Глава 18

Остаток вечера прошел в гостиной.

Мерцали свечи, потрескивали в печи дрова, предвещая изрядные морозы, за окнами завыл ветер, которого не было днем, и просторная комната казалась кораблем, несущимся по волнам. Такое ощущение невольно заставляло всех жаться друг к другу.

Переодетые в сухое дети жадно съели куриный суп с гренками и до положенного часа, сидя на ковре, слушали, как взрослые поют, передавая друг другу гитару или усаживаясь за фортепьяно.

На ночь их напоили молоком с печеньем и отпустили отдыхать, а Саша наконец взялась разбирать свои подарки.

Чего только ей не подарили!

Каждая девочка, умеющая держать в руках иглу, сочла своим долгом приготовить для «маман» хоть какой-нибудь пустячок.

Старшие сообразили распределить подарки между собой, так что повторов не случилось, младшим же на такое еще не хватило сообразительности. В результате Александра с улыбкой выложила на «подарочный столик» целую стопку платков, обвязанных по краю крючком или украшенных кривенькой монограммой. Подарок нужный и полезный, вот только на подарки барышни пустили собственные платки, выданные им из кастелянской. Придется восстанавливать потери!

Дальше шли кошельки — на любой вкус, цвет и фасон.

Девочки побогаче раздобыли через родственников бисер, ленты, гарусную нить или даже кожаные ремешки и бусины. Все это довольно умело и было превращено в хранилище для денег.

Наборы воротничков и манжет раскинулись белоснежной пеной. Рядом красовался шарфик, вязанный из шелка-сырца по тому же узору, по которому старшие воспитанницы вязали для себя «мантильки». Варежки из колючей, но теплой козьей шерсти. Носки с длинным голенищем — почти чулки или гольфы-переростки, вязаная муфта, набитая ватой и украшенная вязаными вишенками. Трогательные подарки от детей заставляли Александру улыбаться.

Маничка Петровская, обладающая недюжинным талантом к рисованию, подарила Александре картонную папку, украшенную чудесным пейзажем. Еще одна пансионерка преподнесла подарок, явно переданный родителями — настоящий взрослый веер, расписанный с умением и тонкостью.

Дальше пошли подарки от преподавателей — галстучек, изящно собранный на пуговицу-брошку с горным хрусталем. Косынка-фишю из шелка с тонкой, будто морозной, вышивкой. Шелковый шнурок-цепочка для часов. Книга, снова книга, альбом с очень плотными картонными листами — «дамский» для стихов и рисунков от гостей? Интересный подарок от герцогини!

Фотография здесь пока существует на уровне дагерротипных пластин, да и то не массово. Просто какие-то чудаки экспериментировали время от времени или привозили технологию с Запада, но относились к ней с недоверием.

Тут нашлась красивая теплая шаль удивительной расцветки, очень легкая и мягкая. Саша и не заметила, как прижала ее к щеке, вдохнула тонкий, пряный аромат корицы и, кажется, гвоздики.

— Я рад, что мой подарок понравился вам больше других, — негромко сказал Медведев.

— Кашмирская шаль? — госпожа Снипперс заморгала, не зная, возмущаться или восторгаться.

Александра вздохнула, но… расстаться с таким великолепным подарком не смогла:

— Это потрясающий подарок, — сказала она с искренней улыбкой, — Ефим Александрович, я никогда не получала ничего подобного! Благодарю вас от всей души!

Медведев поймал ее руку и прижал к своей щеке:

— Я очень завидую этому куску ткани, мадемуазель, он может обнять ваши плечи, а мне придется ждать еще полгода.

Саша потупилась. Огонь в глазах этого мужчины буквально сжигал ее, но рядом стояла госпожа Снипперс, протягивая тощие лапки к драгоценной шали, на столик с подарками с любопытством посматривали другие преподаватели, так что Александра отошла в сторону, свернула шаль, убрала ее в сахарную бумагу и развернула следующий подарок.

Вернее, попыталась развернуть. Сначала бумага никак не хотела разворачиваться, словно ее слои склеились, а потом как-то рывком развернулась, и на пол упала… репа! Выдолбленная и вырезанная в виде страшной зубастой рожи! Из нутра репы вывалился комок волос, иголок, ниток, каких-то когтей и зубов, склеенных не то воском, не то клеем.

— Стоять! — Медведев поднял руку. — Александра Николаевна, отойдите к окну. Я вызываю Особый отдел!

Все попятились кто куда, а прапорщик использовал быстрый вызов и приказал всем быстро покинуть помещение. Саша радовалась, что дети уже в дортуарах, но сама уходить не стала, объяснив все просто:

— Это мои подарки, господин Медведев, я в любом случае вам понадоблюсь, чтобы определить магическое воздействие. Но если честно, я не вижу в этой пугающей вещице того красного ореола, который был…

Она не стала заканчивать, прапорщик прекрасно помнил кухарку с вампирским даром.

— Остаетесь, но стоите на месте и до прибытия специалистов резких движений не делаете!

Александра молча кивнула.