Глава 18
Это был то ли дурной сон, то ли явь… В висках пульсировало от накативших воспоминаний. Память была переполнена деталями, фактами, чувствами… Голова такая тяжелая, что, казалось, не поднять с подушки.
Я приходила себя не сразу. То выпадала из реальности в бред и полузабытие, то снова возвращалась к просторным прохладным покоям, в которые меня положили после падения в обморок.
Я помнила его взгляд- полный шока и досады, а еще напряженности. Я помню его крепкие руки, сжимающие меня.
-Майя…- прошептали губы Шейха, а мне стало так мучительно больно от того, как нежно и проникновенно он это произнес.
Ложь… Все это ложь… Просто мираж…
-Майя,- слышу эхом в сознании.
-Майя,- доносится громче.
И вот, я снова возвращаюсь в реальность. Как ни противлюсь этому, размыкаю глаза и смотрю правде в глаза.
Правда передо мной. В обличие мужчины, который подарил мне столько эмоций, но забрал не меньше.
Пусто. Иногда пустота больнее всего на свете… Особенно это пустота после любви.
-Очнулась,- шепчет он горячо и подается ко мне, хватая за руку и целую её.
Я резко дергаю её на себя. Отворачиваюсь.
Нелепо. Сейчас я понимаю, как это нелепо- противостоять Шейху Тамеру, Правителю Киренаики, мужчине, способному не только поднять меня в небеса, но и опустить в преисподнюю. Теперь я помню всё. Помню, на что он способен, когда ему говорят «нет». Помню, при каких обстоятельствах я оказалась здесь. Помню, почему бежала к Даниилу и молила его помочь…
-Майя, нам нужно поговорить,- говорит хрипло Тамер.
Я не могу на него смотреть, смаргиваю слезы. Слезы агонии. Грудь корёжит...
-Я всё слышала…- отзываюсь глухо.
Он это прекрасно знает. И все равно, мне нужно это произнести. Укорить.
- Ты вспомнила, да? Всё вспомнила…- шепчет он.
-Вспомнила…- честно выдыхаю я, обреченно закрывая глаза, когда он снова берет мою кисть в свои руки и целует её.
-Ты вспомнила, как я любил тебя… Теперь ты понимаешь, да? Ты моя судьба, Майя…
-Я вспомнила все, Тамер… И то, как ты причинял боль… Не физическую, нет… Моральную… Как важно тебе было поработить меня… Я была твоей игрушкой… Ею и остаюсь…
-Неправда, это не так…
-Тамер…- устало выдыхаю,- эта женщина… Кто она тебе?
Наши взгляды пересекаются. Сердце сжимается от дикого укола боли. У него ведь гарем… Это просто наивная дурочка Майя без памяти не могла об этом знать. Здесь, в причудливом архитектурном ансамбле этого дворца есть целое крыло, отведенное под утехи Шейха… Именно там я увидела его в объятиях других… Именно там я умоляла Даниила вывезти меня из Киренаики… Именно после этого Тамер решил навсегда привязать меня к себе браком…
- Я должен объяснить. Выслушай пожалуйста…
Снова уставший выдох. Прикрываю глаза.
-Да, Тамер. Я тебя выслушаю,- честно признаюсь,- я ведь прекрасно понимаю, что у меня нет другого шанса… Нет выбора…
Он не реагирует на мой укор. Для него важно, что я не артачусь. Зеленый свет.
- Ахмад думал, что убил меня…- хрипло говорит он после долгой паузы,- я был ранен. Он скинул меня с башни…
Мрачно усмехается, переносясь мыслями в тот момент.
Он совсем обезумел, Майя… Больной ублюдок… Я знал, что он не питает к нам любви, но не думал, что посмеет поднять руку против родной крови… Брат против брата… Фавда (араб.- смута). Самое страшное, что может быть для человеческого достоинства. Когда мужчина теряет самое важное- свою честь… Инфаркт отца, убийство Мо и Алии в Милане… Яне думал, что он пойдет на такое,хоть и предчувствовал подвох.
Я замерла, не моргая.
Мо и Алия? Они мертвы?
Горло сжало спазмом ужаса и сржаления. Я была близка с Алией. Эта прекрасная ливанка некогда вдохнула в меня и жизнь и спасла от отчаяния в этом царстве интриг и миражей…
Я лежал у подножья башни. Разбитый, бессознательный. Если бы даже выжил, расчет был на то, что меня сожрут гады, специально заселяющие подступи к замку от врагов… Только враг был внутри… Не нужно было годами пествовать самых опасных и ядовитых тварей пустыни, чтобы получить смертельный укус… Укусил самый близкий… Самый приближенный… Брат…
Меня же спасло то, что в организме было противоядие с детства. Ахмад этого, видимо, не учел…
Мои верные люди вывезли меня в полнейшем беспамятстве. Я не знал, жив я или мертв. Находился в сумеречном состоянии. Ранение в бок было довольно глубоким. Помощь пришла оттуда, откуда никто не ждал…
Меня инкогнито приютил правитель племени Азавл. Того, что на границе с Ашанти. Они сами были вынуждены бежать с родных земель из-за того, что Ахмад отдал их земли своему сообщнику Ибрагиму Трео. Мы скитались в скалах.
Они скитались. Я же был просто телом. Между жизнью и смерть. Добро и злом. Раем и адом. Иногда мне казалось, что надо мной смеются пустынные джинны. Иногда я слышал голоса прекрасных дев в раю. Иногда видел улыбку матери и ощущал одобрительные братские объятия Мухаммада.
Я не жил… И все равно, в этом тумане беспамятства видел свою звезду, Майя.. Видел тебя, девочка моя…
Ты являлась ко мне каждый день. Обнимала, ласкала, гладила по волосам, шептала, что верна и что любишь…
Он закрыл глаза, преодолевая напряжение. Лицо Тамера, казалось, было сейчас каменным.
-Ты любила меня… Кормила меня… Улыбалась мне… Ласкала…
Он закрыл глаза… Так продолжалось около двух месяцев, пока я балансировал между правдой и ложью… Между реальностью и сказкой…
А потом… В один из дней, когда я тянул руки к твоему лицу и улыбался к тебе, золотой туман начал рассеиваться и… вместо твоего лика, Майя, я увидел Далиду… Дочь правителя Ашанти…
Это она все это время заботилась обо мне…
Тамер замолчал и задумался.
Глубоко вздохнул.
- Я не знаю, правду ли говорит эта женщина или нет. Была ли у меня с ней близость, или же это ложь, Майя… Знаю только, что я не был в сознании, а когда его обрел, сразу покинул пределы их поселения, направившись со своими единомышленниками отвоевывать то, что по праву мое… Вот тебе правда, Майя… Такая, какая есть…
На глазах снова навернулись слезы. Я была рассеяна. Не знала, верить ли ему или это очередной блеф, манпуляция. Голова болела еще сильнее…
-Мне нужно побыть одной, Тамер,- сказала честно,- пожалуйста, мне нужно пару дней прийти в себя.
Он печально улыбнулся, накрыв указательным пальцем мои губы.
- Отдыхай, любимая,- нежно прошептал, заправляя мои пряди за ухо,- у тебя есть пара часов, но о большем не проси…
Я вопросительно уставилась на него.
- Я не изменю своего решения, Майя. Теперь, когда ты все помнишь, тем более… Ты теперь живешь в моих покоях. Делишь со мной одну постель…
-Нет…- внутри начал подниматься рьяный протест, но Тамер подавил его жестким поцелуем.
Его глаза сейчас горели тем же самым пламенем, которым он жег меня, когда выкрал из Москвы и насильно вез в мой «новый дом», как тогда заявил.
Отвела глаза, но он снова заставил на него посмотреть захватом пальцев на подбородке.
- Ты моя жена, Майя. Моя во всех смыслах. Я решаю, где твое место. Твое место в моей постели. Подо мной, девочка моя,- ведет по лицу, шее, груди ребрами пальцев обманчиво нежно,- ты родишь мне наследника, Майя… Родишь моего сына…
Мои глаза наполняются слезами. Хочу оттолкнуть его, но сил совсем нет.
-Уже есть та, кто скоро тебе родит!- выплевываю в него всю свою женскую обиду, но он с легкостью от нее изворачивается. Она его совсем не трогает.
- Беременность Далиды ничего не меняет, умри. Я вообще не уверен, что этот ребенок мой. Я не помню секса с ней. Зато…- он снова гладит меня, снова одержимо заглядывает в мои глаза,- с тобой я помню каждый твой стон, каждый всхлип, каждый оргазм… Мне нужен сын от любимой женщины, Майя… От тебя. Ты родишь мне мое продолжение… Того, кто будет радовать мое сердце до последних дней своей молодостью и силой, в котором я буду видеть воплощение своей любви к тебе… Нашу страсть… Твою красоту, моя прекрасная…- гладит мою щеку. Гипнотизирует,- прими свою судьбу, Майя… Не ищи сложностей там, где для нас двоих их быть не может… Я дам тебе пару часов, чтобы собраться с мыслями, а ночью…
Наклоняется и проводит носом по моей скуле, глубоко вдыхает, а потом прикусывает мою губу.
-Я снова возьму то, что по праву моё… Снова и снова буду брать…
Я хочу возразить, отстраниться, возмутиться, но в этот момент мы оба отвлекаемся на громкий стук и тут же открывающуюся дверь.
-Кто разрешал беспокоить нас?!- взрывается он молниеносно.
На пороге несчастный прислужник, бледный, как лист бумаги.
-Ваше величество… Я… я бы никогда, если… Просто Его Величество Шейх Аль-Маррифи пришел в себя… Он вышел из комы и просит Вас к себе… Простите, самахату аш-шейх… Ради Аллаха, простите…