Глава 46

Откуда у нее эти мысли? С кем меня делить? Разве она не видит, что я целиком и полностью принадлежу ей одной?

У меня было много вопросов, которые я предпочел отложить на потом. А сейчас…. Сейчас я планировал не сойти с ума от ошеломительного вида девчонки. Ее одежда меня просто убивала. Нежная, почти прозрачная, бледная кожа на груди и животе манила. А сбившееся дыхание вперемешку со стонами окончательно уничтожило все мои мысли.

Осталась лишь жажда, которую сможет утолить только моя Тоня.

— Я твой, — выдохнул в ее приоткрытые губы.

Меня вдруг затрясло от мысли, что одним неосторожным движением причиню любимой боль. А она, словно прочла о моих страхах, теснее прильнула ко мне.

— В спальню, Денис! — прошептала она, обхватив мою голову хрупкими ладонями.

Я пытался быть аккуратным. Осторожным. Пытался сдерживать и контролировать каждое движение. Но, черт подери, как же я соскучился по ее телу!

Подхватил Тоню и отнес в кровать. Она, точно домашняя кошечка, потянулась на постели, не отпуская моего взгляда из плена. Ее томные и манящие глаза отбирали все мысли, сносили все барьеры, сжигали тормоза.

И я нырнул в этот омут, прекрасно понимая, что никогда не выплыву из него по доброй воле. Всегда буду ярдом, точно цепной пес, готовый есть с ее хрупких ладоней.

Видел огонек недовольства в ее глазах. А ловкие пальцы нетерпеливо дергали за пряжку моего ремня. И пока Тоня справлялась с застежкой, мои руки уже блуждали по ее бедрам.

Я помнил каждый изгиб стройных ног. Каждый миллиметр дивной, нежной кожи. И дурел от того, что мог касаться ее.

— Тоня! — выдохнул я, когда ловкие пальцы, едва заметно подрагивая, сжались вокруг члена.

— Я осторожно! — пообещала любимая, а мне пришлось крепче сцепить зубы.

Как ей отказать? Я просто не мог возразить, готовый вытерпеть любые пытки, если моя девчонка будет рядом со мной.

И пытки начались. Вернее, безумное наслаждение, от которого я сознательно отказывался последние несколько недель. А сейчас отпустил себя, позволяя ей хозяйничать моим телом, моими мыслями и моей душой, при условии, что она у меня все же есть.

Любопытные ладони поглаживали возбужденный член, обхватывали, сдавливали. А я смотрел в красивые глаза любимой и кайфовал, отмечая, как ее взгляд заволакивает пелена страсти и возбуждения.

Тоня вдруг придвинулась вплотную ко мне. Я хотел склониться над ее телом, осторожно, но крепко вдавить в матрас, но дерзкая девчонка меня остановила.

— Замри, Шторм! — приказала она, а мое тело, скованное хрупкой ладонью, дернулось, готовое рвануться вперед в поисках наслаждения.

Пришлось послушно застыть. Дышал тяжело и через раз. Взгляд скользил по стройным ногам, плечам, спине, по всему телу едва скрытому полупрозрачным бельем.

Я не знал, куда деть свои ладони. Пришлось с тихим стоном погрузить их в гриву распущенных волос.

Нет, эта девчонка меня когда-нибудь прикончит своей красотой и силой страсти. Но я готов сдохнуть, если вот так, с ней. Только с ней.

Непокорная макушка замерла на уровне моих бедер. Я знал, что именно собирается сделать моя Тоня. С одной стороны — не возражал, с другой — не знал, на сколько хватит моей выдержки.

Но был готов это проверить.

Глаза сами собой закрылись, как только влажные губы прижались к возбужденному члену.

— Что ты творишь, девочка?! — процедил я, но, кажется, фраза была сплетена с витиеватыми матами. Просто других слов не было. Иссякли. Как и любые мысли из головы.

Тоня тихо рассмеялась, обдав мое тело горячим дыханием и продолжила свою пытку.

Кажется, я держался лишь за ее волосы. И только они помогали мне не оторваться от реальности. Влажные движения языка и нежных губ вытягивали из меня все жилы, стягивали в жгут и уводили за грань.

Мои бедра непроизвольно двигались навстречу пленительному рту. А Тоня не противилась, принимала все, что я мог ей дать. И сама словно подстраивалась под меня.

— Не могу… Не могу больше! — прорычал я, собираясь в последний момент отстраниться. Не хотел пачкать ее рот, не хотел изливаться на ее губы. Но девчонка лишь крепче сомкнула ладонь на мне, не позволяя отодвинуться. — Ччччччерт!

Я матерился, пока моя дерзкая девчонка неустанно гладила, сжимала, посасывала мою плоть. И казалось, что сама от этого возбуждается. Ее стоны все сильнее подгоняли меня, а довольное урчание, сорвавшееся с натертых губ, подтвердило мои догадки.

— Непослушная девчонка! — хрипло выдохнул я, легонько потянул за волосы, заставляя Тоню поднять голову и взглянуть на меня.

Она лукаво улыбалась. А я лишний раз убедился, что этот оргазм был первым за грядущую ночь.

Тоня дрожащими руками помогла мне справиться с пуговицами рубашки. Мои пальцы были заняты другими предметами гардероба. Женскими и сводящими с ума.

Тонкое кружево подчеркивало белизну груди, а вершинки сосков четко просматривались острые. И мой член, точно живой, оценил всю прелесть моей любимой.

Толкнулся в плоский живот, а Тоня, словно стремилась поиграть с огнем, легко потерлась бархатистой кожей о мою плоть.

— Ты вкусный, Штормик, — тихо прошептала она.

Я промолчал. Что сказать? По моему телу мчался кайф и адреналин. И я боялся, что просто перекину девчонку через одну из подушек и грубо возьму сзади. Я никогда не думал, что способен на такое по отношению к ней. Но сейчас готов был сорваться.

Уговаривая, что заниматься диким сексом — слишком рано после выписки, я гладил аккуратную грудь пальцами. Скользнул под белье, высвободил сосок и легонько сжал.

Тоня застонала, прогнулась, закинула руки на мои плечи.

— Умру, если не почувствую тебя внутри! — сбивчиво простонала моя любимая девушка, а я хрипло рассмеялся. Кажется, я сдохну, если не исполню ее просьбу!

Шумно выдохнул, коротко поцеловал припухшие губы, мысленно извиняясь за свои последующие действия, и стремительно развернул Тоню спиной к себе.

Она то ли застонала, то ли рассмеялась, но послушно приникла ко мне. Прильнула, точно ласковая кошечка, изгибаясь под моими руками.

Я ощущал себя гребаным скульптором, который собирался лепить из мягкой глины очередной шедевр. Моя Тоня и была таким вот шедевром. Идеальной в своей красоте. Моей идеальной девочкой. Моей!

Подавшись вперед, оперся коленом в матрас. Тоня растерялась, но послушно исполнила немую просьбу. Подстроилась, готовая для меня.

Но я не спешил, пусть она и молила поторопиться. Моей страстной девочке не терпелось продолжить. А я кайфовал от вида хрупкой фигурки, от каждого изгиба и каждой впадинки.

Стянул с нее крошечные трусики. Вернее, и не трусики вовсе, а одно название. Половина полоски с каким-то бантиком. Но пока стягивал, Тона задрожала. Ткань коснулась ее возбужденной плоти, а я тихо рассмеялся, когда понял, что моя девчонка матерится так же цветасто и многоэтажно, как и я пару минут назад.

Рукой накрыл упругие ягодицы, провел, наслаждаясь тихими, протяжными стонами. Скользнул глубже, растягивая влажную плоть.

Мой член уже налился и требовал тесного и плотного контакта с Тоней. Но я до последнего оттягивал этот момент, намереваясь подразнить мою девчонку.

Склонился, глубже проник пальцами, растягивая складочки и кайфуя от того, какая она внутри узкая, влажная и готовая для меня. Мой рот прижался к хрупкому плечу, оставляя влажную дорожку из поцелуев.

Губы исследовали и изучали юное тело, которое я знал наизусть, каждую родинку и каждый миллиметр кожи. Свободной рукой я гладил острые соски, которые так и молили о ласке.

Тоня стонала уже громче. Двигая бедрами, насаживаясь на мои пальцы. Но я оттягивал момент ее разрядки. У меня были планы на ее наслаждение.

— Не так быстро, Капитоша! — прошептал я, оставляя жадный поцелуй на округлой ягодице.

Тоня прогнула спину, так, как я попросил. Предполагал, что она смущалась. Но лица не видел. Девчонка уткнулась носом в подушку. Но ее стоны все еще были слышны. И они ласкали мой слух, заводя еще больше.

Руками придержал ее бедра, заставляя шире раскрыться навстречу моему рту.

— Штоооорм! — прокричала девчонка, когда я, крепко удерживая ее почти невесомое тело, провел языком по набухшим складочкам, задержался на клиторе и прижался губами, легонько вобрав его в рот.

И тут же выпустил. Не так быстро! Мне хотелось любить ее вечность. Любить ртом нежно и бережно, чтобы она изнывала от желания и страсти. Чтобы умирала в моих руках и возрождалась рядом со мной.

Один палец я ввел внутрь влажного входа, выбивая очередную порцию стонов, криков, обещаний о грядущей мести. Следом проник и второй, а языком повторил все то, с чего начинал пытку, теперь уже для Тони в моем исполнении.

Знал, что меня надолго не хватит. От вида ее розоватой, возбужденной плоти меня самого швыряло в глубокую пропасть и вновь подбрасывало вверх.

— Денис! — хрипло взмолилась любимая.

Я и сам понял, что просто не справлюсь больше. Не смогу совладать с той страстью, что кипела в крови.

Резко вонзился в мелко подрагивающее тело любимой. Удерживал руками, пережидая, пока эмоции слегка улягутся. Ведь если не возьму себя в руки — кончу уже в следующее мгновение.31222c

Тоня шумно дышала, комкая простынь в крошечные кулачки. А я на миг покинул ее тело и вновь вонзился до предела на всю длину каменной плоти.

— Боже! — простонала Тоня, вильнув оттопыренной попкой навстречу моим толчкам.

Меня убила эта картинка. Расплющила об асфальт весь мозг, способный думать.

И я позабыл обо всем. Прикрыв глаза, вбивался в нее бедрами, уводя девчонку за собой. Она дрожала, стонала, кричала. А я беспощадно брал ее тело все, без остатка. Будто интуитивно стремился завладеть ею, телом, чувствами, душой.

— Люблю тебя! — прорычал я, кончая неистово и стремительно.

Сердце колотилось, как чумное. Тоня обессиленно рухнула на постель. Я — рядом.

Душа рвалась на куски, когда увидел на нежном личике влажные дорожки слез.

— Боже, прости меня, прости! — просипел я, пытаясь угадать, где именно я мог ей навредить.

Я оцепенел, не имея сил пошевелиться.

Тоня отрицательно затрясла головой. Широко улыбнулась, вскарабкалась на меня, уткнулась лбом в плечо, все еще дыша рвано и сбивчиво.

— Я так по тебе скучала, Денис Алексеевич! — прошептала она, улыбаясь мне.

Провел пальцем по припухшим и немного искусанным губам.

— Перепугала меня до жути, — признался я хрипло, вытер застывшую на ресницах слезинку.

Тоня лишь громче рассмеялась, заставив и меня улыбнуться.

Сжатая до предела пружина исчезла. На душе стало вновь легко и спокойно.

Завтра нас ждала примерка свадебного платья, упаковка коробок и переезд в дом. Но впереди у нас была еще вся ночь. И да, перекусить бы не помешало.

Об этом я и сообщил Капитолине. Девчонка, хитро усмехнувшись, прямо вот так, абсолютно голая, пошла на кухню. Я же был все еще в носках. Герой-любовник, млять!

Душ мы принимали вместе. Ну не мог я проигнорировать обнаженное и обожаемое тело. Пришлось тащить Тоню с собой, голую и в переднике.

А после совместного купания мы ели на кровати в нашей спальне. Обходясь без столовых приборов. Выбирая друг для друга лучшие кусочки.

Тоня смеялась, описывала нашу свадьбу, а потом и совместную жизнь в уютном доме. И когда дошла до четвертого ребенка и мохнатой собаки крупной породы, буквально отключилась, устроив голову на моем плече.

А я позволил своим мыслям завершить ее мечту.

Да, так и будет. Определенно. Только так. Ведь сейчас нашему счастью ничего не мешает. Котовых нет. Сивый смирился с моей отставкой. А если вдруг и появятся враги, Гарик подсобит. Старик прибрал в свои помощники именно его и сейчас постепенно вводит во все дела.

Мой план на будущее завершился пятым ребенком и пушистым котом. Разумеется, после мохнатого пса. Для ровного счета. И я уснул, слушая, как Тоня дышит во сне, не переставая обнимать меня.

Я гребаный счастливчик.