Глава 22

Возвращение в Гримуарск было похоже на медленное пробуждение от кошмара. Первые сутки после случившегося в Черных Руинах мы все просто отходили и набирались сил: я в объятиях Арриона, а Хлоя – рядом с бабушкой, с которой они наконец сблизились и начали общаться как родные люди.

Но уже через день мы стали потихоньку вливаться в обычную жизнь. Аррион уехал к себе – наконец решить все вопросы с наследством, браком, а заодно и матерью, я же вернулась к своей лавке и шоколаду.

Аррион возвратился через неделю. На его лице играла та самая редкая и потому бесценная улыбка. Первым делом он отдал маленький сверток Пончику:

– Это сыр из самой королевской сыроварни. За твою храбрость.

Хорек принял подарок с благоговением, потом быстро развернул упаковку и тут же принялся грызть угощение.

Я же вытерла руки о фартук и подошла к Арриону.

– Все улажено? – тихо спросила его.

– С матерью будет еще много… разговоров. – Он вздохнул, однако в его глазах не было прежней тяжести. – Но все претензии сняты. А Леонира, как выяснилось, уже подыскивает себе нового «перспективного мужа». Кажется, герцога Рохеса с хронической мигренью. Будет, видимо, тоже лечить его своим холодом.

Он приблизился ко мне еще на шаг, и его пальцы нежно коснулись моей щеки. Я же посмотрела на его шею и кусочек кожи, который виднелся в расстегнутом вороте рубашки: там, где раньше проступали ледяные узоры, теперь было чисто. Проклятие не исчезло бесследно – в моменты сильных эмоций на спине Арриона все еще проступал легкий серебристый узор как напоминание. Но теперь это стало его частью, и он сам мог его контролировать.

– А у тебя? – Он кивнул на плиту, где медленно топилась новая партия шоколада.

Я улыбнулась. Моя магия тоже претерпела изменения, став ярче и увереннее.

– Все в порядке, – сказала я, ничуть не кривя душой. – У меня вот несколько новинок. Например, «Трюфели безмятежного утра» и «Пралине тихой радости». Людям нравится. Хочешь попробовать?

Аррион не успел ответить: дверь снова распахнулась, и в лавку вывалился, принеся собой порыв холодного воздуха, Бардольф.

– Марго, дорогуша! – прогремел он. – Народ требует твой новый шоколад – «Облегчение» называется! Мужики говорят, с него похмелье как рукой снимает! Заказ на двадцать коробок к субботе!

Хлоя радостно ахнула и бросилась к блокноту с заказами. Пончик, услышав слово «заказ», важно поднял голову, словно лично был причастен к этому.

Я усмехнулась, глядя на эту суматошную чудесную картину. Мой мир, который когда-то состоял из одиночества, тоски по дому и страха, теперь был наполнен прекрасными мгновениями и такими же прекрасными людьми: драконом, который прочно поселился в моем сердце, помощницей, ставшей мне ближе, чем сестра, Пончиком с сырной душой и неунывающим нравом. А еще целым городом, который полюбил мое шоколадное волшебство.

Аррион обнял меня за плечи, и его губы коснулись моих волос.

– Можно тебя на минуту?

Пока Хлоя и Пончик обсуждали с Бардольфом детали заказа, Аррион увел меня в кухню, где мы наконец оказались одни.

– У меня к тебе два вопроса, – начал он, и в его глазах появились веселые искорки. – Первый… официальный.

Он взял мою руку, переплетая наши пальцы.

– Марго… Согласна ли ты снова стать моей женой? На этот раз – по любви, а не по расчету. Чтобы быть всегда вместе, делить не только ложе, но и все тревоги и всю радость. Чтобы я мог каждое утро просыпаться рядом с тобой и знать, что это навсегда.

Сердце вначале замерло, а потом застучало с удвоенной скоростью.

– Да. – У меня на глазах выступили слезы. – Тысячу раз да.

Аррион улыбнулся, широко и по-настоящему счастливо, потом притянул меня к себе и шепнул уже на ухо:

– Отлично. А теперь второй вопрос… гораздо более важный.

Он отстранился на миг, и его взгляд стал подозрительно строгим, потом вновь обнял меня за талию и с преувеличенной озабоченностью покачал головой:

– Ты, как я понимаю, совсем ничего не ела сегодня, кроме пробы своего шоколада и пары глотков чая. Это безобразие.

Я фыркнула и уткнулась носом ему в плечо:

– Мне просто некогда! Это моя работа.

– Твоя работа – это быть счастливой и здоровой, – парировал Аррион, его руки мягко сжали мои бока. – И я буду лично следить, чтобы в этой лавке всегда был запас тех булочек с корицей, от которых ты всегда таешь. Я хочу снова видеть тебя сияющей и румяной. Моей пышной, самой сладкой и самой любимой шоколадной феей. Никаких зелий, никаких диет. Только ты, я и тонны шоколада. Договорились?

Я рассмеялась, прижимаясь к его груди, и прошептала:

– Договорились, милорд. Только если ты будешь мне помогать есть эти тонны шоколада. И булочки с корицей.

– Это входит в мои супружеские обязанности, – с важным видом заявил он и, склонившись, поцеловал меня. И в этом поцелуе были вся его любовь и обещание того самого счастья, которое мы наконец заслужили.

***

Два месяца спустя

Наша с Аррионом свадьба стала главным событием года в Гримуарске. Стоял ясный морозный день, все вокруг уже утопало в пушистом снегу, а сосульки на карнизах домов переливались, как леденцы. Церемония проходила прямо на главной площади, собрав почти всех местных жителей, и воздух вокруг был наполнен сладкими ароматами глинтвейна, корицы и растопленного шоколада. Здесь были все, кто дарил мне радость и поддержку на протяжении всех тех дней, когда я осваивалась и искала свое счастье в Гримуарске: Бардольф с Греттой, Гога, даже в такой день не расстающийся со своей сумкой, сэр Людвиг в праздничных доспехах и, конечно же, Хлоя с бабой Люсей. И Пончик, куда же без него? Он летал вокруг, развлекая всех своими шуточками.

Мы же с Аррионом стояли под гирляндами из хвойных ветвей и серебряных шаров, нежно держась за руки. На мне было платье цвета сливочного пломбира, а плечи покрывала накидка из белого меха, вместо фаты – венок из заснеженных цветов. Аррион выглядел эффектно в темно-синем бархатном камзоле, на котором при ближайшем рассмотрении можно было разглядеть вышитые серебром снежинки и герб Драконштайнов.

Когда священник объявил нас мужем и женой, Аррион обнял меня за талию и, приподняв, как пушинку, поцеловал страстно и долго, что вся площадь взорвалась аплодисментами и подбадривающими криками.

Потом начался пир, и на столах, помимо основных блюд, было много шоколада и, конечно же, огромный шоколадный свадебный торт.

Когда же солнце зашло и отголоски праздника стихли, мы стояли у запряженной кареты, и я давала последние указания Хлое на время моего отсутствия.

– Уверена, ты справишься, – убеждала ее. – И это всего на две недели.

После свадьбы лавку я, конечно же, бросать не собиралась, так как она была моей душой и сердцем. Аррион даже купил для нас особняк неподалеку, чтобы я могла свободно навещать ее в любое время. Кроме того, там, в особняке, у меня скоро появится своя мастерская с огромной кухней, где я смогу разрабатывать еще больше новых рецептов.

– И Пончик не даст тебе ошибиться. – Я обняла Хлою.

– Не волнуйтесь, я присмотрю и за лавкой, и за сыром, – церемонно отозвался Пончик, устраиваясь на плече у Хлои.

Вскоре мы с Аррионом уже мчались по заснеженной дороге, предвкушая наш медовый месяц.

Я положила голову ему на плечо и стала смотреть на проплывающие за окном заснеженные ели.

– Куда мы все-таки едем? – спросила потом. – Ты так и не сказал.

– Это сюрприз. – Он прижал меня к себе крепче. – Скажу лишь то, что там есть камин и огромная кровать и никакой хорек не посмеет потревожить нас с утра по поводу пропажи своего сыра.

Я тихо засмеялась:

– Даже не знаю, что мне больше нравится – эта поездка или то, что будет после.

– После будет еще лучше. – Аррион приблизился и поцеловал меня. – Потому что теперь мы знаем, в чем состоит наше счастье.

– В шоколаде? – усмехнулась я.

Аррион снова коснулся моих губ поцелуем:

– И в нем тоже.