Впрочем, подружки дали о себе знать уже на следующий день.

Ева подкараулила меня перед первой парой и спросила, почему я перестала приходить к ней по утрам.

– Не хочу тебя затруднять, – я попыталась улыбнуться, – я привезла свой…

Я замолкла, представив, что будет, если компания обнаружит мои припасы косметики, и решила не договаривать до конца. Впрочем, Ева, похоже, и не слушала меня.

– Моя семья на протяжении нескольких столетий работает над над созданием живого существа силами магии. И это навело меня на мысль о том, какой мы можем взять проект.

– Разве фамильяры – не жизнь, которую мы создаём?

– Нет, – Ева качнула головой, – фамильяры питаются твоей энергией и живут только до тех пор, пока ты помнишь о них. Сильфиды же столетиями изучают способы создать настоящую жизнь. В общем, это не важно. Мы всё равно её не создадим. Но мы могли бы создать маленький мир.

Я хмыкнула и подняла бровь.

– Пусть растения и животные в нём существуют по принципу фамильяров, – продолжила она, – но это должна быть настоящая маленькая вселенная, в которую каждая из нас сможет войти и привнести туда что-то своё.

– Ты не думаешь, что для первого курса это перебор?

– Думаю. Поэтому на будущий год продолжу эту тему, а в перспективе буду писать по ней диплом.

– Это ведь не с бухты-барахты пришло тебе в голову, да? – с подозрением спросила я, но Ева проигнорировала мои слова.

– По некоторым старинным теориям мир был создан на перекрестье четырёх стихий. Их то мы и попробуем смешать. Зэлма ладит с водой и землёй, Жаклин – с огнём.

– Магия стихий – точно не моя стезя.

– Я знаю, – Ева улыбнулась, – ты – Проводник. И ты откроешь для нас Врата в новый мир.

Моя бровь снова поползла вверх.

– Брось, – заявил Ева, не дожидаясь возражений, – я видела, как ты бегаешь в город. Жаклин застала тебя за покупками.

– А как туда попала Жаклин?

– О, – Ева снова улыбнулась, – у нас тоже есть свой маленький секрет. Если поможешь – я открою его тебе.

Честно говоря, меня заинтересовал и секрет, и весь этот безумный проект, так что мысли о собственной теме напрочь выветрились из головы.

– Итак, – подвела итоги Ева, заметив, что я уже дошла до кондиции, – жду тебя в лаборатории в четыре часа.

– Но…

В это время мы обычно ходили с Рованом в парк.

– Никаких но! Учёба прежде всего!

Рован принял известие о том, что у меня другие планы на вторую половину дня, стойко – как оловянный солдатик.

– Мне тоже нужно готовиться к турниру, – сказал он.

– К чему? – я приподняла бровь.

– К турниру. Тем, кто выйдет в финал и победит команду с факультета технотронной магии, разрешат не сдавать проект.

– Да, – вздохнула я, – как же Картезианские стрелы теперь без тебя…

– Артезианские, – машинально поправил меня Рован, – и… – замолк, – ты смеёшься, да?

– Ну, разве что чуть-чуть, – я улыбнулась и потянулась к нему, напрашиваясь на поцелуй.

– Вообще-то, это очень важная проблема. Её активно исследуют не первый год.

– Всё, молчу! – демонстрируя капитуляцию, я подняла руки вверх. Рован сжалился и тоже улыбнулся.

– А ты придёшь посмотреть на турнир? – спросил он.

– Почему бы и нет. Боевая магия – это повеселее, чем страйкбол.

– Тебе вообще стоит немножко расслабиться, – сказал Рован, поднимаясь с нашей скамейки и за руку утаскивая меня за собой, – наверняка у девчонок тоже хватает развлечений, а ты, кроме библиотеки, и не ходишь никуда.

– Хватает, – подтвердила я, – Маргарет вот подала заявку на пробы в театр фей.

– Маргарет? – теперь уже Рован с трудом сдерживал смех. – Это там, где летают по залу над головами зрителей?

– Она позавчера смогла наколдовать себе крылья! Правда, одно получилось длинней другого. В общем, думаю, ты понял, почему я обхожу стороной студенческий досуг.

– Наверняка не все занимаются такой ерундой, – Рован вышел из беседки, и, сняв купол щелчком пальцев, я последовала за ним. Небо в тот день выдалось ясным, но снег всё равно хрустел под ногами. А Рован обнял меня так, как будто опасался, что я замёрзну. – Я бы тоже пришёл за тебя поболеть.

– Я подумаю, что можно тебе показать. Жаль, что нам не предлагают заменить турниром проект.

Так, обсуждая последние новости, мы добрались до корпуса, на первом этаже которого располагалась лаборатория.

– Я зайду за тобой после тренировки, – пообещал Рован напоследок и запечатлел у меня на щеке прощальный поцелуй.

Я же вошла внутрь и направилась по длинному коридору, по обе стороны от которого тянулись двери экспериментальных аудиторий, туда, где должны были ждать меня Ева и компания.

Ещё не успев открыть дверь, я расслышала обрывок спора, который заставил меня замедлить шаг.

– Как ты вообще можешь разговаривать с ней после того, что она сделала? – спрашивала раздражённо Жаклин.

– Прекрати, – голос Евы звучал резко, как никогда. До этого момента я вообще не слышала, чтобы она повышала его хотя бы раз, – она нам нужна. И нужна больше, чем ты.

Короткое время царила тишина – наверное, Жаклин сжимала кулаки.

– Зэлма, скажи ей! – наконец выпалила она.

Именно этот момент я выбрала для того, чтобы распахнуть дверь.

– Что сказать? – поинтересовалась я.

– Привет, – Ева попыталась улыбнуться, но не смогла до конца совладать с собой, – Жаклин пытается извиниться за то, что сегодня с нами не пойдёт.

– Что?.. – Жаклин с удивлением посмотрела на неё.

– Не пойдёт куда? Я думала, мы попытаемся провести эксперимент.

– Жаклин пойдёт! – снова вмешалась Жаклин.

– Тогда Жаклин не будет меня раздражать! – процедила Ева, и, после того как несколько противоречивых эмоций сменили друг друга у Жаклин на лице, та наконец выдохнула:

– Да…

– Итак! – Ева хлопнула в ладоши, и дверь с громким щелчком затворилась за моей спиной. – Можно приступать!

– Кто-нибудь объяснит мне, что мы собираемся делать? – поинтересовалась я, приближаясь к ним.

– Мы собираемся соединить четыре стихии.

– Это я поняла.

– Но стихии в чистом виде не смешиваются между собой, – продолжила Ева, – поэтому нам нужно отыскать квинтессенцию каждой из них, чтобы затем… – она замолкла и опустила глаза в книгу, – в общем, для начала мы просто должны их отыскать.

Примерно было понятно. Затем мы будем смешивать их в ступке или в огненном горниле… Или в чём-нибудь ещё. «Наковальня» для создаваемого предмета выбирается по тому же принципу, что и артефакт, на который подвешиваются заклятья. Для создания «мира», наверное, понадобится что-то по-настоящему исключительное, и Ева не хочет радовать нас этой новостью раньше времени.

Ну, меня лично трудности не смущали никогда, и потому я кивнула, подтверждая своё согласие продолжать.

– Открывай портал! – скомандовала мне Ева.

– Куда? – я подняла бровь.

Ева посмотрела на Зэлму.

– На болото, – коротко ответила та.

Зэлма вообще, сколько я её знала, была самой молчаливой и серьёзной из всех троих. Иногда я задавалась вопросом – как она вообще попала в эту компанию? А теперь, кажется, начала понимать. Ева была далеко не так проста, как хотела показать. И подружек выбирала вовсе не для того, чтобы целыми днями слушать лесть. Но вот чего она хотела, в сущности, добиться? Могло ли быть так, что для неё на самом деле был настолько важен этот проект? Иногда люди преподносят сюрпризы, и вполне вероятно, что она действительно хочет написать исключительный диплом. Но с тем же успехом за её мотивами могло крыться и что-то ещё.

– Ну, – поторопила меня Ева.

Я сосредоточилась, начертила в воздухе магический знак, а затем изобразила приглашающий жест.

Девчонки проследовали в портал одна за другой. Первой шла Ева, за ней Зэлма. Жаклин задержалась. Пару секунд она смотрела на меня, брови её были сведены к переносице, а на лице читалась нескрываемая ярость.

– Вперёд, – напомнила я, и когда Жаклин наконец пересекла магический предел, шагнула за ней. В следующий миг портал закрылся за моей спиной.

Все вчетвером мы стояли по колено в воде и оглядывались по сторонам. Обманчивые холмики, поросшие мхом, виднелись из-под её поверхности тут и там. Присутствие берегов выдавал только редкий кустарник, видневшийся кое-где.

Я шагнула вперёд, осторожно нащупывая дно, и предупредила:

– Будьте осторожны, тут зыбучая топь.

Ева кивнула и, прыжком оттолкнувшись от земли, взмыла вверх. Небольшие крылышки из чистой розовой энергии взвились у неё за спиной.

Зэлма и Жаклин тут же последовали за ней, у обоих крылья оказались красными, только у Жаклин – с чёрными прожилками, а у Зэлмы – с коричневыми.

У меня по визуализации магии уже второй раз выходил твёрдый трояк. Поэтому я взлетела просто так – без всяких крыльев. Чтобы не позориться лишний раз.

– Что теперь? – Ева оглянулась на Зэлму. Я отметила, каким сосредоточенным стало её лицо. В Академии я не видела её такой собранной никогда. Предел интересов Евы обычно сводился к сочетанию цветов в одежде и подбору новых туфлей. Однако, она продолжала удивлять…

Зэлма сложила руки перед грудью в замок, склонила голову и прикрыла глаза. Лицо её отразило немалое напряжение, когда она принялась шептать магические слова, которые с моего места было не разобрать.

Затем резко развела руки в стороны. Поток ветра всколыхнул её волосы, срывая заколку и роняя её в грязь, но Зэлма не обратила внимания на случившееся. Рука её сама собой взлетела, указывая вперёд, и с пальцев сорвалась стрела зеленовато-голубой энергии. Коснувшись воды, энергия вспенила её, прочерчивая извилистую дорожку, бегущую вдаль в обход берегов.

Вопросов не возникло ни у кого. Мы с Евой одновременно двинулись по следу, едва не столкнувшись плечами. В последний момент обе сменил курс, выравнивая полёт, и так, нос к носу, двинулись к цели. Зэлма и Жаклин летели на полкорпуса позади нас.

– Ева, – спросила я вполголоса, пользуясь тем, что мы оказались так близко друг к другу, – зачем тебе этот проект?

– Чтобы сдать зачёт, – ровно ответила она.

– И всё?

Ева бросила на меня быстрый косой взгляд, но ответить не успела, потому что поодаль раздался голос Зэлмы:

– Вот оно!

Там, куда она указывала пальцем, дорожка заканчивалась, а из-под воды торчал поросший мхом валун.

– Как мы его понесём? – впервые за время путешествия подала голос Жаклин.

Ева не стала отвечать. Молча прочертила пальцем в воздухе спираль, и, следуя за траекторией её ногтя, валун стал подниматься вверх. Вода захлюпала, нехотя выпуская его, а Ева коротко приказала мне:

– Открывай портал, быстрей.

Я подчинилась, и через несколько мгновений мы уже снова были в лаборатории вместе с валуном.

Жаклин и Зэлма привалились к стенам, переводя дух, Ева прислонилась к столу. Я видела, как дрожит её рука. Только мне переход дался легко.

– Это земля, – констатировала я, когда портал захлопнулся у меня за спиной, – а что насчёт воды?

– Мох, – пояснила Зэлма, отклеиваясь от стены и приближаясь к валуну. Она провела над ним рукой, и камень вместе с растительностью, покрывавшей его, слабо замерцали зеленым и голубым. – Он лежал в этом болоте тысячу лет, – задумчиво пробормотала она, – лежал, как будто ждал, когда мы за ним придём.

– Так и было, – сказала Ева. Голос её звучал отстраненно, как будто мыслями она находилась далеко. Однако уже через секунду Ева вскинулась и как обычно весело посмотрела на нас. – На сегодня всё. Лично я собираюсь наведаться вечером в клуб. Кто со мной?

Зэлма и Жаклин подтвердили своё желание продолжить совместный отдых, а я покачала головой.

– Нет, – отказалась я, улыбнувшись уголком губ, – меня ждут.

Жаклин нахмурилась.

– Я ведь предупреждала тебя, – процедила она.

– Жаклин! – совсем другим голосом оборвала её Ева. – Нет – так нет. Сегодня повеселимся без тебя.

Ева проследила, чтобы мы вышли из лаборатории – я обратила внимание, что прежде чем выйти, она дождалась, пока выйдем мы. Потом быстро, но внимательно оглядела камень, тоже шагнула в коридор и заперла за собой дверь.

– Мне надо сдать ключи, – она продемонстрировала связку.

Я хотела было пройтись с ней и проверить, действительно ли она намеревается их сдавать, но как только мы покинули корпус, как я разглядела неподалеку фигуру Рована, пристроившегося под деревом.

– Пожалуй, мне пора, – не сдержав улыбки, сообщила я.

Ева проследила за моим взглядом и усмехнулась. Пожелала удачи и свернула в другую сторону. Девчонки последовали за ней. А я дождалась, пока Рован приблизится ко мне, и принялась его целовать.