Глава 30

Осматривать остальные места проведения ритуала мы не стали, на слово поверив Далле, которая сказала, что они выглядят точно также.

Она отвела нас в один из корпусов, сохранившихся настолько, чтобы там по-прежнему работали магические системы защиты.

– Студенты сходят с ума, – сказала она, пока мы шли туда. – Мы пытались организовать их и навести порядок, но это получается не всегда. У учителей нет такого авторитета, чтобы предотвратить хаос и вандализм. И, будто подтверждая её слова, компания хохочущих отморозков выскочила перед нами прямо из темноты.

– Сзади, – крикнула я, но к этому времени Ева уже бросила замораживающее заклятье вперёд, а Рован, молниеносно обернувшись, погрузил оставшихся в сон.

– Не всегда это так легко, – сказала Далла, не замедляя хода и проходя мимо компании замороженных ребят вперёд. – Спать лучше там, куда никто не сможет войти, а в большинстве зданий сломаны замки. Все они работали на магии… магии этого мира.

– А что с магией? – я поспешила поравняться с ней.

– Законы магии зависят от того, что лежит в основе мира… Какая стихия и какой материал.

Я кивнула, предчувствуя очередной урок по теории магии, но Далла сказала просто:

– Структура мира изменилась. Мы можем только радоваться тому, что он не перестал существовать совсем.

Я оглянулась на Еву.

– Что-то мне кажется, – сказала я, – что они использовали как основу создания мира вовсе не твой макет.

Ева нахмурилась, но ничего не сказала в ответ.

Дальше мы шли вперёд в молчании, думая каждый о своём. Перебирая в голове собственные ошибки и пытаясь отыскать способ их исправить.

Позволив Далле уйти немного вперёд, я поравнялась с Рованом и вполголоса спросила:

– Ты знаешь, кто ещё это мог быть?

Рован ответил не сразу.

– Я думаю, – сказал он, – такие вещи делаются в основном из гордыни. Поэтому я и подозревал Еву.

– Я всё слышу! – донеслось из-за спины, но никто из нас не обернулся.

– Очевидно, ты ошибся, – предположила я.

– Я так не думаю. Просто гордыня надевает разные маски. Возможно, речь идёт о ком-то, кого мы упустили из поля зрения, потому что не разгадали в нём подобный «потенциал».

Я всдохнула. Очень уж был уклончивый ответ. Но большего никто из нас и не смог бы предположить.

– А ты когда-нибудь уже… – я замялась, подбирая слова, – ну… спасал мир?

Мне очень хотелось верить, что да. Но Рован промолчал.

Так мы добрались наконец до того места, где обосновалась Далла. Это была одна из лабораторий, расположившихся в полуподвальном этаже.

– Лабораторный комплекс цел, – отметила я, пока мы шли по коридорам туда.

– Здесь защита была организована тщательнее всего. На самых нижних этажах хранятся артефакты, которые нужно в случае необходимости защищать даже от учеников.

Она вошла в лабораторию и, не дожидаясь, когда мы подберём себе места, прошла в угол, чтобы включить нагреватель. Далла принялась делать чай.

Большая часть мебели была свалена у окна, стулья лежали на партах, а в самом дальнем от окон углу на полу была расстелена постель, состоявшая из физкультурного мата, пары пледов и лежавшего сверху кремового пальто – похоже, в нём Далла приехала сюда.

– Сколько времени прошло? – спросила я, наблюдая, как Далла делает чай.

– Пара недель, – не оборачиваясь сказала она и провела по волосам рукой – видимо, невозможность ухода за собой всерьёз расстраивала её.

Далла выдала нам кружки с чаем – впервые я увидела, что она пьёт из чего-то попроще, чем форфор – и, рассевшись кто куда, мы принялись обмениваться информацией и догадками. Я мысленно отметила, что Ева и Рован выдали, мягко говоря, скорректированные версии того, на кого они работают и зачем. Но удивляться и спорить не стала – было не до того.

– Мы всё это время провели в мире, где за наши несколько недель прошла всего пара часов, – сказала я, когда очередь дошла до меня. – Поэтому я и думаю, что мы могли бы попробовать вернуться в прошлое через другой мир. Только надо определиться, сколько времени мы хотим отмотать? Достаточно ли вернуться в ту ночь, когда был проведён ритуал?

– Не только, – перебила Далла, – основная проблема состоит в том, что катаклизм заблокировал Врата. Стабильная система Врат настроена не столько на координаты мира-цели, координаты в междумирьи теряют смысл, сколько на характеристики того мира, куда происходит телепорт.

– И настройки сбились, когда наши друзья принялись плавить аглухар. Но ведь для этого и нужны проводники, – я выпятила грудь, демонстрируя себя.

– Отсюда ты портал может и откроешь, – сказала Далла, – а как собираешься вернуться назад?

– Если всё пройдёт хорошо, возвращаться мне не придётся.

Однако я замолчала и задумалась Далла была права в том, что прежде чем открывать портал, надо точно решить куда – иначе всё случится так, как только что вышло у нас.

– Может, уцелели какие-то справочники по ахронологическим мирам? – задумчиво сказала я. – Иначе я просто не знаю, куда нас отправлять…

– Библиотеку опустошили первым делом, – обрадовала Далла меня.

– Уцелели, – сказала Ева, и все обернулись на неё. Ева сидела на одной из парт, подтянув ноги к груди и обхватив горячую чашку двумя руками. Выглядела она не очень хорошо – длинные светлые волосы разметались по плечам, спина ссутулена. Саму девушку, кажется, трясло.

Только поняв, что все смотрят на неё, Ева подняла глаза от кружки и обвела взглядом нас.

– Для того чтобы сделать макет, я взяла из библиотеки «Энциклопедию посещённых миров». Мне нужно было попытаться реконструировать максимально точно, как выглядел Истинный Мир.

– Зачем? – спросила я.

– Так ведь… – Ева замолкла на полуслове, – Зэлма посоветовала мне так…

Я посмотрела на Даллу. Потом на Рована.

– Она точно не замешана в этом деле? – спросила я у Даллы.

Та пожала плечами.

– Просто ученица… – сказала Далла. Без особой, впрочем, уверенности.

– Ладно, с этим разберёмся потом, – я спрыгнула с парты и отставила чай. – Давайте заберём энциклопедию, и пока я буду подбирать подходящий мир, вы можете сколько угодно болтать и играть в «Мафию».

– Она у меня в комнате, – Ева залпом осушила чашку и тоже спрыгнула со стола. Чуть покачнулась, так что я невольно шагнула к ней, чтобы поддержать.

– Ева?

– Всё… хорошо, – Ева потёрла висок. – Идём.

Она направилась к двери, а мы двинулись следом за ней.

Общага сохранилась куда хуже, чем лаборатории. Здесь тоже нигде не горел свет, но кроме того многие комнаты были распахнуты. В одних царил разгром, в других сидели компании студентов, смотревших на всех проходящих мимо затравленно и зло. Оставалось радоваться тому, что нас трое, и минимум у двоих репутация хороших бойцов.

Комната Евы, однако, оказалась заперта. Девушка приложила к замку ладонь, активируя замок, и по полотну побежали спирали алого света.

– Незадокументированный замок, – заметила я. – Почему у всех такое хорошее обеспечение, кроме меня?

Ева никак не отреагировала на мои слова. Ей явно по-прежнему было не хорошо. Мы вошли внутрь. Рован, шедший последним, закрыл за собой дверь.

– Свет! – скомандовала Ева, и потолок тускло замерцал.

Как и Рован, Ева занимала целый блок. Мы прошли в гостиную следом за хозяйкой, и Ева почти сразу рухнула на диван.

– Секундочку, – пробормотала она, выставляя ладонь перед собой.

– Что-то всё-таки не так, – мы с Рованом почти синхронно присели на корточки перед ней. Рован взял в руки её ладонь, а я попыталась заглянуть Еве в глаза.

– Она распадается, – сказал Рован.

Я вскинулась, недоумённого глядя на спутника.

– Ева, что ты вложила в макет? – спросил он.

Ева лишь слабо пожала плечами.

– Они все трое вкладывали эссенции своих стихий, – ответила за неё я.

– Как может быть одна универсальная эссенция стихии? – спросил Рован.

– Понятия не имею, я больше по части ахронических миров.

– Никак, – ответил он сам себе и, подняв взгляд, попытался тоже заглянуть Еве в глаза, – Ева, вы понимали, что делаете?

– Я – да, – слабо ответила она.

Я продолжала выжидающе смотреть на Рована, пока тот не сказал:

– Не эссенцию стихий вложили они, а эссенцию своих душ. Те объекты, которые для каждой из них означали мечту. Вот поэтому я и не рискнул уничтожать макет. Его разрушение повлечёт за собой уничтожение и их душ. Или уже повлекло.

– Ты знал… – пробормотала я.

– Нет, – Рован качнул головой, – просто предположил, что нельзя создать целый мир, и не отдать взамен ничего.

Я облизнула губы и посмотрела на Еву. Хотелось спросить: «Зачем?» – но я понимала, что это бесполезно.

– Нужно спешить, – только и сказала я. – Ева, где книга?

Она махнула рукой в сторону письменного стола, стоявшего в углу, и я отправилась на поиски. Энциклопедия лежала под кипой бумаг.

– Нужно отвести её к Далле, – сказала я, кивая на Еву, – толку от неё не будет.

– Нет времени, – сказала Ева. – Эта комната достаточно защищена.

– Я отнесу, – перебил её Рован. Посмотрел на меня. – Ищи мир, который нам подойдёт.

Я тоже кивнула. Рован взвалил Еву на плечо и направился к двери, ведущей в коридор.

Я же села за стол и полностью погрузилась в фолиант.

Рован вернулся примерно через полчаса. К тому времени я уже выписала несколько координат.

– Далла погрузила её в сон, – сказал Рован, – Так она будет терять силы не столь быстро. Но если мы не сможем обратить ритуал, будет уже всё равно.

Я кивнула.

– Я нашла то, что нам подойдёт, – сказала я и встала из-за стола. Огляделась по сторонам и заприметив сумку Евы, брошенную на кресле ещё несколько месяцев назад, перекинула её через плечо, а энциклопедию засунула внутрь. – Идём.

Я подошла к Ровану и почувствовала, как с каждым шагом сердце ускоряет бег. Это был не страх. Я достаточно владела собой. Сама близость его тела одуряющее действовала на меня.

Рован тоже шагнул вперёд и замер, почти соприкасаясь со мной телами.

– Ты меня простила? – спросил он.

– Самый важный вопрос, – из моего горла вырвался нервный смешок.

– А простишь? – продолжил он.

– Посмотрим.

Я отвернулась, начертила в воздухе магический знак и открыла портал. Рован первым шагнул в него. Я следом – закрывая пространственное окно за собой.