Глава 3

Тренировочный блок сектора «Омега» гудел от переизбытка энергии. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным запахом озона, нагретого металла и того специфического адреналина, который неизбежно выделяла сотня лучших кадетов Галактики перед тестовыми полетами. Я стояла в шеренге первокурсников, глядя на мерцающие в полумраке ряды летных капсул-симуляторов.

Моя задача на сегодня была предельно ясна: показать средний результат. Не провалить тест, чтобы не вылететь из Академии, но и не продемонстрировать идеальную реакцию, чтобы не привлечь внимание инструкторов. Я — Ариана Стил. Серая мышь с амбициями, но без выдающихся талантов. Легенда, придуманная в недрах сопротивления «Эклипс», была безупречна.

— Внимание, кадеты! — голос старшего инструктора Риды металлом ударил по барабанным перепонкам, перекрывая гул турбин охлаждения. — Сегодня мы отрабатываем пилотирование в условиях внезапной потери гравитации и отказа маршевых двигателей. Работа в парах. Распределение — автоматическое. Те, чьи имена загорятся на табло, занимают капсулы.

Я подняла взгляд на огромный голографический экран под потолком ангара. Массив данных быстро менялся, формируя пары.

Стил А. — Капсула 14. Я мысленно выдохнула. Отлично. Тринадцатая пара. Я уже собиралась шагнуть вперед, когда рядом с моей фамилией вспыхнуло имя напарника. Сердце сделало кульбит и с размаху рухнуло куда-то в район желудка.

Напарник: Вейд А. (Инструктаж/Контроль).

Какого черта? Выпускники не участвуют в рутинных симуляциях первокурсников. Это должно было быть ошибкой системы, но когда я обернулась, то поняла — никакой ошибки нет.

Арес Вейд стоял у входа в капсулу, прислонившись плечом к гладкой черной обшивке. В своей идеально сидящей темной форме, с непроницаемым, как у мраморной статуи, лицом, он выделялся среди суетящихся кадетов, словно хищник, забредший в вольер к травоядным. Его темные, поглощающие свет глаза были устремлены точно на меня.

Он подстроил систему. Я была в этом уверена.

Мои ладони вспотели. Я сжала их в кулаки, глубоко вдохнула запах озона, пытаясь успокоить бешено колотящийся пульс, и направилась к нему. Спина прямая, лицо ничего не выражает. Главное правило миссии — никаких эмоций.

— Кадет Вейд, — холодно поприветствовала я, остановившись в метре от него. — Вы, кажется, ошиблись сектором.

— Никакой ошибки, Ариана, — его голос был тихим, бархатистым, но с такой угрожающей сталью внутри, что у меня по спине пробежал ледяной холод. — Старший инструктор посчитал, что некоторые первокурсники нуждаются в… индивидуальном контроле.

Он плавно оттолкнулся от обшивки и нажал сенсор на панели. Бронированный люк капсулы со змеиным шипением отъехал в сторону, открывая тесное, погруженное в полумрак нутро симулятора.

— Прошу, — он сделал приглашающий жест, но его взгляд говорил об обратном. Он загонял меня в ловушку.

Я шагнула внутрь. Капсула Mark-VII была рассчитана на двоих, но пространство тут экономили безбожно. Два пилотских кресла стояли почти вплотную. Внутри пахло дорогой синтетической кожей и чем-то неуловимо мужским. Запах Ареса. Холодный металл, дождь и скрытая опасность.

Стоило мне сесть в левое, кресло второго пилота, как Арес опустился в соседнее. Люк за нашими спинами захлопнулся с глухим металлическим лязгом, отрезая нас от остального мира. Панели управления мигнули синим светом, но основное освещение так и не включилось.

Теснота была катастрофической. Широкие плечи Ареса почти касались моего предплечья. Я чувствовала каждый вдох, который он делал, каждую микроскопическую перемену в его положении. Воздух мгновенно стал плотным, наэлектризованным.

— Пристегнитесь, кадет, — сухо скомандовал он.

Я потянулась за пятиточечными ремнями безопасности, но мои пальцы предательски дрогнули на металлической пряжке. И в эту же секунду его крупная, мозолистая ладонь в черной кожаной перчатке накрыла мою руку. Прямо поверх моей голой кожи. Ток. Чистый, неразбавленный разряд прошил меня от кончиков пальцев до самого позвоночника.

— Позвольте помочь, — прошептал Арес.

Это не звучало как вопрос. Не дожидаясь ответа, он убрал мою руку и сам взялся за ремни. Чтобы закрепить их, ему пришлось склониться слишком близко. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего. Я перестала дышать. Его пальцы скользнули по моему бедру, натягивая нижний ремень, затем по талии, защелкивая боковые крепления. Движения были медленными, вызывающе неторопливыми. Он не просто пристегивал меня, он изучал мое тело через плотную ткань форменного комбеза.

— Я могу сделать это сама, — процедила я сквозь зубы, вжимаясь в спинку кресла.

— Ты слишком напряжена, Стил, — Арес поднял глаза. В полумраке капсулы они казались черными дырами. — Чего ты боишься? Меня?

— Твоего завышенного эго, Вейд. Оно занимает слишком много места в этом корабле.

Уголок его губ едва заметно дрогнул в подобии усмешки. Он защелкнул последний фиксатор между моей грудью, намеренно задержав костяшки пальцев на вырезе комбеза на долю секунды дольше положенного.

— Запуск симуляции, — произнес он в микрофон гарнитуры, наконец-то возвращаясь в свое кресло.

Экраны вокруг нас вспыхнули. Визуализация была стопроцентной — открытый космос, россыпь звезд и массивный астероидный пояс впереди. Гравитационные компенсаторы капсулы включились, создавая полную иллюзию полета.

— Твой штурвал. Пошел отсчет, — голос Ареса мгновенно стал профессиональным, холодным.

Я вцепилась в рукояти. 3… 2… 1… Прыжок.

Нас вдавило в кресла. Я начала маневрировать между виртуальными скалами, удерживая скорость на средней отметке. Всё шло гладко. Слишком гладко. Я почти расслабилась, сосредоточившись на приборах, когда Арес внезапно протянул руку к своей панели перехвата управления.

— Ввод нештатной ситуации. Отказ левого двигателя. Метеоритный дождь, — бросил он и нажал красную кнопку.

Капсулу жестоко тряхнуло. Система завыла аварийными сиренами, кабина налилась пульсирующим багровым светом. Корабль на экране резко вошел в штопор, устремляясь прямо в гигантский крутящийся астероид.

— Выравнивай! — рявкнул Вейд, не касаясь своего штурвала. Он сидел расслабленно, скрестив руки на груди, и смотрел не на экраны, а на мой профиль.

Это был не базовый уровень. Это был тест для выпускников, причем на выживание. Мои инстинкты взбунтовались. Если я разобьюсь в симуляции — получу штрафные баллы. Если выровняю корабль на такой скорости, выполнив сложнейшую петлю Мебиуса, я выдам свои истинные навыки, которые кадету первого курса недоступны по определению.

Сближение… 400 метров. Я стиснула зубы, борясь с неповоротливым штурвалом симулятора.

— Ты разобьешь нас, Ариана, — его голос проник мне прямо в мозг, обволакивая ледяным спокойствием. — Сдайся. Покажи мне, кто ты на самом деле. Прекрати играть в серую мышь.

— Заткнись, Вейд! — вырвалось у меня.

Двести метров. Сто. Я не выдержала. Пальцы левой руки молниеносно прошлись по сенсорам, отключая аварийную блокировку и перенаправляя энергию с неработающего двигателя на щиты. Правой рукой я рванула штурвал на себя и влево до хруста в суставах. Это был пилотаж высшего, убийственного уровня. Корабль на экране закружился в дикой, невозможной для законов физики спирали, буквально скользя брюхом по поверхности виртуального астероида. Искры от воображаемого трения закрыли обзор. Перегрузка в капсуле достигла критической отметки, нас вдавило друг в друга. Мы вырвались из пояса астероидов, выровняв курс в чистом космосе.

Я тяжело дышала, грудь вздымалась, под комбезом струился пот. Система весело пискнула: «Кризис миновал». Я повернула голову к Аресу, готовая высказать ему все, что думаю. Но слова застряли в горле.

Он смотрел на меня. В багровом свете аварийных ламп его лицо казалось демоническим. Ледяная броня дала трещину. Глаза Вейда горели таким темным, почти первобытным огнем, что у меня перехватило дыхание. Он разгадал меня. Он понял, что я не та, за кого себя выдаю.

Не говоря ни слова, Арес ударил по кнопке аварийной остановки. Экраны мгновенно погасли. Гравитационные компенсаторы отключились. Капсула погрузилась в полутьму, освещаемую лишь слабым красным миганием системы жизнеобеспечения на потолке. Мертвая тишина, в которой был слышен только стук наших сердец.

Щелчок. Он отстегнул свои ремни. Затем потянулся к моим. Я попыталась оттолкнуть его руку, но он перехватил мои запястья с пугающей скоростью и силой, безболезненно, но мертвой хваткой прижимая их к подлокотникам моего кресла.

— Что ты делаешь?! А ну отпусти! — я дернулась, но его вес, его превосходство в силе были абсолютными.

Его лицо оказалось в дюйме от моего. Я чувствовала обжигающий жар его тела.

— Откуда первокурсница знает маневр обхода с перебросом энергии на щиты? — его шепот был похож на шипение ядовитой змеи. Хищник поймал дичь. — Этот протокол засекречен для нижних курсов. Кто ты такая?

— Пусти меня, Арес! Это незаконное удержание, я доложу…

— Докладывай, — оборвал он, нависая надо мной так, что я оказалась полностью зажата между спинкой кресла и его грудью. Расстояние между нашими губами сократилось до невыносимого минимума. — Докладывай кому хочешь. Вульф думает, что ты просто строптивая игрушка. Но я знаю, что за этой красивой мордашкой скрывается что-то опасное. И я выверну тебя наизнанку, Ариана, но узнаю твои секреты.

— Ты сумасшедший параноик, — прошипела я, глядя прямо в его черные глаза. Мое тело предательски реагировало на его близость. Внизу живота завязался тугой, горячий узел. Запах его кожи дурманил, заставлял забыть о миссии, о правилах, обо всем на свете.

Я должна была ударить его коленкой, использовать уязвимости, которым меня учили в «Эклипсе». Но я не могла пошевелиться. Мой взгляд непроизвольно соскользнул на его губы.

Он заметил это. Зрачки Ареса расширились, поглощая радужку. Воздух в кабине стал невыносимо горячим. Вейд тяжело сглотнул, его взгляд с моего рта скользнул выше, втягивая в свой омут. Вся его холодность, весь расчет растворились в чистом, животном голоде. Он резко отпустил мои запястья, но лишь для того, чтобы зарыться пальцами в мои волосы на затылке, жестко фиксируя мою голову.

— Иди к черту, Вейд… — попыталась выдохнуть я.

Но он не дал мне закончить. Арес врезался в мои губы своими. Что больше напоминало полномасштабное вторжение. Грубое, собственническое, властное. Он целовал меня так, словно хотел выпить всю мою энергию, словно наказывал за то, что я залезла ему в голову.

Мои губы разомкнулись от удивления, и он тут же углубил поцелуй, вторгаясь языком, пробуя меня на вкус. Свинец, мята и космос. Он стонал — глухо, глубоко в груди, и этот звук заставил мой разум полностью отключиться.

Я не могла сопротивляться. Мои руки, только что освободившиеся, вместо того чтобы оттолкнуть его, сами потянулись вверх, скользнули по его широким плечам и впились в стальные мышцы его спины под комбезом. Я ответила на поцелуй с такой же дикой, отчаянной страстью. Я кусала его губы, он кусал мои. Мы боролись за контроль прямо здесь, в тесном кресле симулятора. Он навалился на меня всем весом, прижимая меня к жесткой спинке, его бедро собственнически втиснулось между моих ног, отчего изо рта у меня вырвался полустон-полувсхлип.

Сердце Ареса колотилось под моей ладонью как сумасшедшее. Ледяной принц Академии расплавился, превратившись в вулкан дикой похоти. Казалось, прошла вечность, прежде чем в отсеке раздался механический голос системы:

— Симуляция завершена. Разблокировка люков через три секунды.

Этот резкий, искусственный звук стал словно ушат ледяной воды. Осознание того, что я творю, с кем я это делаю и как сильно рискую миссией, ударило меня под дых. Я резко, со всей силы, уперлась ладонями в его грудь и оттолкнула. Он был настолько ошеломлен нашим поцелуем, что поддался и отшатнулся на свое сиденье, тяжело дыша.

С шипением отъехал люк. В капсулу ворвался свет ангара и шум сотен голосов.

Я не смотрела на него. Мои губы горели огнем, припухшие и влажные. Руки тряслись. Я схватила свой дата-пад, сбросила остатки ремней и вылетела из капсулы пулей, едва не сбив с ног какого-то кадета на выходе.

Позади меня, в темных недрах симулятора, остался сидеть Арес Вейд. И я точно знала: теперь охота началась по-настоящему, и пути назад у меня больше нет.