Глава 6

Саша открыла рот, закрыла, потом сглотнула сухим горлом и сказала:

— Благодарю за понимание, поручик! Думаю, теперь, когда вы сделали помолвку неизбежной, мы можем вернуться в школу!

— Я не хотел дурной публичности, Александра Николаевна, — сказал Медведев, ловя ее ускользающий взгляд, — просто воспользовался моментом. Госпожа Снипперс явно желала растоптать вашу репутацию окончательно.

Александра только поджала губы, ругая себя в голове на все лады. Надо ж было додуматься выйти на разговор с мужчиной на берег! Мало того, что их видно издалека, так еще эта дамочка втянула в историю всех, до кого дотянулась! Офицеры отводят глаза, Мария Ивановна мнет в пальцах платок, и только сплетница, не успевшая ощутить всю тяжесть «жизни по уставу», выглядит ошеломленной и обескураженной. Что ж, поделом ей!

Александра вынула часики, висящие в специальном кармашке на поясе, взглянула на них и удивленно подняла брови:

— Дамы, а почему вы здесь? Пора будить воспитанниц!

Колобкова немедля развернулась со словами:

— Уже иду, Александра Николаевна! Госпожа Снипперс пригласила меня на прогулку, сказала, что на берег выбросило изрядное количество дров, и нельзя ли попросить господ офицеров оценить эту груду, чтобы послать после денщиков перетаскать дрова к печи!

Саша хмуро взглянула на сплетницу и строгим тоном произнесла:

— Госпожа Снипперс, вы все еще тут? Ставлю вам на вид! Вы должны быть рядом с детьми, ведь вы сегодня дежурная дама! И потом, что за небрежность в одежде?

С этими словами Александра картинно поморщилась и кивнула на слегка сбившийся из-за спешки воротничок.

— Господа офицеры могут подумать, что в нашей школе не соблюдают устав, раз его хранительница позволяет себе выходить из комнаты в таком виде!

Всей своей интонацией Саша передавала ужас от ситуации, так что пунцовая дамочка почти бежала к домикам, а вот офицеры вернуться к «барочникам» не спешили. Они с трудом сдерживали усмешку, наблюдая паническое бегство сплетницы, а потом признались:

— Простите нас, Александра Николаевна! Мы не поверили в выдумку этой дамы, но решили, что пойти с ней станет меньшим из зол.

— Я все понимаю, господа и благодарна вам за участие, — равнодушно ответила Александра, направляясь к домикам. Она словно застыла в своем желании сохранить внешние приличия, не сорваться, не устроить безобразный скандал с криками и метанием посуды. Медведев молча шел рядом не обгоняя, но и не отставая. Его молчаливое присутствие раздражало и в то же время служило для Саши опорой.

Офицеры замечая это странное единодушие быстро свернули в сторону «проверить лошадей», дамы умчались вперед, так что Александра и Ефим Александрович некоторое время шли совершенно одни.

— Я не отступлю, Александра Николаевна, — весомо бронил прапорщик, — обещаю не торопить вас и не давить, выдержу год помолвки, но потом назову вас своей!

Шурочка внутри Саши пыхнула удовольствием, а вот Александра сделала каменное лицо:

— Год, это долго, господин прапорщик, уверена, вы найдете себе лучшую партию!

Медведев упрямо наклонил голову, давая понять, что этот разговор не окончательный.

Дальше все пошло своим чередом — занятия, сбор трав, тренировки по верховой езде, владению оружием и магии.

Особой радостью для девочек стало то, что из города прибыл большой заказ Александры Николаевны на перочинные ножи.

В этом мире без такого ножичка писать было сложно — гусиные перья требовали очинки и расщепления. Стальные перышки стоили дорого, ломались, портились, поэтому учили писать все же гусиными, а металлические становились дорогим подарком к завершению младшего курса.

Вот и предложила Саша заказать для воспитанниц целую партию хороших тульских ножей с гербом школы, найдя разумного поставщика через купца Овчинникова.

Тот смекнул, что поставки будут регулярными, отыскал какого дальнего родственника, занимающегося этим делом и передал заказ ему, на весьма приятных для обоих сторон условиях. Школа получала эксклюзивные ножи с запретом повторять модель, детали и герб. Ученицы — милый и нужный аксессуар. Купец Овчинников — некоторое количество денег и славу оборотистого малого умудряющегося работать с высшей аристократией.

При том заказала Александра ножи несколько более крупные, чем было принято в этом времени, да еще складные, и с петелькой — для закрепления ножа на поясе или на шнурке, что стало дополнительным фактором интереса к такой казалось бы безделице.

Когда купец привез заветный сундучок, встречать его сбежалась вся школа. Саша торжественно вручила по ножичку каждой «мадемуазель», отдельно одарила классных дам, а потом, уже вечером увела старших детей на берег залива и сама провела занятие со старшими воспитанницами, объясняя и показывая, как можно спрятать небольшой нож в одежде, как правильно перерезать толстую веревку, куда нужно бить, если на тебя несется огромный и страшный мужчина, и как вообще нож может помочь в критической ситуации.

Офицеры, которые наблюдали за занятием прониклись.

В принципе они прекрасно знали, что такое «засапожник» — так назывался небольшой нож, который носили при себе практически все мужчины. Особенно их любили разбойники, «лихие люди», кулачные бойцы, казаки и бойцы из 'Дикой дивизии’собранной из представителей народов Кавказа.

Но засапожник был обычным ножом, пусть острым и ухоженным. Все знали, что у врага может оказаться такой нож в сапоге, учитывали этот момент в рукопашных схватках, в толпе босяков или при внезапном нападении.

А тут молодая девушка показывает детям, как можно спрятать аккуратный нож за поясом, под юбкой, за чулком, за воротником, в рукаве и в прическе! Да еще уточняет, что в Китае дамы умели сражаться длинными острыми шпильками, а в Испании дворянки прятали стилет в корсет вместо бюска — специальной жесткой пластинки для ровности осанки.

В общем господа были шокированы, особенно после того, как директриса сообщила девочкам, что будет устраиваться конкурс на лучшее сокрытие ножа, а потом на лучшее его применение на манекенах.

— Мадемуазель! — не выдержал вахмистр, — разве можно этому учить детей? Девочек?

— Господин Леман, — строго сказала Александра, — вы знаете, для чего мы готовим этих детей? Вижу догадываетесь. Так вот чем раньше они освоят эту науку, тем больше у них будет шансов выжить, выйти на пенсию и родить собственных детей. Я не хочу, чтобы эти малышки погибли на первом же задании!

Офицер потупился, и больше вопросов не задавал. Зато их задал прапорщик Медведев:

— Александра Николаевна! — сказал он, когда Саша уже собралась подниматься к домику, оставив детей резвиться под присмотром классных дам. — Откуда вы знаете о Китае?

— Читала вероятно, — отмахнулась девушка, — у нас прежде была обширная библиотека, и папенька радовался, если я тихо сидела с книгой в углу.

— Я закончил магическую школу, военное училище и несколько особых курсов, — веско сказал прапорщик, — но о том, что китайские женщины умеют сражаться шпильками узнал только от вас.

— Значит нашим девочкам нужно заказать такие шпильки, чтобы повысить шансы на выживание, — задумчиво пробормотала Александра, — и стилеты. Арбалетов будет мало!

Медведев не нашелся с ответом.

Новость о необычном уроке моментально разошлась по школе. Пансионерки хвастались друг перед другом своим умением спрятать новую «игрушку», обсуждали различные способы крепления — к поясу, к рукаву, под передник, и шепотом рассказывали младшим про боевые шпильки китайских принцесс.

Конечно госпожа Снипперс не могла оставить этот урок без своего внимания — она немедля написала письмо герцогине, и на третий день ее светлость внезапно явилась на дачу с визитом.

Поскольку предупреждения не было, ее светлость застала детей во время занятий. Несколько девочек усиленно метали свои ножички в мишень, еще двое стояли с арбалетами в руках, а остальные разминались на «полосе препятствий».

— Мадемуазель Пешкова! — в голосе Терезии Борисовны звучала сталь, — объясните мне, что здесь происходит!

— Ваша светлость! — Александра присела в реверансе, — если позволите, я дам вам объяснения в стороне от воспитанниц. Им не стоит прерывать занятия!

Герцогиня нехотя сошла с экипажа, опираясь на руку прапорщика Медведева, и не отпуская его прошла вперед, чтобы встать на том пятачке, с которого Саша обычно наблюдала за самыми опасными занятиями.

— Итак, мадемуазель, я жду объяснений! — повторила герцогиня.

— Сейчас идут занятия по общей физической подготовке и знакомство с оружием, — ровно ответила Александра, уже понимая, о чем именно спрашивает герцогиня.

— Я не об этом, — оборвала ее Терезия Борисовна, — мне доложили, что девочкам вручены ножи, словно дворовым мальчишкам, и теперь их учат тыкать друг друга этими ножами! Мадемуазель, неужели это правда?

Саша кротко вздохнула:

— Ваше сиятельство, чтобы развеять ваши сомнения, я сейчас с точностью повторю урок, который давала старшим девочкам для средней группы. Перочинные ножи для них прибыли только сегодня.

Герцогиня нахмурилась, но Александра улыбнулась:

— Вы все увидите своими глазами, и кто бы вам не докладывал, он не сможет не подтвердить, что занятия идентичны. Свидетелями мне станут господа офицеры.

Терезия Борисовна некоторое время сверлила Александру тяжелым взглядом, потом неохотно кивнула, выражая согласие. Саша тотчас подозвала к себе средний класс, и попросив подпрапорщика Мясникова донести ящик с ножами до пляжа повела детей туда. Следом как привязанные потянулись классные дамы, офицеры, денщики, и ее светлость с прапорщиком Медведевым.

— Медам, — Александра подождала пока дети встанут в кружок и начала свою речь. — Вы поступили в школу, чтобы стать не просто образованными барышнями, но юными магичками, возможно женами офицеров или чиновников. Военные дороги могут стать нелегким испытанием для слабой, болезненной женщины, поэтому мы с вами учимся здесь быстро бегать, высоко прыгать, подтягиваться на руках и балансировать на бревне.

Девочки радостно закивали. Им нравились активные занятия на свежем воздухе, к тому же в конце недели самая шустрая и ловкая обязательно получала приз — милую ленту в косу.

— Однако на дорогах до сих пор часто встречаются опасности, — понизив тон заговорила Александра, — дикие звери, завалы на дорогах и дурные люди, желающие ограбить путников. Для защиты от всего этого мужчины обычно берут в карету пистолеты, сабли, некоторые даже вооружаются ружьями и уж точно каждый храбрый офицер умеет запулить в разбойника огненный шар или кусок камня.

Девочки начали переглядываться, схватившись за руки, чтобы не дрожать от страха.

— Между тем женщина тоже должна уметь защитить себя, если защитник ее пал, или она очутилась в неприличной ситуации, — продолжала Александра. — Поэтому сегодня от лица нашей покровительницы, герцогини Ольденбургской, я как директриса школы благородных девиц вручаю вам эти ножи! На каждом из них герб нашей школы, у каждого есть удобная петелька для крепления, и шнурок! Прошу!

Раздав девочкам ножи, Саша скомандовала положить их в карман фартука, а потом продолжила лекцию:

— Во все времена женщина почитали слабейшими, нежнейшими, нуждающимися в защите существами. И во все времена были женщины, которым приходилось защищать свой дом и детей. И все же от женщин не ждут нападения, поэтому этот нож может стать вашим шансом на спасение. Он мал, незаметен, его легко спрятать в рукаве, за резинкой чулка, в прическе или под воротником платья.

Называя места для «тайников», Александра обозначала их, не задирая конечно юбки и не демонстрируя никому свои чулки.

— В далеком Китае женщины благородного рода умеют сражаться заостренными шпильками. В Испании даже инфанта носит вместо бюска стилет в прочных деревянных ножнах, так что и нам с вами не зазорно иметь при себе небольшой нож для очинки перьев, вскрывания писем или… возможного спасения от неприятностей!

Дальше директриса попросила девочек представить, где им может пригодиться нож, и практичные купеческие и чиновничьи дочки тотчас припомнили не только очинку перьев, но и подчистку бумаг, деление десерта с подругой, разрезание листов новых книг, открытие тугих шкатулок и прочее.

— Молодцы! Надеюсь вы все это запомнили, а теперь я покажу вам, как правильно перерезать веревку, если вам связали руки! — тут Саша накинула веревку на собственные запястья и показала, как нужно осторожно перепиливать ворсистые натуральные волокна. Потом офицеры вынесли набитого соломой «болвана» и на нем Александра нашла несколько болезненных точек, в которые можно просто ткнуть даже коротким и не острым ножом, после каждого приема повторяя рефреном:

— Только в случае самозащиты, если мужчина, который вас защищает лежит без сознания или погиб!

Завершая занятие, директриса снова повторила слова о том, что женщина хрупкая, нежная и трепетная, и защищать ее конечно должен мужчина, но вот защищая детей, она имеет право использовать и магию и оружие.

Девочки восторженно присели в книксенах, а герцогиня Ольденбургская сдержанно похлопала в ладоши:

— Мадемуазель Пешкова, скажите, такое занятие будет проведено для младших воспитанниц?

— Конечно, ваша светлость, — заверила ее Александра, — как только мы получим очередную партию ножей.

— Я бы хотела, чтобы на нем присутствовали мои дочери.

Александра молча присела в реверансе.