Глава 108

Глава 108

Я не знала, сколько прошло времени, но точно не меньше часа. Когда у меня уже начала болеть спина от неудобной позы и бесконечной тряски, экипаж остановился. Дверца открылась, пахнуло осенней сыростью, смешанной с ароматом готовящейся пищи. Приехали.

- Вот мы и на месте, красавица, - услышала я голос своего провожатого, а потом меня вытащили на свет Божий. – Сейчас мешок снимут, не волнуйся… Жива хоть или скопытилась от страха?

Я молчала, прислушиваясь ко всему, что происходило вокруг меня. Скрипнула дверь, мягкое тепло окутало со всех сторон, и стало понятно, что мы вошли в помещение. Запахи сделались ярче, слышался приглушенный смех, нестройное пение под гитару, а еще кто-то кого-то строго отчитывал, не скупясь в выражениях.

Вскоре меня усадили на что-то мягкое. Я поморщилась, ощутив сильный аромат розовой воды, от которого першило в горле. Ею тут что, полы поливают? Стук каблуков, доносящийся откуда-то из коридора, стал ближе, к нему присоединился шорох платья. И через минуту с моей головы сдернули мешок.

- И кто тут у нас?

Я увидела перед собой женщину в ярком платье. Ее глубокое декольте прикрывал прозрачный шелковый платок, а лицо– шелковая маска, которую она сразу сняла. Это была привлекательная дама лет сорока. Но на ее зрелой красоте лежал отпечаток той самой жизни, которая царила в этих стенах. Иссиня-черные волосы выглядели как-то неестественно, и я догадалась, что это парик.

- О Боже… Жюль совсем с ума сошел? – женщина приподняла мое лицо, рассматривая так внимательно, будто собиралась писать с меня портрет. – Сколько тебе лет?

- Семнадцать, - я решила, что не стану огрызаться. Пусть думают, что со мной никаких проблем не будет. Освободятся руки, тогда поговорим по-другому.

- Я ж предупреждала его, что не связываюсь с несовершеннолетними! – проворчала женщина.

Но когда мужчина, стоящий у двери, протянул ей кошель с деньгами, недовольно произнесла: - Ладно… в этот раз сделаю исключение. Но передай ему, чтобы больше не присылал малолеток!

Мужчина кивнул и вышел, оставив нас наедине.

- Меня зовут мадам Шерро. Я хозяйка этой комнаты и этого заведения. Теперь и ты принадлежишь этому месту, - она потрогала мои волосы. – Что ж… из тебя, может, и выйдет толк… У нас есть клиенты, которые хорошо заплатят за ночь с молоденькой девицей. Нужно придумать тебе прозвище… Может, Искра?

Ага, как лошадь.

- Ты напугана? – мадам Шерро жестом приказала мне подняться.

Я кивнула, подчиняясь. Не боятся только дураки. Но из меня всякие ненужные панические настроения еще во времена юности на борцовском ковре вытрясли.

- Не съедят тебя, не бойся, - насмешливо произнесла хозяйка борделя. – Только не вздумай истерики мне здесь устраивать. Иначе быстро дурь выбью!

Мне с трудом удалось сдержать смешок. Ну да, ну да…

Мадам Шерро развязала мне руки, а ноги я освободила сама, чувствуя облегчение. Теперь все пойдет совершенно по-другому сценарию. И явно не по тому, который придумал Жюль.

- У нас сегодня «Ночь тайных свиданий». Все девушки скрывают лица под масками. Если хочешь, ты можешь посмотреть, как мы веселимся, - предложила она и сразу добавила: - Не переживай, первые несколько дней тебя никто не тронет. Я же не зверь… Каждой новенькой даю время привыкнуть.

Отлично! Ваша «Ночь тайных свиданий» просто сказочный шанс. Подфартило, так подфартило…

- Ну что, Искра, согласна? – хозяйка борделя улыбнулась мне, и я улыбнулась ей в ответ.

- Конечно, согласна. Только туда я пойду не как Искра, а как мадам Шерро.

- Что? – она недоуменно уставилась на меня. – Ты что несешь, малахольная?

Но мне уже осточертели эти разговоры. Поэтому вместо ответа, я нырнула ей под корпус. Моя правая нога встала на колено между ее стоп, а правой рука захватила конечность мадам Шерро.

Одним резким движением я перевернула женщину через себя и услышала как из ее легких со свистом вылетает воздух. Пока она находилась в отключке, я раздела ее. После чего мне пришлось затолкать ей в рот платок, а потом связать теми веревками, которые еще несколько минут назад стягивали мои запястья и щиколотки.

Я затащила мадам Шерро на кровать, укрыла покрывалом и подмигнула ей, потому что женщина уже пришла в себя. Она смотрела на меня полными ужаса глазами, пока я переодевалась. Мне даже обидно стало. Что я монстр какой-то? Все сделала аккуратно, без увечий… А то, что ее вырубило от легкого соприкосновения с полом, не моя вина. Слабенькой оказалась сутенерша!

Платье село на меня не идеально, но если сильно не присматриваться, то вполне сойдет. Взгляд скользнул по прическе хозяйки борделя, и она жалобно замычала. Сдернув с нее искусственные волосы, я чуть не расхохоталась. Мадам Шерро оказалась лысой! Ее голову покрывал редкий весёленький пушок золотистого цвета. Хозяйка борделя походила на эдакий одуванчик, который не пощадило время.

Парик перекочевал на мою голову, а маска прикрыла лицо. Чем не мадам Шерро? Главное: не открывать рот и беспрепятственно выйти из здания. Для удобства я разорвала подол платья, чтобы он не мешал свободе движений. Вот теперь все.

Я выглянула в коридор, убедилась, что никого нет, и лишь потом выскользнула из комнаты. Из некоторых спален доносились недвусмысленные звуки, заставляя меня краснеть. Нужно просто не обращать внимания. Почти дойдя до лестницы, я замерла, когда чьи-то руки обхватили мою талию, а позади раздался до боли знакомый голос:

- Мадам, я желаю именно вас... Ваши девицы надоели мне… Давайте уединимся как в тот раз, перед Новым годом… Прекрасное время наслаждений…

Не может быть! Это какая-то карма! Неотработанный должок перед вселенной! Барон Лапин собственной персоной.

Бить этого героя-любовника прямо здесь было опасно. В любой момент в коридоре мог кто-нибудь появиться. Придется возвращаться.

Я освободилась от объятий барона и, взяв его за руку, молча, повела обратно. Он же никак не мог успокоиться, раздражая меня до нервного тика.

- Вы такая загадочная сегодня… такая таинственная… и это сводит меня с ума… О, Шерро… скорее, скорее…

Открыв дверь, я втолкнула его в комнату, заскочив туда следом за ним. На кровати трансформаторной будкой «загудела» настоящая мадам.

Несмотря на легкое опьянение, назойливый кавалер сразу понял, что происходит нечто не совсем хорошее, но было поздно. Он резко повернулся ко мне всем корпусом, в глазах появилось узнавание. Признал все-таки, старый чёрт! Сильный удар локтем в центр солнечного сплетения вызвал у него шоковую волну. А потом, не в силах отказать себе в удовольствии, я врезала ему по носу. Раздался хруст, Лапин начал хватать ртом воздух, а потом потерял сознание. Вот теперь у него навсегда останется память обо мне!

Я быстро огляделась, ища что-нибудь, чем можно было связать его. Шнуры, поддерживающие шторы вполне подойдут.

Когда я во второй раз покинула комнату, во мне бурлило раздражение. Надоели!

Но тут мое внимание привлек один очень странный момент. Шум внизу приобрел совершенно другие оттенки. Теперь это были не песни и смех, а крики боли и отчаяния, в которых слышалась самая грязная ругань. Это еще что такое?!

Осторожно спустившись вниз, я подошла к приоткрытой двери и заглянула внутрь. «Работницы» борделя сбились яркой стайкой в углу, вереща от страха. А в самом центре большой комнаты с роялем, разворачивалось настоящее светопреставление. Давид раздавал звезды всем, кто попадался ему под руку. Это было феерично. Мало того, что князь оказался самым высоким среди сего разношерстного сброда, но и его руки были длиннее. Он размахивал ими в разные стороны, отвешивая знатные тумаки. Я на минутку залюбовалась своим грузинским львом. Его одежда и волосы были в беспорядке, но это лишь добавляло ему мужественной привлекательности. Мебель крошилась, любители «клубнички» летали, словно волейбольные мячи, но князь не собирался останавливаться, находясь в ярости.

Из скрытой двери в комнату вбежали еще какие-то амбалы. Скорее всего, охрана борделя, догадалась я и сорвалась с места, спеша на помощь. Ворвавшись в самую гущу событий, я издала свой знаменитый рев, после чего ребром ладони ударила близстоящего мужика. Тот закачался и, не удержавшись на ногах, упал.

- Еленочка Федоровна, это мы! Не лупите, Христом Богом молю! – звонкий голосок Прошки прозвучал настолько неожиданно в этом месте, что я растерянно застыла. Только сейчас до меня дошло, что появившиеся в комнате мужики это Мамука, Артемий и Селиван.

Последний тащил за уши двух молодых парней, которые повизгивали от боли. Похоже, это и была охрана.

А вокруг нас с князем образовался пустой пятачок. Давид уже успел отмутузить большую половину, собравшихся в борделе сластолюбцев. Оставшиеся же при здоровье, таращились на меня в немом изумлении.

Я подняла голову и столкнулась со взглядом князя. Он хмурил брови, рассматривая меня, а потом они домиком подскочили вверх.

- Господи, душа моя… С тобой все в порядке?!

- Да, - я даже попыталась улыбнуться. На противоположной стене висело большое зеркало в золоченой раме, в которое я мимолётно взглянула. От вида своего отражения меня окатило волной жара. Огромное декольте в красных розах, импровизированный разрез, обнаживший мои бедра, и рассыпавшаяся до самой поясницы копна рыжих волос. Парик свалился с меня, когда я бежала на помощь Давиду. Благо, что маска на лице осталась!

Князь склонился к моему уху и прошептал:

- Я бы настоятельно рекомендовал вашему батюшке признать вас своей дочерью как можно быстрее. Иначе я украду вас и женюсь на Елене Федоровне Волковой. К черту все!

Он зло взглянул на Мамуку, который таращился на меня, раскрыв рот, а потом сорвал со стола скатерть. Секунда… и я завернута, будто египетская мумия.

- Женщина, ты сведешь меня с ума! – Давид подхватил меня на руки и понес прочь, ворча себе под нос: - С этого дня ни шагу без охраны! Господи, я поседел! Я поседел, ты слышишь?! Мне нужно много вина! Прямо сейчас!