Глава 6

Сомнений быть не могло: король все-таки устроил эту чертову проверку, несмотря на то, что пообещал отменить ее! Я, конечно, подозревала, что просто так мою дерзость не оставят, но не думала, что это будет напоказ, словно в насмешку. О том, какой результат у проверки, я в тот момент даже не задумывалась. Возможно, так сильно вжилась в роль, которую играла последние пять лет жизни, что сама поверила в то, что я по-настоящему знатная госпожа.

Между тем гости были в восторге от фейерверков и постепенно начали расходиться. В толпе я пыталась найти других невест, чтобы понять их реакцию, но те девушки, которых я увидела, как будто не придали значения тому, что их кожа светится. Может быть, они подумали, что так были и задумано? Но я-то понимала, что это все неспроста.

Генерал смотрел на меня несколько потерянно, как будто произошло то, чего он вовсе не ожидал. Но меня в тот момент интересовал не господин иль Контаре, а его величество. Не сомневалась, что именно по его приказу фейерверки оказались не простые, а с «сюрпризом». Я стала протискиваться сквозь толпу в сторону правителя.

— Госпожа иль Грасс! — окликнул генерал, но я не слушала, а упрямо шла вперед.

— Агнес, стойте! — снова позвал Рокен.

Музыканты опять завели какую-то мелодию, но она звучала очень тихо, лишь для фона. Никто больше не танцевал, потому что представление поставило жирную точку на этом вечере.

Король, договорив с кем-то из гостей, с улыбкой попрощался и двинулся в сторону одной из дверей.

— Ваше величество! — окликнула я его.

— Да, Агнес, — улыбнулся он, посмотрев на меня.

Моя кожа еще немного светилась, припорошенная пылью, но свечение становилось все тусклее, потому что пыль облетала при каждом движении.

— Ваше величество, — я подошла почти вплотную и, стряхнув с рук светящуюся пудру, которая, не касаясь моей кожи, становилась серой, продолжила: — Простите меня за прямоту, но с вашей стороны это просто нечестно!

У короля расширились глаза: то ли от удивления, то ли от моей наглости.

— О чем вы?

— Вот об этом! — я покатала пыль между пальцами. — Вы отменили проверку на благородство. Но ведь именно она сейчас и произошла!

Я уперла руки в бока. В голове шумела кровь, и я почти не соображала, что говорила. Почему-то было крайне обидно, что правитель не сдержал слово.

— Агнес, — растерянно посмотрел на меня он. — Я правда не знаю, о чем вы говорите. Я решил, что наши маги распылили какую-то светящуюся пудру для эффектности.

— А вас не смутило то, что эта пудра светится, только попадая на кожу?

— Агнес, — король стал более сосредоточенным. — Вы меня в чем-то обвиняете?

— Госпожа иль Грасс, — подошел к нам генерал. — Смею вас заверить, его величество здесь не при чем.

— Так это вы! — резко обернулась я к мужчине.

Гости почти полностью разошлись, рядом с нами находилось только несколько моих конкуренток да слуги, которые начинали уборку в зале. Туман под ногами развеялся, как и разноцветные световые шары, остались только светильники на стенах, которые давали самый обычный свет, без всяких эффектов.

— Что вы сделали? — в свой тон я вложила всю подозрительность, на которую только была способна.

— Рокен? — посмотрел на него правитель. — Ты имеешь отношение к этому?

— Боюсь, что да, ваше величество, — склонил голову военный, однако виноватым он совсем не выглядел.

— Что именно ты сделал? — не сводил с него взгляд король.

— Пудру из камня благородства, — вздохнул он. — Вернее, из части камня, это ведь редкий артефакт, я не тратил весь.

— Как вы могли, генерал?! — возмутилась я. — Ведь его величество ясно дал понять, что проверки не будет!

— Агнес, — посмотрел на меня король и покачал головой. — Позвольте господину иль Контаре объясниться.

Принц и еще пять девушек, участвовавших в смотринах, с интересом наблюдали за разворачивающейся на их глазах сценой.

Я скрестила руки под грудью и снова сердито посмотрела на генерала. Тот молчал, внимательно глядя на меня. От этого взгляда меня мурашки пробрали. Он как будто меня насквозь видел!

— Ничего не хотите сказать? — сощурилась я, несмотря на то, что внутри все сжалось от неприятного чувства, будто он все обо мне знает. Но я уже слишком далеко зашла, чтобы отступать.

— Вы слишком сильно возражали против этой проверки, — развел руками Рокен, продолжая смотреть на меня. — Я был почти уверен, что вы…

— Простолюдинка? — хмыкнула я с таким презрением, что поразилась своим актерским способностям.

— Иначе я не мог объяснить ваше нежелание проходить эту проверку, — покачал головой мужчина.

— Я ведь уже все объяснила! — повысила голос. — Эта проверка унизительна для всех невест, собравшихся под крышей замка!

В этот момент я встретилась глазами с одной из девушек. Она стояла смертельно бледная. Подняла руку, провела по ней пальцем. На коже еще оставалось немного пудры, но если у других она еще немного переливалась разными оттенками, то на коже девушки выглядела обычной серой пылью. Глаза невесты в панике забегали, грудь ее высоко вздымалась, а в следующий миг она стала заваливаться на бок. Я только дернулась в ее сторону, понимая, что не успеваю подхватить, когда Рокен выставил руку с раскрытой пятерней — гостья неестественно зависла в воздухе, не закончив падение. Через несколько мгновений к ней подоспели слуги и аккуратно подхватили ее под руки.

— Отнесите госпожу иль Поркуа в ее покои и позовите лекаря, — сказал генерал. — Думаю, она просто переволновалась.

— Значит, — посмотрел правитель вслед девушке, которую в бессознательном состоянии уносили слуги, — по крови госпожа иль Поркуа не принадлежит к своему роду?

— Выходит, что так, — подтвердил генерал.

— И что же, теперь она не имеет права дальше участвовать в этом… — я задумалась, подбирая слово. — Отборе?

— Официально я отменил проверку, Агнес, — король подошел ко мне и взял за руку. Я этого не ожидала и немного испуганно посмотрела на него.

— И что это значит?

— То, что госпожа иль Поркуа может продолжать участие.

«Только принцессой ей все равно не стать, это ясно как день», — подумала я, но благоразумно промолчала.

— Спасибо, — кивнула, продолжая изображать поборницу справедливости. В какой-то момент даже не смогла понять, изображаю ли ее или действительно так считаю.

— Агнес, — мягко сказал король, улыбнувшись. — Думаю, нам всем пора отдохнуть.

— Но… — попыталась возразить я, однако король как будто мои мысли прочитал и добавил:

— С генералом у нас еще состоится серьезный разговор, — при этом правитель посмотрел на Рокена, слегка сощурившись.

— Хорошо, спасибо за чудный вечер, — улыбнулась я и, аккуратно высвободив руку, склонилась перед королем и принцем в реверансе.

Когда я вместе с другими девушками стала удаляться по направлению к лестнице, меня окликнул генерал.

— Госпожа иль Грасс! — сказал он, выйдя за мной. Зная, что он не очень быстро передвигается, я ускорила шаг, сделав вид, что не расслышала его, но генерал был не из тех, кто так легко сдается.

— Агнес! Да стойте же вы!

Но и он не на ту напал! Не оборачиваясь, я начала быстро подниматься на второй этаж. Вероятно, Рокену по лестнице взбираться еще тяжелее, чем идти по ровной поверхности. Он знатно замедлился, а я не собиралась его ждать, пока какая-то неведомая сила не пригвоздила меня к ступенькам. Меня обгоняли другие невесты, оборачиваясь, но я сделала вид, что так и задумала — остановиться посреди подъема.

Спустя несколько минут ко мне доковылял генерал. Он был зол, но и я, вынужденная зависнуть на полушаге из-за его магии, в тот момент тоже не отличалась благодушием.

Он запыхался и теперь завис надо мной, стоя на той же ступеньке, что и я. Пытаясь отдышаться, он рукой пригладил чуть растрепавшиеся волосы, которые упали ему на глаза.

— Ну?! — буравила его взглядом. — Что вам от меня еще нужно?! Я же прошла вашу, — выделила это слово, — проверку.

— Ваш род происходит из королевского? — вдруг спросил он.

Я замерла.

— О чем вы говорите?

— Пудра от камня. Заметили, как ярко она светилась? Больше ни у кого из невест кожа так не сияла. В ваших документах не указано родство с королевским родом.

Разумеется, я это заметила! Только вот ответа на его вопрос у меня не имелось.

— Насколько я знаю, род иль Грасс никоим образом не связан с королевским, даже в очень отдаленном времени, — сказала правду. — Но он тоже очень древний. Семья иль Грасс — одна из основателей нашего государства на островах, так что тут все объяснимо, — постаралась ответить как можно более беззаботно.

Генерал еще немного помолчал, но потом кивнул. Его как будто удовлетворило объяснение. Главное, чтобы он не полез копаться в моей родословной, иначе может найти какие-то несостыковки.

— Вы правда готовы были отказаться от возможности стать принцессой, а в будущем — королевой, ради, как вы считаете, справедливости?

Вечер сложных вопросов продолжался.

— А что вас так удивляет?

Он хмыкнул, но ничего не сказал, продолжая изучать меня взглядом. Он скользил им от моих глаз по щекам, проходил губы, подбородок и снова возвращался к глазам. От этого внимания у меня засосало под ложечкой. Стало жарко, ничего не могла поделать с тем, что у меня участилось дыхание. Но самое странное то, что и у генерала оно было частым и немного прерывистым, хотя он уже отдышался от поднятия по лестнице.

Даже не заметила, что военный оказался еще ближе ко мне. Замок постепенно погружался в сон. Гости разъехались, а невесты разошлись по комнатам. Лестница была совершенно пуста, а коридор, который вел от нее в покои девушек — безлюден. Только несколько неярких магических светильников не позволяли пространству погрузиться в полную темноту.

Ощущала, что магия уже не властна над моим телом, могла бы уйти, но что-то другое удерживало меня на месте. Словно я была отлита из железа, а Рокен иль Контаре — магнит, который тянул меня к себе. Лицо мужчины медленно приближалось к моему, а я застыла и все, что могла делать, — дышать, ощущая, как сердце колотится в горле.

Вдруг вспомнила, как он обнимал меня на балу в тот самый миг, когда везде погас свет. За мгновение до того, как начали взрываться фейерверки. Он ведь специально стал со мной танцевать, чтобы оказаться поблизости в тот момент, когда на меня посыплется пудра из камня благородства! Тяжелая обида заставила меня резко отшатнуться и кинуться наутек в свою комнату.

Я боялась, что он снова применит обездвиживающее заклинание. Не хотела, не могла его в тот момент видеть! Не хотела, потому что он чуть меня не раскрыл, но я так вжилась в образ, что по-настоящему ощущала праведный гнев из-за его самодеятельности. А не могла, потому что рядом с этим человеком со мной что-то происходило. Я испытывала то, чего не чувствовала никогда до сих пор. Мне так отчаянно хотелось до него дотронуться, что я не доверяла себе. А вдруг это какая-то очередная проверка?! Вдруг сам король или принц поручили Рокену проверять невест на целомудренность?

Забежала в свою комнату и, заперев дверь, навалилась на нее всем телом, тяжело дыша. Благие небеса, помогите мне! Постепенно восстанавливая дыхание, сползла по двери на пол и, подтянув к животу колени, спрятала в них лицо. Оно горело.

Меня атаковали мысли. Столько сразу, что я не знала, куда от них деваться. Но две господствовали над остальными: что происходит между мной и генералом и почему, черт возьми, пудра от камня так ослепительно ярко светилась на моей коже, если меня забрали из приюта, в котором прозябают лишь простолюдины?!

Рокен иль Контаре

— Госпожа иль Грасс! — позвал я громко, девушка точно меня услышала, но, вместо того чтобы остановиться и подождать, стремительно удалялась из зала, в котором только что закончился бал.

— Рокен, мы поговорим с тобой завтра, — сказал король, и его тон не предвещал ничего хорошего. Конечно, я ведь нарушил его прямой указ! Но у меня имелись на то серьезные основания.

— Да, ваше величество, — склонил голову и тут же снова посмотрел в сторону удалявшейся девушки, сорвавшись с места за ней. Нога от быстрой ходьбы всегда начинала ныть, а сейчас, после нагрузки во время танца, разболелась еще сильнее. Я упрямо продолжил двигаться. Агнес, словно живое пламя в ярком платье, почти бежала, но и я не останавливался. Мне нужно было с ней поговорить.

Черт! Лестница!

— Агнес, да стойте же вы! — крикнул в отчаянии, глядя на почти непреодолимую для меня сейчас преграду.

Госпожа иль Грасс, легкая, как птичка, порхала со ступеньки на ступеньку, а я, до скрипа зубов сжал челюсти, чтобы не кричать от боли, которую доставлял каждый шаг, двинулся наверх.

Лекари говорили, что я никогда не смогу ходить без трости, но они ошибались. И неважно, что каждый шаг причинял муку, я никому не позволю видеть во мне слабость! Не для того я стал самым молодым генералом в королевстве, не для того десятки раз рисковал жизнью на вылетах с вивернами, не для того терял боевых товарищей, чтобы каждый, видя, как я ковыляю, опираясь на трость, испытывал ко мне жалость. Лекари сделали все что могли. Многие называли чудом то, что я вообще остался с ногой. Но она теперь не работала так, как надо. Иногда это доводило меня до отчаяния, но я брал себя в руки и двигался дальше.

Вот и теперь поднимался за Агнес, несмотря на то, что от боли уже темнело в глазах. Сегодня я слишком перетрудил конечность.

Но девушка доводила меня до ярости, а это чувство помогало не сдаваться. Когда я понял, что ни за что не догоню ее, а она вот-вот скроется в своей комнате, применил обездвиживающее заклинание. Имел ли я на это право? Думаю, что никакого. Она могла бы пожаловаться на меня королю. Плевать! Меня и так ждала взбучка. Пользуясь моментом, пока Анесс застыла, я, насколько мог быстро, шел к ней.

Эта девушка не выходила у меня из головы с самого прибытия в замок. И вовсе не в том смысле, в котором можно подумать. Романтикой здесь и не пахло. Она, конечно, красива. Нет, это слово не передает полноты картины. Она великолепна! Из тех счастливиц, наделенных природой сверкающими глазами небесного цвета, белой кожей, которая почти светилась, яркими полными губами, аккуратным носиком. И да, с фигурой тоже все было более чем в порядке. А золотые пышные волосы, которые она собирала в высокие прически, можно было бы просто распустить, и она уже выглядела бы прекрасно, если бы не правила этикета. Идеальная кандидатка в будущие королевы. Чуть старше принца, но не критично. Некоторые невесты, прибывшие на смотрины, были одного возраста со мной или даже старше. Еще пару лет разницы — и годились бы принцу в матери.

Но все же… Все же что-то настораживало меня в Агнес с первой встречи, с того самого момента, когда я увидел ее в карете, встречая участниц отбора на въезде в замок. Госпожа иль Грасс еще даже не успела ничего сказать, а я встретился с ней глазами, и что-то как будто щелкнуло внутри. Что это за чувство, я не понял, но привык прислушиваться к своей интуиции, а потому взял себе на заметку приглядывать за ней.

Оказалось, что для этого даже не нужно прилагать усилий, потому что Агнес постоянно привлекала к себе взгляды. То вступилась за Рикосту, чтобы ту не обвинили в краже, то демонстративно отказалась от проверки на благородство. За первое я ей был безмерно благодарен, но, возможно, так она выстроила свою стратегию, чтобы стать женой принца: влезать во все скандалы, быть в центре внимания. Рискованная линия поведения, но все же я признавал, что рабочая. Девушка походила на опытного стратега, который ведет битву. Этим она напомнила мне самого себя.

Мне показалось слишком подозрительным, что она открыто возражала против проверки. С огромной вероятностью это могло означать то, что Агнес не настолько благородна, как хочет показаться. Такое бывает, ее мать могла увлечься другим мужчиной и родить дочь от простолюдина или, наоборот, знатные мужчины иногда признавали своих детей от слуг, записывая их как своих законнорожденных.

В целом ничего страшного я в этом не видел, сам не из благородных по рождению, но не в этом случае. В указе о смотринах его величество ясно дал понять, что в отборе участвуют только благородные госпожи, ранее не бывшие замужем. И если Агнес знала о своем происхождении какую-то тайну, но все равно решила участвовать, это был бы обман короны. Именно поэтому я еще раз внимательно просмотрел документы, которые она привезла, но не нашел подвоха. С сопроводительными бумагами все в порядке. Агнес действительно принадлежала к старинному роду иль Грасс, на законных основаниях участвуя в смотринах.

Но червячок сомнения не отпускал, поэтому я решил применить хитрость. Отправился к главному королевскому артефактору с камнем благородства, и тот, думая, что я действую по приказу его величества, аккуратно расколол камень на две части. Одна отправилась в хранилище артефактов, где камень и лежал до этого времени, вторую мастер превратил в мельчайшую пудру. Дело оставалось за малым: я снабдил этой пудрой королевских магов, и когда они создавали фейерверки, поместили внутрь частицы камня благородства. Чтобы не потерять Агнес из виду, я даже пригласил ее на танец перед представлением. Ну, как пригласил… По правде говоря, побоялся, что она может отказать и я упущу ее из виду, а потому нагло повел ее в танце без спроса. Удивительно, но на несколько минут нога даже перестала меня мучить. Агнес, без слов поняв, что мне тяжело двигаться, приняла правила такого танца, в котором мы почти все время стояли на месте.

Я ощущал запах ее волос, которые источали аромат каких-то цветов, и от этого немного кружилась голова, словно я пил вино. Но… Но я не пил. Пытался не думать о том, что она так близко. Это всего лишь служба. А эта девушка — часть службы. Я обязан обеспечивать безопасность королевской семьи, именно поэтому меня определили служить во дворце. Его величество доверял мне. Но сердце почему-то забилось быстрее, когда я почувствовал под руками мягкое девичье тело. Она дрожала, наверное, замерзла на балконе, и это вызвало во мне внезапный прилив нежности, хотелось согреть ее. А когда она, испугавшись резко погасшего света, прижалась всем телом ко мне, это было… Нет, нельзя даже думать о таком! Во-первых, она не для меня, во-вторых, я все еще подозревал, что она обманывает короля, а потому был поражен, когда ее кожа почти ослепила меня от соприкосновения с пудрой из камня благородства. Я предупредил нескольких слуг, чтобы внимательно смотрели за другими участницами. Раз уж все-таки устроил эту проверку, она не должна пройти напрасно.

Моя собственная кожа чуть светилась, многие другие гости тоже немного сияли, но вот Агнес… Ярко-синее свечение наводило на мысль о том, что ее предки, возможно, были дальними родственниками королевского рода, иначе я не мог объяснить это явление.

— Ну?! Что вам от меня еще нужно?! Я же прошла вашу проверку! — встретила меня гневной тирадой Агнес, когда, кажется, спустя вечность, дошел до нее. Ногу крутило так, как будто кто-то пытался ее вырвать из сустава. Несколько мгновений мне понадобилось, чтобы перевести дыхание. Не знал, как буду спускаться. Моя комната находилась внизу, чтобы не приходилось каждый день совершать вот такие подвиги.

Я спрашивал у Агнес о принадлежности ее рода к королевскому, а сам не мог отвести взгляд от ее лица. Она злилась на меня за то, что я применил обездвиживающую магию. Злилась, но не уходила, а ведь заклинание уже перестало действовать. Я сам не понял, как оказался еще ближе, между нами почти не осталось расстояния.

Меня тянуло к этой девушке. И я почти совершил непоправимую ошибку, о чем потом, несомненно, очень сожалел бы. Дурья голова! Я чуть не поцеловал ее! Видел, как от моего взгляда она то покрывается румянцем, то бледнеет. Я не мог сдерживать дыхание, которое еще не восстановилось после тяжелого восхождения. Или сердце так неровно билось по какой-то другой причине? Я не был так близко к женщине с тех пор, как Линнет расторгла помолвку пять лет назад. Но никакие мысли в тот момент не могли бы выбить из головы Агнес. Ее мягкую кожу, ее душистые волосы. Она выводила меня из себя, бесила до невозможности своими выходками, но я ничего не мог с собой поделать.

Если бы Агнес не отшатнулась от меня, словно от прокаженного, я точно пересек бы черту дозволенного. Она припустила от меня, как будто я виверна и дышу огнем. В первый миг это пренебрежение больно резануло по сердцу. Почти как в тот день, когда я понял, что Линнет ушла меня. Но это было давно, и я уже справился с эмоциями.

Чувствуя бесконечную слабость в ногах, сел прямо на ступеньки. Она все правильно сделала. Какие бы мотивы ею ни управляли, когда она сбежала, она права. А я — нет. Анесс, возможно, будущая принцесса, а потом — и королева, тем более со столь благородной кровью. Она не хотела проходить эту проверку, и я провел ее хитростью, но все же это сыграло ей на руку. Теперь его величество знает, насколько она благородна. Настолько, что древность ее крови не уступает древности королевской. Достойная партия для принца…

Сердце заныло от этих мыслей, я со злостью ударил себя по груди несколько раз, словно пытался выбить из него ненужные чувства.

— Господин иль Контаре? — тихо спросила Рикоста, которая шла по коридору и заметила меня.

— Рикоста, — еле улыбнулся, чувствуя слабость во всем теле. — Сколько раз тебе повторять, чтобы ты звала меня Рокеном?

— Вы же знаете, что я не могу, господин генерал, — виновато улыбнулась она и опустила голову.

Эту девушку я любил как собственную сестру. Но она всегда держала дистанцию, и я никак не мог этого изменить.

— Почему вы здесь сидите? — удивилась она. — Могу я вам помочь?

— Нет, — бодрее, чем себя чувствовал, сказал я. — Я уже собирался спускаться к себе.

Но когда я попытался встать, понял, что не могу двигаться. Нога совершенно перестала слушаться. Я заставлял ее силой мысли, но все тщетно. На лице выступила испарина, я чувствовал, как весь промок под рубахой, но не мог сделать и шагу, так иногда бывало, когда я перетруждался. Теперь только отдых поможет. Я снова сел, еле сдерживая беспомощные злые слезы. Ударил кулаком по перилам. Рикоста вздрогнула от этого. А я еще больше разозлился. Ненавижу показывать слабость перед посторонними! Черт бы все побрал!

— Давайте я помогу… — она неслышно приблизилась.

— Не нужна мне помощь! — как обиженный мальчишка, воскликнул я.

— Рокен, пожалуйста, — вздохнула девушка.

То, что она назвала меня по имени, отрезвило и заставило успокоиться.

— Ладно, — сглотнул я, но слюна, казалось, только поцарапала сухое горло.

— Давайте я помогу вам дойти до моей комнаты, она в нескольких шагах отсюда, рядом с комнатой госпожи иль Грасс. Вам нужно отдохнуть, чтобы вы смогли спуститься по лестнице самостоятельно.

Она, как никто, понимала, что я чувствую. Я опустил голову, сдавшись на ее милость. Рикоста, склонившись в три погибели от моего веса, помогла мне подняться, и я, опираясь на нее почти всем весом, кое-как доковылял.

Служанка распахнула дверь, и я увидел маленькое помещение с одной узкой кроватью, маленьким столиком и тазом для умывания на нем.

— Рикоста, — посмотрел на нее серьезно. — Я не могу остаться у тебя, в таком случае тебе негде будет спать, а уже поздно.

— Это ничего, господин иль Контаре, — она с трудом усадила меня на кровать и со стоном разогнулась, держась за поясницу. — Я могу поспать на полу.

— О чем ты говоришь?! — воскликнул я. — Ни за что я не позволю, чтобы из-за меня женщина испытывала такие неудобства!

— Ш-ш-ш! — приложила к губам палец служанка. — Вы всех разбудите!

— Прости, — улыбнулся я, ощущая, как нога, которую я вытянул, начинает отходить от боли.

— Я могла бы пойти в общую спальню для слуг внизу, где я обычно ночую, ведь меня перевели сюда только на время смотрин, поближе к госпоже, за которой я закреплена, но вдруг я ей понадоблюсь? Если она позовет, а я не явлюсь, у меня могут быть проблемы…

Рикоста закусила губу, жалостливо на меня глядя. Я вздохнул, откинувшись на подушку.

— О небо, как хорошо просто лежать! — застонал я.

Служанка тихо засмеялась.

— Я сейчас, только немного отдохну и уйду.

Рикоста села на краешек кровати. Я подвинул больную ногу ближе к стене, чтобы девушка расположилась удобнее.

— Ой, у меня же есть настойка от боли! — воскликнула Рикоста и подхватилась. — Королевский лекарь дал всем служанкам по пузырьку, на случай если кому-то из невест разболится голова. Знатные госпожи часто страдают мигренями.

— Ну да, больше же им страдать нечем, — усмехнулся я, пока Рикоста искала бутылочку. — Не нужно мне ничего.

— Нужно, — упрямо сказала она. — Вы бледный, как простыня.

— Пройдет, сейчас полежу и пройдет. Я уже привык.

— Рокен, да что ж вы упрямый-то такой? — она скрестила руки под грудью.

Я засмеялся сквозь боль и махнул рукой.

— Ладно, давай сюда. Если ты меня называешь по имени, это уже серьезно.

Она подала мне настойку.

— Один глоток, — сказала Рикоста. — Может, я позову лекаря?

Я отпил и вернул ей склянку.

— Даже не вздумай!

Я сморщился, потому что жидкость была очень горькая.

— Почему вы так старательно отказываетесь от помощи? — она вздохнула и села рядом со мной, привалившись спиной к стене.

— Милая Рикоста, — покачал я головой. — Я знаю, ты хочешь сделать мне как лучше, но все в порядке, правда. Лекарь мне ничем не поможет. Самое больше, что он может для меня сделать — это дать такую же настойку.

Интересно, но подействовало лекарство быстро. Уже через несколько минут я ощутил, что боль окончательно покинула тело. Как хорошо-то… Я так давно не испытывал этого чувства — когда ничего не болит. Нога немного ныла даже в спокойном состоянии, а осенью с наступлением холодов и сырости беспокоила еще сильнее, чем обычно. Лекарь давал мне обезболивающие настойки, но я упрямо их игнорировал, предпочитая справляться самостоятельно. А оказывается, это так хорошо — не испытывать боли. Хотел немного отдохнуть и уйти к себе, но не заметил, как погрузился в сон.

Агнес иль Грасс

Я проснулась раньше обычного, еще до рассвета. Судя по ощущениям, стояло совсем раннее утро. Долго ворочалась, пытаясь снова уйти в сон еще хотя бы ненадолго, но в конце концов поняла, что это бесполезно. Вылезла из теплой постели и хотела начать одеваться, но потом подумала, что, пока другие невесты не проснулись, можно принять ванну. Но для этого мне требовалась помощь горничной.

Я знала, что слуги поднимаются намного раньше господ, поэтому без зазрения совести позвонила в колокольчик. Обычно Рикоста почти сразу же являлась на зов, но я ждала довольно долго, а она так и не пришла. Позвонила еще раз, но снова — тишина. Я уже твердо решила искупаться. Возможно, моя помощница ушла по каким-то хозяйственным нуждам, думая, что я еще сплю. Сама сходила бы за водой, пару ведер могла бы принести, но не дайте небеса кто-то увидел бы, что я занимаюсь этим самостоятельно! Благородные госпожи так себя не ведут!

Вздохнула и, даже не одеваясь, в одной тонкой ночной сорочке выглянула в коридор, темный и совершенно пустой. Все равно в этом крыле только невесты живут, к Рикосте можно и так заглянуть. Вдруг она все же еще спит? Немного совестно было будить ее в такую рань, но все же желание искупаться оказалось выше меня. Я постучала в соседнюю дверь.

— Рикоста, ты спишь? — негромко спросила и, подождав еще немного, снова постучала. — Рикоста?

Не дождавшись ответа, тихо раскрыла дверь и вошла внутрь. В комнате было почти полностью темно, потому что, в отличие от моих покоев с большими окнами, выходящими на балкон, здесь расположилось лишь одно узкое окошко, которое почти не пропускало жалкие крохи света.

На кровати кто-то лежал. Так и есть, служанка просто спала. Мне вдруг стало жалко девушку. Так утомилась вчера, что даже не слышит, как ее зову. Уже собиралась незаметно выйти, чтобы дать ей еще немного поспать, как услышала тихий стон. И он точно принадлежал мужчине!

С колотящимся сердцем я развернулась, чтобы уйти в свою комнату. Рикоста водит к себе мужчину! Вот это да! Но наткнулась на саму служанку. В одной руке она держала стопку чистых простыней, а во второй — масляный светильник.

— Госпожа иль Грасс? — она испуганно посмотрела на меня. — Что вы здесь?.. — не договорила девушка.

Я видела, что Рикоста пытается заглянуть мне за плечо, чтобы понять, есть ли еще кто-то на ее кровати. Я усмехнулась и сказала негромко:

— Не волнуйся, я тебя не выдам.

Человек на кровати зашевелился. Я невольно обернулась, луч света скользнул на его лицо в тот самый момент, когда он раскрыл глаза.

— Генерал?!

— Госпожа иль Грасс?!

Мы воскликнули это одновременно. При том он подхватился, пытаясь стянуть с себя одеяло, но запутался в нем и не сразу смог встать. Я не стала ждать, а кинулась в свою комнату и заперлась в ней на засов. Сердце колотилось в горле, не хватало дыхания и тряслись руки.

Слышала, что ко мне стучится Рикоста, потом — голос Рокена.

— Госпожа иль Грасс, — сказал негромко. — Агнес, мы можем поговорить?

Я сидела возле двери, но не могла двинуться, не могла пошевелиться. Не знаю, почему меня так впечатлило то, что Рикоста и генерал… Они что?.. На глаза выступили слезы, тяжелая обида на этого мужчину залегла на сердце.

Да, я прекрасно осознавала, что предназначена не ему. Но все же вчера между нами что-то случилось. То, чему я не могла дать определения. Мне показалось, что он действительно хотел меня поцеловать. А как быстро билось его сердце, когда мы танцевали! Иветта рассказывала, как отличить мужчину, заинтересованного во мне. И генерал был явно заинтересован. Но как же жестоко я ошиблась! Наверное, он из тех повес, которые бегают за каждой юбкой. И если не получилось с одной, всегда можно попробовать с той, которая более доступна. А Рикоста?! Она совсем не производила впечатления вертихвостки. Но перед генералом трудно устоять. Этот его такой серьезный взгляд серых глаз с чуть насмешливым прищуром…

— Агнес, пожалуйста, откройте. Все не так, как вам показалось.

Зачем он оправдывается? Разве я могу ему хоть что-то предъявить? Хотя бы слово? Не могу! Не могу! Тогда почему же так жжет в груди?

Рокен еще несколько раз постучал, но, не дождавшись от меня ответа, ушел. Легче не стало. Но я заставила себя подойти к зеркалу, хорошенько умылась холодной водой, смывая частицы пудры камня благородства, которые еще кое-где сияли на мне маленькими искорками, словно звезды на небе, и оделась в лаконичное кремовое платье, теплое и уютное, потому что от холодной воды меня немного подколачивало. Или не от воды…

Я слышала, что обитатели замка просыпаются, пора было спускаться к завтраку. Открыла дверь, под ней, словно собачонка, так и стояла Рикоста. Она теребила пальцами фартук, который повязала поверх темного платья.

— Госпожа иль Грасс! — кинулась она ко мне. — Пожалуйста, выслушайте меня!

— Рикоста, — мягко сказала я, — все в порядке. Не нужно мне объяснять. Я ничего не хочу об этом знать. Это ваше дело: твое и генерала.

— Но…. — попыталась снова сказать она, но я остановила ее жестом и пошла к лестнице.

— Рикоста, не волнуйся, я никому ни о чем не скажу.

— Но, госпожа…

— …если ты сейчас же прекратишь об этом говорить!

Я не желала слушать никаких оправданий. Да и что она могла бы мне сказать? Они взрослые люди, пускай сами решают, как им проводить свободное время. А меня это никоим образом не касается.

Гордо вскинув подбородок, я пошла вниз. Рикоста больше ничего не сказала, и я этому обрадовалась. На сегодня у меня были совершенно другие цели.

Я вошла в столовую последняя. Все девушки уже находились за столом, но удивительнее всего было то, что рядом с ними сидели король и принц!

— А! Агнес! — улыбнулся правитель. — А мы уже заждались.

— Ваше величество, — постаралась не выдать смятения, в которое меня привело то, что он снова меня выделил. — Прошу прощения за опоздание.

Несмотря на то, что внутри я вся дрожала, не показала этого ни единым движением, ни один мускул на лице не дрогнул. Годы тренировак давали о себе знать. Под недовольное шушуканье конкуренток я проследовала к единственному пустому месту, села и принялась трапезничать.

— Итак, раз все в сборе, — сказал король, снов посмотрев на меня, но я выдержала его взгляд, придав лицу заинтересованное выражение. — Расскажу, что вас ждет сегодня.

Девушки притихли. Нам не рассказывали заранее, чем мы займемся, поэтому для всех это было сюрпризом.

— Мой сын, принц Фларио, — снова заговорил правитель, — большой любитель игры в «Пехотинцев и всадников». Думаю, ему понравится, если его будущая супруга будет так же хороша в этой игре, как и он сам. Я прав, сын? — посмотрел король на наследника.

— Да, отец, — чуть склонил светлую голову его высочество. — «Пехотинцы и всадники» действительно изумительная игра.

Впервые услышала от принца предложение, в котором было больше трех слов.

— Значит, сегодня мы устроим турнир среди вас, прелестные гостьи! — радостно воскликнул правитель. А победительница получит возможность ехать на завтрашнюю охоту в одной карете с принцем! Путь в лес не близок, и Фларио будет иметь возможность узнать вас ближе. Итак, достаточно ли хорош приз? — засмеялся правитель.

Невесты подхватили его смех, я сдержанно улыбнулась, подмечая, что далеко не все были рады такому развитию событий. Но только не я. Я как раз-таки вздохнула с облегчением. В «Пехотинцев и всадников» я играла с самого детства. Еще в приюте побеждала всех девчонок, а когда поселилась в доме госпожи иль Грасс, специально нанятый учитель усовершенствовал мою технику.

После завтрака мы в сопровождении короля, принца и слуг двинулись в сад. Генерала я не видела и радовалась этому, потому что даже не хотела о нем вспоминать, хотя непрошенные мысли нет-нет да и мелькали.

В саду, на том самом месте, где нас собирались проверять на благородство, стояло двадцать небольших столов. На каждом — деревянная доска с нарисованными квадратами трех цветов и расставленными каменными фигурками на этих квадратах.

— Есть ли те из вас, кто не умеет играть и хочет отказаться от участия? — спросил король, оглядывая нашу большую компанию. На удивление несколько девушек подняли руки. Неужели кто-то не умеет играть в «Пехотинцев и всадников»? Эта игра не только развивает мыслительные процессы, но и просто позволяет отлично проводить время! Однако восемь девушек предпочли сесть рядом с венценосными особами на скамью, которую поставили специально для зрителей.

Нас осталось тридцать две участницы, шестнадцать пар. Слуга предложил мне сесть за один из столов. Напротив устроилась Анисья иль Минкор. Какая ирония! Улыбнулась ей и кивнула, она отзеркалила движение. Я слышала, как король тихо объясняет девушкам, которые отказались от участия в турнире, правила игры:

— У каждой из участниц в распоряжении по двадцать фигур.

Я посмотрела на свои. Мне достались фигуры темно-серого цвета, моей противнице — розового.

— Первый ряд — всадники, эти могут двигаться на три клетки вперед или вбок, — продолжал правитель. — Второй ряд — пехотинцы, они могут идти только на одну клетку, зато имеют возможность «съедать» фигуры противника и двигаться в любую сторону. А эти десять фигур посередине доски — дикие виверны. Их ходы определяют брошенные кости. Они могут навредить обоим участникам. Все понятно?

Девушки утвердительно загудели. Не знаю, все ли им было действительно понятно, но мне хотелось скорее начать. Я с интересом рассматривала черные каменные фигурки виверн. Их вырезали очень искусно, была видна каждая чешуйка на гибких телах.

— Победительницы первого тура переходят во второй и сражаются друг против друга до тех пор, пока не останется одна. Итак! — его величество даже встал, оглядев каждую из нас. — Начинаем!

Мы с Анисьей кинули кости, этим определив, кто из нас начинает, и противница сделала ход. Играла она недурно, но не прошло и получаса, как я разбила ее в пух и прах. Постепенно определилось шестнадцать победительниц, которые образовали восемь пар. Если случалась ничья, играли до первой победы. Но у меня не случалось. Я была настолько хорошо подготовлена, что дошла до пятого решающего тура, одерживая уверенные победы. Неожиданно моей противницей в финале оказалась Каприза иль Дурман. Она не производила впечатления девушки, которая увлекается подобными играми. Но то ли я ошиблась в суждениях, то ли остальные участницы оказались совсем неумелыми, но мы все же остались с Капризой один на один.

Перед финальной игрой нам принесли чай и сладкие угощения. А потом началась партия. Даже принц заинтересовался. Он больше не сидел на скамье рядом с отцом, а подошел к нашему столу и внимательно следил за каждым ходом. Меня это забавляло. Я то и дело украдкой поглядывала на юношу. Он так живо реагировал на каждый ход, как будто мы управляли не каменными статуэтками, а самыми настоящими армиями, которые сражались против друг друга и против диких виверн.

Каприза оказалась чрезвычайно искусной противницей. Партия продолжалась больше часа. Я уже порядком устала, но знала, что могу победить, нужно только ни на что не отвлекаться. Сосредоточенно смотрела на доску, продумывая несколько ближайших ходов, мысленно проигрывая разные варианты, которые могут выпасть на костях. Видела, что Каприза начинает нервничать, потому что я шла к победе. Она закусывала тонкую аккуратную губу и сильно хмурилась. Я видела, что принцу не терпится подсказать ей. Он заметил тот ход, который решил бы исход битвы. И я его видела, но Каприза пока не могла сообразить и продолжала думать. Я уже предвкушала победу, когда она походила совсем не так, как следовало. Мне оставалось всего несколько действий.

Глубоко вдохнула и медленно выпустила воздух из легких. На миг подняла голову, чтобы немного размять затекшую шею, и вдруг встретилась с очень серьезным взглядом серых глаз генерала иль Контаре. Он наблюдал за турниром, стоя в нескольких шагах от нас, опершись спиной о ствол дерева. У меня сбилось дыхание. Почему-то я вдруг запаниковала. Опустила взгляд на доску, и поняла, что фигуры расплываются перед глазами. Попыталась взять себя в руки и сосредоточиться. Это просто усталость. Турнир идет уже почти пять часов, кто угодно утомится.

Я снова попыталась глубоко дышать и сосредоточить внимание на игре, но не могла. Все тщательно продуманные ходы мигом вылетели из головы. Кинула взгляд на принца. Тот кружил рядом с нашим столиком, только что не пританцовывая. Теперь ему явно не терпелось подсказать мне, как ходить, и он изо всех сил сдерживался. Взгляд так и норовил вернуться к генералу, и я, чтобы не смотреть на него, на несколько мгновений закрыла глаза руками. А потом снова посмотрела на доску. Пора было делать ход, но я не могла сосредоточиться. Не могла понять, кем ходить: оставшимся всадником или одним и трех пехотинцев. Взгляд Рокена будто прожигал насквозь. Мне стало невыносимо жарко, дыхания не хватало. Хотелось закричать, чтобы прекратил так на меня пялиться, но это означало бы, что мне не все равно! А я не могла допустить, чтобы он так думал. Порядком затянув игру, я все же сделала ход, даже не думая о его последствиях. Принц разочарованно взвыл, рядом раздалось несколько таких же разочарованных восклицаний. Только подвинув фигурку, я поняла, какую ошибку совершила. Каприза с улыбкой сделала свой ход и пожала плечами:

— Предлагаю ничью, ход больше не может совершить никто из нас.

Я устало кивнула.

— Согласна.

— Когда проведем финальный бой? — тут же заинтересовался принц. — Победительница так и не определена.

Я не питала иллюзий, его высочество просто наслаждался самим процессом игры, а не желал лицезреть рядом с собой в карете кого-то из нас.

— Все устали, Фларио, — поднялся король. — Если юные госпожи согласны, предлагаю оставить ничью, — правитель улыбнулся.

— Но кто же тогда поедет в карете с принцем? — встревоженно спросила Каприза.

— Ну, я думаю, там хватит места на троих, — рассмеялся король. — Да и втроем веселее, — он подмигнул. — Я думаю, у вас найдутся темы для разговора на пару часов, пока мы будем двигаться к лесу.

— Я не против, — сказала, еле сдерживая зевок.

От долгого сидения уже начинала болеть спина, хотелось размяться. И даже ради двух часов наедине с принцем я не смогла бы сыграть сейчас еще одну партию.

— Хорошо, — кивнула Каприза.

— Вот и славно! — хлопнул в ладони король. — А теперь поспешим на обед, я жутко проголодался!

Девушки согласно загалдели, и большая компания поспешила к выходу из сада.

— Ваше высочество! — окликнула Фларио Каприза. Он обернулся к ней. — Могу я задать вам один вопрос касательно игры?

— Конечно! — расплылся в улыбке юноша. Что ж, судя по всему, мы нащупали одну из его слабостей. Чувствую, завтрашняя поездка будет посвящена «Пехотинцам и всадникам».

Я тоже поднялась и собиралась последовать за остальными, когда снова мимо воли посмотрела на генерала. Он шел ко мне, чуть заметно подволакивая ногу.

— Госпожа иль Грасс, не уходите, — попросил он.

— Вы слышали его величество, — сухо ответила я. — Нас ждет обед.

— Мне нужна всего минута, чтобы объясниться.

— Господин генерал, — посмотрела на него со всей холодностью, на которую только была способна. — Нам с вами не о чем говорить. И ничего объяснять вы мне не обязаны. А теперь прошу меня извинить.

Я резко развернулась и быстрым шагом пошла вон из сада, боясь, как бы маг, чего доброго, снова не применил ко мне обездвиживающее заклинание. Сердце выпрыгивало из груди, и так происходило каждый раз, когда он появлялся рядом. А я, черт возьми, совершенно не знала, что с этим делать!

После турнира чувствовала себя совершенно вымотано. Сил с кем-то говорить и что-то разнюхивать просто не осталось. Я даже пропустила ужин. После обеда тут же повалилась в кровать и проспала до следующего утра. Меня разбудила Рикоста, когда пришла, чтобы помочь заплестись и одеться для охоты.

Я молча умылась, даже не глядя на девушку. Не понимала, почему она не сказала, что у них с генералом что-то есть. Я ведь спрашивала у нее это напрямую. Что-то не верилось мне, что это случилось в первый раз. И если в честность мужчин я не верила в принципе, то девушка казалась мне довольно искренней. Видимо, я пока еще плохо разбираюсь в людях.

— Госпожа иль Грасс, — тихо позвала горничная в то время, когда расчесывала мои волосы.

— Что? — очнулась я от мыслей.

— Вы как-то спрашивали, есть ли во дворце какие-то интересные артефакты.

Теперь уж я вся превратилась в слух, но внешне постаралась этого не выдать.

— Я тут немного поспрашивала у служанок, которые давно при дворе… — Рикоста выглядела очень виноватой. Про себя я хмыкнула. Если это поможет мне узнать что-то о нужном артефакте, то все не напрасно.

— Да? — удивилась я. — Я уже и забыла, что что-то такое спрашивала… — сделала вид, что зеваю.

— Значит, вам неинтересно? — потупила взгляд помощница.

— Ну, у нас все равно нет других тем для разговора, — снова демонстративно зевнула я. — Так что тебе рассказали?

Рикоста делала мне очень сложную прическу, которую нужно было закрепить несколькими десятками шпилек, иначе она развалилась бы на первой же кочке. Так что времени на разговор оказалось предостаточно.

— Раньше королевская семья владела каким-то очень могущественным артефактом. А потом он то ли пропал, то ли потерял силу, то ли еще что-то. Об этом никто не знает, но о нем уже очень давно никто не слышал.

— А что делал этот артефакт?

Рикоста вздохнула.

— К сожалению, я не смогла этого разузнать. Но если вам это интересно, попробую.

— Ну, из чистого любопытства, конечно, интересно. Разве мог вот так взять и пропасть могущественный артефакт? Может, его украли? — предположила я.

— Вряд ли, об этом никто ничего не говорил, — сосредоточенно глядя на мои волосы, заключила Рикоста. — Готово!

Я поднялась с кресла и покрутилась перед зеркалом. Сегодня на мне было светло-кремовое платье с укороченным подолом. Я специально брала его на случай, если нужно будет выбраться куда-то в лес. Такие платья носили с высокими сапогами, так что я могла бы ехать верхом, однако должна получить свой приз и ехать с принцем в одной карете.

Внимательно осмотрела себя. Платье сидело великолепно. Сверху я накинула короткий шерстяной плащ, подбитый лисьим мехом. Плащ тоже был светлым, почти белым, и чрезвычайно шел к моему наряду.

— Вы невероятно прекрасная! — служанка смотрела на меня с сияющими глазами.

— Спасибо. В этом есть и твоя заслуга, — улыбнулась я. — Прическа как раз такая, как нужно для охоты, волосы не разлетятся и не будут мешать.

Я все еще немного злилась на Рикосту из-за того, что она не рассказала мне о связи с генералом, но все же она старалась угодить мне, разыскивая нужною информацию, а это дорогого стоит. Я уже почти готова была простить ее.

Хотела спросить, едет ли на охоту Рокен, но осеклась на полуслове. Почему-то язык не поворачивался больше обсуждать господина иль Контаре с этой девушкой.

Решила, что сама все узнаю.

На этот раз на завтрак я не опоздала. Пришла как раз вовремя. Почти сразу же за мной вошли правитель и принц в сопровождении генерала. Тот еще ни разу с нами не завтракал, поэтому это было довольно необычно.

— Доброе утро, прекрасные госпожи! — поздоровался Клеосандр и сел, тут же принявшись за еду. Мы последовали его примеру. — Сегодня нас ждет охота! Те из вас, кто любит обращаться с оружием, получат его у нашего оружейного, остальные будут наслаждаться прогулкой. С нами едут самые опытные охотники, кроме того, берем псов. Начался сезон охоты на королевского лося. Было бы непростительно пренебречь такой возможностью! — благодушно сообщал правитель.

— А его высочество любит охоту? — громко спросила одна из невест.

Отец посмотрел на сына, как бы говоря тому, чтобы ответил сам.

— Разумеется, — степенно кивнул юноша, что в его возрасте смотрелось немного комично. Он словно хотел подражать взрослому человеку, но пока выходило не слишком хорошо. — Обычно я передвигаюсь исключительно верхом, но в этот раз сделаю исключение, чтобы иметь возможность ближе познакомиться с победительницами вчерашнего турнира по «Пехотинцам и всадникам».

При этих словах я глянула на Капризу, а она — на меня. Мы кивнули друг другу. Уж не знаю, что мы будем обсуждать все два часа, но, надеюсь, что не только «Пехотинцев и всадников». Я, конечно, очень любила эту игру, но все же так устала от нее вчера, что предпочла бы говорить о чем-то другом. Все будет зависеть от принца, именно ему нужно угодить и понравиться.

Я тихонько вздохнула и украдкой кинула взгляд на генерала, тут же вспыхнув и отведя глаза, потому что он в этот момент смотрел на меня! Сразу стало неуютно и захотелось скорее встать из-за стола. Еда больше в меня не лезла, и я только пила клюквенный морс, стараясь больше даже близко не поворачивать голову в сторону военного.

— Генерал иль Контаре поедет с нами и будет командовать гвардией, которая обеспечит безопасность нашим прекрасным гостьям, — снова взял слово король.

— А что, это опасно? — спросила одна из девушек.

Еще несколько ахнули вслед за ней.

— Ну что вы, — заверил Клеосандр поспешно. — Разумеется, нет! Но лучше перестраховаться.

Слишком легкомысленно он это произнес, так, что ко мне закрались некоторые сомнения относительно безопасности этого мероприятия. Но не рисковал бы король своей жизнью и жизнью наследника?! Наверное.