Глава 17

 Вейнанд Эскорн

— И что это вы надумали, генерал? Вам нельзя подниматься! — всплеснула руками молоденькая медсестра, всё это время заботливо за ним ухаживавшая.

Вейнанд не помнил, как его доставили в Гротвер, и первые пару дней, одурманенный зельями животворцев, почти не приходил в себя, снова и снова срываясь в мир мрачных кошмаров.

Неожиданная засада, соблазнительница-креорка, исказивший реальность временной разлом, жгучая боль в груди и… Лайра. Даже во сне, в лихорадочном забытье образ девушки продолжал заполнять его сознание.

— Мне нужно ехать.

Вейнанд сел на постели, невольно поморщившись. Рана давала о себе знать, и по-хорошему, ему следовало отлежаться ещё как минимум день-два. Но там в столице его ждала девушка, которую он фактически бросил на произвол судьбы. Выдернул из привычного ей мира, заставил явиться в Леонсию и пропал.

Сволочь он, а не генерал.

— Ехать куда? — ахнула медсестра. — В седле вы точно не удержитесь, да и в карете от постоянной тряски вам наверняка станет плохо. Вдруг рана откроется?

— Не откроется. — Вейнанд подарил девушке слабую улыбку. — Спасибо, Эммара. За заботу и внимание. — Глядя в нахмуренное личико, черты которого не смягчились даже после его слов, попросил: — А сейчас принеси мне одежду. И прикажи оседлать лошадь.

— Лошадь?! — Сестра милосердия побледнела ещё больше. — Но как же? Вы не в том состоянии, чтобы…

— Не спорь, — добавив в голос металла, прервал её Эскорн. Некогда ему выслушивать пустые предостережения по второму разу.

Всё равно сделает так, как считает правильным.

— Ну вот! — Стрельнув в него негодующим взглядом, Эммара подхватила юбки и выскочила из комнатушки, в которой ему пришлось провести несколько не самых приятных дней.

Приблизившись к окну, размерами едва ли уступавшему бойнице, коими пестрели стены старых замков, мужчина скользнул взглядом по высоким башням крепости и простиравшемуся за её пределами беспроглядному лесу.

Именно там на них напали… И он так бездарно потерял пленницу. Не сумел справиться с одной несчастной ведьмой.

Джарова чаровичка! И наделила же тьма её силой!

Мужчина раздражённо ударил кулаком о стену, но даже не почувствовал, как начали саднить оцарапанные о камень костяшки. Единственное, что он сейчас испытывал, — это досаду на себя и беспокойство за Ноэро.

Ту, которая мятежница.

Если поспешит, уже завтра утром прибудет в Леонсию. Первым делом к ней, а потом уже в академию. Император тоже наверняка захочет его увидеть, но сам Вейнанд рваться к нему не будет. Когда Адальгеру приспичит — вызовет.

К сожалению, всё сложилось не так, как он рассчитывал. Не успел добраться до столицы и привести себя в порядок, как за ним прямо к дверям его дома явилась стража, в который раз подтверждая, что Великий всегда держит руку на пульсе происходящего.

Пришлось садиться в присланный за ним экипаж и ехать во дворец, а не к баронессе. Снова. От этого досада в сердце оборотника схлёстывалась с раздражением и злостью.

На императора, на себя.

— Я получил отчёт и очень тобой не доволен. Ты не перестаёшь разочаровывать. Вот что мне с тобой делать, Эскорн? Понизить тебя, лишить герцогского титула? А может, сразу жизни? Чтобы в будущем с тобой не возникало проблем.

Это были первые слова, которые он услышал от его величества, не успев переступить порог кабинета. Было видно, правитель гневается, хоть и пытается скрыть чувства за маской холодной любезности.

Ни один мускул не дрогнул на лице Вейнанда. Как стоял с заложенными за спину руками, широко расправив плечи и устремив на правителя спокойный взгляд, так и остался стоять.

Только равнодушно сказал:

— Поступайте как считаете нужным, ваше величество. Я действительно ошибся, позволил ей сбежать. То, что на нападавших не действовали чары, меня никак не оправдывает.

Император негромко хмыкнул и стал перебирать на столе бумаги, не торопясь озвучивать судьбоносное для Вейнанда решение. Намеренно тянул время, а может, размышлял, как его наказать. Затем, вскинув цепкий, по-орлиному хищный взгляд, какое-то время всматривался в лицо генерала, словно пытался прочесть его мысли, но так и не преуспев в этом занятии, проговорил, немного смягчившись:

— Ладно… Я тоже хорош! Нужно было сразу убить эту тварь, но я надеялся её перевоспитать. Выдрессировать для себя. Жаль… — Обойдя стол, Адальгер опустился на его край и, скрестив на груди руки, вкрадчиво продолжил: — Мне нужен хроновик, Вейнанд. Молодой и сильный. Хотя бы один. Что там с тем мальчишкой? Ноэро. Его уже проверили?

— Проверили, — кивнул Эскорн. — Он точно не хроновик. Да и иллюзорная магия в нём не проявилась. Рифер неплохой универсал и…

— Неплохой! — раздражённо перебил его Адальгер и скривился. Пальцы мужчины, скользнув по тёмного дерева столешнице, с силой сжали один из листков, сминая его в жалкий комок. — У меня этих неплохих как собак нерезаных, а мне нужны уникальные! Понимаешь? Сильные, бесстрашные чаровики, обладающие редкими дарами. Вроде нас с тобой. Чтобы империя процветала. Чтобы всем нам было хорошо.

Вейнанд не стал делиться своими соображениями о том, что нескончаемые войны едва ли способствуют процветанию Эргандара. У них было немало заморских колоний, за счёт которых империя обогащалась. Но война отнимала куда больше. Оружие, боевые артефакты, обмундирование — такую армию, какая была у Регенштейна, не могло себе позволить ни одно королевство.

Да и они скоро не смогут…

— Можешь идти, — махнул рукой Адальгер, явно утомлённый этим коротким разговором.

Больше всего на свете император не любил получать плохие известия и каждое поражение воспринимал как своё личное, будто это он, а не Вейнанд, упустил ведьму.

— Ваше величество. — Генерал почтительно поклонился, стараясь не показывать, что от этого поклона начинает пульсировать рана и грудь словно обжигает пламенем.

— Куда это ты такой нарядный? Никак на свидание к графине собрался, — прежде чем Вейнанд успел выйти, послал ему вдогонку Великий. — В сюртуке, при галстуке. Уж не влюбился ли ваша светлость?

Эскорн мысленно выругался, досадуя, что приходится отвечать на вопросы о его личной жизни. Хотя Лайру Ноэро едва ли можно было отнести к его личной жизни. Он просто о ней заботится — ничего больше.

— К Катрине я испытываю самые тёплые чувства, но собирался я не к ней, а к дочери маршала Ноэро.

— А-а, — мигом потеряв интерес, протянул император. — Ещё одна из этого проблемного семейства. Маршалу удалось заслужить моё уважение. Посмотрим, сумеет ли сделать то же самое его наследник.

— Ничуть в этом не сомневаюсь, ваше величество. Рифер, уверен, ещё себя проявит. Да и Лайра в самом ближайшем будущем составит отличную партию какому-нибудь достойному чаровику, а впоследствии подарит империи сильных, одарённых детей. Возможно, в них проявится сила рода.

— Мне нужно сейчас, а не через двадцать лет, — задумчиво пробормотал Адальгер и снова махнул рукой, словно отгонял от себя назойливого комара.

Было видно, ему наскучил разговор о незнакомой, бесполезной для него девушке, поэтому Вейнанд, больше не теряя времени, простился с правителем и отправился домой к баронессе.

* * * * *

Лайра Ноэро

Грозный вид генерала заставил меня напрячься. Затравленно оглянувшись по сторонам, но поняв, что отступать некуда, вздохнула и постаралась придать лицу невозмутимое выражение.

— Генерал Эскорн! — дружно поприветствовали его кадеты, вставая по стойке смирно, и мне тоже пришлось изобразить нечто более-менее приличное.

Вытянуться, отдать честь, коснувшись правой ладонью сердца, и замереть оловянной статуэткой, глядя на военного.

Широкий, резкий шаг, не менее широкие плечи и хищный, очень хищный взгляд. Сейчас направленный на меня.

— Рифер, отойдём, — не размениваясь на приветствия, попросил-велел Эскорн.

Голос прозвучал вкрадчиво, но слышался в нём приказ. И сталь. Много-много стали, от которой у меня всё внутри задрожало.

Мы отошли к витражному окну, через которое проникали, радужными переливами рассеиваясь по коридору, закатные лучи.

— Рад, что вы так быстро поправились, генерал, — солгала я и замерла, уговаривая себя выдержать его пронизывающий, мрачный взгляд.

Догадался? Узнал?

Но как?!

— Что с твоей сестрой? — устав прожигать меня этим самым взглядом (и так благодаря ему, судя по ощущениям, на лице живого места не осталось), спросил его несвоевременная светлость.

Ну то есть несвоевременно объявившаяся в академии.

Не мог хотя бы ещё немного помучиться от ранения.

— А что с ней?

— Она не вышла меня встречать, и меня к ней отказались впускать.

От приглушённого рычания оборотника мурашки побежали по коже. А когда поняла, что он сказал, чуть не заулыбалась от облегчения и радости.

— Морри отказала?

Удивительно, и как только хватило смелости? Даже я перед генералом временами робела, а уж служанка при виде него теряла дар речи. А при виде такого Эскорна вполне могла потерять и сознание.

— Баронесса! — рыкнул Вейнанд. — Сказала, что у твоей сестры мигрень. Что за ерунда? Она ведь не сможет всё время меня избегать!

— А, ну это точно не ерунда, — серьёзно сказала я. — По осени её всегда мучают сильные головные боли. Совсем как матушку в своём время. Лайра у нас такая болезная, совсем слабая. Может не вставать с постели несколько дней кряду.

— Совсем болезная? Слабая? — с сомнением переспросил Эскорн.

Видимо, в его представлении я была девицей с лошадиным здоровьем и характером гиены. Но уж точно не слабой и болезной девой, проводящей дни на шёлковых простынях.

— Да, она такая, — кивнула скорбно. — Вся в маму.

Прости меня, мамочка.

— Надеюсь, сумеет подарить своему будущему мужу, кем бы бедолага ни оказался, хотя бы одного наследника.

Генерал продолжал хмуриться, мрачнел на глазах, и я поняла, что начинаю выпадать из образа брата. Рифер в вопросе замужества был полностью с ним согласен и считал, что я уже загостилась в девках.

— Но я передам ей, что вы заходили.

— Передай, что я приеду завтра в полдень. Если ей не станет лучше, отвезу к животворцу, мэтру Орвену. Он лучший в Леонсии. Уверен, сумеет помочь.

Вот ведь…

— Обязательно передам, шейр. Обязательно, — заверила я и оглянулась на дожидавшихся меня друзей.

Бриан был совсем бледный и даже уже слегка позеленевший. Должно быть решил, что меня раскрыли и мысленно прощался с отчаянной девицей.

— Друзья ждут меня…

— Сам-то ты как? — решил вспомнить и о второй своей головной боли генерал.

Значит, не в курсе инцидента со старшекурсником.

Это хорошо. Очень.

— Всё замечательно.

Эскорн кивнул, удовлетворившись таким лаконичным ответом, и, коротко попрощавшись, отправился дальше. Подозреваю, что выяснять, что интересного произошло в этих стенах за время его отсутствия. Лучше к тому моменту, как он выяснит, мне отсюда исчезнуть.

— Что он хотел? — подбежал ко мне Торнвил, а за ним подтянулись и остальные.

— Спрашивал о сестре, — ответила я и взглядом дала понять, что все в порядке.

Кадет облегчённо улыбнулся.

— Не успел вернуться, а уже думает о Лайре, — заметил Ронан, усмехаясь. — Точно будет ей жениха искать?

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась я.

— Вполне может себя предложить на эту почётную роль, — хохотнул Нейл.

Я и Эскорн? По спине пробежал холодок, колючим инеем осев на коже. Да лучше замуж за джара, чем за этого всеми командующего!

— У тебя нездоровая фантазия, Киернан.

К счастью, кадетам быстро наскучила эта тема, и они переключились на более интересную: стали решать, где проведут пятничный вечер. Простившись с ребятами, я забежала в комнату, чтобы переодеться в одежду, в которой явилась в академию.

Сложив аккуратной стопочкой форму, обвела комнату взглядом, вздохнула, мысленно с ней прощаясь, и ушла.

Это была очень странная неделя. И тяжёлая, и интересная. Захватывающая — несомненно. А ещё жутко изматывающая. Наверное, будь у меня возможность, и я бы здесь задержалась. Но хватит жить жизнью брата.

Пора становиться Лайрой.

* * * * *

Уже возле дома баронессы я в нерешительности остановилась. В сумерках, в это время года сгущавшихся незаметно и стремительно, старый особняк казался немного зловещим. Окна первого этажа горели на тёмном фасаде старинными факелами, всё остальное было окутано полумраком. Разве что над крыльцом тоскливо покачивалась закопченная лампа, но источаемого ею света едва хватало, чтобы осветить ступени.

Что ж, удачи мне.

Дверь была заперта, ключи мне не дали, поэтому пришлось хорошенько подёргать за дверной молоток, чтобы меня услышали. Впустил ожидаемо Дерек, хоть я и надеялась, что это будет Морри. Но, видимо, постоянно везти просто не может.

— Шиари Ноэро? — растеряв привычную невозмутимость, удивлённо воскликнул мужчина.

Я постаралась улыбнуться:

— Мне стало немного лучше, и я вышла подышать свежим воздухом.

— Но… я не видел, как вы выходили.

— А вы последние два часа всё время торчали в холле?

Поджав губы, мужчина посторонился. Видимо, не привык, чтобы шиари так разговаривали. Но я была слишком уставшей, чтобы ещё и помнить о манерах. Позанимался бы он с недельку в мужской академии…

Надеялась, что на этом допрос закончится, но не тут-то было: роль дознавателя решила взять на себя баронесса, гревшая косточки в гостиной возле камина.

— И как это понимать, юная шиари? — окликнула она меня прежде, чем я успела взбежать по ступеням лестницы.

Жилистые пальцы пожилой шейлы крепко сжимали набалдашник трости. Почему-то подумалось, что, если приближусь к фон Верт, она меня хорошенько ею треснет.

— Я не видела вас несколько дней, и вот вы появляетесь. Но не из своих покоев, а с улицы, как какая-нибудь…

Баронесса не стала делиться сравнением, вертевшимся у неё на языке, но я и так поняла, какого она обо мне мнения.

— Я просто гуляла, — повторила ложь, озвученную дворецкому.

— В таком виде?

Подумаешь, без платья. Зато в невзрачной одежде меньше внимания к себе привлекаю.

Заметив, как шейла ещё больше нахмурилась, поспешила добавить:

— И встречалась с братом! Мы ведь так долго не виделись и, когда он передал через хранителя, что сможет со мной увидеться, я тут же почувствовала себя лучше.

— Почему ваш брат не пришёл сюда, а заставил вас идти непонятно куда на ночь глядя? И почему вас не сопровождала служанка?

Что ж, спасибо тебе, Вейнанд. Нет бы поселить меня к какой-нибудь милой, подслеповатой старушке. В идеале ещё и глухой и ничего не помнящей.

Хотя, с другой стороны, такая бы точно не дала оборотнику от ворот поворот, и ему ещё днем стало бы известно, что его подопечная уже несколько дней не спит в своей постели.

Представляю, какие бы мысли его посетили.

— Я жду, юная шиари, — сверля меня грозным взглядом, проскрипела пожилая дама. — Немедленно отвечайте!

Ссориться с ней мне было не выгодно. Вздохнув, принялась выкручиваться:

— Я столько дней не выходила из дома и решила, что свежий воздух пойдёт мне на пользу. А Морри, бедняжка, за последние дни так со мной умаялась, что я решила дать ей выходной.40393c

Её милость хмыкнула:

— Я бы не сказала, что она так уж сильно себя утруждала. Постоянно чаи на кухне гоняла. Правда, Дерек?

Дворецкий, сейчас очень напоминавший солдата на поверке, молча кивнул.

— Завтра же отправлю Морри за чаем, чтобы не подчищала ваши запасы.

— Я не то имела в виду, — хмуро начала хозяйка.

Но я её перебила:

— К сожалению, вынуждена вас оставить. Я всё ещё слаба и нуждаюсь в отдыхе. Доброй ночи, ваша милость.

Зыркнув напоследок в сторону доносчика, отправилась к себе. Морри, явно не ожидавшая моего появления, проводила время в смежном со спальней будуаре. Развалившись на софе, с упоением читала какой-то бульварный романчик.

Услышав, как скрипнула дверь, она встрепенулась. А когда увидела, кто пожаловал без стука, живо подскочила.

— Ах, госпожа, хвала духам вы вернулись! Я уже не знала что и думать!

Я прижала палец к губам, прикрыла за собой дверь и только потом произнесла:

— Ты молодец, что меня не выдала. Я это очень ценю, Морри.

Надо будет при первой же возможности купить ей какую-нибудь брошку или заколку в волосы.

— Вы ведь больше никуда не уйдёте? — тихо, с надеждой спросила девушка.

— Больше не уйду.

Почему-то при этих словах сердце неприятно заныло. Продолжало ныть весь вечер и даже утром не перестало. Тревожно сжималось, пока я готовилась к встрече с генералом.

Я не знала, как себя с ним вести, что говорить. Точно не правду. Узнай он, что это я всю последнюю неделю была в Кальдероке, и оторвёт мне голову. Ну, или что более вероятно, будет вынужден рассказать обо мне Великому. Он ведь один из генералов, а те, как известно, слепо преданы правителю.

Нет, нельзя ему знать, что я чаровница.

Сразу после завтрака я начала готовиться к «свиданию». Понятное дело, не романтическому, а деловому или даже военному, если так можно выразиться. Не уверена, что смогу сдерживаться и прятать злость на Эскорна.

Если бы не он, ничего бы этого не было!

Около полудня, когда Морри уже заканчивала укладывать мои волосы в аккуратную, изящную причёску, к воротам особняка подъехал экипаж.

— Лёгок на помине, — пробормотала я, привставая с кресла и наблюдая за тем, как его светлость, выйдя из кареты, широким шагом направляется к дому.

Как и вчера на нём не было военной формы, а без неё он казался каким-то другим, на себя не похожим.

И вот такой Эскорн почему-то заставлял нервничать ещё больше.