма – вечную жизнь в обмен на его душу.

– Сложный выбор, – согласилась я, гадая про себя о том, насколько тот маг был близок к тому, что впоследствии удалось совершить мне и Георсу. – Судя по всему, ваш предок решил исходить из собственных интересов и, будучи припертым к стенке, принял нестандартное решение? Которое, вероятно, очень не понравилось его богу? Или, возможно, сразу обоим богам?

Еще один проницательный взгляд в мою сторону.

– В вашем мире остались какие-то сведения на эту тему, леди?

– Ни малейших, – с готовностью откликнулась я. – Боги не любят, когда смертные узнают об их просчетах.

– Тогда что же заставило вас сделать такое предположение?

– Интуиция, сударь, – улыбнулась я. – И тот факт, что история всегда повторяется, хоть и с другими героями.

– Потом вы расскажете мне об этом, – безапелляционно заявил мой собеседник, на мгновение недобро сверкнув глазами, но почти сразу успокоился и продолжил: – Что же касается моего предка, то он действительно сделал необычный выбор и пожелал выйти из Игры…

– Плохая идея, – я неодобрительно покачала головой. – Полагаю, боги были категорически против?

– Это решение стоило ему дара и, в конечном итоге, жизни. Но благодаря тому, что в те времена и боги, и их первые создания были гораздо ближе к смертным, чем сейчас, у этого решения нашлись… скажем так, сторонники.

– Скорее, сочувствующие и заинтересованные лица, – снова пробормотала я. Но повелитель все равно услышал и, помедлив, согласно наклонил голову.

– Вижу, вы действительно немало знаете, леди. Но сейчас еще не моя очередь отвечать на вопросы. Поэтому мы опустим этот момент и вернемся к нему позже.

Я снова кивнула. Что ж, это справедливо: против обмена информацией я ничего не имею против. До тех пор, разумеется, пока чужие интересы не начинают пересекаться с моими собственными или пока их обладатель не превращается из обычного собеседника в настойчивого дознавателя. Господин да Миро бы подтвердил.

– Что же произошло дальше, сударь? – вежливо осведомилась я, всерьез обеспокоившись последствиями. – Игра была прервана?

Повелитель усмехнулся.

– Нет. Она просто закончилась. Потому что без главного Игрока потеряла всякий смысл. Богам пришлось искать нового претендента на проигрыш и признать, что на этот раз у них ничего не вышло.

– А ваш предок? Насколько я поняла, он все-таки сохранил жизнь?

– Ненадолго. Да и то – лишь для того, чтобы вместе с дружественными ему айри и одним из шейри вывести подвластную ему территорию из-под внимательного взора всех трех богов.

Я удивленно кашлянула.

– Простите, сударь… вы сказали «дружественные» айри и шейри? Я не ослышалась?

– Возможно, я оговорился, – тут же исправился повелитель. – Скорее, это были айри и шейри, разделяющие его интересы и не отказавшиеся внести посильный вклад в осуществление его задумки.

– Значит, ваш предок захотел уйти, – задумчиво обронила я, пытаясь представить, как это могло произойти и почему боги вообще такое допустили. – Полагаю, он долго к этому готовился, сударь? И подпустил к себе айри и шейри лишь когда изменить ничего уже было нельзя?

Мужчина кивнул.

– Он потратил на подготовку больше десяти лет. И насчет айри вы тоже не ошиблись. Глупо было бы доверять созданиям Аллара, если известно, что любой из них может стать вместилищем для Его сущности.

– От Айда тоже шила в мешке не утаишь, – не согласилась я. – Как вашему предку удалось так долго сохранять свои намерения в тайне?

– Игроки неприкосновенны, – усмехнулся он. – И до определенного момента сохраняют некоторую независимость от богов. Разве вы этого не знали?

– Забыла, – досадливо поморщилась я. – Но не исключаю, что в прошлом боги давали своему избраннику несколько больше времени на самоопределение, чем сейчас. И объясняли правила до того, как отпустить поводок. В чем же заключалась помощь айри и шейри, сударь? И, если не секрет, не подскажете, сколько их было? Признаться, мне несложно поверить, что кто-то из ангелов или демонов встал на сторону человека, но я с трудом допускаю мысль, что их было настолько много, что с этим фактом пришлось смириться даже богам.

– Их было двое, леди. Один айри и всего один шейри, причем не самого высокого уровня. Тем не менее вместе они смогли сделать так, чтобы выбранный участок земли оказался вырван из привычного мира и целиком перенесен в пространственно-временной карман. А затем они накрыли его мощным ограждающим заклятием, которое мы называем Куполом, для того, чтобы больше ни один маг и даже бог не сумел сюда проникнуть.

Я непонимающе моргнула.

– Вы хотите сказать, этот Купол настолько прочен, что ему не страшен гнев богов?

– За те тысячелетия, что мы живем в добровольной изоляции от Во-Аллара, богам не удавалось это сделать ни разу.

– Думаете, они пытались? – осторожно спросила я, некстати вспомнив анекдот про неуловимого Джо. Но владыка в ответ только снисходительно улыбнулся.

– У Игры свои законы, леди. И один из них заключается в том, что при определенных условиях даже боги оказываются неспособными что-либо изменить. К примеру, когда им противостоят сразу три немалые силы, стремящиеся к одной и той же цели, то волей или неволей их носители оказываются в фокусе Равновесия…

– А нарушать его, даже если Равновесие плохонькое и недолгое, боги точно не станут, – с удивлением заключила я. – Очень любопытный феномен. Но тогда получается, что Игрок при поддержке двух противоборствующих сторон имеет возможность остановить Игру? Даже если это оказались слабый маг, мелкий бес и недовольный своим создателем айри?

– Три – ключевая цифра для поддержания Равновесия, – согласно кивнул повелитель. – Как треугольник с равными сторонами, являющийся наиболее устойчивой фигурой из всех возможных.

– Это точно. Стол на трех ножках всегда устойчивее и надежнее, чем на четырех… благодарю вас, сударь, я поняла аналогию. Что же произошло с осколком прежнего мира?

– Ничего. Оказавшись в одиночестве, мы до сих пор спокойно живем – одни, без покровительства и власти каких-либо богов. Свободные, независящие ни от кого и вполне довольные сложившимся порядком вещей. Правда, мой предок за эту свободу заплатил собственным даром, потому что не выдержал напряжения и перегорел, но, как мне кажется, это – достойная цена за такой подвиг. Или вы со мной не согласны?

– Я не могу согласиться или, наоборот, НЕ согласиться с вашей точкой зрения, сударь, – ровно отозвалась я. – Просто потому, что еще не до конца понимаю происходящее. Значит ли то, что вы мне рассказали, что боги не имеют на Элойдэ-шаэрэ никакой силы?

Мужчина недобро сузил глаза.

– Они не имеют права даже нос сюда сунуть. И меня это полностью утраивает.

– А айри и шейри?

– Иногда заглядывают, – понимающе усмехнулся он. – Но, надо сказать, нечасто.

– Значит, у вас есть способ с ними связаться? – снова спросила я, постепенно подводя его к одной очень важной мысли.

– Вы полагаете, создания богов будут подчиняться человеку? – вместо ответа спросил властитель.

Я хмыкнула. Когда нужно, демоны не только подчинятся, но еще и из шкуры выпрыгнут, лишь бы от них отстали некоторые назойливые личности вроде меня. Вопрос лишь в правильной мотивации. Так что не надо лукавить и делать вид, что не понимаете вопроса, господин умник. Хотя, конечно, такая реакция говорит о том, что какая-то связь с тем миром у вас все-таки есть.

Что ж, возьмем на заметку.

– Вы же понимаете, – решила схитрить я, – даже с учетом того, что у вашего предка получилось сохранить часть Во-Аллара в почти нетронутом виде и обеспечить его существование, что само по себе удивительно, для меня намного важнее возможность вернуться туда, откуда я прибыла.

Повелитель спокойно кивнул.

– Разумеется, я прекрасно понимаю ваше желание. Однако боюсь, что оно неосуществимо.

– Почему? – напряглась я.

– Потому что вам не удастся вернуться на Во-Аллар.

– Но ведь пространственно-временной карман не способен существовать без какой-то привязки, – возразила я, старательно прислушиваясь к себе и пытаясь понять, не дурят ли мне голову. – К тому же мы попали сюда через самый обычный портал, который, открывшись единожды, наверняка может открыться снова.

– Вы правы лишь отчасти, леди, – невозмутимо отозвался правитель. – Наш мир действительно не мог бы существовать без привязки к Во-Аллару – без этого он просто растворился бы в пустоте. И если вы попали сюда, значит, там… у себя… оказались на том месте, где мой предок некогда принимал у земли силу. И где находится тот стержень, который удерживает нас в состоянии Равновесия.

Я замерла.

Так. Это он о Пустыне, что ли? Выходит, когда-то это была самая обычная земля со своим Знаком, которая после исчезновения оттуда всей живности, превратилась в то, что мы сейчас знаем?! И когда-то там не было никаких песков?! Ни нежити, ни громадных барханов, ни удручающей тишины… Пустыня! Е-мое! Вот почему ее назвали именно так! И вот почему она вообще появилась! После того, как оттуда разом исчез Хозяин вместе с огромным куском мира, ничто иное просто не смогло заполнить образовавшуюся пустоту!

Черт!

Но ведь это значит, что мы совершенно неправильно искали там последний Знак! Потому что он исчез оттуда много тысяч лет назад вместе со своим носителем! И все это время находился здесь! В этом необычном, созданном усилиями мага, демона и айри мире, который по каким-то причинам боги решили оставить в покое!

– Но не стоит думать, что кому-то удастся повлиять на него или же уничтожить, – продолжил повелитель, заметив, как у меня изменилось лицо, и по-своему расценив причины моего взбудораженного состояния. – Сотворившая его сила неподвластна даже богам, не говоря уж о смертных. Поэтому я с легкостью сообщаю вам эти сведения и со всей ответственностью готов заявить, что перебороть ее у вас при всем желании не получится. Как не получится воспользоваться порталом еще раз, поскольку он работает только в одну сторону.

– Что? – внезапно похолодела я. – Открыт только сюда?! Но зачем?!

– Побочный эффект заклинания привязки. Небольшой разрыв в ткани мироздания, который открывается в строго определенное время и на очень короткий промежуток. Но, как я уже говорил, ни маги, ни боги, ни любое другое существо проникнуть сквозь него не способны. Только звери, насекомые и… самые обычные люди, не имеющие магического дара. Правда, до сих пор это случалось крайне редко – всего пять случаев за всю нашу историю, да и то четверо из пяти попаданцев погибли в болоте до того, как мы успели их отыскать. Тогда как последний умер задолго до моего рождения, так что я не смогу вам сказать, кем он был и почему сумел пройти сквозь Купол.

Я прикрыла глаза и надолго замолчала.

Что ж, вот и ответ на мой самый главный вопрос – ни братья, ни Эннар не сумеют ко мне пробиться. Не верить повелителю причин не было – Знаки с готовностью сообщили, что в его словах нет ни капли лжи. Да и понятно теперь, почему братики не пострадали, оказавшись в такой опасной близости от проклятой колонны. Предельно ясно и то, почему сюда забросило только нас пятерых – обычных гвардейцев и меня, хотя тот факт, что я оказалась не просто немагом, а Иштой, все еще требует пояснений. Но в любом случае, мои опасения подтвердились, и мы застряли тут очень надолго.

В панику я, разумеется, от этой мысли впадать не стала, потому что прекрасно знала, что рано или поздно на Во-Аллар вернется Лин. А поскольку в его жилах текла кровь и айри, и шейри… думаю, для него не составит особого труда разобраться с тем самым Куполом, на который возлагает так много надежд изучающий меня мужчина. Возможно, конечно, его принадлежность к Лойну скажется не самым лучшим образом, но поскольку Лин все же пока не бог, то, полагаю, шансы у него есть. На крайний случай Дем поможет – или сам сыграет роль проводника на пару с Лином, или подыщет какого-нибудь слабого демона, чтобы открыл проход. С ангелами будет посложнее, потому как пернатого еще поймать надо. Но мои братики, если что задумали, непременно своего добьются.

Осталось только придумать, как донести до них эту стратегически важную информацию.

– Скажите, сударь, – снова спросила я, определившись с решением. – Насколько я поняла, портал с Во-Аллара открывается исключительно в одну сторону и, вероятно, в Гиблом болоте. Почему так происходит?

– Думаю, вы и сами способны ответить на этот вопрос, – тонко улыбнулся мой визави.

Ага. Значит, уже не надо спрашивать, чьими усилиями бедным попаданцам везет на встречи с обитающей в болоте нежитью. Полагаю, местным не нужно, чтобы чужаки с завидной регулярностью сваливались им на головы. Поэтому некто… будем пока считать его просто хорошим и предусмотрительным магом… умышленно сделал так, чтобы порталы открывались в нейтральной зоне. Выживет после этого чужак – дело уже десятое. Зато если он вдруг окажется с сюрпризом… мало ли, какое оружие изобрели на Во-Алларе за прошедшее время… то его всегда можно остановить подальше от родного дома, не допустив агрессивно настроенного и недовольного переносом гостя в святая святых. Видимо, прецеденты уже случались, как и утверждал илэ Мариоло, поэтому теперь местные перестраховываются. И как бы ни было неудобно мотаться по сигналу на болота, все это гораздо безопаснее, чем впускать чужаков без предварительной проверки.

Что ж, умно. Надо отдать должное предусмотрительности местного владыки.

– Хорошо, вопрос снимается, – не стала выяснять детали я и тут же снова спросила: – Когда я попыталась осмотреться… думаю, вы это почувствовали… мне показалось, что вокруг ваших владений, как на дальней границе болот, установлена какая-то защита. Это и есть Купол, о котором вы говорили?

– Верно, – благожелательно наклонил голову повелитель. – В какую бы сторону вы ни отправились, рано или поздно все равно уткнетесь в него.

– А велики ли охраняемые им земли?

– Достаточно велики, чтобы мы не испытывали ни в чем нужды и не стремились вернуться в старый мир. Насчет населения можете не спрашивать – сразу скажу, что народу на Элойдэ-шаэрэ проживает весьма немало. Как людей, так и нелюдей.

– Ваши слуги из числа последних?

– Коарани – исключительно местная раса, получившаяся в результате связи людей и квартов… в вашем мире еще остались кварты, леди?

– Да, сударь. И их даже становится многовато для тех ресурсов, которыми обладает Во-Аллар.

– Коарани – их прямые потомки, – снова кивнул повелитель. – Такие же невысокие, но внешне гораздо больше похожие на людей. Однако, в отличие от своих прародителей, здесь они приобрели способность к весьма специфическому дару – эти создания крайне восприимчивы к одному из подвидов бытовой магии. К тому же они весьма ценят свое слово, безоговорочно верны тому, кого выберут своим хозяином, поэтому лучших слуг и пожелать нельзя. Кроме них, у нас есть и потомки хвардов, которые хоть и сохранили некоторые черты своих прародителей, но со временем утратили способность к полному перевертничеству. Миррэ, к сожалению, не прижились, а вот речные жители, наоборот, чувствуют себя здесь вполне сносно.

Я задумчиво потеребила подлокотник.

С оборотнями, в принципе, все ясно – попав сюда в очень ограниченном количестве (а иного просто быть не могло, потому что они и сейчас редко покидают свои леса), с годами оборотни просто выродились, превратившись в обычных людей с необычными способностями. С миррэ все еще проще – вдали от стаи, как говорил Мейр, они вообще не умеют существовать, поэтому одиночки или погибают, или возвращаются. Какая-то особенность физиологии, не позволяющая им ассимилироваться среди других народов. С водяными только загвоздка – насколько мне известно, на Во-Алларе их нет. Но, возможно, когда-то и были, если уж сюда умудрилось затесаться несколько представителей этого необычного племени.

Надо будет потом порыться в архивах.

– Ниг как-то обмолвился, что магическим даром слуг наделяете именно вы. Это правда?

– Да, – спокойно отозвался мой собеседник, приняв более расслабленную позу. – Как хозяин этих земель и маг, у меня достаточно сил, чтобы одаривать своих подданных теми видами магии, которые приносят пользу.

– Вы говорите о своей пользе? – невинно поинтересовалась я.

– Конечно. На Элойдэ-шаэрэ все подчинено исключительно моей воле. Моими силами она живет и за счет меня же остается неприкосновенной.

– Значит ли это, что именно вы поддерживаете Купол, сударь? – снова полюбопытствовала я, мысленно достраивая картину этого странного мира.

– Совершенно верно. Если меня не станет, Элойдэ-шаэрэ умрет.

Вот оно как…

Я задумчиво оглядела собеседника.

Получается, он на данный момент – сильнейший маг своего поколения, от которого здесь зависит все: когда и с какой яркостью светит солнце, когда пойдут дожди, каким будет следующий урожай, кто и каким даром станет обладать… и даже сохранность Купола полностью лежит на его плечах, хотя мне, прямо скажу, сложно представить, откуда он берет на это силы. Но если Купол рухнет, Тень мгновенно сожрет всех, кто так долго прятался под ним от ее жадного взора. Неудивительно, что повелитель так себя превозносит: в этих местах он действительно царь и бог. Во всех смыслах. И ведет себя, как пуп земли, потому что, по большому счету, именно им он и является. По крайней мере, для своих. Так что я напрасно его обвиняла в хамстве и неуважении к своей персоне – в такой теплице, как тут, когда он много лет является единственным важным шмелем, трудно вести себя иначе. Тем более с чужаками.

Ладно, я этим все ясно. Но меня все-таки беспокоит один момент…

– Скажите, сударь, – осторожно поинтересовалась я, чувствуя, что вступаю на скользкую почву. – Когда вы упоминали своего предка, то невольно затронули важную тему – сказали, что он был не просто Игроком, а еще и владел некоей территорией, которая по его желанию целиком и полностью оказалась перемещена в пространственно-временной карман. Просто так подобные решения не обходятся без досадных случайностей и неприятных последствий. И‚ на мой взгляд‚ подобное возможно лишь в одном случае – когда земля… не люди или нелюди, а сама земля… безоговорочно доверяет своему хозяину и готова выполнить его волю даже тогда, когда это сопряжено с огромным риском для нее. В этой связи меня весьма интересует один вопрос: скажите, ваш предок был… Иштой?

Повелитель недобро улыбнулся.

– Так же, как и вы, леди.

Ага. Значит, я права, и мои действия не остались тайной за семью печатями.

Нутром ощущая исходящее от собеседника напряжение, красноречиво свидетельствующее о том, что тема ему не нравится, я тем не менее снова спросила:

– Но тогда выходит, что свой Знак ваш предок забрал с собой? Сюда?

– Да.

– Что же с ним случилось, сударь? Знак по-прежнему активен? Он перешел к вам по наследству или же…

– Мне кажется, настала моя очередь задавать вам вопросы, леди, – невежливо прервал меня властитель, впервые за весь разговор проявив нетерпение. – Я был с вами достаточно откровенен и жду от вас такого же отношения.

Вот оно даже как? Занятно… видимо, со Знаком у них не все так гладко, как хотелось бы. Не зря мне показалось, что с лесом творится что-то неладное, да и водяной был весьма невысокого мнения о пресловутом хозяине. Видимо, я наступила кому-то на больную мозоль, поэтому у повелителя так резко изменилось настроение и пропало всякое желание вести светскую беседу.

Ладно, будем иметь в виду, что на тему Ишт с ним надо беседовать аккуратно. Вытягивать сведения постепенно, потихоньку и так, чтобы он раньше времени не догадался, зачем мне это нужно. А пока придется пойти на уступки и выдать ему минимум информации, попутно раскручивая его на дополнительные сведения. Не очень удобно, конечно, но деваться некуда – я действительно нахожусь не в том положении, чтобы диктовать свои условия. По крайней мере‚ открыто.

Зато в этой ситуации есть как минимум один большой плюс: я наконец-то узнала, кто виноват в творящемся тут безобразии. А значит, когда все окончательно выяснится, мне будет с кого потребовать ответы.