Глава 107
Глава 107
Значит, есть кто-то главный. Тот, по чьему приказу меня выкрали. Но кто же это? В моей голове начали появляться самые невероятные предположения. Вот только реальность оказалась куда проще. Дверь сарая открылась в третий раз, впуская холод улицы, и мужчины заметно повеселели.
- Наконец-то! Мы уже не знали, что и думать!
- А что тут думать? Вы свое дело сделали, теперь ждите обещанного вознаграждения, - ответил им третий участник сего драматического действа. – Только перед этим еще поработать придется.
Он выступил из темноты, являя свою неприятную личину, но я уже и так знала, кто это.
- Не ожидала, погонщица вшей? – насмешливо произнес Жюль, брезгливо глядя на меня. Видимо, парикмахеру казалось, что он очень удачно пошутил, потому что его тут же скорчило в приступе визгливого смеха. – Как тебе встреча?
- Скажу честно, не очень приятная, - не менее насмешливо ответила я, с трудом принимая сидячее положение. – Встретиться с тем, кого привыкла гонять, сомнительное удовольствие.
Кто-то из двух других бандитов хрипло рассмеялся. Стрельнув в них злым взглядом, Жюль процедил:
- Я бы на твоем месте не корчил из себя невесть что, а задумался о своей судьбе, Волкова.
- Что ты хочешь от меня? – я искренне не понимала, зачем он это сделал. Из-за личных обид? Оглушить человека, выкрасть его – это все-таки не шутки. За преступлением обязательно последует наказание. Или Жюль каким-то образом собирался скрыть его? Например, убить меня.
- Я хочу справедливости! Имею на нее право! Мало того, что ты влезла со своими дурацкими нововведениями в парикмахерское искусство, так еще и умудрилась загубить мое прибыльное дело! – он ткнул меня в ногу тростью, но я сдержала стон, хотя это и было больно. Не хватало еще доставлять ему удовольствие видом своих мучений.
- О каком деле ты говоришь? Неужели после наших споров у тебя стало меньше клиентов? – хмыкнула я, незаметно пытаясь освободиться от веревок.
- Причем здесь клиенты?! Это такая ерунда! – раздраженно фыркнул он. – Мои люди возили контрабанду! Товары, которые запрещены к ввозу в нашу страну! А это, на минуточку, так любимые женщинами заграничные пудры, помады и остальные прелести! Плюс дорогие ткани! Я практически разорен! Ты знаешь, на сколько там было товара?!
- А-а-а… так это твое добро прятал у себя Борис Жлобин? – догадалась я. – Значит, и ты скоро отправишься за ним в тюрьму.
- Да! Именно мое добро он и прятал! – разгневался Жюль. Он схватил меня за грудки и прошипел в лицо. – Вот только он не знал, кому оно принадлежит! Этот придурок получал деньги, а я отличное место хранения! Только два человека были в курсе моих тайн! Одного ты убила, а второй, слава Богу, сбежал!
Из полумрака показалась большая фигура, и теперь я поняла, почему мне показался знакомым голос одного из бандитов. Это был тот самый головорез, которому я отбила причинное место.
- Узнала… - оскалился он, демонстрируя желтые зубы. – Хорошо…
- Голован добрался до города, сразу пришел ко мне и все рассказал, - парикмахер швырнул меня обратно на солому. – Сначала я подумал, что мужик умом тронулся, но потом, когда он рассказал, как выглядела девица, мне все ясно стало! Тут уже нужно было действовать по-горячему!
- Я ее уже почти скрутил, но тут фараоны нагрянули! – сказал Голован, вызвав у меня своим враньем язвительную ухмылку. – Бедняга Будан не ожидал, что она его исподтишка кочергой огреет!
- Как ты там оказалась, паскуда рыжая? Неужто как-то прознала? Квашня что-то на ушко нашептала? – Жюль снова ткнул меня тростью. В этот раз она больно уперлась в ребра, но я снова сцепила зубы, сдерживая стон.
Мне нечего было ему сказать. Не хватало еще беседы с этим слизняком разводить!
- Молчишь? – криво усмехнулся Жюль. – Ну-ну… Молчание не изменит твоей участи. Пусть я не верну своё, но зато буду знать, что ты остаток своей жизни будешь вспоминать меня!
Я почувствовала, что веревка на моих запястьях ослабла. Еще немного! Чуточку постараться, и я сверну Жюлю шею, а заодно уже наверняка оторву Головану недоотбитое место.
За стенами сарая послышался подозрительный звук. Я моментально напряглась. Это экипаж? Вариант, что это приехали меня спасать, отпал сразу. Ну, во-первых, вряд ли бы это делали на экипаже, а во-вторых, если бы даже и делали, то не въезжали бы на нем прямо в логово врага.
- Это приехали за тобой, красавица, - у парикмахера вырвался гаденький смешок. – Жизнь твоя изменится. Станешь баринов обслуживать! Только не бороды стричь, а по-другому ублажать. Там тебя уму-разуму научат! Покорной станешь! А потом, может, и я загляну. На нежное свиданьице!
Ах ты, вонючка! У меня внутри все закипело от злости. Жюль решил меня в бордель определить?
- Чего это она вошкается подозрительно? – дружок Голована подозрительно склонился надо мной. – Э-э-э… да девка ваша уже и веревку почти развязала!и
Бандит схватил меня и уткнул лицом в солому, придавив коленом. Через минуту мои руки были снова крепко связаны. Ну ничего… ничего… главное не дергаться. Нужно беречь силы.
В сарай вошел кто-то еще, и похитители тихо заговорили. Но сколько я не напрягала слух, ничего не услышала. Вскоре на мою голову надели мешок, а потом, закинув на плечо, понесли прочь.
Меня засунули в экипаж, усадили на жесткое сидение, и я услышала хриплый голос:
- Сиди тихо. Откроешь рот – шею сверну.
Но я не собиралась зря рвать связки. Какой в этом смысл? В голове промелькнула горькая мысль: «Как же свадьба Доры? Она так ждала ее. Проклятый Жюль!».
Экипаж тронулся с места, завернул за угол, а от мокрой стены сарая отделилась маленькая фигурка и стремглав помчалась по лужам.
* * *
Жюлю снились кошмары. Он видел, как в тумане растворяются телеги с товаром, но ничего не мог поделать. Ноги были словно свинцовые, а изо рта вырывалось лишь жалобное мычание. Только не это! Только не товар! Вдруг он услышал крик супруги, который звучал так пронзительно, что закладывало уши. Парикмахер открыл глаза и сначала не понял, что происходит. Жюль испуганно вскрикнул, увидев склонившееся над ним лицо, потемневшее от гнева, и перекрестился. Ему показалось, что сам дьявол явился из преисподней, чтобы забрать душу. Черные глаза мрачного визитера горели адским огнем, ноздри раздувались, а в распахнутом вороте рубахи билась голубоватая жилка.
Когда тело парикмахера странным образом поехало по пышной перине, он заверещал дурным голосом, цепляясь за простыни. Но рухнув на пол, Жюль понял, что его волокут за ногу, а рядом причитает супруга, моля дьявола, чтобы тот пощадил мужа. Дьявол оказался глух к ее мольбам. Он выволок парикмахера в коридор, собирая дорожки извивающимся телом. А потом Жюль почувствовал, как голова отскакивает от ступенек. Его тащили по лестнице! Ночная сорочка задралась до самой шеи, и тощий зад парикмахера то и дело ощущал холодные балясины перил.
Наконец, ужасная тряска закончилась, но Жюль не успел облегченно выдохнуть. На грудь парикмахера опустился начищенный сапог и вжал его в пол. Только в этот момент он понял, что это не дьявол, а молодой князь Эристави.
- Где невеста моя, собака?! – сапог князя надавил еще сильнее, и парикмахер даже ощутил запах ваксы.
- К-к-к-ая невеста? – заикаясь, плаксиво протянул Жюль. – Ваше сиятельство…
- Елена Федоровна Волкова! – князь убрал ногу и, схватив его за кудри, покрытые ночной сеткой для волос, приподнял вверх. – Отвечай или…
Жюль чуть сознание не потерял от ужаса, когда его шеи коснулась холодная сталь. Господи… Волкова невеста князя Эристави?!
- Она в «Ночной фее»! – севшим голосом ответил парикмахер, ощущая, что подол рубахи становится предательски теплым. – Не убивайте, ваше сиятельство! Я не знал! Не зна-а-ал!