ГЛАВА 11 · Конец всем секретам

Грейс Эрнестин не вышла на связь, и рано утром доктор Джин был вынужден одобрить запасной план, к которому я морально уже была готова.

Я проснулась одна, Кристиан уже ушел к себе. Я чувствовала себя живой как никогда, полной сил, отдохнувшей и счастливой, поэтому на первый этаж не спустилась, а почти что пританцевала.

— Хм, — встретил меня Джиро странной ухмылкой. — Выспалась?

— Да. А что?

Он закатил глаза, и до меня дошло, что наше с Кристианом бурное выражение чувств могло помешать кому-то спокойно спать.

К счастью, Бера пришла мне на помощь и отвлекла своего изгоняющего ранним завтраком, который принесла Мэвис, так никого из нас и не узнавшая.

— Эдит, хозяйка этого гостевого дома, тоже училась в Мэлвилле, — сообщил доктор Джин, присоединившись к нам. — Это может показаться негуманным, но для тех, кто не смог выдержать нагрузки Мэлвилла, не только физической, но и психологической в первую очередь, забыть все — это лучший вариант.

— То есть Эдит не знает, что… — начала Бера, но тут пришла и сама хозяйка.

— Доктор Джин очень помог моей семье, — с улыбкой сказала она. — Правда, за это его лишили возможности практиковать медицину, но я счастлива служить ему столько, сколько потребуется.

— Эдит, перестань, пожалуйста, — засмущался доктор. — Это было давным-давно, с твоими детьми уже все в порядке.

Эдит повернулась к нам и спокойно объяснила:

— На третьем месяце обучения у меня, как говорят, случился срыв, и я пыталась убить себя. Директор школы стер мне память и вернул в столицу. Здесь я познакомилась с доктором Джином, когда была беременна первым ребенком, а он еще был врачом в одной из больниц. Он спас меня и моего сына, и за это его выгнали с работы и запретили практиковать.

— Эдит, — перебил доктор. — Хватит. Им это совершенно неинтересно.

— Так это и был тот скандальный случай, из которого вас сослали в Мэлвилл? — угадала я.

— Не сослали. Предложили место, и я согласился. И ничуть об этом не жалею.

Наверное, причина этого в Грейс Эрнестин, но этого я, конечно, уже говорить не стала.

Мэвис и Эдит убрали со стола, и доктор еще раз повторил, что мы собираемся делать. Точнее, что собиралась делать я.

— Только запомни, пожалуйста, Лорна, — серьезно напутствовал доктор Джин, — если почувствуешь, что это твой предел, немедленно бросай все и возвращайся. Вместе мы придумаем что-нибудь другое.

— Конечно, — кивнула я. — Я сразу же вернусь.

— Обещаешь?

— Да.

И снова я лгала с милой улыбкой, ничуть об этом не жалея. Просто обещания, данные раньше, всегда имеют больше силы, а я уже пообещала Кристиану, что найду его брата.

Бера обняла меня, Джиро хлопнул по плечу, а Кристиан долго смотрел мне в глаза, и когда я уже решила, что должна сама что-нибудь сказать, он поцеловал меня.

— Совсем недавно ты сказала мне кое-что, — начал он тихо, и я придвинулась ближе, ловя каждое слово. — И я просто хочу вернуть тебе это.

— Что? — прошептала я.

— Ты мне нужна. Поэтому вернись, не важно, с Саймоном или без.

— Тогда мне придется постараться еще больше, — улыбнулась я и коснулась губами его губ напоследок. Теперь мне надо было отбросить все, что связывало меня с этим миром, и позволить себе соскользнуть туда, где обитали чудовища.

Я делала это множество раз, но сейчас сосредоточенный разум нес меня гораздо дальше, гораздо глубже, чем мне когда-либо приходилось бывать. В кулаке я сжимала медную пуговицу с гравировкой, как нить, которая должна привести меня к цели. Перед глазами привычно мелькали цветные размытые пятна, и больше всего этот процесс напоминал погружение в мутную воду. Чем глубже я погружалась, тем меньше могла разглядеть. Хотя, строго говоря, зрения у меня больше не было, как не было и самой меня. Я была лишь потоком мысли, и вокруг меня в толще «воды» парили духи, ни на что не похожие, просто сгустки энергии, которые я могла притянуть к себе и сделать своими.

Мне они были не нужны, и я отправилась дальше.

Мир — это слоеный пирог, а заклинатель — нож, который проходит сквозь него, делая тонкий разрез, который затянется, как только он вернется на поверхность. И я чувствовала, как приближается «тарелка».

Меня охватило волнение и тревога. Я напряглась, и продвижение замедлилось. Теперь я не скользила вниз, а продиралась, ощущая дикое сопротивление чужой реальности. Я инородное тело, меня не должно здесь быть, и духи чувствовали мое присутствие, и оно их злило.

Мне пора было возвращаться, но я не могла этого сделать. Я обещала.

Как человек, который погрузился слишком глубоко, я быстро теряла возможность подняться на поверхность. Еще немного, и мое сознание начнет растворяться.

«Лорна».

Что-то подхватило меня и понесло дальше, легко преодолевая сопротивление окружающей среды. Ощущения были такими знакомыми… Почти так же, как тогда, когда я едва не рухнула с башни.

Меня несли духи, и я больше не контролировала ничего.

Страха не было, только нетерпение. Я вдруг почувствовала всех духов, что были поблизости, их интерес, их настороженность и поймала себя на мысли, что мои эмоции стали похожи на их. Я как будто стала ими.

«Лорна. Ты же Лорна, да?»

Я открыла глаза, с удивлением отмечая, что сижу в плетеном кресле, теплый ветер шевелит волосы, а уши улавливают шелест листвы и течение воды.

Я огляделась и увидела, что нахожусь на террасе перед домом, над головой у меня навес, а в переплетении ветвей яблони виднеется ослепительно-голубое небо. Я ошарашенно замерла, прислушиваясь и присматриваясь, пока не поняла, что именно не так.

Птицы не пели.

— Я не могу воссоздать ни одного живого существа, — пожаловался мужской голос совсем рядом со мной. Я вздрогнула и вскочила на ноги.

— Кто здесь?

— Меня зовут Саймон. — Из-за моей спины вышел молодой мужчина с ярко-синими глазами. — Саймон Гесс. Ты искала меня.

Я растерянно открыла рот, но ничего не смогла сказать.

— Ааа… Что это за место? Где мы?

— В моем мире, — улыбнулся Саймон, и улыбка сделала его таким похожим на Кристиана, что я едва поверила глазам. — На самом-самом дне океана…

Спустя десять минут мы уже сидели за столом и разговаривали под шум ветра в яблонях и перезвон колокольчиков, висящих над крыльцом. Я уже знала, что нахожусь в чем-то вроде подсознания заклинателя по имени Саймон Гесс, и это поражало меня даже больше, чем то, что я все-таки смогла его отыскать.

— Уверен, вам этого не рассказывали, — усмехнулся он. — Это беда по большей части призывающих, хотя попасть впросак может каждый заклинатель. Если погрузиться слишком глубоко, позволить духу поставить на тебя метку или стать полностью одержимым, есть риск навсегда остаться здесь.

— Но это миры духов. Как человек может остаться здесь?

— Человек никак, — грустно усмехнулся Саймон. — Но знаешь, вся соль в том, что ты перестаешь быть человеком.

Я смотрела в его глаза, почти такие же, как у Кристиана, и все никак не могла осознать услышанное.

— Ты… ты дух?

— Пока наполовину. Меня готовили к такому варианту, поэтому я продержался достаточно долго, чтобы меня кто-нибудь нашел.

— Тогда что мы сидим?! — воскликнула я. — Надо выбираться! Я обещала Кристиану, что верну тебя.

Взгляд Саймона потускнел.

— Кристиан стал заклинателем? Я надеялся, что он не додумается до этого.

— Кристиан стал заклинателем, чтобы найти своего брата! Он верил, что ты жив!

Я не понимала, почему Саймон продолжает спокойно сидеть, как будто сейчас не решается его судьба.

— А я верил, что с ним все в порядке, — сказал он. — Я успел спасти его, но боялся, что после моего… ухода с ним могло что-то случиться. Эти люди не пощадят даже ребенка, если решат, что в будущем он им помешает.

— Эти люди? Ты про тех, кто хочет открыть клетку под Мэлвиллом?

— Они называют себя избранными, — фыркнул Саймон. — Как будто не слышат, как глупо и пафосно это звучит! Никто их не избирал, разве что только они сами избрали себя. Я вычислил почти всех и понял, что они узнали про ключ. Я хотел предупредить Альваро Веласкеса, но не успел.

— Альваро Веласкес мертв, — сказала я. — Убит в этом году.

— Им потребовалось больше времени, чтобы найти ключ, — улыбнулся Саймон. — Но все-таки нашли, да?

— Ключ у них. Школа, кажется, захвачена, и доктор Джин сказал, что ты наша последняя надежда.

— Тогда я рад, что протянул до сегодняшнего дня.

Он поднялся из-за стола, обошел его и наклонился к моему уху. Удивительно, но Саймон ничем не пах, я вообще не чувствовала, что рядом кто-то стоит, как будто он мне лишь мерещился.

Он начал говорить тихим шепотом, так, что я едва разбирала слова. Закончив, он выпрямился и отошел к ступенькам крыльца. Сунул руки в карманы и вздохнул как человек, который только что закончил тяжелое, тяготившее его дело.

Ветер продолжал шелестеть листвой, по небу пробегали легкие перистые облачка, на балке навеса позвякивали маленькие колокольчики. Но теперь я видела, какое все это ненастоящее.

— Идем со мной, — сказала я. — Я смогу вернуть нас обоих, я сильнее, чем кажется.

— Ничуть не сомневаюсь, — ответил Саймон, не оборачиваясь. — Другую девушку мой братишка бы не выбрал. Я ведь прав? Ты его любишь?

— Люблю. Но ему нужна не только я. Он ждет, когда ты вернешься.

— Я сделал для него все что мог. Но меня больше нет, Лорна Веласкес. Скажи ему, что меня больше нет.

Он повернулся, и я отпрянула.

На его лице на месте глаз сияли два голубых огонька. Он не моргал, и мне казалось, что этот жуткий свет лишает меня воли.

— Я не могу так сказать. — Я покачала головой, пересилив себя, подошла ближе. — У Кристиана метка духа. Мы не знаем, как от нее избавиться. Пойдем со мной, поможем ему вместе.

— Если он до сих пор не здесь, со мной, значит, справится сам. Кристиан молодец, он всегда был хорошим мальчиком. — Свет его нечеловеческих глаз немного померк, но стоило ему моргнуть, как все вернулось. — Лорна Веласкес. Не только этот дом и этот сад придуманы мной. Это тело, — он развел руки, — тоже лишь иллюзия. Скоро оно исчезнет, и это место исчезнет вместе с ним. Я ждал слишком долго, я устал. Скажи брату, что меня больше нет и ему не нужно себя в этом винить. А еще скажи ему, что я…

— Скажу, — пообещала я, когда пауза слишком затянулась. — Но я уверена, что для Кристиана ты всегда был и всегда будешь.

Саймон улыбнулся:

— Тогда лети, Лорна.

Я закрыла глаза, и тело стало легким-легким. Меня закрутило в водовороте, и только пуговица продолжала ощущаться в кулаке, до боли впиваясь в кожу.

Когда все было кончено, я сглотнула слезы и прошептала, не открывая глаз:

— Прости, Кристиан. Прости меня…

Пуговица лежала на столе, и Джиро один из всех безо всякого уважения тыкал в нее вилкой.

— И это точно поможет? — в который раз спросил он. Бера шикнула на него, не выпуская из рук моей ладони, как будто я собиралась убегать.

— Саймон так сказал.

Успокоившись, я смогла рассказать все, что видела и узнала.

Чтобы не попасть в руки к «избранным», Саймон, будучи призывающим, ушел в мир духов так глубоко, как смог. Его тело досталось врагам, и они забрали его в Мэлвилл в надежде вернуть Саймона, ведь фактически он еще оставался жив. Но все напрасно, и про него забыли. Саймон же сохранил самый главный секрет — предмет, который может закрыть открытую ими клетку духа, возможно, даже навсегда.

— Саймону удалось сделать из подарка брата магический артефакт, — пояснила я, хотя сама с трудом все понимала. — Никто в Мэлвилле, даже самые надежные из заклинателей, не знал, что он существует. Саймон ждал, когда кто-нибудь найдет его, чтобы рассказать об этом.

Я избегала смотреть в сторону Кристиана, справедливо полагая, что дала его брату умереть по-настоящему Я была там, я могла что-то сделать, но я просто оставила его одного.

— То есть нам надо вернуться в школу и подобраться к клетке? — спросил Кристиан. Его лицо и голос оставались спокойны, и я не знала, хорошо это или плохо.

Доктор Джин медленно, будто еще сомневаясь, кивнул:

— Получается, что да. Но не могу рисковать вашими жизнями, вы еще только ученики.

— Вы с ума сошли? — удивился Джиро. — Там наши друзья. Если Эрик как следует не спрятался, то дело дрянь. Дерется этот парень как девчонка.

— С ним Биргит, — напомнила Бера, но глаза у нее влажно блестели.

— В любом случае это не обсуждается, — сказала я. — Мы вернемся, я точно.

— И я, — поддакнул Джиро. — А ты, Бера?

— Ну конечно, — ответила она храбро. — Мы же напарники.

Я скосила взгляд на Кристиана, но он молча смотрел на пуговицу.

— Лучше всего не затягивать, — наконец сказал он. — Как только Лорна немного отдохнет, отправляемся на остров.

Он поднялся и ушел с кухни. Все посмотрели на меня, и я побежала за ним, едва не врезавшись в дверной косяк, все-таки мне правда было еще не очень хорошо.

Кристиан успел подняться на второй этаж, и я окликнула его возле двери комнаты:

— Кристиан! Подожди, пожалуйста.

Он остановился, и я тоже замерла на пару секунд, как будто испугавшись. Потом отмерла и подошла к нему.

— Тебе надо поспать, — сказал он совершенно спокойно, как будто ничего особенного не случилось. — Я очень надеюсь на твою помощь.

— Мне надо не поспать, а объясниться с тобой, — возразила я. — Я так виновата!

— В чем?

Казалось, он действительно был удивлен. Я часто заморгала.

— Издеваешься? Я обещала вернуть твоего брата, но не сделала этого. Разве ты не должен винить меня?

Кристиан долго молчал, слишком долго, чтобы я чувствовала себя уверенно.

— Скажи что-нибудь! — не выдержала я. — Хоть что-нибудь!

Кристиан сделал шаг и крепко обнял меня.

Он не был духом, и я не знала наверняка, что он чувствует, но мне было больно. Кристиан сжимал меня в объятиях, и я не сразу поняла, что он плачет.

Мы стояли в коридоре возле его комнаты, и я гладила его по спине, позволяя прятать лицо, которое он не хотел никому показывать. Я ничем не могла ему помочь, не могла утешить, потому что точно знала, что его боль невозможно вылечить словами или даже годами. Она пройдет тогда, когда он сам будет готов ее отпустить.

— Он просил передать, что любит тебя, — сказала я тихо.

— Он должен был сказать мне это сам, — сдавленно отозвался Кристиан. — Но я все равно счастлив.

Он отпустил меня, выпрямился и посмотрел мне в глаза твердым решительным взглядом.

— Он вел себя как мужчина и умер как герой, — сказал он. — Я рад, что он успел увидеть хоть кого-то перед тем, как…

Он не договорил, потому что я поцеловала его, не дав закончить фразу.

Мы ввалились в комнату с единственным занавешенным окном, но я и не смотрела по сторонам. Все, что меня интересовало, это Кристиан. Его объятия были по-особенному жаркими, а поцелуи отдавали солью и горечью. Я не могла его утешить, но могла дать ему то единственное, что у меня было, — себя.

За окном снова повалил снег вперемешку с дождем. Из старой рамы тянуло сквозняком, совсем как в Мэлвилле. Мы лежали с Кристианом на узкой кровати, он обнимал меня за талию, а я тесно прижималась к нему спиной. Спать было все равно уже поздно, поэтому мы просто наслаждались тишиной и обществом друг друга.

— Когда все закончится, чем ты хочешь заняться? — спросила я.

— Не знаю. Буду изгонять духов, это все, что я умею.

— Тогда я буду твоей призывающей. Ты ведь не против?

Он поцеловал меня в шею вместо ответа. Я так поняла, что он не против.

— Только помнится мне, ты еще лина Блейк, — напомнил он со смешком.

— Это вопрос времени. И кто знает, может, я уже овдовела.

Шутка получилась совсем не смешной, и хоть к телу вернулись силы, я все еще чувствовала себя безумно уставшей. Совсем скоро, может быть, уже через час или два, мы сядем в лодку и вернемся в Мэлвилл, и я надеялась, что все, кто стал мне близок, все еще ждали нас.

— Знаешь, что самое странное? — вдруг спросила я, хотя вроде бы ничего не собиралась говорить.

— И что?

— Я высадилась на остров злая, обиженная, уверенная, что хуже быть не может.

— Оказалось, что может?

— Нет. — Я вздохнула, с наслаждением ощущая крепкие объятия Кристиана. — Несмотря ни на что, я чувствую себя счастливой. Это и правда странно, да? Как-то… неправильно.

— Я не думаю, что это странно или неправильно, — ответил Кристиан. — Я только что лишился надежды снова увидеть брата, я должен быть раздавлен горем, но я рад, что все это время он думал обо мне, что он рискнул всем ради того, во что верил. Я горд им и больше не хочу тратить время на печаль.

Я прижалась спиной к его груди и закрыла глаза. Времени и впрямь осталось немного.

Как и ожидалось, мы двинулись в путь уже к вечеру. Сумерки едва наметились, а двери гостеприимного дома закрылись за нашими спинами. Под ногами было месиво из подтаявшего снега и дорожной грязи, пахло дымом. Мы разделились на две группы и разными экипажами добрались до порта. Лодка была надежно спрятана в стороне от него, там, где раньше был причал для малых рыболовных судов. Его давно не использовали, и, к счастью, лодку никто не увел.

— Море неспокойно, — пробормотал доктор Джин.

— Ничего, прорвемся, — улыбнулся Джиро и размял руки. — Эх! Когда все закончится, буду больше тренироваться.

Мы забрались в лодку, и доктор Джин размотал трос.

— Я с вами не поплыву, — сказал он на прощание. — Надо предупредить кого следует, на случай, если все пойдет не по плану…

— А у нас был план? — снова перебил Джиро, и Бера укоризненно покачала рыжей головой.

— …и придется просить помощи у императорской армии, — невозмутимо закончил доктор. — Но надеюсь, до этого не дойдет. У вас времени до утра. Потом ордену заклинателей точно придет конец.

Он оттолкнул лодку от берега, и парни взялись за весла. Скорбная фигура доктора Джина — Артура, его звали Артур, — медленно отдалялась, пока не скрылась за волнами. Меня охватило неприятное чувство, будто мы несемся прямо в пропасть, а вокруг ни души, и даже берега больше нет. Нигде.

Я вспоминала, с чего все началось, все больше убеждаясь, что мачеха, сама того не ведая и преследуя свои цели, дала мне возможность найти свое место. Это очень важно, найти свое место, чтобы не утонуть в море, полном чужих людей, проблем и постоянного выбора. Теперь мне было на кого опереться.

Я почувствовала взгляд Кристиана и улыбнулась.

Мэлвилл выплыл из тумана, как огромный корабль. Еще издалека я увидела окружающее его жуткое голубое сияние, которое вспыхивало и гасло, как живое. Переливчатый свет концентрировался вокруг северной башни, накрывая собой весь замок прозрачной вуалью. А подобравшись еще ближе, мы столкнулись с первыми трудностями — море будто сошло с ума.

Нашу лодчонку то подбрасывало вверх, то швыряло едва ли не на самое дно. В первые же секунды я промокла до нитки, а Беру едва не смыло за борт. Уши заложило от гула стихии и свиста ветра. Я вцепилась в лавку, борясь с ужасом.

От Мэлвилла расходилось тугое кольцо непогоды, как будто он стал центром урагана. И вот тогда я вспомнила, что Саймон дал этому духу имя — Малам. Он был духом ветров и тайфунов, и это значило лишь одно. Клетка действительно открылась.

Парни старались как могли, но до берега все равно пришлось добираться вплавь, точнее, нас просто выбросило из лодки и прибило к берегу, и хорошо еще, что всех и не по частям. Я нашла Беру и помогла ей откашлять воду, потом присоединились Кристиан и Джиро, и одновременно с ними с небес хлынул ледяной ливень. Вымокнуть еще больше было невозможно, но все равно мы поспешили вверх по тропе, к заветной калитке, надеясь, что она не заперта, иначе придется простоять под дождем еще какое-то время.

Я волновалась, но когда мы проникли на территорию крепости, волнение как по волшебству прошло. Шум льющейся с неба воды и стук капель по камню заглушали наше передвижение. Кристиан шел первым, мы с Бером следом за ним, а Джиро замыкал. Перед тем как войти в здание, мы послали вперед мелкого духа, на разведку, у Беры легко получалось контролировать таких. Она пару минут просидела на корточках с крайне сосредоточенным лицом, потом кивнула, и мы вошли в замок.

Было очень тихо, словно Мэлвилл чуть больше, чем за день, полностью вымер. Мы проигнорировали холл, воспользовавшись одной из многочисленных дверей для слуг, но миновать холл все равно не могли, просто боялись заблудиться в сложном переплетении старых и новых коридоров и лестниц. Все же мы даже первый курс не закончили, а замок был очень велик. Бера снова призвала мелкого духа и отправила вперед, но уже через несколько секунд глаза Беры удивленно расширились.

— Он… — начала она взволнованно, но ее перебили.

— Отличная работа, Бера, — похвалил знакомый голос, и откуда ни возьмись перед нами появился мастер Конрад. — Ты хорошо запомнила то, чему я учил тебя на дополнительных занятиях.

Он улыбнулся, удерживая в силках духа Беры.

Выглядел куратор неважно, бледное лицо покрылось щетиной, под глазами тени, был сам на себя не похож, но мы с Берой были одинаково рады видеть его живым.

— Мастер Конрад! — Я вышла вперед, но Кристиан вдруг остановил меня за плечо. — В чем дело, Кристиан? Это же мастер Конрад.

— Ничего, Лорна, — успокоил куратор. — На месте Гесса я бы тоже подозревал всех и каждого. Мэлвилл долго хранил свой секрет, но все тайны рано или поздно выползают на свет.

Он грустно улыбнулся и опустил руки. Дух исчез вместе с удерживающим его заклятием, и мастер устало потер лицо.

— Вас же послал доктор Джин? — спросил он. — Где он сам?

— Доктор сказал, что приведет подмогу к утру, — сообщила Бера. — А вы? Как вы? Где остальные?

Куратор оглянулся и поманил нас в сторону открытого прохода.

— Ученики в укрытии в горах. Предателей не очень много, так что я надеялся найти пару-тройку хороших заклинателей, чтобы вытравить их и уничтожить одним махом. Нет времени ждать армию или кого там еще Джин собрался звать. Не факт, что кто-то вообще отзовется. Дела ордена заклинателей давно перестали кого-либо волновать.

— Что вы предлагаете? — спросил Кристиан.

— Они засели под северной башней. Туда можно попасть тем путем, что вы с Лорной уже знаете, но еще в подземелье ведет ход под крепостной стеной. Попасть в него можно с внешней стороны, кладка там отличается по цвету, вы не перепутаете. Один я не мог застать врага врасплох, а если кто-то пойдет со мной, а кто-то зайдет с другой стороны, преимущество будет на нашей стороне.

— Звучит разумно, — решил Кристиан, и Джиро кивнул. — Мы с Лорной поищем другой вход, а Джиро и Бера пойдут с вами.

Он посмотрел мастеру прямо в глаза, но тот не отвел взгляда. Удовлетворенный тем, что увидел, Кристиан взял меня за руку.

— Удачи! — Бера обняла меня, а Джиро пожал руку Кристиану. Наши пути временно расходились, и я надеялась, что в следующий раз мы увидимся, когда все закончится. Куратор увел наших друзей, а мы с Кристианом вернулись тем же путем, которым пришли.

На улице продолжал лить дождь, но к нему добавился ураганный ветер, едва не сбивший меня с ног. Волосы растрепались и черными змеями трепетали вокруг головы, то и дело стегая по лицу. Никогда не видела такой непогоды.

— Давай быстрее! — перекрикивая рев бури, поторопил Кристиан. Под прикрытием высоких каменных стен мы миновали двор и вышли за пределы крепости. Ветер тут же стих, как будто центр урагана сместился и мы попали как раз в него. Было тихо, даже дождь закончился. Серая стена казалась монолитной, потемневшей от влаги, только выше, почти у самых зубцов, по ней пробегали волны голубого света. Мы внимательно присматривались, и я первой заметила, что в одном месте камень стал красноватым. Ни за что бы не обратила внимания, если бы не приглядывалась специально.

— Иди за мной, будь осторожна, — велел Кристиан и разобрал небольшой завал из крупных валунов, за которым оказался низкий неровный проем в темноту.

Я быстро кивнула, и Кристиан скрылся внутри. Я напряженно прислушивалась, пока не услышала его голос, велевший мне спускаться к нему.

Лаз был больше похож на кроличью нору. Я почти скатилась вниз, в руки Кристиана, перемазавшись в грязи. Пахло здесь странно, довольно неприятно, к тому же было темно, хоть глаз выколи. Я вспомнила наконец, что тоже была призывающей, и попробовала призвать мелкого огненного духа. От нервов получилось не сразу, но маленький оранжевый шарик все же появился над моей головой, пульсируя в такт сердцу, и мысленно я поблагодарила его, почувствовав слабый ответ.

Мы пошли вперед по узкому тоннелю.

Это не было похоже на тот раз, когда Кристиан спас меня из моря и мы пытались найти выход из пещеры. Сейчас мне было гораздо страшнее, пусть даже и Кристиан был гораздо ближе, чем тогда. Я словно наполнялась холодом не только снаружи, но и изнутри.

Огненный дух ярко вспыхнул и исчез, оставив нас в кромешной тьме. Я испуганно схватила Кристиана за руку, нащупала пальцы и до боли сжала.

— Я ничего не вижу, — пожаловалась я. — Дай мне минуту, я попробую снова.

— Не надо, мы почти пришли, — ответил Кристиан, и я с ужасом поняла, что он стоит гораздо дальше от меня, чем…

Чем кто?!

Я вскрикнула, отшатнулась, ударилась затылком о стену и побежала вперед, уже не особенно переживая о темноте. Кристиан был прав, мы не дошли до выхода из тоннеля — кривоватой арки — всего пару шагов, он скрывался за резким поворотом и подъемом, так что свет не был заметен издалека.

— Что с тобой? — спросил Кристиан, и я помотала головой:

— Ничего!

Не признаваться же, что испугалась не пойми чего? Пульс продолжал грохотать в ушах, я едва слышала сама себя, но в остальном была в порядке.

Кристиан посмотрел вперед и поджал губы.

— Похоже, что этот путь и правда приведет нас прямиком к открытой клетке духа.

— Его зовут Малам, — сказала я. — Саймон так сказал.

— Мне плевать, как его зовут. Если мастер Конрад не солгал, они с ребятами отвлекут внимание, а мы подберемся к клетке. Дальше придется действовать по обстоятельствам.

— Что значит, если он не солгал? Почему ты так говоришь?

— Потому что никому нельзя верить на все сто процентов.

Мне не понравились его слова, я верила мастеру Конраду, к тому же он был слишком молод, чтобы быть в числе недовольных.

— Глупости. Мастер Конрад на нашей стороне, я уверена.

— Тогда пойдем, не будем терять времени.

Он отвернулся, и у меня в голове вдруг зазвенело. Я схватилась за голову, не понимая, что происходит, и в ту же секунду осознала — это сигнал тревоги.

— Крис!..

Он не услышал меня и шагнул под арку.

Яркая вспышка света ослепила меня, я отпрянула, прикрывая глаза рукой. Грохот камней сотряс тишину, и между мной и Кристианом образовалась стена.

— Прости, Лорна, но таковы правила игры, — услышала я и, еще не веря своим ушам, открыла глаза.

Мастер Конрад стоял передо мной, и мне больше не хотелось радостно кидаться ему навстречу.

— Что с моими друзьями? — сразу спросила я.

— С ними все в порядке, но на их помощь можешь больше не рассчитывать.

Я сжала кулаки. Так, Лорна, возьми себя в руки. Если даже твой куратор — враг, надо быть сильной. Надо быть гораздо сильнее, чем обычно.

— Почему вы помогали мне? Могли бы сразу убить.

— Ты могла знать, где ключ. К тому же ты мне правда понравилась, подходящий нам характер. Жаль только, духи добрались до тебя первыми и запудрили мозги.

— Это вам кто-то запудрил мозги. Уйдите с дороги, я должна быть с Кристианом.

— Прости, — еще раз извинился мастер, — но я вынужден ответить отказом.

Он атаковал первым, и призванный им дух сковал меня тонкой ледяной коркой. В ответ я призвала огненного духа, и пылающая птица смело бросилась на противника. Своды подземного тоннеля задрожали, с потолка посыпалась каменная пыль.

Мастер Конрад не собирался отступать. Вокруг нас была первозданная стихия земли, и я почувствовала, как духи, живущие в камне, окружили меня. Я оказалась в ловушке.

— Чего вы добиваетесь? — спросила я, чтобы потянуть время, но куратор легко разгадал мою жалкую уловку.

— Тебе уже ни к чему это знать.

Мои ноги отяжелели и потеряли подвижность, когда первый дух коснулся кожи. Я мысленно произнесла заклятие, но стало лишь немногим легче. Надо было поскорее с этим разбираться. Я прикрыла глаза и глубоко вздохнула.

Мне нужна помощь. Я прошу о помощи. Вы же всегда рядом, я чувствовала вас, я говорила с вами. Помогите мне.

Я не стала пользоваться своим даром призывающей, чтобы защититься или напасть, я просто позвала, и на мой зов откликнулись.

Духи камня оставили меня в покое и обернулись против хозяина. Мастер Конрад мгновенно прогнал их, но я, наплевав на магию, бросилась на него и сильно толкнула. Конрад пошатнулся, и я вспомнила все, чему нас учила мастер Эрнестин. Схватив его за руку, я перекинула его через себя, с силой бросила на каменный пол, а когда он попытался встать, воздух задрожал, и я спиной почувствовала вибрацию.

Темнота сгустилась в человеческую фигуру, спустилась с ее плеч черным плащом, и я узнала директора. Он возник между мной и куратором, его неизменный плащ резко распахнулся, как крылья огромной летучей мыши, и в ту же секунду завал пришел в движение, камни беззвучно разлетелись и зависли в воздухе. Путь был свободен.

«Беги, девочка. Ты нужна там».

Директор парил над землей, и его силуэт становился все больше и больше, пока не заполнил собой все пространство, но сквозь него все равно было видно испуганного распластанного заклинателя.

— Лорна! — закричал он. — Лорна, помоги мне!

Я отмерла и бросилась прочь.

Кристиана нигде не было. Я бежала со всех ног по все расширяющемуся коридору, пока он не превратился в рукотворную анфиладу. Впереди что-то блестело, и я поняла, что цель близка.

Кристалл манил меня, и я просто пошла вперед. Не было ни плана, ни идей, ни догадок, я просто хотела оказаться как можно ближе, потому что… потому что так было правильно.

Внезапно пришло озарение — мы с ним одно целое. Я и Малам. Я и дух.

Мне никто не препятствовал, и я спокойно добралась до открытой клетки. На первый взгляд ничего особенно не изменилось, кроме того, что исчезли цепи, но я обошла кристалл вокруг и увидела длинную извилистую трещину, расколовшую его снизу доверху. Прикоснулась к ней и ощутила ярость и обиду. Не свои — чужие.

— Все будет хорошо, — пообещала я и прижала обе ладони к расколу. — Все будет хорошо.

Люди хотели власти, люди хотели силы. Но никто не спросил, чего хочет он. Я успокаивающе гладила быстро теплеющий камень, пока из трещины не стал пробиваться свет прекрасного голубого цвета, и казалось, что хрусталь плакал.

— Лорна! Отойди от него!

Я повернулась на голос Кристиана и улыбнулась:

— Почему? Я ведь нужна ему, чтобы проснуться. Зачем мне уходить?

Кристиан нахмурился, и меня кольнула досада. Неужели он не понимает, как все они заблуждаются? Неужели он все это время был рядом со мной, только чтобы в конце все испортить?

Я прижалась щекой к сверкающей поверхности, краем глаза видя свое отражение в нем.

— Не надо мне мешать. Все равно уже слишком поздно.

— Лорна!

Отражение улыбнулось мне загадочной улыбкой Ишинори, и я обрадовалась ему. Ишинори меня понимает, он тоже хочет помочь.

Мы смотрели друг на друга с разных сторон прозрачной поверхности, губы мидзи шевелились, и я понимала все, что он мне говорил.

— Конечно, — кивнула я. — Просто потерпи.

— Остановись! — снова крикнул Кристиан, но не рискнул приблизиться. — Ты не понимаешь, что делаешь! Что на тебя нашло? Ты одержима!

— Я не одержима, — покачала я головой. — Просто открыла глаза.

Кристиан начал плавно отдаляться, оставаясь внизу, а я поднималась все выше и выше. С моего платья вниз срывались тугие черные кляксы, пока ткань не засияла ослепительной белизной. Упоительное ощущение полета кружило голову, и я точно знала, что кристалл позади меня сейчас отражал две пары прекрасных синих крыльев за моими плечами. Я была бабочкой, и по венам моих крыльев циркулировала разрушительная энергия. Я была бабочкой, и взмах моих крыльев рождал ураганы, закручивал тайфуны и заставлял моря выходить из берегов.

Я бабочка.

Я — Малам.

Внизу поднялась какая-то суета, я опустила взгляд на бегающих у меня под ногами людей. Их стало больше, и тот, которого звали Кристианом, что-то кричал мне, но я больше не могла понять его слов. Мой разум был выше этого. Я желала лишь свободы.

Люди пытались остановить меня, однако их слабые заклятия даже не долетали до меня. Трещина клетки росла, и мои крылья трепетали.

— Это не ты! Лорна! Это не ты!

Я ощутила тревогу, когда в руке у человека что-то блеснуло. Оружие мне было не страшно, как и магия, но это… Что это такое? Почему оно меня пугает?

Человек двинулся вперед, и мне нельзя было этого допустить. Я спикировала на него, успев как раз вовремя — несколько шагов отделяло его от трещины. Предмет в его руке источал опасную ауру, и я содрогнулась.

— Это не ты, Лорна, — как заведенный, повторял человек, как будто считал это заклятием. — Услышь же меня, прошу.

— Я тебя слышу, — сказала я.

— Тогда дай мне выполнить свой долг.

Он сжал пугающий предмет в кулаке, и я чуть отстранилась, слегка шевельнув крыльями.

Он принял это за согласие, вот только ошибся.

На нем была метка одного из моих братьев, и я потянулась к ней, пробуждая. Лицо человека исказилось от боли, и его тело перестало слушаться. Я наблюдала за тем, как он упал и стал корчиться на полу, извиваясь от жара, сжигающего его изнутри.

— Почему ты не кричишь? — спросила я с любопытством. — Тебе же больно.

Он упрямо сжимал зубы и не выпускал предмет из руки. Я склонилась над ним, легко удерживая себя в воздухе. Какой он странный, этот человек. Почему он борется? Ради чего?

— Лор…на. Лорна…

Я вздрогнула, когда чье-то заклятие, гораздо сильнее прочих, ударило в плечо. Ловчая сеть, конечно, стекла с меня, как вода, но я отвлеклась, и опасный человек пополз вперед, хотя его ноги превратились в камень и только мешали.

— Развод ты не получишь! — услышала я дерзкий выкрик, и еще одно заклятие больно укололо прямо в грудь. Я вздрогнула и прижала к ней ладонь. Больно? Почему мне больно?

— Борись, Лорна!

— Лорна, ты справишься!

— Давай, Лорна!

Я зашипела и сжала пальцами виски. Крики были слишком громкими, слишком раздражающими, и хоть я не понимала, чего от меня хотят, появилось какое-то сомнение.

— Лорна!

Я повернулась к упрямому человеку, ползущему к цели, и замерла. Он совсем выбился из сил, с него катился пот, под кожей сильно проступили вены, готовые вот-вот порваться от напряжения. Он уже не мог ползти, но кулак сжимал все так же сильно. Я не могла понять, почему еще не убила его.

— Не знаю, что с тобой творится… — прошептал он сухими губами, глядя прямо перед собой. — Не знаю, как это случилось, но… Я не дам тебе пропасть, Лорна. Ничто меня не остановит.

Он страшно закричал, а потом медленно приподнялся, становясь на колени. Огненная печать метки духа на его спине прожгла куртку, но даже она больше не могла его остановить. Я теряла контроль.

— Мы уедем отсюда вместе, Лорна! — закричал он вдруг, выгибаясь дугой. — Вместе!

Кристиан! Темные боги, это же Кристиан!

Я потеряла опору и полетела вниз, ударилась о твердый камень и на миг потеряла сознание. Пол вздрогнул, и в себя я пришла от яркого света, бьющего из расширившейся трещины в кристалле. Безжалостный синий свет охватил все вокруг, и вдалеке одна за одной распахнулись клетки с духами поменьше. Кристиана отбросило от кристалла, как и меня, и ребята оттащили подальше. Бера, Джиро, Биргит, Эрик и Маркус — все были здесь. Я все никак не могла опомниться, не понимала, что происходит — вокруг и со мной.

Бера подошла ко мне и с силой ударила по щеке. Голова мотнулась, и лицо обожгло болью.

— Ай!

— Лорна? Лорна! — Подруга упала передо мной на колени и крепко обняла. — Ты вернулась!

— Давайте это все потом, хорошо? — оборвал Маркус и повел плечами. — Сейчас начнется самое горячее.

И он был прав.

Трещина расширялась, и от этого власть заточенного внутри духа все возрастала. К тому же путь к отступлению нам преграждали освободившиеся духи, которых заклинатели использовали много лет. Им было за что мстить.

— Как Кристиан? — спросила я, и Эрик покачал головой:

— Не знаю, как вообще не умер. Но метка исчезла. Думаю, это хорошая новость.

— А плохая?

— Он все еще без сознания.

— Это сделала я?

— Боюсь, что да.

Я поднялась на подкашивающиеся ноги и убрала волосы с лица.

— Значит, теперь я сама все закончу.

Я разжала кулак Кристиана и достала пуговицу. Саймон Гесс хорошо подготовился, и в комплект к ключу, который открывает клетку, он успел создать ключ, который ее запрет. Но времени оставалось все меньше и меньше.

Кристалл вспыхнул, и мы все услышали мелодичный треск, а одновременно с этим волна ледяного ветра пронеслась по подземному залу, чудом не раскидав нас по всему подземелью. Я стиснула в кулаке пуговицу, и тут Кристиан приподнялся и схватил меня за руку.

— Нет!

— Да, — мой голос не дрогнул. — Иначе все умрем.

Биргит и Эрик первыми встретили атаку разъяренных духов, воздух зазвенел от заклятий и особой магии изгоняющих. Бера и Джиро присоединились к товарищам, прикрывая наши спины. Мою спину.

Я быстро поцеловала Кристиана в губы.

— Я с тобой, — сказал он, поняв, что спорить бесполезно.

— Останься. Ты должен защитить наших друзей. — Я сжала его руку на прощание. — Духов слишком много, и они жаждут крови. Помоги ребятам, иначе им не выстоять. Защити их.

Я знала, что давлю на больное, знала, что Кристиан до сих пор винит себя в смертях жителей своей деревни и больше всего — в смерти своей семьи. И поэтому я просила его остаться, это помогло бы ему избавиться от вины.

И выжить.

— Живее, Гесс, — поторопил Маркус. — Иди, Лорна, мы справимся сами.

Я не стала больше тратить время на слова и бросилась вперед. Новая ледяная волна сбила меня с ног, но я переждала ее и пошла дальше. За спиной мои друзья сражались не на жизнь, а на смерть, а я просто должна была исправить то, что сама заварила. Когда вскрикнула Бера, я смогла не обернуться, и вот сияющая трещина прямо передо мной. Она была прекрасна. Как будто из нее на меня смотрел целый огромный мир, завораживающий, необыкновенный и смертоносный.

Ладонь взмокла, а пуговица нагрелась и жгла ладонь.

— Мир духов сильнее, был и всегда будет сильнее нашего.

Ишинори из клана Морского Дракона слово в слово повторил первые слова, которые я от него услышала. Он смотрел мне в глаза, но я уже знала, что его не существует, он был как я — всего лишь временной оболочкой, давно превратившейся лишь в бесплотное эхо.

Я протянула руку и положила ему на лоб.

— Пыль, — сказала я, и единственное заклятие, которое я никогда не использовала, развеяло мидзи по ветру.

Трещина пульсировала, как огромное сердце, я зачарованно застыла перед открывшейся мне мощью. Если клетка откроется до конца, от замка и острова не останется даже воспоминания. Но я хотела помнить его.

Размахнувшись, я бросила пуговицу в слепящее пятно передо мной.

Взрывной волной меня отбросило далеко назад, и кусок каменной плиты с потолка упал прямо рядом с моей головой. Вокруг кристалла закрутилась воздушная воронка, и на миг мне почудились четыре синих крыла, раскрывшиеся по обе стороны от него. Но ветер поднял тучу каменной пыли и мелкой крошки, и смотреть дальше стало невыносимо. Сама земля острова содрогалась в конвульсиях, как будто разгневанный дух пытался забрать его с собой. Кто-то схватил меня за плечи и поставил на ноги.

— Бежим! — крикнул на ухо Маркус. Я пыталась разглядеть в хаосе Кристиана, но почти ничего не видела.

Черная тень, похожая на нетопыря, раскинула свои крылья, и буря вокруг нас немного притихла. Два горящих алым глаза были точно над нашими головами.

«Уходите так же, как пришли, и быстро. Я удержу свод ненадолго, а потом все рухнет. Где укрытие, знаете».

— Директор? — не поверила я, а потом увидела Кристиана. Толчки стали сильнее и чаще, потолок рушился, и мы рисковали остаться здесь навечно. Кристиан схватил меня за руку и потащил к тайному ходу, ведущему за крепостную стену.

За нами слышался рев камнепада, побежденный дух явно намеревался утянуть нас за собой, и мы вывалились на свежий воздух в самый последний момент. Я упала, скатилась по склону и, замерев на спине, успела увидеть, как складывается северная башня. Меньше чем через минуту от нее ничего не осталось, только волна пыли поднялась вверх и осела.

Я вытянула руку, нащупала ладонь Кристиана и с облегчением закрыла глаза.

Армия не понадобилась, мы управились до рассвета, и доктор Джин встретил нас на берегу. Лодка вошла носом в песок, и я очнулась от полудремы, в которой пребывала всю обратную дорогу. После обрушения башни мы нашли убежище в лесу и рассказали обо всем уцелевшим мастерам, которых, увы, осталось прискорбно мало. Даже в убежище было не спастись от духов, жаждущих мести. С учениками все было в порядке, защищавшая их Грейс Эрнестин была серьезно ранена, но доктор Джин обещал поставить ее на ноги, даже если для этого придется сначала добить, а потом воскресить.

А мне все еще не верилось, что все закончилось, опасность миновала. Бера шепотом рассказала мне, как я поддалась духу и едва не убила их всех. Мне было стыдно и страшно, что все это было со мной, а ведь я вернулась в Мэлвилл, чтобы всех спасти, и так легко попала под чары Малама.

— Скорее к Эдит, — поторопил доктор, — греться, есть и спать.

Я так замерзла и устала, что почти ничего не чувствовала. Хотелось прижаться к Кристиану, но я боялась, что он меня оттолкнет. Я была виновата перед ним в слишком многих вещах.

Лину Амадин и родственников Блейка я видела мельком, они ждали эвакуации с острова более подходящим для этого судном, мой все еще муж остался с ними. Нас отвели в гостиницу, где хозяйка приняла нас как родных, нагрела к нашему приходу столько воды, что можно было искупать небольшой отряд. Я позволила Мэвис, которая так ничего и не вспомнила о школе заклинателей, искупать меня и одеть в сухую чистую одежду. Двигалась я по инерции, держа глаза широко открытыми, чтобы не заснуть на ходу. Ночка выдалась та еще.

Возвращаться в комнату, из которой ушла меньше суток назад, было странно, ведь столько за это время успело поменяться. Казалось, кровать еще помнила жар наших с Кристианом тел, но это было словно в какой-то другой, прошлой жизни. Я добрела до кровати и села на нее. В щель между занавесками просачивался сероватый утренний свет.

Как будто я спала и наконец проснулась.

— Можно?

Кристиан, не дожидаясь разрешения, вошел и тихо прикрыл за собой дверь. В темной комнатенке сразу стало нечем дышать, так сгустился воздух между нами.

— Как ты? — спросил он.

— Нормально.

— Я хотел сказать… — начал он, потом Замолчал, и я услышала, как он пересек комнату и опустился передо мной на колени. — Посмотри на меня.

Я не смогла отвести взгляд, потому что он обхватил мое лицо ладонями. Глаза защипало.

— Я мучила тебя, — прошептала я. — Причиняла тебе боль.

— Не ты.

— Я! Я делала это, потому что считала правильным. Я помню все, что думала и делала в тот момент. Это… это меня убивает.

Кристиан выпустил мое лицо, я хотела отвернуться, но не успела — он привлек меня к себе и обнял.

— Зато я освободился от метки, — сказал он мне на ухо. — Я смог это сделать, потому что только так мог бы защитить тебя от самой себя.

Я всхлипнула, но из уголка глаза скатилась одна-единственная слезинка, и все.

— И мы уедем вместе куда-нибудь очень далеко отсюда?

— А ты хочешь?

— Мне все равно. Просто не отпускай меня.

Кристиан крепче обнял меня, а потом мы уснули вместе, все еще не выпуская друг друга из объятий.

И мне не приснилось ни одного кошмара.