Глава 18

Беспорядочный поток мыслей совершенно усыпил мою бдительность. И черный внедорожник, припаркованный аккурат у моей калитки, я заметила лишь в тот момент, когда буквально уперлась в него, не в силах попасть во двор.

— Роза? – высокий мужчина вышел из машины и улыбнулся мне. – Простите, я могу ошибаться с именем. Вы ведь девушка Гоши Красавина?

Узнав в незнакомце того самого мужчину, с которым приехала бывшая Красавина, я кивнула в ответ.

— А вы его агент?

Приблизившись ко мне, он нервно спрятал руки в карманы.

— Меня Захаром зовут. Не могли бы вы присесть в машину, у меня к вам конфиденциальный разговор.

Осмотревшись по сторонам, и понимая, что нет ни одного человека поблизости, я судорожно пытаюсь найти вежливый способ отказа, но он выглядит слишком взволнованным и нуждающимся в этом разговоре.

— Я понимаю, вы меня не знаете. Но я не сделаю вам ничего плохого. Да к тому же, я заинтересован в том, чтобы Гоша вернулся в футбол. Вы должны мне помочь.

Удивление сорвалось тихим смешком с губ.

— Я? И как же я вам помогу?

Умоляющие нотки во взгляде мужчине побороли мою подозрительность и какие-либо доводы рассудка об опасности, грозящей внутри салона его авто. И устроившись на пассажирском сидении, я усиленно перебирала в голове все возможные доводы, способные оправдать мою глупость.

— Простите, что я действую так нагло и нарушаю ваше личное пространство, но Гоша не оставил мне выбора.

— Давайте к делу. Я уже здесь.

На самом деле, я не была уверена, что поступаю правильно, влезая в это. Гоша не доверял мне свое прошлое, а сейчас то самое прошлое пыталось действовать на него через меня. И, несмотря на то, что мы в ссоре, я все еще беспокоилась о нем. И лишь из желания счастья Красавину, я согласилась на эту беседу.

Мужчина нервно растер ладони, собираясь с мыслями.

— Гоша бросил спорт полгода назад. После смерти его мамы, он сорвался с катушек, и наделал много ошибок. Как итог – разорванный с ним контракт. Я пытался... нет, я делал все, чтобы он остался в обойме, но Гоша как сорванный с рельсов поезд. Несся на огромной скорости, сметая все на своем пути. Сейчас появился шанс вернуться. Футбольный клуб готов дать ему шанс и готов заключить с ним новый контракт. Но вернуться нужно в ближайшее время.

В затравленном взгляде столько вины, и я думаю о том, что мужчина рассказал мне меньшее из происходящего. Уверена, и в нем Красавин не нашел когда-то опоры, а сейчас тот пытается вытянуть Гошу обратно. Для чего?

— Я понимаю, вы планируете заработать на нем хорошие деньги. Но что если Гоша этого не хочет?

— Гоша всю жизнь жил футболом. С раннего детства он грезил этим видом спорта, и футбол всегда был частью его жизни. Настоящее положение дел – лишь последствия его нервного срыва и глубокой депрессии.

— Не сказала бы я, что он в депрессии, - стоило этим словам слететь с губ, как тут же придавило пониманием того что я на самом деле не знаю ничего о его мечтах, о том, чем и кем он жил все это время. Как оказалось, Гоша и десяти процентов о себе не рассказывал.

От понимания собственной никчемности, на глаза набежали слезы. Упрямо сморгнув их, я подняла взгляд на мужчину.

— То есть вы хотите, чтобы я уговорила его вернуться в спорт? Простите, но даже его бывшая любовь Катя не смогла...

Захар нахмурился.

— Брать с собой Катю было ошибкой. Они разбежались еще до его отъезда, и Катя наворотила немало ошибок, связавшись с его приятелем. Но узнав, что я еду к нему, она буквально умоляла взять ее с собой, и я подумал, что старые чувства проснутся.

— Вы хотели использовать чувства Гоши в своих целях.

— Не только в своих. Вы же понимаете, что жизнь в этом захолустье не то, чего он достоин.

Голова шла кругом.

— Я уже вообще ничего не понимаю.

Мужчина повернулся ко мне, так, что теперь я совершенно не могла от него спрятаться.

— Роза, пожалуйста, просто помогите мне увидеться с ним. Я звоню, он не берет трубку, дверь не открывает.

Растирая ледяные от волнения ладони, я кивнула.

— Могу я выйти из машины и пару минут подумать?

— Да, конечно. Я не хочу давить.

Прохладный ветер с полей путал мысли, и сегодня случилось так много всего, что я просто не знала, что делать. Мы с Красавиным не вместе. Я совершенно не знаю, чего он хочет и чем живет. Я не знаю, имею ли я право хитрить и помогать Захару.

Но, с другой стороны... я ведь видела все те фото и видео. Я всю ночь изучала архивы его игр, и тот азарт и восторг в серых глазах Красавина... Таких чувств я не видела в них ни разу в жизни... только на поле он выглядел так, словно ему все не по чем.

Добрый шутник, поборник справедливости, волонтер и просто хороший деревенский парень - это было его маской, панцирем, за которым он прятал истинного себя. И как бы горько не было это осознавать, но я знала лишь тень от прежнего Гоши Красавина. И, черт побери, этот парень должен сиять.

Выудив из сумки телефон, не давая возможности себе передумать, я набрала его номер и с замершим сердцем ждала ответ. Его хриплый и тихий голос прозвучал ровно после второго гудка.

— Роза?

Зажмурившись, запрещая своему сердцу вылетать из грудной клетки, я проговорила максимально ровным голосом.

— Через пятнадцать минут у магазина. Нужно поговорить.

— Конечно... – прозвучало его растерянное и вместе с тем воодушевленное. – Сейчас буду.

Я сбросила трубку и кивнула мужчине, с жадностью следящему за мной сквозь стекло.

Ну и махинаторша же ты, Роза. Теть Фая, теперь Красавин, а дальше кто? Выдохнув, и оставив судьбе самой вершить чужие жизни, я попрощалась с Захаром, и поспешила домой.

— Ты уверена, что это хорошая идея?

Было странно слышать подобный вопрос от столь красивого мужчины, одетого в дорогущий и стильный костюм, и держащего в руках букет из сто одной розы.

— — Вы специально купили такой тяжелый букет? Чтобы теть Фая не смогла на вас им замахнуться?

Он улыбнулся, совершенно точно намереваясь возразить и напомнить мне о немереной силе теть Фаи во время эмоционального всплеска. Воспользовавшись тем, что мне удалось отвлечь внимание мужчины, я уверенно толкнула дверь калитки, и прошла во двор, где уже вовсю веселились гости.

— Не переживайте не о чем. Пять минут спокойной и послушной теть Фаи у вас есть, с остальным должна помочь ваша ловкость, нежность и умоляющий взгляд.

В раздавшемся у меня за спиной смешке так и сквозило недоверие. И я понимала, что когда речь заходит о теть Фае – нельзя быть уверенной ни в чем. Но, как говорится, кто не рискует, тот не пьет шампанского. А выпить сегодня я была намерена.

Стол был накрыт на веранде, но гости в основном были рассредоточены по двору. Кто-то из мужчин жарил шашлык, кто-то был увлечен танцами – все как всегда. Теть Фаю я нашла стоящую у грядок с розами. Рядом с ней собралась толпа женщин, и они бурно обсуждали купленные сегодня председателем саженцы цветов. Заметив нас с Егором, теть Фая приосанилась, и я обратила внимание на новый маникюр черного цвета, который так элегантно сочетался с ее платьем цвета морской волны.

— Добрый вечер, теть Фай. Можно вас на пять минут? – я улыбнулась, стараясь подавить внутри себя страх и панику. Все же, она женщина слова, и если обещала не трогать Егора, просто обязана так сделать.

— Фай, только обещай не бросаться ими, - проговорил с улыбкой мужчина, но встретив ее суровый взгляд, тут же исправился. – И, спасибо, что согласилась поговорить. Я не займу у тебя много времени.

— Ей спасибо говори, - кивнув в мою сторону, она все же решилась принять букет. Но Егор не спешил отдавать.

— Пойдем, я помогу тебе поставить их в вазу. Букет слишком тяжелый, не хочу, чтобы ты...

Уверена, у теть Фаи на языке крутилось много колкостей, которыми она бы с радостью осыпала Егора. Но, покорно смолчав, она великодушно позволила мужчине проводить ее до самой гостиной. Перед тем как уйти, бросила мне через плечо.

— Завтра посадишь цветы на той дальней грядке!

Улыбнувшись ей в ответ, я понимала, что посадка цветов – далеко не единственное мое наказание за содеянное. Но, в душе я надеялась, что узнав от Егора правду, она сменит гнев на милость, и даст себе шанс на счастье рядом с ним.

Стоило яркой паре исчезнуть в дверях дома, подруги теть Фаи тут же накинулись на меня с расспросами. Отшучиваясь и отвечая глупыми отговорками, я поспешила на веранду.

Найдя баб Аню восседающей в кресле, в окружении местных детишек, и рассказывающей им одну из любимых сказок, я пристроилась рядом, и неспешно попивая вино, наслаждалась неспешным повествованием старушки.

К моей радости, самочувствие у женщины было хорошим. То ли лечение и выписанные лекарства давали свои плоды, то ли наконец-то приехавший к ней в гости сын с женой и детьми так сильно подняли ее боевой дух, что здоровье старушки значительно поправилось.

Перебросившись парой слов с ее родственниками, и оставив баб Аню на их попечение, я заглянула в гостиную. И прикрыв ладонью рот, распахнутый в удивленном «о», с радостью и бесшумным визгом увидела слившуюся в горячем и страстном поцелуе пару. Ту самую пару, о которой так болела моя душа.

Поспешив скрыться подальше от заветной комнаты, дабы не мешать влюбленным, встретившим друг друга спустя тридцать пять лет разлуки, я выпила еще немного алкоголя, отчего мои мысли стали легкими и свободными.

Теть Фая нашла меня спустя полчаса в беседке, болтающей с Михалычем о урожае подсолнечника. Было так интересно узнать весь процесс превращения семечек в подсолнечное масло, что позабыв обо всем, я слушала его едва ли не раскрыв рот. Хотя, возможно, виной такому интересу с моей стороны было вино, которое тот самый Михалыч и принес на праздник.

— Хитрая лисица! Вот я тебя и нашла, - голос теть Фаи был сопровожден громкими раскатами грома. В грозовом вечернем небе так и витало тревожное напряжение и ожидание чего-то рокового.

Приосанившись, и гоня прочь все трусливые мысли, я улыбнулась женщине.

— Вы и сами хотели помириться.

Она неодобрительно вздернула бровью.

— С чего это?

Но меня было не обмануть ее маневром. Увидев поцелуй, и зная наверняка, что председатель простила своего возлюбленного, я пожала плечами.

— Вы делали все, чтобы показать ему, как он вам небезразличен. Начиная от выброшенных цветов, заканчивая вашими бесконечными взрывами ярости на него. Теть Фай, не все так, как кажется изначально, да? И любимого человека можно простить?

Мечтательная улыбка, появившаяся на ее лице после моих слов, тут же скрылась за маской безразличия и неверия.

— Не знаю, как можно простить такое...

Я заметила, как машина Егора неспешно отъезжала от калитки теть Фаи. Уверена, они договорились о свидании в более интимной обстановке. Вряд ли в ближайшее время теть Фая согласиться предоставить их отношения вниманию других. Будучи досужей и проницательной, в свою жизнь она практически никого не впускала.

Я же и не думала отступать.

— Но вы же увидитесь с ним снова?

— А как же не увидеться? – ухмыльнулась она. — Этот негодяй теперь сосед мой.

Я бросила задумчивый взгляд в сторону старенькой хибарки на расположенном рядом участке.

— Ничего, построит тут огромный дом, а вы наведете там уют. Будет у вас целое поместье.

Мечтательный взгляд женщины и ее лучезарная улыбка говорили лучше любых слов. Но опомнившись, она одернула меня.

— Не болтай глупости, фантазерка! Я обещала тебе поговорить с ним. Обещание выполнила, теперь дело за тобой – не смей сбегать с вечера до самого конца.

Я устало вздохнула, понимая, что долг мне сегодня никто не простит. Хотя я совершенно не была уверена в собственных силах.

— Но разговаривать с ним я не обещала, - предупредила теть Фаю, на что получила такой сердитый взгляд, что решила поскорее закончить с ней разговор и отойти от греха подальше. Но не успела.

— А вот и твое наказание подоспело! - проговорила с улыбкой женщина, и, проследив взглядом, я увидела, как в калитку вошел он.

Сердце сделало кульбит, больно ударившись о ребра. Я не могла отвести от него глаз, хотя знала - нужно бежать. Жадно скользя взглядом по любимой фигуре в момент, когда он еще не заметил меня, и пока я могла нагло наслаждаться им.

Привычный жест руки взлохматил идеальную прическу, когда к нему подошел дядя Саша с соседнего участка и отвлек на разговор. Красавин был в темных брюках, а джинсовая куртка была накинута поверх белоснежной футболки. Широкие плечи, узкая талия, сильная шея и до чертиков красивый профиль лица – в нем было все также, как и раньше. Он был таким же сводящим с ума, вызывающим слабость в коленях. Но он больше не был моим.

Заставив себя отвернуться, я удалилась в дом.

— Дождь начинается. Как хорошо, что я накрыла стол на веранде, - до меня донесся довольный голос теть Фаи.

Тяжелые капли забарабанили по крыше, и когда Михалыч прибавил громкости на колонке, присутствующие тут же забыли о непогоде, продолжив наслаждаться вечером.

— Гошенька, ну наконец-то! – раздалось за спиной, и, чувствуя как холодеют ладони, и бешено бьется сердце, я поспешила в заднюю часть дома.

Мысли лихорадочным потоком проносились в голове, не давая возможности совладать с паникой. Я не знала, что должна делать, но понимала одно – я не готова встретиться с ним лицом к лицу. Я не знаю, как правильно поступить, не знаю, как он отреагирует на мой обман. Уверена, Красавин был в бешенстве, когда вместо меня нашел у магазина Захара. Но что ж, пусть знает, как чувствует себя обманутый человек.

Немного воодушевившись этими мыслями, я решила, не мучить себя сердечными волнениями, я схватила стоящие у заднего выхода коробки с саженцами цветов, и вооружившись перчатками, направилась во двор.

Если мне повезет, совершенно ни одна душа не заметит моего присутствия здесь, а мне удастся занять свои руки и отвлечь мысли от волнующих дум.

Дождь шел не сильно, когда я выскочила во двор, и там, где указывала ранее теть Фая, разместила коробку, и принялась рыхлить землю. Зная, как по-идиотски выгляжу со стороны, я с хитрой улыбкой думала о том, что сумела-таки избежать ответной кары судьбы за сегодняшние обманы. Уже после третьей посаженной розы, я настолько увлеклась процессом, что не замечала ни усилившегося дождя, который принялся лить с такой силой, что моя одежда вмиг стала мокрой, но и не заметила, как в какой-то момент тот самый дождь перестал касаться моего тела, а спину согрело тепло. Лишь когда в легкие проник до боли знакомый, волнующий аромат, я дернулась, и почувствовала, как моя спина уперлась в его грудь.

— Ты... что делаешь? – обернувшись, я увидела, что Красавин навис надо мной крышей, расправив полы джинсовой куртки. Будучи абсолютно мокрым, он улыбнулся мне, отчего сердце болюче дернулось в груди.

— Я так понимаю, мы сейчас сажаем розы. Если теть Фая вынудила тебя это сделать, дай знак, и я что-нибудь придумаю, дабы вытащить тебя из рабства.

Я оттолкнула его от себя и, выпрямившись, осмотрелась. На веранде собралась толпа гостей, и несмотря на перекрывающий их голоса музыку, я могла точно сказать, что они пытались нам сказать. Взгляды абсолютно каждого были устремлены на нас. И это к собственному удивлению порадовало меня.

Я выставила вперед ладонь с мини-тяпкой и пригрозила Красавину.

— Если ты пришел с войной, у меня есть свидетели. Выйти «чистым» после моего убийства не выйдет.

В глазах Красавина вспыхнуло удивление, но поразмыслив недолго, он понял, о чем я веду речь, и весело хмыкнул.

— Да не буду я тебя убивать, Куртизанка. Больно сильно люблю, чтобы злиться на тебя...

Это уже было слишком. Слишком волнительно и слишком откровенно, как и его полный нежности и тоски взгляд, как и его теплая улыбка.

— Мог бы и позлиться для порядка! - проворчала недовольно, бросая тяпку в коробку.

Красавин поднял взгляд к небу. Дождь практически закончился, оставив нас совершенно мокрыми.

— Ну все? Розы посажены? Мы можем идти в дом? – улыбнулся, убирая с моего плеча маленькую веточку. И эта его забота, и невероятно обаятельная улыбка раздражали так сильно, что хотелось его треснуть!

Я позволила себе шлепнуть его в грудь, чувствуя себя в этот момент абсолютно несчастным человеком.

— За что? – удивление в его голосе звучало как обвинение. Я и сама понимала, что веду себя взбалмошно и непоследовательно, но за эти дни я так сильно накрутила себя, что боясь с ним встречи, нашего будущего и полной неясности настоящего, не могла совладать с эмоциями. Лучше бы он поссорился со мной, лучше бы отругал за ложь с Захаром, лучше бы был равнодушен и не стал бы прятать от дождя, чем то, каким он продолжал быть для меня.

Он был для меня всем. Несмотря ни на что.

Я не сразу поняла, что это не дождь, а слезы текут по моему лицу. И лишь когда в серых глазах Красавина появилась тревога, и он поспешно приблизился ко мне, горло сдавило спазмом, а плечи сотряслись от рыданий.

— Ты чего? Что случилось?

— Отойди! – всхлипнув, проговорила обиженно.

И он не придумал ничего лучше, как сделать послушно шаг назад.

— Эй, Куртизанка, не пугай только! Ты упала? Подвернула ногу? Тебе больно?

— Больно-н-н-о-о-о, - взвыв во все горло, я прижала ладони к лицу.

— Где болит?

— Вот здесь, - коснувшись груди, с обидой и тоской я посмотрела на Красавина.

— Почему болит?

— Потому что соскучила-а-ась, - продолжая реветь, словно маленькая девочка, я увидела, как его губы растянула улыбка. Теплая такая, нежная, что сердце защемило. Он расправил руки в стороны.

— Так иди ко мне.

— Не могу! - топнула ногой в сердцах. Он совершенно не помогал, а делал только хуже!

— Почему?

— Ты негодяй, и я должна перестать любить тебя... но я не могу...

— Только не дерись, ладно? - с этими словами он сделал шаг и сгреб меня в объятия. Такие горячие, такие теплые, такие надежные.

Спрятав лицо у него на груди, я расплакалась.

Дождь давно перестал идти, но я не могла остановить свои слезы, пока его горячие ладони ласкаю мою спину, пока его губы касались моих волос, пока он продолжал держать меня в своих руках, я просто отказывалась быть сильной.

— Роза, пойдем в дом, - прозвучал его шепот над моей головой.

— Я не Роза, - разрыдалась еще больше, продолжая прижиматься к его груди. – А ты совсем не тот Гоша, которого я знала!

В тихой усмешке совершенно не было радости – одна печаль.

— Это же прекрасно. Мы оба с приставкой «не». А теперь давай зайдем в дом. Ты вся мокрая, можешь заболеть.

— Я рассказала тебе всю правду! Я открылась, потому что не хотела тебе врать. А ты даже на чуть-чуть не впустил меня в свою жизнь!

Устало вздохнув, и понимая, что выпустив меня, может навсегда потерять момент, Гоша лишь немного отстранился для того, чтобы увидеть мои глаза.

— Я хотел, но не мог, - нахмурился, лаская мои скулы. — И я не просил тебя о правде, я влюбился в тебя без прошлого. Я полюбил Розу – красивую и дерзкую девчонку Розу, которая готова защищать малознакомую старушку, и бесстрашно броситься грудью на врага самой, не желая рисковать другими. Я влюбился в тебя, хотел сам быть простым парнем Гошей. Без прошлого, потому что в прошлом я ошибался вокруг.

Он приподнял мой подбородок пальцами. В серых глазах плескался океан нежности и любви. Гоша поморщился.

— Роза, пожалуйста, прекращай. Я знаю, что кругом виноват. Но если еще хотя бы час я проведу без тебя, я с ума сойду...

Улыбаясь внутри, понимая, что простила его уже давно, и всего несколько фраз отделяло нас от желаемого примирения, я решила немного растянуть волнующее ожидание.

— У меня там, в палисаднике сорняка много, знаешь ли... – проговорила с хитрой улыбкой на губах. — А еще забор нужно покрасить, и окна... В общем. – обхватив его запястье, я посмотрела на циферблат его часов. – Завтра в шесть утра чтобы был на месте, будешь...

Я не успела договорить. Слова растворились в обрушившихся на меня губах Красавина, в самом жарком и желаемом поцелуе.

Ночь таяла с сером предрассветном свете, но я все еще помнила каждое его прикосновение – невесомое, как лепесток, жаркое как солнце в полдень. Он спал, а я не могла оторвать от него глаз.

Никогда не думала, что можно так смотреть на мужчину – на его плечи широкие, сильные, словно выточенные из светлого камня. На линию челюсти, такую четкую, что хотелось провести по ней пальцем. На ресницы – длинные, влажные, чуть дрожащие во сне. Он прекрасен.

Никогда не думала, что могу так сильно полюбить кого-то. Так, что жизнь совершенно истратит свою самостоятельность и краски если его отнять. Те несколько дней, проведенные в разлуки казались мне адовой бесконечностью.

Но сейчас я была счастлива. Я могла смотреть на него обнаженного, беззащитного во сне, и у меня не оставалось дыхание не от стыда, а от восторга. Это так завораживает – когда чувствуешь, как корни твоего чувства уходят глубоко, в самую суть земли, и их уже не вырвать.

Легкое движение его рук говорит мне о том, что Гоша проснулся. Промычав что-то тихонько под нос, он прижимает меня к себе, утыкаясь носом в основание моей шеи.

— Ты чего проснулась? Еще так рано... – шепчет он, а горячие ладони парня жадно исследуют мое обнаженное тело.

— Я люблю тебя, - раздается шепот в тишине, заставляющий Гошу окончательно проснуться. И в серых глазах, смотрящих на мня без капли усталости или сна, я вижу те же самые чувства, что наполняют мое сердце.

— Очень люблю тебя, Гош. И я хочу, чтобы ты рассказал мне все.

Он рассказал. Немного позже, после того как насытил телесный голод, после того как мои поцелуи наполнили его силой и желанием думать о чем-либо еще, кроме как обо мне, он поведал мне всю свою боль, погружаясь в нее все глубже.

— Мама всегда была рядом, - его голос звучал потеряно и устало, но он неустанно держал меня в руках, боясь выпустить, не желая быть хотя бы на сантиметр дальше. — В тишине моей славы, в тени громких побед и моей яркой жизни. Я мало бывал с ней, как только вошел в профессию, пропадал годами в столице, и приезжал слишком редко, но она никогда ни словом не обмолвилась. Она умерла в одиночестве, из-за меня...

Последние его слова причиняли мне физическую боль. И я поспешила поспорить.

— Нет, Гош, ты не при чем...

Он горько усмехнулся. В серых, родных глазах таилась глубокая печаль.

— Она звонила мне, Роза. Пять пропущенных я увидел в раздевалке после триумфального матча. Я был так взбудоражен победой, я был охвачен восторгом от рева толпы, скандирующей наши имена. Партнеры команды тащили нас на ужин в один из лучших клубов города, со мной была, как мне казалось лучшая девушка, и мои друзья рядом. Я бросил телефон в сумку, и вспомнил о нем лишь, когда проснулся на утро, с жутким похмельем, после угарной ночи.

Она прислала одно сообщение: «Сынок, позвони срочно». А когда я набрал ее номер, мне ответил чужой голос. Из больницы. У нее случился инсульт, и она не дожила до утра...

Мои пальцы стиснули его ладонь, в желании защитить. Но разве я могла хоть как-то исправить его прошлое? Я была рядом. И я готова была пройти весь путь, держа его за руку. Гоша об этом знал – он ничего не говорил, но я чувствовала его уверенность.

— Теть Фая звонила моему агенту, просила передать, что мама серьезно больна, и что я должен срочно вылететь к ней, дабы успеть проститься. Но он не передал мне, ни после матча, ни потом. Это я узнал после от крестной... А еще, она рассказывала о том, что мама переживала о матче, и даже когда ее увозили на скорой, просила передать мне, чтобы не волновался, если не забью.

Он усмехнулся так горько, что сердце сжалось от тоски.

— В тот день я забил, целых два гола. И ненавижу теперь каждый из них.

Невыносимо больно видеть, как мечта человека становится тем, что его отравляет. Теперь мне было понятно его желание отгородиться от правды, закрыть на нее глаза и сделать вид, словно та жизнь не существовала.

Гоша подался вперед и его губы нежно коснулись моих.

— Ну а после, все ты уже знаешь. Я стал пить, прогуливать тренировки, на играх показывал отстойный результат. От меня отвернулись все – моя девушка, друзья. И в итоге со мной разорвали контракт, так что теперь я на самом деле простой деревенский парень Гоша, у которого практически ничего нет за душой. Все что осталось от карьеры – квартира и машина. Деньги что были на счетах ушли на погашение неустойки за сорванный контракт.

Гоша провел пальцами по моему предплечью, поднимаясь вверх к ключицам.

— Я не хочу другой жизни Роза. Когда ты встретила меня, я был потерян, был один. И ты показала мне, что я все еще могу быть счатсливым.

— И ты будешь счастливым, Гоша. И все, что произошло с твоей мамой ужасно, и я не могу представить, что ты пережил, когда остался совершенно один. Тебе больно, и страшно, и это нормальные чувства. Ты винишь футбол, друзей, бывшую девушку в своей потере...Так случилось, что ты не успел проститься с мамой, и эта боль будет с тобой, но твоя мама всегда хотела для тебя только лучшего, и она гордилась тобой. И я не думаю, что ей было бы не больно видеть своего сына, потерявшего мечту. Отдели футбол от всего остального. Деньги, яркая жизнь, выпивка и фальшивые друзья – это легкий путь для юнцов. Ты больше не такой, ты сможешь взять только самое главное, и остаться прежним Гошей, которого знаю я.

Он молчал, но я видела, как в нем шла нестерпимая борьба. Он метался, ведь все это время, несмотря на страх и боль, в его душе томилась жгучая тоска по спорту.

— Я видела твои матчи. Я просмотрела много, и я совершенно ничего не понимаю в футболе, но я видела то, как горели твои глаза в моменты игры, я видела как ты жил, ты буквально светился в эти минуты, понимаешь? Не лишай себя этого... возвращайся в спорт, будь тем, кем ты и должен быть. Лучшим бомбардиром, великолепным футболистом.

Когда он поднял на меня взгляд, я видела то, как жаждет он этого. Жаждет, и в то же время боится.

— А ты?

— Что я?

Он приблизился так, что между нами остались жалкие сантиметры пространства.

— Ты будешь со мной? Будешь ездить за мной во все города и бывать на играх? Я не хочу никакой славы и никакого спорта, если тебя не будет рядом.

Прислонившись лбом к его лбу, я улыбнулась.

— Я буду с тобой всегда, Красавин. Что бы ты ни попросил, я сделаю все.

— Все? – хитрая улыбка, расплывшаяся на красивом лице заставила меня понять, какую ошибку я только что совершила. Красавин ведь ни за что не упустит шанс воспользоваться моим обещанием.

И расплата за мою наивность настала уже в следующий момент.

— Я хочу, чтобы ты стала Красавиной, - провозгласил Гоша, и, отстранившись, посмотрел на меня с вызовом.

Я рассмеялась.

— Это предложение?

— Это обещание. Предложение. Я бы даже сказал - требование.

— Хорошо, когда-нибудь обязательно, - проговорила с хитрой улыбкой.

Он тут же нахмурился.

— Не «когда-нибудь». Сейчас.

— Сейчас?

Мое удивление лишь на несколько секунд сбило его с толку.

— Сейчас, завтра... но я не согласен ждать дольше недели! – немного подумав, Гоша добавил.

— Или ты хочешь пышную свадьбу? Тогда придется немного подождать, все же... Пока я вернусь в спорт и заработаю первый гонорар.

На этот раз я рассмеялась, не сдерживая себя.

— Красавин, не нужна мне никакая свадьба! И я бы хоть сейчас стала твоей женой. Но, ты же помнишь, какое у меня положение. Я в розыске...

Он тут же нахмурился, и резко поднявшись с дивана, принялся рыться в бумагах на столе.

— Ох, совсем забыл, - вернувшись ко мне, Гоша протянул мне папку с документами. – Ты больше не в розыске. И вот, мне прислал адвокат.

И пока я непонимающе рассматривала документы, он проговорил.

— Если вкратце, твоего бывшего посадили под стражу. Информация на твоей флешке пригодилась для того, чтобы доказать его махинации с бумагами. Дело в отношении тебя закрыли, а его вскоре будут судить.

Я не могла поверить своим ушам. В жизни не выигрывала в лотереях, но то, что сказал мне Гоша, было похоже на подарок небес.

— Так просто? А почему меня никуда не вызвали? Должны ведь были...

Он усмехнулся.

— Ты подписала доверенность, разве забыла? И мой адвокат делал все за тебя. Я же сказал, Роза, что тебе не стоит даже думать об этих гнусах. Каждый получит свое...

Дрожь волнения прокатилась по телу. Я вскочила с места и несколько минут просто ходила по комнате. Гоша наблюдал за мной с нежной улыбкой.

— Так выходит, я могу вернуться домой? И фирма...

Красавин нахмурился и покачал головой.

— Фирма банкрот, Роза. Вернуться ты можешь... Но...

— Но я не вернусь, - выпалила тут же, ибо все наконец-то встало на свои места. Я подошла к Гоше, и, устроившись перед ним на коленях, взяла его руки в свои.

— Отныне меня не интересует прошлая жизнь, как и тебя твоя. Теперь мы будем строить новую. И пройдем каждый шаг вместе, и падать будем вместе и взлетать.

Он подвинулся ближе, и его губы коснулись моих.

— Я тебя поддержу, ты ни за что не упадешь, - проговорил Красавин, и я верила в каждое его слово.