Глава 23

– Люси, он не виновен.

На следующий день я сообщила об этом своей сестре по телефону. Настроение у меня улучшилось после разговора с Адамом накануне. Я сказала, что верю ему, а он не стал расспрашивать меня о том, зачем я поехала к его адвокату, это было, итак, очевидно после того, как я напрямую спросила его об алиби. Вчерашние события я пересказала сестре во всех красках и закончила на таких словах:

– Я выяснила кое-что еще. Саймон похоже до сих пор общается с любовником Мэган, и покупает у него наркотики. Я-то думала, подлец снабжал только ее, но похоже у него много клиентов. При мне этот проныра достал у себя из ящика точно такой же пакетик с порошком, который я видела тогда у нее.

– Дело становится еще более запутанным и криминальным и у нас минус один подозреваемый. Эх, жалко меня там нет… – Люси грустно вздохнула.

– Чему ты завидуешь? Я вчера из-за собственной неосмотрительности очень сильно вляпалась и даже не представляю, чем бы это кончилось. Хорошо, что миссис Андерсон вспомнила, что я спрашивала про юриста и сказала об этом Адаму. Он успел вытащить меня из неприятностей.

– Ты ужасно рисковала! Не делай так больше! Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

– Ну как бы еще я могла проверить его алиби? А постоянно подозревать человека, с которым живу под одной крышей, никаких нервов не хватит. Пришлось выяснять все самой. Кто же мог подумать, что его юрист окажется таким мерзавцем? Вот ему точно верить не стоит! Хотя, возможно, в своем деле он хорош, я видела у него очень много клиентов и все, судя по первому впечатлению, люди не бедные.

– Слушай, а может он один из них? Ну тот наркодилер, может он клиент Саймона Рута? Возможно, юрист Маклейна познакомил этого «незаконопослушного» гражданина с Мэган и у них закрутился роман.

– Хм… Вполне реальная версия. Люси, у тебя неиссякаемый фонтан идей! – похвалила я сестру.

– А ты еще спрашиваешь, за что меня терпит мой редактор, – усмехнулась моя любимая сестрица на том конце провода, оценив комплимент.

Я увидела, как ко мне вошел Адам и направился к большой чашеобразной ванне, в которой в этот момент лежала я в пене, пахнущей лавандой, разговаривая по телефону.

– Всё, больше не могу говорить. До связи, – быстро прошептала я в трубку, выключила телефон и отложила в сторону.

– Можно к тебе присоединиться? – соблазнительно произнес подошедший мужчина, целуя меня в шею.

Когда вчера ночью мы вернулись вдвоем, Линда, увидев это, собрала вещи и сразу уехала. Я ее понимаю, моя женская гордость тоже бы не выдержала. Оставшуюся часть ночи мы провели у меня в спальне, в этот раз я спала здесь не одна.

– Даже не знаю, хватит ли места… – улыбнулась я.

В ответ на это обнаженный мужчина обошел ванну с другой стороны и погрузился в ароматную пену, отчего вода немного вышла из берегов и расплескалась по каменному полу, постепенно стекая в дренажные отверстия, расположенные рядом. Я убедилась, что места хватает для двоих, а чуть позже мне показали, чем можно заняться в такой огромной ванной.

После обеда в отличном настроении я встретилась с миссис Андерсон на кухне. Она пила чай и предложила присоединиться к ней.

– Ты выглядишь счастливой, деточка, – улыбнулась Мария, наливая мне в чашку свежезаваренный напиток.

– Неужели так заметно? – засмущалась я.

– Конечно, особенно после вчерашнего, когда мисс Стокхёрст, дождавшись вас, так демонстративно уехала.

Я покраснела, конечно, в большом доме, где много слуг ничего не скроешь, но чувствовать себя объектом общих сплетен было непривычно. Я обратила внимание на букет цветов, стоявший в вазе на столешнице, раньше я здесь цветов не замечала.

– А это откуда? Какие красивые, – я подошла ближе, наклонилась к соцветиям и ощутила аромат. – А как чудесно пахнут…

Мария немного замялась перед тем, как ответить:

– Это месье Шувье принес, – смущенно произнесла она.

«Да неужели? Кажется, дело сдвинулось с мертвой точки и Филипп, наконец-то, сделал первый шаг», – мысленно обрадовалась я.

– Похоже на знак внимания от влюбленного поклонника! А вы сами, как к этому относитесь, Мария?

– Ну… я не знаю… это неожиданно.

– А я думаю, вы давно нравитесь месье Шувье, возможно он даже тайно в вас влюблен, – я не могла этого не заметить и не понимала, почему не хочет замечать она.

– Ты преувеличиваешь, ничего такого… Да и поздно мне уже начинать шуры-муры крутить, – Мария встала из-за стола и начала искать какую-то выпечку к чаю, скорее всего для того, чтобы я больше не доставала ее расспросами.

Она боится. Я это сразу поняла. В ее жизни сейчас все ясно и понятно, она уверена в себе и в своей работе. Но вот в личной жизни… Её у нее давно не было и, наверное, она уже поставила на этом крест и сейчас боится начинать всё заново, потому что может ничего не получиться и она снова останется одна и будет страдать. Я не стала больше возвращаться к этой теме, решив, что они дальше вполне разберутся без меня. Вместо этого я поблагодарила миссис Андерсон за чай и решила навестить своего возлюбленного, который сейчас работал в кабинете. Когда я начала вставать со стула, не известно отчего у меня резко закружилась голова, потемнело в глазах и я рухнула на пол.

… Перед глазами мелькали какие-то образы. Сначала я не понимала, где я и что происходит, потом образы стали выстраиваться в определенную последовательность и я, наконец, осознала, что занимаюсь с кем-то любовью… Всё было похоже на горячечный бред. Мужчина со мной не был не Адамом и даже не Стивом. Но кем же? Я всё чувствовала, но не владела собой. Всё, что я видела перед глазами было мутным и размытым, но тактильные ощущения невероятно обостренными. Я стонала от прикосновений незнакомого мужчины, дарила ему ответные ласки, но не контролировала себя. Когда мужчина передо мной выпрямился в полный рост, я кое-что увидела. Темное пятно у него на левом бедре. Превозмогая себя, я попыталась сконцентрировать взгляд, чтобы разглядеть, что это. Змея! У него на бедре была татуировка змеи с раскрытой пастью, эта ядовитая тварь выглядела как живая и готовилась к атаке. Он накрыл меня собой, и я почувствовала, как он входит в меня снова и снова. В момент наивысшего наслаждения мужчина с силой схватил меня за волосы, и рыжая копна упала мне на глаза. Потом я отключилась.

Открыв глаза, я обнаружила себя лежащей в пастели, рядом в кресле спал Адам. Я попыталась встать, из-за шороха Адам очнулся и сразу подошел ко мне.

– Рэй, как ты себя чувствуешь?

– Я не знаю… Что со мной случилось?

– Ты упала в обморок на кухне. Миссис Андерсон позвала меня, я отнес тебя в спальню. Мы вызвали врача, но он не нашел у тебя никаких отклонений, кроме шишки на затылке, когда ты ударилась при падении. Он уехал, оставив рекомендации сохранять пастельный режим, пока полностью не восстановишься. Ты металась и стонала во сне.

Я аккуратно ощупала шишку у себя на голове и рухнула обратно на подушки. Со мной снова это случилось. Мэган мне упорно пытается что-то сказать или показать. Она точно не оставит меня в покое, если я теперь начинаю падать в обморок посреди бела дня. И тут я вспомнила. Змея! Я видела человека с татуировкой змеи. Возможно, она таким образом хочет указать на своего убийцу. Но как я его найду? Не буду же заставлять каждого встречного снимать штаны.

Наверное, я слишком долго молчала, погрузившись в себя, потому что Адам вдруг положил руку мне на лоб, чтобы проверить не горячий ли он.

– Со мной всё хорошо, спасибо тебе и миссис Андерсон. Я долго была без сознания?

– Несколько часов. Может хочешь есть, принести тебе чего-нибудь?

– Нет, я не голодна.

– Хорошо. Сейчас уже десять вечера, наверное, тебе лучше лечь спать.

– Да, ты прав. Не волнуйся за меня, увидимся завтра, – я улыбнулась своему любимому и пожелала спокойной ночи, а когда он ушел, сразу набрала сестру.

– Люси, ты не спишь? Ну да, конечно, не спишь, в Сан-Франциско же сейчас день, никак не привыкну к разнице во времени. У тебя же есть знакомые в полиции? Можешь пробить по базе человека с татуировкой змеи на левом бедре?

– Так… помедленней, сестрёнка. А можно узнать, как ты увидела на ком-то татуировку в таком месте? – задумчиво спросила Люси.

– У меня снова было видение. Мне кажется, Мэган хочет мне что-то сказать о своем убийце, вероятно это его особая примета.

– Поняла тебя. Сделаю. Положись на меня.

В эту ночь меня больше ничего не беспокоило, и я впервые обрадовалась, что не вижу никаких снов.