Глава 23
Мы замираем с ним, глядя друг на друга, а мне рыдать хочется, как же я чутко ощущаю его интуитивно. Наш с ним диалог словно бы разложен по нотам, словно бы идеально сыгран.
Я поверила Шейху Аль-Маррифи. И я была достаточно умна и осведомлена о Востоке, чтобы понимать, что его правда, пусть жестокая, но рациональная… Другой вопрос, что в моем сердце не было и не может быть места для этой правды. Я слишком сильно люблю шейха Тамера, чтобы делить его с кем-то. Пусть это эгоистично, пусть это по-западному, нов этом вся я. Всё или ничего…
Это ведь тот принцип, которому научил меня он сам. В первый раз я испытала удовольствие в его руках спустя пару дней после похищения и переезда в Киренаику. Он мог бы воспользоваться мною уже тогда, уже тогда сделать своей, но… Он ждал, пока я сама сдамся, пока сама сделаю к нему не один шаг, а десять… «Это было бы слишком просто для тебя»,- вот что он сказал мне, а я не поняла его слов. А теперь понимаю…
В этом было все- и уважение, и понимание, и гордость, и прочность… Шейх Тамер не просто завлекал, как паук. Он делал нашу связь нерушимой, необратимой. И потому я должна была посмотреть в его глаза и увидеть в них его правду, нашу правду. Я верила ему. И верила не зря.
Из всего узкого выбора, который только и давала эта ситуация, он смог вытянуть максимум. Перехитрил всех, обставил на много ходов вперед. Это восхищало в нем. Как в правителе. Как в стратеге. Как в мужчине, который хотел сделать эту пилюлю для меня наименее горькой, но…
Она все равно была горькой. Тень его измены все равно нависала тяжким грузом на моем сердце… Этого не исправить… Я должна была снова поверить Тамеру. Снова поверить в безоговорочность его любви. А еще я должна была дать себе пространство для того, чтобы выдохнуть спокойно. Чтобы дышать не только им, но и простым воздухом. Тамер кружил меня в нескончаемом потоке соблазна и страсти. А я хотела надежности. Хотела ради нашего будущего. Хотела поверить в это самое будущее.
А еще я слишком любила его… И потому…
И потому ответ на гложащий меня вопрос пришел еще тогда, когда я не знала, что мой мужчина сможет отсрочить свой союз с Далидой, в какой бы форме он ни был… И теперь я должна была озвучить его перед всеми, подспудно внеся в него небольшие коррективы. Выгодные именно мне коррективы…
-Что означает твое «нет», Майя?- хриплым голосом произнес Тамер, делая решительный шаг ко мне.
Он был в ярости. Его грудь колыхалась в такт с порывистым дыханием.
- Умерь свой гнев, дорогой Тамер…- тихо произнесла я и перевела глаза на шейха Аль-Маррифи,- достопочтенный шейх, я очень рада, что Вы тоже здесь и, надеюсь, услышите мою правду. Я сказала Вам накануне и повторяю в присутствии всех снова: я люблю Вашего сына. Он для меня всё. Я готова ради него на всё… Даже…- сглатываю ком в горле,- даже отступить…
-Не нужно никуда отступать, Майя, я тоже тебя люблю, баннута. Ты просто нервничаешь. Все хорошо,- Тамер снова приближается и пытается меня остановить, но я выставляю руку вперед.
-Вы очень любили мать Тамера…- продолжаю свое обращение шейху аль-Маррифи,- Тамер Ваша отрада… Но жизнь мужчины неидеальна… Она ушла. Появилась другая женщина и… Что же получилось? У Вас были три сына и все они в итоге оказались в опасности. В опасности из-за того, что каждый претендовал на власть… Женщина никогда не примет угрозу, исходящую от детей от другой… Эти дети, одной крови, с одним отцом, будут воспитаны в ненависти друг к другу. Так же, как Ахмад и Тамер. Что Вы получили? Измену собственного сына, убийство одним братом другого, покушение на жизнь еще одного брата… Нет, я не готова… Не готова жертвовать жизнью Тамера и наших возможных будущих детей ради этого. И потому…- я снова перевожу глаза на свою любовь,- если ребенок от Далиды окажется твоим, я отступлю… Навсегда уйду из твоей жизни… Ради тебя самого, Тамер… Чтобы история не повторилась… Чтобы наши дети не пошли друг против друга…
-Майя… Что ты такое говоришь…- голос Тамера был сиплым. Почти безжизненным,- ты так мстишь мне за то, что я возлежал с ней? Так я не помню! Не помню, иблис поглоти эту землю! Даже если так, меня обманули!
-Дети не виноваты в грехах родителей… Даже если эти самые дети в этих самых грехах и рождаются… Прости… Но это решение оптимально. И уверена, твой отец со мной согласится…
Я снова перевела взгляд на шейха Аль-Маррифи. Его глаза были увлажнены.
- Я бы хотел иметь такую умную дочь, как ты, Майя,- произнес он тихо,- любовь Тамера к тебе совершенно заслужена…
-Я тебя не отпущу…- хрипло говорит Тамер, делая еще один шаг ко мне,- с чего ты взяла, что можешь распоряжаться такими делами?! Майя! У всего есть предел! Я и так сделал невозможное, пойдя ради тебя на многое! Не испытывай мое терпение! Устаз Фарес, я прошу Вас поженить нас прямо сейчас!- повелительно обращается шейх к слепцу, а потом подходит ко мне, наконец, вплотную и шепчет тихо-тихо,- а сразу после этого мы отправимся в постель и я напомню тебе, кому ты принадлежишь, если забыла…
Я делаю шаг назад. Сердце вот-вот вырвется из груди от волнения.
- Устаз Фарес, я помню один хадис из жизни Пророка. Это Вы ему меня научили. Исправьте, пожалуйста, если я где-то ошиблась… Однажды одна из жительниц Медины, Ханса бинт Хидам пришла к Айше, старшей жене пророка Мухаммада, и сказала: «О, Айша! Отец хочет выдать меня замуж, за одного из родственников, не считая нужным спрашивать моего мнения. Мне это очень не нравится. Разве я как женщина не имею права сама выбрать себе спутника жизни? Разве Ислам не дает мне этого права. Обязана ли я подчиниться выбору моего отца?». Посланник Аллаха внимательно выслушал женщин, а затем сказал: «Позовите ко мне ее отца Хидама».
Хидама нашли и привели к посланнику Аллаха и тогда Пророк сказал ему: «О, Хидам! Правда ли, что ты не считаешь нужным спрашивать мнение своей дочери, и принуждаешь ее выйти замуж за того, кто ей не нравится?».
Хидам ответил: «О, посланник Аллаха! Человек, который мне понравился, является членом очень хорошей семьи. И я считаю, что именно он достоин моей дочери».
Тогда Посланник Аллаха ответил: «О, Хидам! Кто будет жить с этим понравившемся тебе молодым человеком, ты или твоя дочь?». Хидам сказал: «Моя дочь, о, посланник Аллаха».
- А раз так, то последнее слово принадлежит тому, кто затем будет всю свою жизнь жить с этим человеком. Если у твоей дочери не будет права самой выбирать себе мужа, то, как она будет счастлива в браке? Немедленно разорви этот договор, который ты заключил без согласия своей дочери.
И тут вдруг раздался голос Хансы: «О, посланник Аллаха! Я теперь согласна выйти замуж за того, кого выбрал мой отец. Пусть он не разрывает договоренности. Просто этот случай стал причиной того, что по городу пошли слухи о том, что у девушки нет права самостоятельного выбора мужа. Но теперь все знают, что это не так, и что девушка сама может выбрать себе мужа, и никто не может принуждать ее выходить замуж за того, кто ей не нравится или делать выбор за неё...
Все четверо мужчин обескураженно смотрели на меня. Самым бледным и даже потерянным был Тамер…
А я перевела глаза на шейха Аль-Маррифи и заключила, пусть это заклбючение и далось мне так тяжело…
-Я люблю вашего сына и хочу выйти за него замуж. Но не хочу вставать между ним и Киренаикой… Никогда… Я готова терпеливо дождаться рождения ребенка во избежание смуты… Если этот ребенок окажется не от Тамера, то я буду счастлива стать его супругой, а еще попрошу не наказывать Далиду за ее ложь. А Тамер поклянется мне, что никакая другая женщина и возможные дети от нее никогда не станут на пути моих детей и его самого… Что наш дом будет источником надежности и стабильности, а не опасности, как пир всем уважении к Вам, достопочтенный Шейх, получилось у Вас.
Если же Далида родит наследника Тамеру, я не стану яблоком раздора и отступлю… И сама благословлю его брак с этой женщиной. Мне не нужны эти жертвы, шейх Тамер. Я люблю тебя. И потому хочу тебе счастья. А шейх Аль-Маррифи правильно сказал- счастье правителя возможно только при сильной власти. Я даю себе эти месяцы до рождения ребенка, чтобы стать частью этого мира. Стать частью Киренаики. Но я готова отступить. Ради тебя… Ради наследника… Ради твоего отца…
Взгляд Тамера жжет меня. Буквально испепеляет. В нем столько огня, что я вот-вот сгорю…
-Вы не могли бы оставить нас наедине?-просит он мужчин.
-Нет… -возражаю я, заставляя его глаза округлиться еще сильнее.
Говорит тихо, вкрадчиво, наклоняясь ко мне.
- На твоем теле, Майя, следы мужской страсти. Я вижу, ты прячешь их под высокий ворот скромного платья, которое делает тебе честь. Честь, которую забрал я… Я ведь уже сказал, честь женщины- как спичка. Она горит ярко, но один раз. Я ведь уважаю тебя потому, что твоя честь была безукоризненно чистой. Ты стала моей, Майя… Ты принадлежишь мне… Я украл тебя и сделал своей. А в исламе мужчина, забравший насильно честь женщины, имеет на нее полные права. Имеет право взять ее в жены, не спрашивая ее разрешения…
-Если женщина немусульманка. Если речь о рабыни, о сабии… Неверная женщина… Тогда она и правда не имеет прав. Такой я была, Тамер, когда ты привез меня сюда. Как ты сам сказал- я была твоей игрушкой. Но это ты сделал из игрушки ту, кого готов назвать своей королевой. А королева не может быть безвольной рабыней. И потому…- я повернулась к Устазу Фаресу,- прямо сейчас, в присутствии всех, я хотела бы принять ислам и стать той, кого никогда не смогут назвать рабыней в этом мире.
Все переводят взгляд на Фареса. Тот поджимает челюсть и молча кивает. Да, это мое право. Право, дарованная Кораном.
А я закрываю глаза и произношу три раза слова, делящие мою жизнь на до и после. Еще дальше отдаляя себя от своей северной родины, делая еще один смелый шаг в сторону Киренаики и ее необратимости в моей судьбе… «Нет Бога кроме Аллаха. И Мухаммад пророк его»…
Я говорю это три раза, чувствуя, как мой мактуб рисует крутой вираж на дюнах моей жизни… Творила ли я свою судьбу прямо сейчас или же все это было предначертано- мне только предстояло узнать…