Событие второе, · в котором мы решаем, что делать дальше.

Разбудил меня грохот от взрыва.

"Родня!" — была первая мысль.

"Адепты!" — вторая, заставившая меня соскочить с кровати и понестись спасать того любопытного недотепу, который проигнорировал мои слова и полез туда, куда ему не следовало.

Уже в коридоре сообразила, что на мне, кроме полотенца, ничего больше и нет. Да и оно чудом не слетело во время сна только из-за того, что я как упала на живот, да так на нём и спала, словно мертвец, не ворочаясь. Возвращаться в комнату и одеваться не было времени, поэтому я потуже затянула узел на груди и понеслась дальше.

Дом у нас был трёхэтажный, формы "снежинка". Каждому члену семьи было отведено собственное крыло. На первом этажа находились лаборатории мастерские, на второй — жилые сектора. На третьем этаже комнаты слуг и гостевые.

У нас часто что-то взрывалось, поэтому по грохоту я легко могла определить, в чьё крыло засунул свой нос чрезмерно любопытный адепт. Взрыв произошёл на первом этаже отцовской части. Это было плохо… очень плохо. Если адепт полез туда из-за чистого любопытства — это одно дело, которое можно замять, надавав нахалу по шее. Но если тут было замешано проникновение с целью похищения разработок отца — это уже попахивает заговором против нашей семьи. Да и всего человеческого королевства в частности.

Все "отростки снежинок" у дома были соединены одним гостевым холлом, и пройти в них можно было только через эту комнату.

Я спустилась по лестнице в гостевой холл и застыла в удивлении, так как все адепты находились тут, включая Джонни и Берту — дриады, выполняющую роль няньки, управляющей и дворецкого.

— Кто залез на отцовский этаж?! — со злостью спросила я, переводя с одного адепта на другого требовательный взгляд.

Адепты были в ночные пижамы, на некоторых вообще были только штаны от полного комплекта, а лица сонные с оттенком тревоги и непонимания. Но стоило им посмотреть на меня, как у некоторых лица покраснели, и они поспешно отвернулись. Другие, включая дракона, иномирянина, демонов и одного из дроу, принялись меня рассматривать с чрезмерным любопытством.

Точно, полотенце!

— Сестра, ты… это… — с намёком протянул брат, старательно рассматривая босые ноги.

С коридора отцовского крыла послышалась какая-то возня, отголоски ругательных слов, и из повалившего чёрного дыма вышли трое людей, в которых с удивлением я опознала моего батеньку, старшего брата и директора.

Так значит, это был отец, а не кто-то из адептов? Фууух… аж от сердца отлегло! Я ведь совсем не знаю, что делать, если одно из моих предположений оказалось бы правдой.

— Отец? — воскликнули мы с Джонни одновременно.

Радость переполнила меня. Отец вернулся, и это значит, что мне не нужно будет следить за адептами!

Батенька сфокусировал взгляд на нашей дружной компании, улыбнулся белозубой улыбкой и произнёс:

— Всех с добрым утром.

— Как же с добрым, — ворчливо отозвалась Берта, кутаясь в тёплом халате. Она одна была полностью одета и в обуви, так как остальные прибежали сюда босиком.

— Что это на тебе надето? — услышала я пораженный вопрос директора, и в следующую секунду на мне появился чёрный балахон.

— Всё из-за вас!

Батенька подошёл ко мне, заключил в крепкие объятия и с радостью сказала:

— Доченька, поздравляю! Подарок от нас возьмёшь в моём кабинете на столе.

Следующим меня обнял мой старший брат Кейлоб, за ним директор.

— Дорогие адепты, — начал батенька проникновенно, повернувшись лицом к притихшей компании, которая сгруппировалась в плотную кучку, как те птички зимой, — я рад приветствовать вас в своём доме, но, к сожалению, сейчас у меня на вас совсем нет времени. Поэтому за вами пока присмотрит моя доченька Элла, — отец обнял меня рукой за плечи и притянул к себе. — Вы уж слушайтесь её. Договорились?

У адептов в глазах было много, но только не согласие с подобным раскладом.

— Папа, я думала, ты вернулся насовсем! — в голосе появились истеричные нотки.

Батенька погладил меня по голове, как делал всегда, когда говорил не слишком радостные новости, и ответил:

— Милая, мы только забежали в лабораторию проверить одну догадку. И у нас получилось!

Да, взрыв у вас, несомненно, получился. Да ещё какой!

— Мы хотим сделать голема из земли и молнии, Лютер нам как раз материал подкидывает, и Алан решил присоединиться, пока каникулы. Так что мы сейчас никак не можем отложить этот эксперимент. Притом Инди с Нийной через пару дней должны освободиться, так что потерпи чуть-чуть.

Тяжело вздохнула, понимая, что если отец загорелся какой-то идеей, то и приближающийся апокалипсис не сможет заставить его отказаться от её реализации. Мы все были такие.

— Хорошо, я присмотрю за ними, — ворчливо согласилась.

Батенька мне радостно улыбнулся, крепко обнял и произнёс:

— Я в тебе не сомневался. Так что не скучайте тут. Как вариант: своди адептов в один из миров и развлекитесь там. Уж ты-то не заставишь их скучать. Договорились?

— Договорились, — отозвалась с кислой улыбкой.

Директор погрозил адептам указательным пальцем и строго произнёс:

— Кто обидит Эллу — вмиг вылетит из академии!

Адепты с удивлением на меня посмотрели, так как не были просвещенны в дружеские отношения моего батеньки и своего директора.

Тройка экспериментаторов обняли меня и Джонни на прощанье, и поспешно ретировались из дома, на ходу принявшись что-то жарко обсуждать.

Я устало посмотрела на адептов, вновь тяжело вздохнула и сказала:

— Предлагаю сейчас отправиться назад по комнатам и собраться в столовой в десять. Обсудим, что мы с вами будем дальше делать.

Некоторые адепты покивали головами, соглашаясь, некоторые недовольно сложили руки на груди, явно не радуясь подобным перспективам. Я уж хотела развернуться и отправиться назад в комнату, досыпать, как Джонни схватил меня за руки, посмотрел на меня умоляющим взглядом своими большими бирюзовыми глазами и попросил:

— Сестра, покажи мне своё изобретение.

— Джонни… — начала устало, но он меня перебил:

— Ты обещала!

— Аргумент, — со смешком согласила. — Хорошо, пошли, покажу.

— А они, — кивнул брат на адептов.

— Хорошо, — закатила я глаза и повернулась в сторону гостей. — Кто желает, может пойти с нами. Остальных Берта проведёт в свои комнаты.

Пожелали все. Перед походом я заставила каждого подписать документ о неразглашении информации, запоздало вспомнив, что отец заставлял его подписывать каждого адепта, которому выпал шанс, или точнее рок, побывать у нас в гостях.

Мы зашагали в моё крыло, остановились возле одной двери без ручки, на которой был изображен красный круг. Я приложила правую руку к кругу, и дверь отворилась.

Это была отнюдь не магия. Нет, магическая защита, конечно же, стояла, но она сработает против тех, кто вздумал бы вынести дверь магическим тараном. Вот только двери на моём этаже открывались не магией, а специальным механизмом, который срабатывал при нажатии определенных скрытых панелей. Когда я приложила руки, то нажала на панели слегка ладонью, безымянным и большим пальцем и — вуаля! — дверь открылась. Вдобавок, в комнате автоматически зажглись жёлтые кристальные лампы на потолке.

Моя рабочая студия была большая, заваленная разными механическими деталями, свитками, книгами, камнями и инструментами. Кроме двух люстр на потолке, трех столов, пропаленного зелёного дивана, шкафов, пару стульев и четырех дверей в ней ничего не было. Не считая пыли и грязи, так как горничные в рабочих кабинетах не убирались. Точнее, боялись туда даже нос совать, не говоря уже про руку с тряпкой.

Мы зашли в среднюю дверь, которая вывела нас в соседнюю комнату поменьше. Тут находились два стола, один с удобной лампой и завален железяками (как говорила моя мама) и рабочими инструментами, второй накрыт серой тканью. Ещё стояли несколько шкафов, битком забитых все теми железяками и камнями, и мой рабочий стул-трансформер, обитый мягкими подушками из гусиного пуха.

Тут свет пришлось зажигать самой. Используя для этой цели тоже скрытые механизмы в стене, так как в комнате стоял блокиратор магии, который на корню гасил любую магическую энергию.

Это было моё личное изобретение (как почти все в моей лаборатории, включая кристальные лампы и стул-трансформер). Магическим блокираторам я не доверяла, хотя и была довольно способным магом, просто не развивала свой дар.

Подойдя ко второму столу, я сдернула с него ткань, выставив на обозрение свою последнюю разработку — двигаскоп (это было ещё рабочее название). Достав из-под стола специальную кристальную лампу, я установила её сзади двигаскопа, включила, направила голубой свет кристалла в нужное место.

Адепты полукругом окружили стол, с удивлением, а некоторые с опаской взирая на моё новое изобретение.

Я откашлялась и с гордостью произнесла:

— Разрешите представить моё новое изобретение: "Двигаскоп"! Версия семь. Солнце, выключи свет, — попросила брата.

Джонни подошёл к стене, нажал на скрытый механизм, и комната погрузилась во мрак. Один только голубой луч из кристалла светился в центре комнаты. Нажав на несколько рычагов и кнопок, я, затаив дыхание, ожидала, когда аппарат заработает.

Было очень страшно, ведь одно дело показывать его перед родными, которые в случае провала только поддержат, а то и помогут советом(хотя это бывает редко, так как в семье я была вторым инженером), и совсем другое — постороннем парням.

Аппарат слегка загудел и я выдохнула с облегчением, убрала заслонку и повернула рычаг. На белой стене появилось изображение:

Первой была картина зелёной поляны и коричневой в чёрные пятна лошадь с густой длинной гривой, в которой были заплетены мелки косички. Она щипала траву, потом резко подняла голову, повернула её назад и сорвалась с места, увидев только ей видимую опасность.

Следующим изображением была стайка разноцветных малиновок, которые клевали хлебные крошки, но тут прошёл пожилой мужчина, и они вспорхнули ввысь.

Третьим и последним изображением была танцующая пара — мои родители. Они, в нарядной одежде кружились в центре нашего бального зала в медленном танце.

Жаль не было музыки, потому что над звуком я ещё пока не работала. Хотя у меня уже были пара идей, и как только мама снимет с меня обязанность смотреть за адептами, я тут же ими займусь.

Картинки начались сначала, я выключила аппарат, мысленно гладя его и приговаривая: "Мой умничка. Моё золотце. Не подвел и не опозорил меня".

— Джон, включи свет.

Послушался звук шагов, и через пару секунд комнату озарил свет.

Адепты смотрели на меня удивленно с долей восхищения и уважения, что очень мне польстило. Даже тот языкатый демон с уважением переводил взгляд с "двигаскопа" на меня. А потом они в один голос начали говорить про то, как это удивленно, и какая я молодец.

Я счастливо улыбалась, находясь в огромном блаженстве от их реакции и похвалы, пока всё не испортил иномерянин, заявив:

— У нас подобную штуку уже давно создали.

Хорошее настроение как ветром сдуло.

— У нас? — спросила и голос дрогнул, на глаза навернулись слёзы.

Идея "двигаскопа" появилась у меня около двух лет назад. Я больше года думала, как бы это всё провернуть, подбирала подходящие материалы, пробовала те или иные идеи. Три месяца назад, наконец-то, у меня начало получаться и тут мне говорят, что я украла чужую идею!

— Ну, в моём мире, — пояснил иномерянин. — Я не помню, как он назывался, но его придумали больше ста лет назад. Правда, он был другой и показывал черно-белое видео, а не цветное. Тебе, наверное, кто-то из наших рассказал?

Я застонала и меня одолела депрессия, которая затянула меня в пучину отчаянья и нежелания больше что-либо делать.

Брат с вызовом просмотрел на иномирянина и раздраженно спросил:

— Значит, ты утверждаешь, что Элла украла идею из вашего мира?

— Я не говорю, что она её украла. Я просто сказал, что у нас это уже создали, и спросил, кто ей рассказал. Вот и всё.

Каждое его слово словно вкручивало мне в сердце километровые болты.

Неожиданно, за меня вдруг вступился один из людей, грозно произнеся:

— Слушай, Алекс, ты постоянно хвастаешься, что у тебя более развитый мир, потому что там нет магии. Но это не значит, что в нашем мире техника не развивается самостоятельно. Так что не надо тут говорить, что если мы что-то создаем, то обязательно беря идеи из твоего мира!

— Да я не это имел ввиду! — раздраженно воскликнул иномирянин.

— Моя сестра всегда использует собственные идеи, так как для нашей семьи использовать чужие — огромный позор! — добавил грозно брат.

— Ладно, проехали, — раздраженно ответил иномирянин. — Я не хотел никого обидеть и обвинять в плагиате.

— В чём? — удивились адепты.

— Ну, в краже идеи, — пояснил иномирянин.

— Идемте уже, — хмуро произнесла и направилась вон из комнаты.

В жизни больше никому постороннем не буду показывать свои разработки!

Мы дошли до главного холла. Я ещё раз напомнила, что встречаемся в десять в столовой и поплелась в свою комнату. Переоделась в пижаму и легла в кровать.

Спать не хотелось. В голове, казалось, была огромная дыра.

Зачем я только решила показать адептам "двигаскоп"? Да, решила похвастаться, ведь их первое впечатление обо мне было не лучшим, и хотелось его исправить. За что и поплатилась.

Повалявшись немного в кровати, ругая себя нелестными словами, решительно встала, выпила немного сонного зелья, которое должно вырубить меня на несколько часов, и заснула.

Проснулась в начале десятого, о чём сообщили часы. Я приняла водные процедуры, надела тёмно-коричневые штаны, синюю рубашку с золотой вышивкой на воротнике, чёрную жилетку с большими изумрудными пуговицами, под цвет глаз, и ботинки с пряжками на невысоком каблуке. Завязала пышные рыжие волосы в высокий хвост и отправилась в столовую.

Несколько адептов уже завтракали. Заняв место в центре стола, я лениво ковыряла еду вилкой в тарелке. Настроения не было, апатия заполнила меня.

Потихоньку в столовой стали подтягиваться остальные адепты. Когда появился иномирянин, то он подошёл ко мне и произнёс:

— Я хотел извиниться перед тобой. Я не хотел тебя обидеть и в чём-то обвинять, так что не обижайся. Хорошо?

— Угу, — вяло ответила.

Парень постоял несколько секунд возле меня, потом громко вздохнул и занял свободное место за столом.

Завтрак проходил в гробовом молчании. Адепты, видя, что я сейчас находилась не в лучшем расположении духа, молчали. Только брат, сидящий от меня по правую руку, пытался завязать разговор, но, не дождавшись от меня ответной реакции, прекратил попытки.

Когда завтрак подошёл к концу, поняла, что пора решать главную на данный момент проблему.

Откашлявшись, чтоб привлечь к себе внимание адептов, я произнесла:

— Как вы поняли, несколько дней мы с вами будем одни. Поэтому если у кого-то появились какие-либо идеи о том, чём бы нам заняться — выкладывайте.

Единственным предложением адептов было молчание. Я трагически вздохнула и спросила:

— Вообще ни одной не у кого?

— Твой отец говорил, что ты можешь показать нам другие миры, — произнёс один из боевых магов.

Имена адептов я совсем не запомнила. Да, признаться, не сильно-то и хотелось. Ничего, через пару дней вернётся мама, так что это не обязательно.

— Я могу провести экскурсию по своему миру, — внёс предложение иномирянин.

— Ну, уж нет! Потом, без меня, сходите, — решительно отказалась и попросила: — Поднимите руки те, кто уже бывал в других мирах.

Трое парней — демоны и дракон — подняли руки.

— А это мир считается? — спросил иномирянин.

— Нет.

— Окей.

— И в каких мирах вы были? — спросила и указала на дракона: — Начнем с тебя.

— Я был в Эртосе, Пиэрсе и Адвентуре.

— О Адвентура, люблю этот мир, — признала с улыбкой. Этот мир был магически-техническим, и у меня там было довольно много знакомых инженеров, алхимиков и артефакторов.

— Теперь ты, — указала я на демона-болтуна, который был повыше второго.

— В Гортемзии, Сайкрусе, Овенорде, Адвентуре, — доложил парень, кинул на меня какой-то странный взгляд и хрипло добавил: — И в Фолдте.

— Что ты в Гортемзии забыл? — с удивлением спросила.

— Случайно попал, — хмуро ответил он.

— Сочувствую, — с пониманием ответила я.

Гортемзия — мир, где был полнейший матриархат, и мужчины там были только в роли рабов. А ещё из этого мира было довольно трудно убраться. Особенно мужчинам, так как он был очень хорошо защищён, чтоб не дать рабам из него убежать.

— Ну и ты где бывал? — спросила у третьего демона.

— В Антарии.

— Красивый мир, — согласилась я.

Антария был водный мир, который обжили морские существа: русалки, тритоны, морские драконы, титаны, гидры и прочие. Люди ютились на маленьких островах суши, и к ним лучше было не соваться. А если и сунешься, то даже под страхом пыток не признаваться, что владеешь магией, иначе рабский ошейник и труд во благо человечества тебе обеспечен. Морская братия принимала гостей намного дружелюбнее, поэтому я чаще всего бывала у них. Точнее, мне хватило всего одного раза побывать на суше, чтоб потерять желание появляться там вновь. Да, думаю, месяц рабства любого человека приведёт к подобному нежеланию.

— И так, что мы имеем, — задумчиво начала я, прикрыла глаза и связалась со своим артефактом Путеводом. Он всегда знал, что происходит в мирах, которые мне хоть раз довелось посетить. Информация потекла в мой разум, я чуть скривилась и заговорила: — Эртос — мир рыцарей, которые месяцами не моются. И дам, у которых с гигиеной тоже не всё чисто. Хех. Чистого и Единого бога, церкви, религиозных фанатиков, инквизиции… и делать там почти нечего. Особенно тем, у кого есть магический дар. Можно, конечно, прогуляться, подразнить инквизицию, погореть на костре, или поучаствовать с колдунами в каком-нибудь заговоре против церкви. Мы однажды, помню, оживили статую Чистого и Единого в Первой церкви, заставили его сквернословить и… — я осеклась, покраснела. — В общем, вести себя не очень набожно. Дальше Пиэрс — стандартный открытый мир, полный разновидных магических созданий и почти ничего интересного там нет. Да я с вами сейчас бы туда и не сунулась. Там в последние месяцы боги слегка шалят, и привлекать к себе внимание не есть лучшая идея. Ещё запихнут нас в какое-нибудь пророчество — это у них любимая вещь. Адвентур — люблю этот мир, но сейчас у меня нет настроения его посещать. Гортемзия — сразу нет, если вы, конечно, не хотите стать личной игрушкой, какой-нибудь толстой тетки. Антария — можно туда прогуляться. Хотя нет, не получится. У морских драконов как раз в этом месяце брачный период наступил, и мне сейчас не рекомендуется там появляться.

— Почему? — спросил меня местный дракон.

— Неважно, — хмуро отрезала.

Не признаваться же, в самом деле, что драконы того мира могут меня очень хорошо чувствовать. Точнее то, что скрыто во мне. А главная традиция драконьих ухаживаний — подарить своей спутнице, какую-нибудь волшебную вещь. И меня, к сожалению, местные драконы относят именно к такой вещи. То, что я живой человек их не останавливает, напротив, прибавляет мне большей ценности!

— Откуда ты столько знаешь об этих мирах? — спросил меня удивлённо с долей восхищения один из людей.

— У меня есть один артефакт, который рассказывает мне о том, что сейчас и где происходит, — пояснила с каплей гордости и хвастовства.

— Обо всех? — полюбопытствовал человек-некромант.

— Только о тех, которые я уже посещала.

— И во многих была? — это уже дракон.

— Оооо, — с насмешкой протянула, — во многих. Поначалу меня родителя водили, но с шестнадцати лет я научилась сама телепорты прокладывать, и началась весёлая жизнь.

В столовой раздался звон колокола, оповестивший, что кто-то вышел из портала в наш сад.

Адепты удивлённо и с подозрением принялись оглядываться, но я их успокоила:

— Не волнуйтесь, это просто сообщили, что к нам прибыли гости.

Через несколько минут в столовую бодрой походкой вошёл Дориан — мой школьный друг-дроу.

— Доброе утро! — воскликнул он приветливо, обвёл удивлённым взглядом адептов и спросил: — Это ещё кто?

Я поднялась на ноги, и друг меня тут же обнял, а когда выпустил из объятий, пояснила:

— Родители сейчас заняты, поэтому спихнули на меня наших гостей.

— Сочувствую, — ответил Дориан и радостно улыбнулся. — А я пришёл тебя поздравить.

Я с усмешкой фыркнула, увидев, как дроу протягивает мне сверток из фиолетовой бумаги, на котором был прицеплен огромный розовый бант.

Дружили мы уже больше шести лет, поэтому вчера я тоже оповестила его о том, что доделала свой аппарат.

— Спасибо, — вяло ответила, вновь вспомнив о демонстрации.

— И ещё захватить на свадьбу, — добавил радостно Дориан.

— На чью? — удивилась я.

— Алан и Тория, наконец-то, решили пожениться. Я вчера не стал сообщать, решив, что ты должна отдохнуть, поэтому пришёл за тобой сегодня.

— Но… но… я совсем не готова, платья нет и подарок не приготовила, — начала паниковать.

— Не волнуйся! У нас есть четыре часа, а вместо подарка можешь подарить одного из молодых стражей-гомункулов. Помнится, Тория очень хотела себя одного.

— Мне ещё нужно за адептами смотреть… — без паники, но с неуверенностью протянула, хотя в душе уже решила, во что бы то ни стало отправиться на свадьбу.

В конце концов, Алан мой хороший друг. Почему я, из-за неожиданно свалившейся на голову ноши, должна пропустить такое знаменательное событие в жизни друга?

— Возьмешь их с собой, в чём проблема? Думаю, новобрачные поймут. И даже не думаю, а уверен. Если хочешь, я могу сейчас сходить к Алану и спросить?

— Уговорил, — со смешком согласилась я, затем обернулась к адептам и произнесла: — Вот и решили. Сегодня мы съездим на свадьбу моего друга в мир Миарай. Хочу вас предупредить, там будут много богов, поэтому если кто-то будет предлагать вам какие-нибудь сделки — ни за что не соглашайтесь. С богами, вообще, лучше лишний раз не разговаривать. Если кто спросит с чьей вы стороны, то говорите со стороны жениха и что пришли со мной.

— А кто женится? — спросил один из людей.

— Эльфийский принц и богиня гроз.

По вытянутым лицам адептов было понятно, что посещать свадьбу у них нет никакого желания и энтузиазма. Но оставлять их тут одних совесть тоже не позволяет.

Притом, по лицу брата тоже могу судить, что составить им компанию, а заодно и надзирателям поработать, он не согласится.

Значит, остаётся только один вариант — взять адептов с собой.