Глава 19

Что мы знаем об истинном мире?

Да, по большому счёту, ничего.

Одни считают, что он был рождён из цветка. Другие – что его родила гигантская кобыла. Одним словом, до него не было ничего, даже богов. Только хаос и пустота, в которую, по легендам, отправляются души мертвецов, чтобы заблудиться навсегда.

Я как человек двадцать шестого века не верила ни одной из этих версий. Каждый младенец в наше время знает, что миры возникли в результате Первого Взрыва, породившего множество реальностей реализованных на тысячах планов.

То есть, истинного мира в принципе нет. А создать новый мир может каждый идиот: достаточно представить его у себя в голове. Другое дело – установить с ним контакт и попасть в него. Как сделали только что девочки и я. Попасть, кстати, имея соответствующие способности, довольно легко, а вот материализовать реальности в достаточной мере, чтобы они не схлопнулись обратно, едва туда ступит человек…

Иными словами, самое сложное сделали Ева, Зэлма и Жаклин, а самое рискованное досталось мне. И всё равно то, что они создали, могло бы быть чем угодно – только не истинным миром, потому как даже по легенде, он, погибший от заклятья Радагара, разлетелся на множество миров. И значит, чтобы вернуть ему плоть – придётся схлопнуть все ныне существующие миры назад. Что по определению нельзя совершить, потому что не во всех можно хотя бы побывать.

Однако окруживший меня пейзаж способствовал тому, чтобы верить в чудеса.

По преданию истинный мир населяли беспредельно могущественные существа. К тому времени, когда Радагар их погубил, каждый из них обладал властью над материей и магией, способной одной только силой мысли создавать предметы из ничего.

Люди истинного мира были бессмертны как боги – да они и были богами, которых мы запомнили как создателей наших миров.

На что могли быть похожи существа, обладавшие таким могуществом? Оставалось только гадать. Если они могли менять материю по своему желанию, должно быть, и постоянная форма была им не нужна.

Я вздрогнула при мысли о том, что, может быть, они всё ещё присутствуют здесь, сейчас, и только я, слишком примитивная, чтобы увидеть их, не могу их опознать.

Однако здания, которые окружали меня, хоть и служили образчиками погибшего великолепия, очевидно предназначались для людей. Скульптуры устрашающих существ встречались тут и там, около ворот опустевших особняков как молчаливые охранники навечно запертых дверей – но в то же время я могла увидеть и скульптуры людей.

Так, в самом центре площади, на которой я замерла, стоял фонтан, струи которого умолкли навсегда. Семеро похожих на людей крылатых существ держали в руках кубки и рога. Они стояли друг к другу спиной, и стоило вглядеться в лицо одного из них, начинало казаться, что он внимательно смотрит тебе в глаза.

Я вздрогнула и поспешила отвести взгляд. Попятилась, отступая за угол одного из домов, хотя теперь и свет звезды, пылавшей в самой сердцевине неба, казалось, норовил высветить меня и продемонстрировать последним каменным обитателям этих мест.

Страх требовал немедленно открыть врата и вернуться домой.

Любопытство, старательно маскировавшееся под долг оперативного наблюдателя – заглянуть в один из домов.

«Долг» победил. Я подошла к ближайшим воротам и толкнула их, заставляя приоткрыться. Скрипнули створки. Горгульи сидевшие по бокам оскалились мне, обещая неземное наслаждение и кратчайший путь за пределы миров. Я напомнила себе, что это просто камни, и ступила внутрь.

Сад навевал тоску. Я протянула руку, прикасаясь к одной из почерневших ветвей, и та осыпалась прахом под моими пальцами раньше, чем я успела отдёрнуть их.

Больше не пытаясь трогать ничего, я торопливо направилась ко входу в дом.

Двери, так же как и ворота, украшенные фигурами угрожающего вида существ, тоже были сделаны из дерева, но мне пришлось рискнуть. Створки оказались достаточно прочны и, распахнув их, я вошла внутрь.

Холл, открывшийся моему взгляду, напоминал холлы старинных музеев и дворцов. Мраморный портик скрывал края помещения.

Света звезды едва хватало, чтобы озарить порог, а дальше воцарилась тьма. Не задумываясь о том, что здесь хватает силы мысли, чтобы творить магию, я потянулась за амулетом и, подняв его над головой, отдала команду зажечь свет.

Результат превзошёл все мои ожидания. Вместо того чтобы над головой появился тусклый огненный шарик, который я вызывала обычно, в пространстве посреди комнаты расцвёл пылающий огненный цветок. Заклятье обрело не только троекратную силу, но и незнакомое мне изящество. Одновременно с этим по углам комнаты замерцали голубоватые спирали порталов – археологи встречали такие в некоторых из миров, но никто не знал, кому они принадлежат.

Я ещё раз напомнила себе, что нужно уходить – и двинулась к ближайшей спирали. Ступила в неё и мгновенно струи искрящегося ветра подхватили меня, унося прочь.

Возможно, я попала на второй этаж. Пришлось снова зажечь свет – на сей раз я решила сделать это без амулета, но заклятье всё равно походило на изысканный цветок, а не на ту ерунду, которую я создаю всегда.

Огляделась по сторонам.

Вдоль стен тянулись полки, но не с книгами, как можно было бы ожидать. По ним были расставлены изящные треножники, удерживавшие камни всех форм и цветов.

После того, как отреагировал на меня амулет, я не решилась прикасаться к незнакомым камням, и, вернувшись в зону портала, стала ждать, когда ветер унесёт меня назад.

Однако, не произошло ничего.

Я попробовала ещё раз, и ещё – но портал, похоже, иссяк.

Тяжело вздохнув я начертила в воздухе собственный, нацеленный на нашу лабораторию, и ступила в него.

После мира, где я побывала только что, вселенная Академии показалась мне тусклой и неживой – как старый фильм в плохом разрешении после 3D. Я огляделась по сторонам и увидела глаза подруг, выжидающе нацеленные на меня.

Что-то будто бы поменялось во мне. Презрение, которое я испытывала к ним и их детским играм до сих пор, растаяло без следа. Возможно, причина крылась в том, что я узнала силу их истинных способностей. А может быть, «истинный мир» так подействовал на меня.

Я стояла и не могла избавиться от чувства, что стоит приказать, и предметы этой реальности так же подчиняться мне, как было несколько секунд назад. Я не принадлежала миру, который принял меня.

Однако я решила не проверять, и услышав выжидающее:

– Ну! – произнесённое Жаклин, попыталась подобрать слова.

Сделать этого я так и не успела, потому что дверь в лабораторию распахнулась, и я с удивлением обнаружила, что в проёме стоит мой дорогой «звездун» – с уже знакомым мне по путешествию в город магическим жезлом наперевес.

Поза была однозначной, я поняла это сразу. Ева, похоже, тоже поняла – но никто кроме неё.

Мы обе синхронно выставили щиты, а в следующее мгновение поток энергии хлынул на нас, сметая Жаклин и Зэлму прочь. Обе отлетели к стене, и только мы двое остались стоять.

Ева мгновенно воздела руку, призывая солнечный удар, но Рован легко отразил его зеркалом тьмы. Ева лишь вздрогнула, принимая в себя безвредную для сильфов энергию солнечного света, а вот Жаклин коротко вскрикнула, когда край атаки пришёлся ей в плечо.

Ева снова подняла руку, на сей раз призывая десяток солнечных стрел, но Рован оказался быстрей. Похоже, пеленающее заклятье было подвешено у него на быструю атаку, потому что нас обеих оплели чёрные щупальца. Ева пронзительно вскрикнула, скорее от ярости, чем от страха, а я так и не шевельнулась, не в состоянии решить, на чьей я стороне.

Не обращая внимания на поверженных противников, двое из которых оставались распластаны по стенам, а ещё двух удерживали его магические путы, Рован подошёл к нашему «эксперименту». Прочертил над ним руками несколько спиралей и тот стал стремительно уменьшаться, пока, наконец, не превратился в небольшую радужную жемчужину, которая легко поместилась ему в карман.

Рован бросил короткий взгляд на меня, как будто хотел что-то сказать – но промолчал и, развернувшись, вышел за дверь.

Щупальца продолжали удерживать нас, но стоило двери закрыться за его спиной, как в мгновение ока осмелевшая Жаклин выпалила:

– Ты! Ты могла его остановить!

Она явно обращалась ко мне, но прежде чем я успела ответить, ровный и какой-то незнакомый голос Евы перебил её.

– Тихо, – сказала та, и Жаклин замолкла. Ева, до сих пор смотревшая на дверь, повернулась ко мне, но так ни слова и не произнесла, пока щупальца не отпустили нас и не растворились в небытие.

Она потёрла плечи, покрывшиеся прохладной слизью, как и у меня.

– Тебя предупреждали не общаться с ним?

Я подняла бровь.

– Если считать попытку утопить меня в болоте предупреждением – то да.

– Неважно как, – Ева вздохнула, – выйдите все.

Жаклин и Зэлма подчинились, однако стоило мне попытаться последовать за ними, как Ева преградила мне проход. Дождавшись, пока двери закроются у них за спиной, она извлекла из складок промокшей блузки амулет, который был мне слишком хорошо знаком.

– Внутренняя безопасность дома Сильфов. У меня санкции для работы здесь. А что насчёт тебя?

Я сглотнула. Мне было не положено говорить, но Ева взмахнула рукой и морок менявший мою внешность мгновенно спал. Решать приходилось на ходу.

– Я просто… не хотела светить свой возраст лишний раз. Знаешь, на взрослых учеников так смотрят…

– Что ты делала на факультете? – перебила она меня. – Ты используешь некоторые порталы как мастер магических наук. Правда, другие заклятья получаются у тебя через раз – но по-моему ты просто пытаешься отвести нам глаза.

– Да нет, – я прокашлялась, – я правда плохо создаю фамильяров. Я самоучка, – наконец нашлась я, – чтобы найти работу как Проводник хотела получить официальный диплом.

Ева молчала, как будто решала, доверять мне или нет.

– Что здесь только что произошло? – спросила я её.

Ева поджала губы и нехотя произнесла:

– Оракул Сильфов предсказал, что Радагар скоро снова проделает дырку в ткани миров. Кто-то возродил его, и теперь, обретя плоть, он снова пытается восстановить истинный мир. Но Мы знаем – она с особым ударением произнесла это «Мы», – что для этого ему потребуется уничтожить все остальные миры. Меня послали его остановить. Я догадывалась, кем овладел демон – но мне нужно было найти доказательства, прежде чем я смогу его захватить. Не было другого способа вынудить его проявить себя, кроме как создать для него приманку – болванку, использовав которую он сможет предпринять попытку восстановить истинный мир.

– Значит, вы знали, что он унесёт наш шар? – с облегчением спросила я.

– Нет. Я должна была его остановить.

Некоторое время мы обе молчали.

– То есть теперь он в самом деле может восстановить истинный мир? – спросила наконец я.

– Не знаю, – Ева потёрла глаза, – мне надо отдохнуть. Пожалуйста, больше не пытайся увидеться с ним.